Глава седьмая. Не святой

− Тебе правда нравится? − поинтересовалась Полина, когда я с широко раскрытыми глазами принялась рассматривать свой собственный сад. − Не злишься, что я всех сюда притащила?

Да уж... Отпираться было бесполезно. В этот раз подруга действительно постаралась на славу.

Несмотря на то, что листва уже опала, развешанные на голых ветках гирлянды выглядели просто фантастически. Крупные круглые лампочки-фонарики переливались всеми цветами радуги, оставляя внутри толстого стекла яркие тонкие всполохи. Рядом с деревянной беседкой, которую построил еще мой дедушка, раскинулся замечательный просторный шатер. Его задняя часть была полой, полностью закрывающей находящихся внутри ребят от грозного ветра, а передняя − приветственно раскрыта.

В отличие от привычной бело-зеленой полосатой расцветки, по брезентовому покрытию черного цвета весело «разбежалась» мелкая россыпь из тыкв, черепов, метл и ведьминских колпачков.

− Ну что ты?! − весело протянула я − Это просто замечательно! Я так давно хотела выбраться, и вот... Ты все решила за меня! Менее всего я ожидала, что вечеринка будет в... настолько родном для меня месте.

− А самое главное, что родное оно не только для тебя! − весело протянул Ксандр, который в этот самый момент приблизился к нам с тянущимся из садового сарайчика удлинителем. − Конечно, можно было бы все это и у меня устроить, но, ты сама знаешь, места там не так много, как здесь.

Я беззаботно махнула рукой.

− Я действительно очень рада. Полли − ты просто гений!

− Ничего, что мы тут немного похозяйничали без твоего ведома? − хохотнул Марк, вбивая в землю последний из колышков, держащих шатер.

− А где вы вообще удосужились достать ключи от дома? − поинтересовалась я.

− Как будто ты не знаешь Полину! − послышался голос Андрея.

Я обернулась и заприметила друга, медленно выползающего из сарая.

− Уж я-то точно знаю ее как никто другой, − улыбнулась я, когда заметила, что он находится в отличном расположении духа. Впервые, за долгое время.

− Ну, тогда ты очевидно в курсе, что стоит Полине нащебетать Милене Георгиевне всевозможных комплиментов, и она у нее в кармане! Уверяю тебя, однажды ты придешь домой, а твоя мама объявит о том, что удочерила ее...

− Ой, да не преувеличивай ты! − беззаботно отозвалась подруга. − Я просто попросила у нее ключи, только и всего! Сказала, что мы ходим устроить себе небольшие каникулы. Это ведь просто идеальное место для того, чтобы скрыться от городской суеты.

− Да уж, «убежище» что надо, − кивнула я, все еще с большим восторгом глядя на окружающую обстановку.

Небо наконец очистилось, но воздух при этом стал еще более проморзглым. Я осторожно растерла плечи, хотя особо холода не чувствовала.

Кажется, шатер действительно надежно укрывал. Ветра не было, а вокруг царила приятная тишина.

Когда мы с Анджеем въезжали в поселок, в начале улицы в нескольких домах горел свет. На самой его оконечности тоже кто-то обитал, так как я успела заприметить несколько припаркованных на обочине автомобилей.

В огромном особняке, что располагался в соседней усадьбе, также ярко горел свет, но в целом, в поселке было немноголюдно.

Высокий кирпичный забор с вмонтированными в него зелеными металлическими листами надежно скрывал наш сад от посторонних глаз. На навершиях каждой из широких кирпичных опор стояло по тыкве с ехидно ухмыляющейся мордочкой и с зажженной внутри свечой.

Полина точно пошла вразнос.

− Ты разобрался с неисправностью в бассейне? − спросил Марк, подходя к Андрею. − Амелия, ты не помнишь, у вас есть подогрев?

− Вроде бы был, − протянула я, напрягая память. − Но, если честно, то я не особо в этом разбираюсь. А что, есть какие-то проблемы?

− Днем мы расчистили листья и расколотили тонкий наст льда, что накопился на поверхности, − пояснил Ксандр.

− А еще отфильтровали воду, − вставила Полина.

− А что, так обязательно было вообще задействовать бассейн для вечеринки?

− Ничего ты не понимаешь! − весело протянул Андрей. − Только представь, у нас этакая «джакузи» на свежем воздухе, вокруг тишина, легкий морозец... а задница при этом все равно в тепле!

− Звучит романтично, − улыбнулась я. − Но сейчас уже почти десять вечера! Может, нам просто немного потанцевать, перекусить, и все тут? Что-то вымотала меня эта дорога...

− Даже не думай об этом, Амелия Гумберт!!! – мигом завопила Полли. − Мы будем веселиться до глубокой ночи и точка! Надеюсь, что ты сдержала обещание, и вы с Анджеем все же прихватили с собой костюмы...

Подруга грозно сверкнула глазами, Андрей бросил на меня короткий взгляд, а я, в свою очередь, весело ему подмигнула. Затем, друг вновь скрылся в сарае.

Ясмин подошла к небольшому блюду, что стояло на одном из деревянных шезлонгов и вытянула оттуда фруктовый леденец в форме ведьмы, задорно восседающей на метле.

− Змерзнуть не боишься? − поинтересовалась я, кивнув в сторону обнаженных плеч ливанки.

− Не-а! − улыбнулась она. − Я так весь день хожу. Я же «огненная» Сестра, не забыла? Холод для меня ничто. Если нужно, то зимой я и в купальнике прогуляться могу...

− Я возражать точно не стану! − послышался возглас Андрея из глубин сарая.

Ясмин хохотнула и неодобрительно помотала головой.

− Так вы привезли костюмы, или нет? − не отставала от меня Полина. − Только не говори, что ты забыла...

− Да привезли, привезли... − поспешила я успокоить подругу. – И с твоего любезного позволения, я, пожалуй, пойду и переоденусь. Или для этого еще не время?

Я повела кончиком подбородка в сторону Полли.

На ней были классические синие джинсы с высокой талией, свитшот с принтом, изображающим огромный вафельный рожок, а также дутая безрукавка и теплые бежевые угги.

− Это вполне естественно, что я не торчу здесь в костюме! Эти балбесы мигом его чем-нибудь заляпали бы...

− Значит, причина только в этом? – улыбнулась я, а затем обратилась к Ясмин: − Ясси, ты случайно не знаешь, у Стражей есть иммунитет к холоду?

Ливанка лениво развалилась на деревянном шезлонге.

В саду стало еще темнее, чем несколько минут назад. Даже включенные садовые фонари и свет луны не улучшали ситуацию. Лица подруги уже практически невозможно было различить.

− Думаю, что об этом вам стоит спросить у Даниеля. Он лучше осведомлен о способностях, которыми наделены Стражи.

Она с удовольствием лизнула леденец, а затем добавила:

− Честно признаться, то я вообще была приятно удивлена, что обыкновенный Связующий настолько посвящен во все происходящее и что обладает... настолько глубоким «знанием». Испокон веков вампиры считали их всего лишь за жалких слуг, но Анджей, кажется, очень... благосклонен к Даниелю. Я впервые вижу подобные отношения.

− Он действительно его самый лучший друг. Да и мы с ребятами очень привязаны к Даниелю, − кивнула я, бросив короткий взгляд в сторону Полины.

На удивление, та никак не отреагировала на подобное замечание.

Здесь явно что-то было не так. Неужели у подруги кто-то появился? В таких случаях Полли обычно вообще никогда не удавалось держать язык за зубами...

− Да это и не удивительно! − улыбнулась Ясмин. – Он действительно очень хороший человек. Сейчас это большая редкость. Ведь, даже среди Земных полным-полно недостойных... бахлулов.

Я сразу же поняла, что последнее слово было каким-то ругательством на арабском, но утонять у ливанки, что конкретно оно означало, я не стала.

Где-то вдали, за рекой, послышался собачий лай. Там располагались многоквартирные двухэтажные дома. Очевидно, кто-то решил вывести на вечернюю прогулку своего питомца, засидевшегося в застенках.

− Да будет свет!!! − торжественно объявил Андрей, и спустя долю секунды нас озарило потоком бледно-голубого света.

Это включилась подсветка бассейна, представив нашему взору чистейшую прозрачную воду. На дне, выложенном мелкой бирюзовой плиткой, не было ни следа песка или грязи.

− Ура!!! – протянули все в один голос, а задем одарили друга щедрыми аплодисментами.

− Да уж... − тихо произнес Марк, стягивая с себя куртку и закатывая рукав своего темно-синего джемпера. − Свет − это конечно хорошо, но вода совсем скоро снова начнет замерзать. Ты так и не разобрался, что там с нагревателями?

Андрей стоял в луче приглушенного света.

Сарай аккуратно примостился в конце усадьбы, в самом углу. Слева от него располагалось три ровных ряда малиновых кустов, которые еще в начале осени были аккуратно обрезаны и перевязаны отцом. Он, тогда как раз приезжал домой на пару недель.

− Никак не могу сообразить, − пробормотал друг, протирая рукой взмокший лоб, и при этом удерживая в пальцах отвертку. − Мне кажется, что для этого просто элементарно не хватает напряжения. Может, тоже проявите инициативу? Думаю, втроем мы точно сумеем разобраться, в чем тут дело...

− Может, зимой здесь существуют ограничения на потребление энергии? – предположил Ксандр.

− Не думаю, − покачал головой Марк. − Ведь в некоторых домах люди здесь проживают постоянно.

− И то, верно, − согласился друг, но на помощь Андрею все же поспешил.

Следом за внушительной спиной Ксандра, в сарае скрылсась и поджарая фигура Марка.

− Что ж... В таком случае, пожалуй, пойду проведаю девчонок, − сказала я. − Где они, кстати?

− На кухне, − отозвалась Полина, подходя к картонной коробке, стоящей на противоположном бортике бассейна. − Готовят нам ужассающщие закуусскиии!!!

− А что же вы с Ясмин?

− Ты что, сбрендила?! – подруга мигом смерила меня ошарашенным взглядом. − Помнишь, что было на дне рождения Кейши? Хочешь, чтобы потом опять кто-нибудь отравился? Готовка − точно не мое. Мы с Ясмин весь день провели здесь, украшая сад.

− Ну, вообще-то, я все же кое-что приготовила, − с гордым видом заявила ливанка. − Не без помощи заклинания, конечно, но все же.

− Ты это серьезно?! − полуобиженым тоном протянула Полли. − Черт! Значит, я здесь единственная, кто совершенно не в ладах с кулинарией?!

− Брось, милая... − улыбнулась я. − Тебе это и не нужно! Ты и так просто отлично поработала. Здесь так здорово... Совсем как в сказке!

С этими словами я потопала в сторону дома, а Ясмин направилась к Полине и стала помогать ей что-то доставать из этой самой коробки.

Когда я зашла на кухню, которая располагалась в задней части дома и, соединяясь с просторной террасой, выходила огромными окнами на сад, мне в нос ворвался приятный аромат сладкой выпечки, свежих овощей и печеной картошки.

− Господи, поверить не могу! Ты действительно уронил один из усилителей, когда на сцене появились «Jefferson Airplane»?! − послышался удивленный голос Лизы.

− Да уж, вышло довольно нелепо, − отозвался ей хрипловатый голос Анджея. – А я ведь всего-то хотел просто громкости прибавить... Они, тогда как раз собирались исполнять «White Rabbit», а Оливии очень нравилась эта песня. Мне хотелось чем-то ее порадовать. У нее был день рождения, и...

− То еще, наверное, было зрелище, − хохотнула Кейша, продолжая ловко шинковать лук.

Я мигом замерла и прислушалась.

− Ну, и как она выглядит в реальной жизни? − поинтересовалась Лиза, отпивая из высокого бокала немного белого вина. − Грейс Слик, я имею в виду.

Анджей снова расхохотался. Его смех прозвучал как десяток нежных колокольчиков.

Вот черт! Опять он говорит об этой проклятой Оливии!!! Конечно, я уже смирилась с тем, что у него есть подруга из прошлого, но, как бы там, ни было, меня все равно каждый раз передергивало, когда любимый начинал о ней рассказывать. Они с Оливией в свое время объездили полмира, каждый день проводили вместе и... меня это жутко бесило!

− Да в том-то и дело, что я не успел ее разглядеть! − задорно протянул он. − Гул стоял жуткий! Толпа с ужасом уставилась на сцену, музыканты мигом перестали играть, очевидно решив, что лопнул динамик... К тому моменту, как она отвела от лица микрофон и обернулась, я уже свалил.

− О чем это вы тут так мило беседуете? – пробормотала я, появляясь в дверях.

− Привет, Амели!!! − в один голос выдали девчонки.

Я прошла вперед и чмокнула в щеку сначала Кейшу, а потом и Лизу.

− Ну, как там диплом? − поинтересовалась Кей, когда я обошла стойку, а Анджей мигом дернул меня к себе и усадил на колено.

− Ужасно... − снова пробормотала я, швыряя на пол пуховик. − Просто ума не приложу, что делать с этим проклятым Романом. Сегодня он недвусмысленно намекнул на то, что хотел бы... вызвать меня на «дополнительный урок». К счастью, Анджей подоспел как раз вовремя.

Возлюбленный сразу же чмокнул меня в макушку, а я стянула с тарелки дольку огурца.

− Что за недоумок! – фыркнула Лиза, отбрасывая в сторону светлую прядь, выбившуюся из высокого хвостика, стянутого у нее на затылке модной резинкой с подвеской в виде полумесяца. – А я-то всегда считала, что все эти слухи чистый вымысел...

− И что ты собираешься делать? − поинтересовалась Кейша, выкладывая слой мелкорубленого лука на остальные «зачатки» будущего салата. – Неужели дальше продолжишь ходить на эти консультации? Что, если он начнет приставать?

− Тогда он просто попрощается с жизнью, вот и все... − беззаботно выдал Анджей и сделал глоток из стакана. Кажется, девчонки где-то раздобыли для него виски. Не удивлюсь, если из отцовского бара.

− Может, тебе стоит поговорить с Даниелем? − не отставала подруга. − Ну, в смысле, чтобы он занялся твоим дипломом?

− Я ей то же самое предложил, − мигом вставил любимый.

− И что там у тебя такое с телефоном случилось? – вставила Лиза, опускаясь к духовке. − Мы с самого утра не могли дозвониться.

Я бросила на Анджея короткий взгляд, а его рука, что сейчас лежала у меня на талии, вдруг еще крепче прижала меня к себе.

− Батарея дает о себе знать, − я взяла с тарелки еще одну дольку огурца. − А еще, я не собираюсь грузить Даниеля лишней работой. У него и так полный завал не только в университете...

Подруга выудила из духовки поддон со свежевыпеченными булочками. Все они имели форму косточек и все тех же злополучных тыкв с оскалившимися мордочками. Запах стоял просто божественный. Лиза всегда радовала нас вкусностями. Ровно, как и Кей.

− Да брось! Ты же знаешь, что он будет только рад. Даниель очень хорошо к тебе относится, − железка никак не желала вылезать, и поэтому подруга с силой ее дернула. Еще одно мгновение, и масляные капли приземлились бы на ее белоснежный кашемировый джемпер, но, очевидно, предвидев подобное, Лиза мигом положила ладонь, обтянутую кухонной рукавицей вдоль груди, и все приземлилось прямо на нее.

− Действительно, Ам... − поддакнула Кейша. – Даниель занимается дипломами Полины, Андрея и Ксандра. Не думаю, что ему будет в тягость и тебя принять под «крыло».

Я снова отрицательно мотнула головой.

− Нет, не хочу. Будет подозрительно, если я вот так неожиданно откажусь от кураторства Романа и попрошу заменить его.

− Может, все же подумаешь? − пробормотал Анджей мне на ухо.

− Обещаю, если он позволит себе лишнего, то я мигом тебе нажалуюсь, − улыбнулась я, а затем, изогнув шею, легонько чмокнула любимого в губы. − А перед этим сделаю так, чтобы под его задницей загорелся стул.

Девчонки улыбнулись, а вместе с ними и Анджей.

− Кстати, насчет «горящего под задницей стула»... − протянула Лиза и глянула сквозь стеклянную стену в сад. – Глядите, сейчас кое-что будет.

Все дружно уставились в окна.

Несмотря на то, что их прикрывали длинные шторы из тонкого серебристо-белого тюля, сквозь темноту все равно была отчетливо видна оконечность усадьбы, а с ней сарай и подсвечивающийся голубым бассейн.

С минуту ничего не происходило. Потом, Анджей как-то странно ухмыльнулся, бросив на подругу едва заметный взгляд.

− Андрей, я же тебе говорю, отпусти! Это не то... − долетело до нас недовольное ворчание Ксандра.

− Да все то! Наверное, просто микросхема накрылась. Напряжения для нагрева не хватает...

− А ну разойдись! − послышался властный голос Ясмин.

На мгновение ворчание в темноте прекратилось, а потом, всю усадьбу вдруг озарило ярким огненным всполохом.

− Вот блин! – раздался оглушительный вопль Андрея, который мигом вылетел из сарая.

Наш громкий смех «залил» кухню.

− Не смешно! – ругнулся друг. − А если б коротнуло?!

− Не коротнуло-бы, − хихикнула ливанка, выбираясь из узкого деревянного проема. В исходящем от бассейна бирюзовом свете было отлично видно ее радостно смеющееся лицо.

− Кстати, Ам, ты ведь не против, что Полина выпросила у твоей мамы разрешение на то, чтобы все мы остались здесь на пару недель? − спросила Кейша, пристально посмотрев на меня своими пронзительными голубыми глазами.

− Нет, ни сколько, − улыбнулась я. − Удивительно, но мама молчала, как партизан. Ни словом не обмолвилась о том, что Полли вообще о чем-то говорила с ней. Нужно будет потом ей это припомнить...

Кейша и Лиза добродушно хохотнули.

− А где Даниель? Я хотела с ним поздороваться.

− Наверху, − ответил Анджей. − В кабинете Георгия. Не смог удержаться. Надеюсь, ты не возражаешь?

− Я же уже сказала, никаких проблем, − отозвалась я, соскальзывая с ног Анджея. − Чувствуйте себя как дома! Мне вообще нравится, когда здесь много людей. Особенно, настолько... родных.

Девчонки вновь улыбнулись.

− Что ж... Пойду, распакую вещи. Вечеринка уже скоро?

Лиза глянула на свои «умные» часы.

− Еда почти готова. Думаю, что через полчаса можно будет начинать. Полина вообще предлагала устроить празднество прямо в полночь, но лично мне кажется, что тогда это уже будет не Хэллоуин, а самый настоящий Новый год.

− Это уж точно, − согласилась Кейша. − К тому же мне тоже еще нужно успеть переодеться.

− Явно намечается что-то грандиозное, − сорвалось у меня с губ.

− Увидишь.

− Ну, хорошо, − кивнула я, опуская руку и поднимая с пола брошенный на него пуховик. − И еще раз простите за то, что не помогала вам с приготовлениями! Мне действительно нужно было попасть в универ. Но, клянусь, − я с неподдельной искренностью в глазах приложила ладонь к сердцу, − потом я обязательно помогу все убрать!

− Ладно-ладно, иди уже! − бросила Лиза. − Грязная посуда будет тебя ждать! А ее будет немало, уж поверь.

− Непременно! − крикнула я, направляясь к лестнице, ведущей на второй этаж.

− Пожалуй, я тоже пойду, − улыбнулся Анджей своей самой обезоруживающей улыбкой. − Был рад поболтать, девочки...

− Ждем вас через полчаса, − напомнила Кей.

− Так точно! − сказал он за нас обоих, а затем в два шага оказался рядом со мной.

− И, Амелия... − вновь донесся до меня голос подруги, когда мы с Анджеем уже добрались до середины лестницы.

− Да?

− Ты же не рассчитываешь на то, что мы разрешим тебе воспользоваться посудомоечной машиной? Она будет занята кастрюлями и сковородками.

− Хорошо, мамуля! − съязвила я. − Все мою исключительно ручками.

Даже отсюда я без труда могла догадаться, что подруга сейчас добродушно улыбается.

Повернув налево, мы с любимым проскользнули в коридор второго этажа. В этой половине дома располагалась еще одна гостиная с небольшой библиотекой, спальня родителей, ванная, дедулин (а ныне папин) кабинет, а также моя собственная спальня.

В нее вела аккуратная резная дверь из красного дерева, что замыкала коридор.

Это была самая маленькая комната во всем доме, но, даже, несмотря на это, я все равно безумно ее любила, ведь именно здесь располагался балкон.

− Что там у вас происходит? − послышался из-за приоткрытой двери голос преподавателя.

− Да так... − отмахнулся Анджей, заглядывая внутрь. − Кажется, Ясмин наконец-то помогла Андрею разобраться с поломкой в нагревателе.

− Добрый вечер, Даниель! − улыбнулась я, глядя на него через плечо Анджея. − Кажется, вам пришелся по душе дедушкин кабинет.

Молодой еврей мигом вскочил с широкого кожаного кресла и бросил на меня виноватый взгляд:

− Ой, прошу прощения, Амелия... − виновато протянул он. − Надеюсь, что ты простишь меня за невоспитанность... но, я просто не мог удержаться от того, чтобы не взглянуть на то самое место, где обычно работал такой выдающийся человек, как твой дедушка! Ты же знаешь... Порой, я просто не могу... отказать себе и пройти мимо всевозможных научных трудов! Для меня это все равно, что наркотик. У твоего дедушки невероятное собрание книг по мифологии, истории, древним языкам...

Я беззаботно махнула рукой.

− Можете использовать все, что покажется интересным. Думаю, что дедушка нисколько бы не возражал. Думаю, ему было бы интересно обменятся мнениями с таким большим специалистом как вы.

Преподаватель мигом смутился. Было видно, насколько ему были приятны мои слова. Смуглые щеки сразу же едва заметно побагровели.

− Ты что, и ночевать здесь собираешься? − поинтересовался Анджей у друга.

− Если Амелия не возражает, то я бы мог использовать кабинет в качестве гостевой комнаты...

− Вы уверены, что вам здесь будет удобно, Даниель? Эта штука не раскладывается.

Я кивнула носом в противоположную сторону комнаты. Там стоял широкий диван, обитый красно-коричневой кожей.

Преподаватель улыбнулся.

− Амелия, здесь просто замечательно! И диван очень удобный! Если кто-нибудь будет настолько любезен, чтобы предоставить мне комплект чистого постельного белья, то я вообще мог бы не покидать это чудесное место в течение всего того времени, что будут длиться наши каникулы.

− Лучше хорошенько повеселитесь вместе с остальными, − протянула я. − Вы же не думаете, что мы вот так запросто позволим вам одному торчать в кабинете все время? Чтобы даже не думали увиливать от компании!

Я состроила наигранно злобную гримасу.

Анджей тихо хохотнул, а Даниель смущенно улыбнулся.

− Как я могу отказать хозяйке в такой просьбе, − протянул он, поправляя очки на переносице.

Я улыбнулась в ответ, а затем, отпустив ладонь Анджея, протопала в родительскую спальню.

Когда я оказалась внутри, то сразу же догадалась, что в этой самой комнате обосновались Ксандр и Лиза. Возле широкой кровати стояли две огромные дорожные сумки подруги.

Не знаю почему, но у меня на губах мигом «заиграла» улыбка.

Пройдя вперед, я подошла к стоящему у стены комоду и выудила оттуда чистый хлопковый комплект постельного белья темно-синего цвета, испещренного мелким узором в виде египетских иероглифов.

С губ сорвался довольный вздох. Комната родителей всегда была одной из лучших во всем доме. После моей конечно же.

В ней не было окон, зато имелся прямоугольный стеклянный потолок. Думаю, что мама и папа частенько засыпали в объятиях друг друга, озаренные лунным светом, «льющимся» на них сверху. А еще, смотрели сквозь стекла на звезды, когда небо не было затянуто облаками. А еще хохотали как ненормальные, споря о том, выдержат ли они очередной разгар непогоды.

Еще раз улыбнувшись, я вышла.

Когда я вернулась в кабинет, Анджей и Даниель о чем-то разговаривали. Я протянула преподавателю белье:

− Вот, чистое и свежее. С египетской тематикой. Надеюсь, вам понравится.

− Просто отлично! − благодарно улыбнулся он. − Большое спасибо.

На мгновение Даниель смутился, а затем довольно тихо пробормотал:

− Слушай, Амелия... − начал он. − Мне тут Анджей как раз рассказывал о том, что сегодня произошло у тебя в университете, и я...

− Даниель, прошу вас, не берите это в голову! Все хорошо. Я уже сказала, что сама разберусь с этим. Мне совершенно не хочется вас утруждать. Вы и так постоянно с нами возитесь...

− Да мне же это будет только в радость! Я с самого начала настаивал на твоем кураторстве, но декан заартачился, сказал, что у меня и так много студентов.

− Думаю, что Я мог бы его переубедить... − встрял Анджей, выделив это свое «я».

− Анджей, я не хочу, чтобы ты воздействовал на него при помощи своей силы!!! − почти заорала я. − Нужно учиться приспосабливаться к той или иной ситуации без использования сверхспособностей! Рано или поздно это может сыграть с нами злую шутку.

− Боюсь, я снова вынужден признать, что Амелия права, − произнес преподаватель несколько мгновений спустя. − Порой, нужно выходить из положения без лишнего риска быть скомпрометированными. Особенно, в подобных ситуациях.

Возлюбленный бессильно поднял ладони прямо перед собой, тем самым показывая, что сдается.

− Отлично, − протянула я, смеривая его взглядом. − А теперь, мне нужно пойти переодеться. Если мы не будем готовы через двадцать минут, Полина нас убьет.

− Я иду с тобой, − мигом бросил Анджей.

С губ Даниеля вдруг сорвался тяжелый вздох.

− Как вы считаете, меня подобная «участь» сможет избежать? Я без костюма...

− Думаю, что вы ПОСЛЕДНИЙ человек на земле, которого Полина вообще когда-либо решится убить, − улыбнулась я, заходя внутрь спальни.

Не успела я оказаться в комнате, как дверь позади с силой захлопнулась, а меня резко дернуло назад.

Только пару мгновений спустя я осознала, что это была ладонь Анджея, легшая мне на живот.

Он крепко прижал меня спиной к своей груди, а его горячее дыхание мигом обожгло мое ухо.

− Вообще-то, подслушивать нехорошо, − прошептал любимый, проводя губами вдоль моей шеи.

− А я и не подслушивала, − хотела огрызнуться я, но получился лишь тихий едва различимый шепот. − Просто зашла в кухню в самый нужный момент. Эта твоя Оливия настоящая хиппи, как я погляжу...

− Была. Когда-то. – Спокойно ответил Анджей. − Жаль, что тогда рядом со мной не было тебя.

Я закинула левую руку назад и запустила свою пятерню в золотисто-медные завитки на макушке возлюбленного, а он в этот самый момент начал целовать основание моего подбородка.

− Умело перевел тему, − усмехнулась я, опустив руку и пытаясь оторвать от себя его ладонь.

− Может не стоит нам идти на эту вечеринку?

− Мы должны. Ради Полли.

Приложив невероятное усилие, я все же смогла отстраниться и нажала на подсвеивающийся в темноте выключатель.

Комната мигом погрузилась в мягкий сиренево-синий свет.

Все здесь выглядело таким родным: темно-синие шторы с космическим орнаментом, широкая кровать с кованой спинкой, шкаф-купе с огромными зеркалами, старинный туалетный столик с витиеватыми ножками, что достался мне от бабушки...

А еще компьютерный стол из белого дерева, на который я всегда пристраивала свой ноутбук, стереосистема, с обеих сторон от которой примостились две внушительные стопки моих старых компакт-дисков и аудиокассет...

− А тут многое изменилось с тех пор, как я бывал у вас в последний раз, − ехидно подметил Анджей, опускаясь на стоящее возле выхода на балкон резное кресло в стиле барокко. − Хотя, нет... Все же не все.

− Ты хочешь сказать, что и тут бывал? − я вздернула бровь.

Он состроил хитрую гримасу, а затем смерил меня одной из своих самых ослепительных улыбок.

− Видел комнату одним глазком, когда после того происшествия твоя бабушка успокаивала тебя и вытирала полотенцем.

− Что?! − почти пропищала я, изо всех сил сдерживая смех.

− Тут тогда была целая куча плюшевых игрушек, а стены, кажется, были бледно-розовые? − с вопросительной интонацией поинтересовался он. – А тебя, в силу возраста, тогда гораздо больше интересовал во-о-о-н тот белый мохнатый толстяк, чем странный субъект, торчащий в дверях.

Я обернулась.

На аккуратно застеленной постели, прислонившись к многочисленным подушкам, гордо восседал мой любимый медведь с алой лентой, повязанной вокруг шеи. Его мне подарил дедушка на мой третий день рождения.

Повернув голову обратно, я медленно двинулась в сторону Анджея. Скинув с ног свои бежевые ботинки прямо вместе с носками, я стянула с себя кофту, оставаясь лишь в красном кружевном бюстгальтере.

С губ возлюбленного сорвался едва слышный стон, а его глаза вдруг блеснули неприкрытым желанием.

− Этот медведь часто согревал меня долгими одинокими ночами, − прошептала я, приближаясь к нему все ближе и ближе. Мои руки опустились вниз и принялись медленно расстегивать пуговицы на джинсах.

− Думаю, что твой старый «друг» не будет против уступить место кому-то... более молодому, − хохотнул Анджей, поднимаясь с кресла и направляясь ко мне.

− Только не тебе, «дедуля».

− Может, я все же смогу его переубедить? – прошептал любимый, нежно целуя меня в губы.

От него исходил невероятно приятный, ни с чем несравнимый аромат.

− Помоги мне, − протянула я, когда Анджей отстранился, заглядывая мне прямо в глаза.

− Конечно, госпожа...

Прохладные ладони легли мне на талию, придавливая пальцами ткань джинсов к коже, а затем медленно поползли вниз по бедрам, затем по икрам, и, наконец, достигли самых лодыжек.

Переступив через брючины, я осталась лишь в одном белье, а Анджей оказался передо мной практически на коленях.

Это было так невероятно возбуждающе и соблазнительно. Впервые за долгое время, я не испытывала абсолютно никакого чувства смущения или стыда.

Моя ладонь вновь прошлась по его волосам, а затем и вдоль его идеально вылепленных скул и подбородка.

Анджей изловчился и сумел кончиком своих губ прикоснуться к основанию моего большого пальца.

В саду послышались приглушенные звуки музыки. Кажется, все уже было практически готово.

− Жутко не хочется куда-либо выходить.

− Да, просто невыносимо, − прошептал он, продолжая целовать мою руку.

− Но необходимо.

Из огромных динамиков лился альтернативный рок. Солистка The Joy Formidable пела о «танце с лотосом». В текст я особо не вслушивалась, но звучание было просто отличным.

Где-то на краю поселка также были слышны отдаленные звуки играющей музыки. Вполне возможно, что кто-то из молодежи также решил устроить себе небольшой отпуск, в связи с тем, что происходило в городе.

Сад стал выглядеть еще более сказочным из-за клубящихся над прозрачно-бирюзовой водой клубов пара. Столы под тентом теперь так и ломились от всевозможных яств.

Да что было говорить... Лиза и Кей также превзошли самих себя!!! На всевозможных тарелочках и подносиках красовались аккуратные горочки самых разных салатов, тарталеток с икрой, мини-пицц, канапе и, конечно же, конфет. Их там были буквально горы! Не знаю, для кого девчонки додумались их приготовить, ведь у нас в стране дети обычно участвуют в колядках только на Рождество и в такой день вряд ли решатся ходить по домам и собирать сладости.

Вполне возможно, что Полина собиралась все это умять, так что...

− Потрясающе! – протянула подруга, подлетая ко мне в тот самый момент, когда я, неуклюже балансируя на высоких каблуках, опустилась и окунула руку в бассейн. − А я-то наивно полагала, что всех перещеголяю.

Не знаю, что там удосужилась сделать Ясмин, но вода в нем действительно была невероятно теплой, почти горячей, и так и манила поскорее забраться внутрь (хотя, я все равно не собиралась этого делать).

Оторвав взгляд от светло-бирюзовой глади, я пристально посмотрела на Полли.

Выглядела она просто невероятно. На подруге красовался наряд Эльвиры − одного из наших самых любимых киноперсонажей из детства.

− Так оно и есть, − улыбнулась я, заглядывая в огромное декольте. − Выглядишь чертовски сексуально! Бьюсь об заклад, если бы мы сейчас находились в каком-нибудь публичном месте, то все парни точно на тебя набросились бы! И, кстати... − с губ сорвался смешок, когда ко мне подошел улыбающийся Ксандр, облаченный в смокинг и бабочку, и протянул поднос с шампанским, − А где ты достала эту «самую» грудь?

Подруга хохотнула.

− Так она там всегда и была! Я ведь редко ношу подобные платья. Даже у моих коктейльных туалетов никогда не было... настолько глубокого выреза в области сисек.

− Это уж точно! – захохотала я, стягивая с металлической поверхности бокал и затем с наслаждением из него отпивая.

− Выглядишь превосходно, Ам... − сказал Ксандр и, игриво мне подмигнув, направился к столику, где стояли остальные напитки.

− Теперь, дай-ка мне на тебя посмотреть! − почти пропела Полли, взяв меня за руку и раскрутив. − Черт побери, Амелия Гумберт... Я тебя просто обожаю! А я-то думала, что ты, как всегда, напялишь на себя самое обычное платье, а потом сделаешь вид, что так и должно было быть.

− Я же обещала.

− Из тебя вышла просто отличная Холли Голайтли! Конечно, фигура у тебя не такая, как у Одри, но в целом... просто превосходно!

− Рада, что тебе понравилось, − хохотнула я, поправляя свою высокую прическу.

Откровенно говоря, доля правды в словах Полины все же была.

Мне действительно совершенно не хотелось готовиться, но как только я вспомнила об этом платье, то у меня перед мысленным взором сразу же замелькали кадры из легендарного «Завтрака у Тиффани».

Туфли под него могли подойти практически любые, а вот более-менее похожие украшения я позаимствовала у мамы, ровно, как и перчатки. Ее старинная заколка для волос очень походила на ту, что была в фильме. Маме она досталась от бабушки, а та затем передала ее мне.

− Кстати, а где ты потеряла своего Пола Варжака?

Я оглянулась назад, поглядеть, не идет ли уже Анджей.

− Думаю, что он там же, где и все остальные. Интересно, почему так долго?

− Андрей и Марк пошли собираться последними, но девочки обещали «присмотреть» за ними. Ксандру особо наряжаться было не нужно, вот он и пришел настроить аппаратуру и побыть для нас официантом.

− И я очень надеюсь, что ты не будешь потом ныть о том, что я «слишком просто оделся», − хохотнул друг, вновь проходя мимо.

В его огромных мускулистых руках были зажаты какие-то странные палки, напоминающие факелы.

− Разве у нас недостаточно света? – поинтересовалась я. − Или вы хотите спалить спалить наш дом?

− Ясмин попросила установить их, − пояснил Ксандр. − Хочет продемонстрировать какой-то фокус с огнем.

− Амелия, обещаю, будет классно! − схватила меня за плечи Полина. − Ясмин просто потрясающая! Неужели ты думаешь, что она настолько безответственна? Огонь для нее все равно, что продолжение собственного тела.

− Хорошо-хорошо, − сдалась я.

Когда пару мгновений спустя Ксандр закончил расставлять вокруг бассейна факелы и наконец подошел к нам, музыка на мгновение стихла.

Ветви на деревьях едва заметно затрепетали, а Крис Мартин запел о призраках. На ступенях наконец-то показались ребята.

Первой шла Лиза. Выглядела подруга роскошно. На ней было красивое темно-коричневое платье со стразами и легкой газовой накидкой на плечах. Ее волосы были... иссиня черными и уложены совсем как у какой-нибудь звезды тридцатых.

− Кажется, до меня дошло! − победно протянула я. − Да ты у нас Джеймс Бонд, Ксандр!

Друг хохотнул и, изобразив пальцами зажатый в руках пистолет, задорно протянул:

− Именно! И вот теперь торчу здесь и жду свою Веспер Линд! Только не говорите, что вы действительно подумали, что я буду всего лишь официантом...

Мы с Полли так и покатились со смеху.

− Именно так и подумали!

− Да ну вас! − с наигранной обидой в голосе отозвался друг и поспешил навстречу любимой.

Следом за Лизой показались Кейша и Марк. Тут я тоже не смогла сдержать смеха. Друзья переоделись ни в кого иного, как в героев фильма «Кавказская пленница»: старого доброго Шурика и русскую красавицу Нину.

− Где забыли осла, товарищи? − хохотнула Полина.

Кейша состроила многозначительную гримасу и показала подруге «птичку» − один из тех немногих бессловесных жестов, значение которых были понятны в любой стране мира.

Потом я увидела Андрея. Его костюм я уже успела оценить прошлой ночью, но, как бы там, ни было, выглядел друг отлично.

Конечно же, идея с Фон Графом оказалась всего лишь шуткой. Андрей только слегка побелил лицо и нарисовал привычный кровоподтек в самом уголке рта. В приглушенном свете висящих повсюду гирлянд и фонариков он действительно походил на самого настоящего вампира: бледный, с идеально выведенными чертами лица, невероятно красивый.

Я поняла, что не могу сдержать улыбки. В груди мигом стало тепло, радостно. Все явно налаживалось.

Пдняв бокал, я отсалютовала им другу. Андрей задорно подмигнул, а когда мы почти поравнялись, он тихо прошептал:

− Отлично выглядишь.

− Спасибо, − смущенно протянула я в ответ.

Затем, наконец, появился Анджей.

Мой ненаглядный, любимый дампир.

В брюках, костюме, тонком галстуке и с зачесанными на пробор по моде шестидесятых волосами. Сказать, что выглядел он гораздо привлекательнее, чем друг Холли из фильма, значит было не сказать ничего. Лицо Анджея походило на лицо самого настоящего ангела, а его синие, словно холодный бушующий океан глаза, буквально сияли в темноте.

Я поставила наполовину пустой бокал на край деревянного шезлонга и надела солнцезащитные очки, что до этого момента бестолково болтались на кончике декольте.

− «Никто не смеет сажать меня в клетку», − протянула я, подходя к Анджею.

− «Я не хочу сажать тебя в клетку. Я хочу любить тебя!» − прошептал он в ответ, а затем, стянув с меня очки, нежно поцеловал в губы.

− Не буду спрашивать, откуда ты так хорошо знаешь этот фильм, − протянула я отстраняясь.

− Это одна из любимых повестей Даниеля. У него даже есть автограф Трумана Капоте, если тебе интересно.

− Ты шутишь...

Анджей снова подался ко мне и, на этот раз, поцеловав меня в щеку, прошептал:

− Выглядишь невероятно притягательно, когда удивляешься. Знаешь, а я ведь все еще не могу выбросить из головы то красное белье...

− По-моему, с вами сегодня однозначно что-то не так, мистер Моретти, − прошептала я. − У вас довольно... любвеобильное настроение. Чем это вызвано?

− Могу спросить тебя о том же. Разве это не ты дразнишь меня сегодня весь день?

Я не успела ответить, поскольку к нам подошли Даниель и Ясмин. Что ж, вот все и в сборе!

− Даниель, я безумно рада, что вы все же решили посидеть с нами! − радостно протянула я. − Очень надеюсь, что Полина не будет сильно к вам приставать.

Преподаватель не стал забивать себе голову никаким праздничным нарядом и поэтому просто появился в привычных джинсах и твидовом пиджаке. Очков на нем не было.

− Я тоже надеюсь, − улыбнулся Даниель. − Конечно, я бы предпочел остаться в кабинете Георгия и лучше изучить его записи...

− Думаю, тебе действительно стоит немного расслабиться и пропустить пару бокальчиков, Дэнни... − Анджей похлопал преподавателя по плечу.

Я смерила его многозначительным взглядом. Впервые в жизни я слышала, как Анджей настолько... фамильярно обратился к преподавателю.

Ясмин не сдержалась и тихо хохотнула.

Выглядела подруга просто превосходно. На ней были стильные босоножки из черной кожи в восточном стиле, а также точно такие же кожаные клешеные брюки и топ, перекрещивающийся на талии двумя широкими ремнями.

В ушах у девушки были внушительные серьги с целой кучей мелких подвесок, которые крепились друг над другом причудливым каскадом. Глаза ливанки были густо подведены, из-за чего казались почти полностью черными, но от этого не менее притягательными.

− Ты выглядишь просто отлично, Ясмин, − улыбнулась я. – Настоящая женщина-вамп! Очень... притягательно.

Она задорно расхохоталась:

− Ну, вообще-то, это, в некотором роде, моя «рабочая» одежда. Когда я еще была в Клане, то почти всегда ходила только в этом.

− И наряды у вас были что надо! − весело пролепетала Полина, которая снова оказалась рядом с нами. − Хватит уже тут торчать, идем веселиться!!!

С этими словами мы все направились в шатер.

Вечер обещал быть просто замечательным.

Воздух был настолько свежим, что начинала кружиться голова. И несмотря на то, что на улице стало уже совсем холодно, нас прекрасно согревало исходящее от огромного бассейна тепло.

Песня сменялась с одной на другую так часто, что натанцевались мы вдоволь.

Анджею даже один раз удалось вытащить меня на медленный танец, хотя я просто терпеть не могла этого.

У любимого оказалась довольно сильная «группа поддержки» в лице Кейши и Полины, которые буквально вышвырнули меня на наш импровизированный танцпол в виде коричневого кафеля, что был выложен вокруг кромки бассейна аккуратной «рамкой». Что тут можно сказать... Танцевать под Эмму Хьюитт с Анджеем в обнимку, было довольно приятно.

В этот чудесный вечер никто не остался одинок. Для всех нашлась пара.

Каждый успел не раз сменить партнера по танцам, так что даже Даниель не остался в стороне.

В тот самый момент, когда мы с преподавателем оказались в паре, Анджей что-то начал упорно обсуждать с Ксандром и Марком, Полина и Кейша с аппетитом уплетали салаты, пока им что-то увлеченно рассказывала Ясмин, при этом не выпускавшая из рук бокала с розовым шампанским.

Неподалеку танцевали Андрей с Лизой. Из динамиков «полился» чарующий голос британки Клэр Магуайр.

− Так значит, это Ясмин не позволяет нам всем замерзнуть? − спросила я Даниеля, который невероятно умело вел меня в танце.

− Невероятно, правда? − даже в такие моменты он ни на мгновение не переставал думать о науке. − Мне как раз попалось несколько заметок Георгия о Сестрах, и я уже начал ознокамливаться с ними. Из того, что я успел узнать, можно сделать вывод, что «огненная» Сестра может не только управлять огнем, как стихией в целом, но также и изменять температуру вокруг себя. Повышать ее, и наоборот.

− Звучит любопытно.

Преподаватель кивнул.

− Знаешь, Амелия... А я ведь не раз задумывался о том, что за все это время мы еще ни разу так и не попытались опробовать твои способности в полной мере. Вполне возможно, что ты также можешь свободно влиять на любые земные вещества. Георгий говорил, что в Пророчестве не раз говорилось о том, что Диамант способен управлять всеми четырьмя стихиями, а это означает, что ты способна взаимодействовать с чем угодно.

Несмотря на то, что от водной глади распространялось достаточно тепла, я все равно вдруг почувствовала легких озноб. Очевидно, причиной всему было то, что я так и не смогла до конца привыкнуть ко всем этим разговорам о моей «невероятной» силе, что так и не смогла с ней свыкнуться, а главное понять, как же ИМЕННО она работает.

− Даниель, умоляю... Давайте хотя бы сегодня не будем думать об этом! Просто... дайте себе возможность отдохнуть. Вы молодой привлекательный мужчина... Порой нужно заниматься чем-то еще, помимо науки!

Темные глаза преподавателя пристально на меня посмотрели. В них прочиталась какая-то непонятная для меня грустная усмешка. Кажется, он вдруг вспомнил о чем-то давно забытом.

− Вы в порядке? Я что-то не то сказала?

Мы замерли, но буквально мгновение спустя молодой еврей, как всегда, улыбнулся и, отрицательно помотав головой, ответил:

− Все хорошо. Ты права, Амелия... Порой, я действительно бываю большой занудой. Вся моя жизнь − это одно большое исследование! Я уже и вправду забыл, когда в последнее время отдыхал по-настоящему.

Позади нас словно из-под земли вдруг появилась Полина. Наиграно, прочистив горло, она пролепетала:

− Амелия, могу я «похитить» у тебя твоего кавалера?

Я улыбнулась. Подруга появилась как никогда вовремя. Я отлично знала, что именно она быстро сможет привести нашего дорогого преподавателя в привычную норму. Даниель ей очень нравился, так что не стоило отнимать у Полли такую отличную возможность.

− Ну конечно же, − пролепетала я, отходя в сторону. − Благодарю вас за прекрасный танец, Даниель! Вы сегодня буквально нарасхват...

Изящно поклонившись, я направилась в шатер.

Не знаю почему, но после всех этих бесконечных танцев мне впервые за долгое время безумно захотелось поесть.

− О чем это вы так мило болтали с Даниелем? − обратилась ко мне Лиза, запихивая в рот палочку с крабовым канапе. Они с Андреем уже давно разошлись по разным углам.

Я взяла из аккуратно сложенной стопки картонную тарелочку с орнаментом из россыпи летучих мышей и положила в нее пару ложек салата-черепашки, несколько канапе и одну тарталетку с красной икрой.

− Ну, вообще-то мы обсуждали способности Ясмин. Кажется, Даниель очень увлечен тем, что у него появилась новая «подопечная» с суперспособностями. Так что ты следующая на очереди, у кого возьмут кровь на анализ...

Ливанка хохотнула.

− Даниель очень мил. Конечно, я не раздаю свои биоматериалы направо и налево, но он явно внушает мне чувство доверия. Вы давно его знаете? Ну, в смысле... как Связующего?

Повисла короткая пауза. Мы с девчонками бросили на танцующих пристальный взгляд. Кажется, Полли была в полном восторге от происходящего. Улыбка ни на мгновение не сходила с ее лица, ровно, как и с благодушной физиономии Даниеля.

− Мы узнали, что он Связующий полгода тому назад, − ответила Лиза. – В то же самое время, когда Амелия поняла, что она − Диамант.

− А о своем предназначении вы, как я понимаю, узнали раньше, − скорее заключила, нежели спросила Ясмин, а затем сделала очередной глоток шампанского.

Я посмотрела на смуглые обнаженные плечи подруги и, сама не знаю почему, поежилась.

Парни в противоположной стороне нашей праздничной палатки продолжали что-то с интересом обсуждать. Время от времени с их губ срывался заливистый смех. Даже Андрей перекинулся парой фраз с Анджеем и, кажется, никакой особой неловкости при этом друг перед другом они не испытали.

− Наши деды были Поверенными, но до недавнего времени на нас было наложено заклятие, которое блокировало способности и половину ненужных воспоминаний из детства. Они посчитали, что именно нам придется подготовить Амелию к принятию своей судьбы... − объяснила Лиза.

− Но зачем? − недоумевающе протянула ливанка. − Разве Амелия не заслужила того, чтобы обо всем узнать одновременно со всеми остальными?

Я отпила шампанского и ответила:

− Очевидно, мой дед дал такое распоряжение. Думаю, он хотел, чтобы Стражи «пробудились» первыми, чтобы у Диаманта была хотя бы какая-нибудь защита, когда придет его черед столкнуться с реальностью.

Я посмотрела Ясмин прямо в глаза, а затем тихо добавила:

− Иногда мне кажется, что он просто подозревал, что я окажусь слабой, что не смогу обойтись без поддержки близких людей. И, в чем-то он действительно оказался прав...

С губ слетел тяжелый вздох. Сделав обильный глоток шампанского, я продолжила:

− Когда я поняла, что я − Диамант, ребята уже были способны хоть как-то ориентироваться в этом безумном мире сверхъестественного. Они не раз спасали мне жизнь этим летом, и я искренне за это благодарна. Знаешь, Ясмин... иногда мне кажется, что я вообще не должна была рождаться Диамантом! Как по мне, так любой из вас справится с этой ролью гораздо лучше меня. Порой я ощущаю себя самой настоящей, ни на что негодной размазней...

− Просто ты − всего лишь человек, Амелия, − несколько секунд спустя заключила Ясмин, пристально поглядев на меня. − Считать, что кто-то с чем-то справится лучше, когда серьезные действия требуются именно от тебя, всегда проще.

− То есть, ты хочешь сказать, что я − эгоистка?

− Я хочу сказать, что ты ИМЕЕШЬ ПРАВО бояться той ответственности, что была взвалена на твои плечи самой судьбой. А еще мне кажется, что любой на твоем месте был бы напуган тем, что все постоянно ожидают от тебя чего-то поистине невероятного, а ты сам все еще до конца не осознаешь, чего же именно.

− И даже ты? − тихо спросила я.

Подруга кивнула.

− То, что я сильна духом несомненно... Но, как бы там, ни было, мне тоже бывает страшно. По своей сути, я всего лишь обыкновенная женщина, Амелия... Такая же, как ты, как Кейша, как Полина или Лиза... У всех нас есть свои собственные надежды... и собственные страхи.

Я опрокинула в рот остатки шампанского и протянула:

− Иногда мне кажется, что судьба просто была неблагосклонна ко мне.

− Думаю, что она неблагосклонна ко всем нам, − вдруг вставила Лиза, глядя прямо перед собой. − Ты ведь также боишься и за Анджея, верно?

Подруга посмотрела прямо на меня.

− И не только за него. За всех вас.

Сердце в груди неприятно екнуло, я посмотрела прямо перед собой, а потом продолжила:

− В последнее время меня вообще пугают те дни, когда все начинает идти хорошо. Мне кажется, что за ними неминуемо последует что-то ужасное. Даже тогда, когда я решилась довериться Ясмин, мне в голову практически сразу же пришло осознание того, что уже практически одним разговором я обрекаю ее на верную смерть. Ведь Земные...

− К счастью, все разрешилось само собой, − улыбнулась ливанка и также до дна осушила свой бокал.

− Но ты ведь тоже потеряла любимого из-за всего этого безумия, − протянула Лиза, с грустью в глазах посмотрев на подругу снизу вверх. − У нас с остальными хотя бы было немного времени на то, чтобы немного пожить нормальной жизнью, а у вас в Клане наверняка с самого детства принято принимать свое «особенное» предназначение, учится тому, что ты должен будешь защищать невинных, что все остальное всегда будет иметь не первостепенное значение...

− Да, я потеряла любимого... − твердо произнесла Ясмин, заложив за ухо выбившуюся темную прядь. – И порой мне даже хочется все бросить и сделать вид, что меня вообще не касается все то дерьмо, что происходит вокруг... Но потом я все же напоминаю себе о том, что борюсь за благую цель, за будущее целого мира и тогда... мне становится легче.

− Но ведь со своей потерей ты так и не смирилась, верно? − спросила я.

Подруга кивнула.

− И наверное, никогда не смирюсь. Хотя иногда и задаюсь вопросом «Для чего все это?».

С губ ливанки сорвался тяжелый вздох, а затем, посмотрев на меня, она добавила:

− Что, если Давид уже давным-давно мертв, а я безнадежно пытаюсь вернуть себе призрака?

− Не говори так, Ясмин, − прошептала я, накрывая своей ладонью ее.

− Если это действительно так, то я все равно отмщу за него, − почти прошипела она. − Я должна буду это сделать... Это мой долг!

− Посмотри на меня, Ясси...

Подруга «оторвала» свои огромные пронзительные глаза от столешницы и послушно перевела их на меня.

− Мы найдем его. Я обещаю.

Я замолчала на мгновение, а затем добавила:

− Твое сердце обязательно подсказало бы, если бы его действительно не стало. Такое всегда чувствуешь, когда любишь кого-то.

Ясмин провела своей изящной жилистой ладонью по моей щеке, а затем прошептала:

− Видит Аллах, ты права.

С этими словами она улыбнулась, а затем, сложив ладони домиком, выкрикнула:

− Ребята, готовы к небольшому шоу?!

Медленная мелодия давным-давно закончилась, но Полина и Даниель все равно продолжали кружиться вдоль кромки бассейна под совершенно неуместную для этого «Horror Head» британской рок-группы «Curve».

− «Шоу»? − удивленно протянул Андрей. − Тебе не хватило того, что ты и так меня едва не поджарила?

Подруга обернулась и весело хохотнула:

− Сейчас будет кое-что более «жаркое»!

− Ого!!! − в один голос выдали Андрей и Ксандр. − Не терпится на это посмотреть!

Ясмин прошла к одному из задних столов, а все мы медленно «выползли» из шатра наружу.

Анджей мигом возник сзади и обхватил меня за талию. Ксандр и Марк проделали то же самое с Лизой и Кейшей. Полина, в свою очередь, не задумываясь, «сгребла» в охапку Андрея, а Даниель поспешил взобраться на шезлонг, лениво на нем развалившись.

− Интересно, что же она такое задумала? − услышала я слева от себя шепот Андрея.

Потом послышался легкий смешок и почти нежное «заткнись» от Полины.

В этот самый миг Ясмин снова появилась снаружи. В одной руке у нее было зажато несколько факелов, а в другой − огромные пои.

− Ого! − задорно присвистнул все тот же Андрей. − Ты что, еще и факир?!

− Я не просто факир, − хохотнула ливанка. − Я самая настоящая Повелительница огня!

Громко щелкнув пальцами, подруга ловко выбила из них искру. Я даже вздрогнула от неожиданности.

− Так вот как вам удалось справиться с нагревателем! − хохотнула я.

− Именно так я сегодня чуть не лишился своих волос, − почти обиженно протянул Андрей.

Все резко расхохотались.

В этот самый момент Ясмин выбросила ладонь вперед и швырнула искру на самый кончик одного из факелов.

Полыхал он невероятно ярко, еще сильнее освещая своим желтоватым сиянием сад. Тихий шипящий звук приятно ласкал уши, смешиваясь с чарующей восточной музыкой, что лилась из динамиков.

Композиция была странной, довольно монотонной и незамысловатой, но при этом почти гипнотически прекрасной.

Скинув с себя сандалии, ливанка медленно задвигалась в танце. Делала она это невероятно изящно, плавно, соблазнительно.

Положив в рот небольшой коричнево-серый шарик, подруга схватила со стола небольшую бутылочку с жидким средством для розжига костра.

Мелодия начинала стремительно становиться более ритмичной.

Ясмин поднесла факел ближе ко рту и, широко его раскрыв, осторожно дунула.

Яркая волна обжигающего пламени мигом метнулась вперед к ее вытянутой руке и зажгла второй факел.

− Потрясающе!!! − с восторгом протянула Полина и, подзадоривая остальных, начала с неистовством аплодировать.

Нам не оставалось ничего другого, как поддержать подругу. К тому же, все это и вправду было невероятно красиво. Ясмин была просто бесподобна.

Продолжая медленно двигаться в такт музыке, ливанка зажгла еще один факел, затем, ловко подбросила все три горящих палки в воздух и начала умело ими жонглировать. В ее темных зрачках отражался огонь − родная стихия, неотъемлемая часть самого естества Ясмин.

Затем подруга виртуозно, так и не позволив ни одному из своих «горящих орудий» коснуться земли, ловко забросила факелы прямо в металлические держатели, что растянулись вдоль кромки бассейна один за другим.

Танец становился все более зажигательным.

Взяв в руки пои, ливанка так же грациозно их зажгла и начала неистово раскручивать.

Все действо происходило почти на невероятной скорости, но при этом нисколько не теряло своего шарма и очарования.

Пару раз мне начинало казаться, что она вот-вот заденет краем горячего раскаленного металла свое смуглое бедро или руку, но в самый последний миг горящий шар проносился мимо.

Продолжая пристально наблюдать за движениями Ясмин, я вдруг пришла к выводу, что они начинают меня буквально убаюкивать. Словно... один огромный маятник.

Казалось, что бледный сизый дым начинает полностью поглощать собой все вокруг, но меня это нисколько не напугало. Запах, что распространялся вокруг был не тяжелым и не резким, а имел какой-то странный, ни с чем несравнимый аромат. Он буквально так и призывал втянуть его в себя. Не знаю почему, но вдруг все стало совсем неважно, а я впервые за долгое время почувствовала себя спокойно и легко.

Музыка, что «лилась» из колонок еще несколько секунд тому назад вдруг исказилась. В ней больше не было восточных ноток, но общее звучание все еще оставалось таким же тихим и медленным, оно доносилось до меня словно издалека.

Кажется, девушка что-то пела на английском, но при этом, я почему-то не могла разобрать ни единого слова.

Ее голос, мелодия, движения Ясмин и густой туман, «растянувшийся» вокруг, словно фруктовая жвачка, с каждой минутой уносили меня далеко-далеко. Стоящий позади меня Анджей исчез, ровно, как и его рука, лежащая у меня на талии, исчезли ребята, исчезло все.

Что-то внутри подсказывало, что они где-то неподалеку, почти рядом, но я никого не могла увидеть.

Вместо того чтобы поддаться панике, я медленно двинулась вперед.

Одетые на ноги босоножки вдруг куда-то исчезли, а я вдруг ощутила на своих уставших за этот долгий вечер ступнях приятную прохладу.

Кажется, это была... трава! Самая настоящая летняя мягкая травка, что росла под нашими яблоневыми деревьями, и в которой иногда можно было отыскать самые настоящие грибы.

Я удовлетворенно хмыкнула, а туман вдруг стал понемногу рассеиваться.

Медленно, с невероятным трудом, но я все же смогла повернуть голову вправо.

Там был Анджей. Он так же медленно и заторможено, не замечая ничего вокруг, подошел к дереву и с интересом на него уставился. Последовав примеру любимого, я так же посмотрела прямо перед собой.

Я не могла видеть себя со стороны, но то, что мои глаза округлились, было ясно и так.

Дерево... оно расцвело! Расцвело прямо на моих глазах, ровно, как и все вокруг!

«Пробивающиеся» сквозь густую зеленую листву гирлянды и светящиеся шары в виде тыкв выглядели просто невероятно, учитывая тот факт, что мы находились в России и в этот самый миг как раз наступил ноябрь.

Где-то позади послышался тихий треск.

Даже не оборачиваясь, я поняла, что это была Кейша.

Очевидно, все мы, сами не понимая почему, вдруг разбрелись по саду и теперь наблюдали за этим чудесным, почти невероятным явлением.

Я была абсолютно уверена: Ясмин что-то сделала, как-то отправила нас в эту волшебную неведомую страну, из которой совсем не хотелось возвращаться. Здесь было так хорошо, спокойно и чудесно, что я чувствовала себя легкой, словно пушинка. Мне казалось, что нужно всего лишь развести руки в сторону, и я смогу взлететь.

Музыка вдруг вновь исказилась, а я медленно прошла вправо, с наслаждением прикрыв глаза, словно в трансе.

− Амелия, Амелия... − донеслось до меня из каких-то неведомых глубин. − Ты с нами или нет?

Не успела я издать и звука, как меня вдруг кто-то резко сшиб с ног.

На мгновение мне показалось, что я скатываюсь в бездну.

Весь окружающий мир вдруг резко «раскололся» надвое... а затем исчез. Теперь, вокруг была вода. Самая обыкновенная, прозрачная теплая вода, окрашенная в светло-бирюзовый цвет.

Только пару мгновений спустя до меня дошло, что это Анджей столкнул меня в бассейн, в котором уже также были Кейша, Марк и Ксандр. Я отчаянно заработала руками, и через секунду резко выплыла наружу, с жадностью хватая ртом воздух.

− Ты, кажется, совсем отключилась, − протянул любимый, лицо которого выскочило из воды прямо напротив моего. − В следующий раз попрошу Ясмин заранее предупреждать нас об использовании паров опиума... Это явно не для тебя!

Сама не знаю почему, но я нисколько не разозлилась ни на его замечание, ни на то, что он столкнул меня в бассейн, ни на то, что мое вечернее платье полностью промокло.

Руки на «автомате» потянулись к голове, но там было пусто. Кажется, мамина заколка и мои очки теперь валялась где-то на дне. Превосходно!

− А, по-моему, совершенно наоборот... − протянула я в ответ, чувствуя, как внутри все трепещет. − Я чувствую себя просто отлично!

− Вижу, − улыбнулся Анджей и протянул мне свою ладонь. В ней лежала заколка. − Извини, но очки кто-то случайно раздавил...

− Я тебя люблю, − вдруг прошептала я, принимая украшение из его прохладной ладони и кладя ее на бортик. − Господи, как же сильно я тебя люблю!!!

− Я тоже люблю тебя, малышка, − произнес любимый в ответ, с силой притягивая меня к себе. − Безумно люблю!

Послышался одобрительный гвалт ребят. Из колонок звучала очередная песня. На этот раз это снова были «Coldplay». Музыка была просто замечательной, а голос Криса Мартина почти сливался с ней, что делало слова практически не различимыми. Вся композиция походила на какое-то неведомое песнопение, но от этого становилась еще более прекрасной и захватывающей.

− Давай же, любимая! − послышался оглушительный возглас Ксандра. − Прыгай к нам! Не бойся испортить платье...

− Не хочу потом всю ночь вонять хлоркой... − не сдавалась Лиза.

− Ты же не собираешься носить его всю ночь, верно? Я по-крайней мере абсолютно точно готовлюсь к тому, чтобы наблюдать сегодня совершенно... иные твои наряды.

С этими словами Ксандр подплыл к бортику, схватил подругу за запястье и дернул ее за собой.

Снова послышался оглушительный смех.

Дулась Лиза недолго. Отшвырнув прочь промокший насквозь темный парик, она одним движением стянула с себя резинку и распустила свои густые белые локоны, которые начали мигом виться из-за высокой влажности.

− Ну что, как водичка, неудачники? − хохотнул Андрей.

В этот самый миг сзади появилась Полина и со всей силы пнула его под зад.

В воду друг свалился довольно нелепо. Его плащ сразу же раздуло, словно надувной матрас, а плотная черная ткань мигом запуталась между ног.

− Хорошо вошел, Дракула! − хохотнул Анджей, но его замечание было мигом перекрыто воплем Полины.

− Банзай! − завопила она и со всех ног бросилась вперед, ловко плюхнувшись в воду прямо рядом с Андреем.

− Полина, я тебя убью!!! – завизжал друг, выскакивая наружу и лихорадочно хватая ртом воздух.

По саду вновь прокатилась волна задорного смеха.

− Ну как? − хохотнула Ясмин, присаживаясь на корточки. − Неплохое средство для того, чтобы расслабиться и поддержать душевное равновесие?

− Это было просто невероятно, Ясмин, − улыбнулся Даниель, который, кажется, за все это время, так и не встал с шезлонга. − Чем-то напоминает шаманскую технику врачевания. Считается, что пары опиума...

− Ну все, хватит уже!!! − завопили все в один голос. − Достаточно с нас сегодня научных замечаний...

− Будете ворчать, напишу на вас жалобу в деканат! − заявил Даниель, изо всех сил стараясь выглядеть серьезным, но так и не сдержавшись, вдруг громко рассмеялся. − Скажу, что вы − злостные прогульщики...

− ОГО! − протянула Полина, проводя рукой по своим промокшим волосам и, точно так же, как и Лиза, отшвыривая парик в сторону. − Так это же угроза, ребята!!! Давайте-ка мигом с ней разберемся...

Не успела подруга закончить фразы, как рядом с Даниелем возникла Ясмин.

− Простите, Даниель... Но у меня просто не было выбора!

Преподаватель открыл, было, рот чтобы возразить, но так и не успел ничего сказать.

Ливанка схватилась за деревянный задник шезлонга и почти стряхнула преподавателя в воду.

− Юхху!!! − задорно протянула она и прыгнула следом.

Музыка становилась все громче, а все вокруг, кажется, были абсолютно счастливы: можно было беззаботно веселиться, смеяться, плескаться, брызгаться... А еще обниматься и целоваться.

Полина ни на мгновение не отходила от Андрея, а Ясмин даже решилась на то, чтобы чмокнуть Даниеля в губы.

Все мигом ответили одобрительным возгласом, когда наш «привычный скромняга» вдруг ответил на ее поцелуй. Было ясно, что все это произошло под воздействием всеобщего веселья, но все равно было очень мило видеть, что даже преподаватель сумел наконец-то расслабиться и в кои-то веки забыться и отдохнуть.

− Эй, − прошептал Анджей, прижимая меня к себе. − Ты в порядке?

Я обернулась и, крепко обвив руками его шею, прошептала в ответ:

− Я не просто в порядке... Я счастлива!

Он улыбнулся и придвинулся ближе.

Мои ноги обвились вокруг бедер любимого. Приподняв меня над водой, он впился в мои губы нежным поцелуем.

В бассейне было невероятно тепло, а пар так и клубился над водной гладью. Музыка ласкала слух, заставляя забыться обо всем на свете.

− И снова... я ложусь спать практически на самом рассвете, − протянула я, вытирая свои влажные волосы махровым полотенцем.

Анджей бросил взгляд на стоящий на прикроватном столике старинный будильник с механическими зайцами.

− Десять минут четвертого. Если задуматься, то не так уж и поздно, − улыбнулся он. − Особенно, учитывая тот факт, что все началось только в начале двенадцатого.

− Да, наверное.

Все разбрелись по своим комнатам где-то с полчаса назад.

Из библиотеки слышался приглушенный звук работающего телевизора, а также редкие смешки Кейши и Марка.

Что-то подсказывало, что фильм сейчас интересовал друзей меньше всего, ровно, как и Ксандра и Лизу, что, целуясь, вальяжно ввалились в комнату моих родителей несколько минут тому назад.

Даниель засыпал прямо на ходу и, смерив друзей смущенной улыбкой, еле-еле доковылял обратно до дедушкиного кабинета.

Полина, Андрей и Ясмин торчали на кухне, очевидно, пока и вовсе не собираясь ложиться.

Что касалось меня, то я уже успела принять согревающий душ. Было невероятным облегчением снять с себя насквозь вымокшее платье и смыть остатки макияжа.

Анджей сделал то же самое внизу и к тому времени, как я вошла в комнату, уже лежал на кровати с откинутым одеялом и читал книгу.

Я подошла к тумбочке с его стороны и включила светильник.

− Что читаешь? – поинтересовалась я.

Возлюбленный молча показал мне обложку книги в коричнево-зеленом переплете. Она была на английском.

− «Бракосочетание Рая и Ада»? − с удивлением в голосе протянула я. − Ты тоже любишь Уильяма Блейка?

− Безумно! − с чувством в голосе произнес он. − Это один из самых гениальных и несчастных людей своего поколения. Жаль, что никто так и не оценил его произведений при жизни. Мне кажется это по истине несправедливым...

− Дедушка познакомил меня с его прозой, − ответила я, подходя к письменному столу и включая в розетку обогреватель. − В ней есть что-то пугающее, но при этом такое прекрасное и успокаивающее одновременно. Совсем как в рассказах Аллана Эдгара По...

− Лучше и не скажешь, − прошептал Анджей, захлопывая книгу и смеривая меня каким-то странным взглядом. − «Небо синее − в цветке, В горстке праха − бесконечность»...

− «Целый мир держать в руке, В каждом миге видеть вечность», − закончила я за него на одном дыхании. − «Изречения невинности». Одно из моих самых любимых стихотворений.

− Мое тоже.

Мы еще несколько мгновений пристально друг на друга смотрели.

Анджей в своей шелковой темно-синей пижаме выглядел невероятно притягательно, но, кажется, сегодня я уже слишком устала для того, чтобы... «продолжать» вечер. Хотя...

− Что? − протянула я, с трудом сдерживая улыбку.

− Ничего, − отозвался Анджей. − Просто любуюсь. Ты такая красивая...

Повисла пауза. Я провела рукой по своим влажным волосам. Они оказались гораздо прохладнее, чем моя собственная кожа, из-за чего по рукам мигом «поползли» мурашки.

Когда я уже, было, открыла рот, чтобы нарушить затянувшееся молчание, до моих ушей вдруг донесся тихий женский смех.

Доносился он прямо из-за стены.

Я почувствовала, как губы вновь расползаются в улыбке, а Анджей ухмыляется, изо всех сил пытаясь сдержать смех.

− Это Ясмин там у Даниеля что-ли? – хохотнула я.

− Очевидно, что так оно и есть, − отозвался любимый, все так же ослепительно улыбаясь. − Даниелю давным-давно пора было хоть немного расслабиться. Надеюсь, что возлюбленный Ясмин не окажется слишком ревнивым...

Пройдя вперед и стянув с тумбочки mp3-плеер, я присоединила его к портативной колонке.

Из динамиков мигом «полился» тихий дарк-фолк.

Загородный воздух и пейзаж, что был перед глазами на протяжении всего вечера, создавал какое-то странное чувство меланхолии, а музыка Эммы Рут Рандл была как раз тем самым, что сейчас было так нужно.

Включив светильники, я обошла кровать с противоположной стороны, а затем легла. Анджей мигом выбросил свою руку влево и одним ловким движением притянул меня к себе. С губ слетел легкий визг.

− Господи... Порой меня до чертиков пугает тот факт, что ты настолько сильный, − пробормотала я, кладя голову любимому на грудь.

− Тебя пугает только это? − хохотнул он.

− В основном, − отозвалась я, вслушиваясь в наполняющие комнату чарующие звуки настроенной в «дропе» гитары.

Несмотря на свой небольшой размер, обогреватель так и палил.

В комнате начало становиться заметно теплее. Я отлично ощущала это, будучи облаченной в короткую шелковую ночнушку, едва достающую до колен.

− Анджей... − вдруг невероятно тихо протянула я, приподнимаясь на локте и заглядывая ему прямо в глаза. − Скажи...

Я вдруг поняла, что никак не могу озвучить свой вопрос.

− Тебе часто приходилось... убивать во время тех ужасных событий?

Сама не знаю почему я вдруг решила спросить об этом именно сейчас. Меня давным-давно мучил данный вопрос, но я... все никак не решалась задать его, поскольку мне попросту всякий раз становилось страшно.

Анджей уставился куда-то в пустоту полными боли глазами.

− Ты выбрала... довольно странный момент для того, чтобы спросить об этом.

− Прости, − прошептала я, утыкаясь носом в его грудь. − Просто, мне уже довольно давно не дают покоя мысли об этом. Пойми, ты ведь... был частью истории! Частью довольно печальной и трагической истории...

Возлюбленный посмотрел куда-то мимо меня, но на вопрос все-таки ответил:

− От моей руки пострадало немало людей, Амелия. Особенно в тот период, когда я подпал под влияние взглядов собственного отца...

Анджей замолчал на мгновение, а я почувствовала, как мои пальцы напрягаются, сильнее впиваясь в его шелковую рубашку. Сердце беспокойно заколотилось.

− Могу сказать одно: я никогда не участвовал в тех ужасных вещах, фотохронику которых можно найти в любых школьных учебниках. И никогда не прикасался ни к детям, ни к женщинам.

С его губ слетел вздох.

− Но, как бы там ни было, моя собственная сущность не позволяла мне оставаться полностью свободным от жестокости. Я тот, кто я есть. Андрей был прав, когда называл меня жалким кровопийцей. Это аморально и ужасно. Но это − часть моей природы. И я каждый день отчаянно продолжаю с ней бороться.

Длинные пальцы осторожно перебирали мои волосы.

− Что касается той фотографии, которую раздобыл Эдуард, то... Я состоял в рядах СС скорее формально, чем «идеологически». Мюллера нацисты боготворили, словно самого Бога, а я... Просто был его сыном.

Анджей снова замолчал на мгновение.

− Все свои главные «грехи» я совершал только в периоды неконтролируемых приступов жажды. Порой, Мюллер специально отправлял меня «вести допросы» в тот самый миг, когда я ожидал этого меньше всего. Ему нравилось смотреть, как я мучаюсь.

Я почувствовала, как в горле образуется тугой ком, а к глазам подступают слезы.

− Тяжелее всего в эти дни было маме. Она всегда во всем винила только себя, − сердце в груди Анджея забилось заметно быстрее. − Ты даже представить себе не можешь, насколько я счастлив, что весь этот кошмар остался в далеком прошлом. Когда я спас от гибели Даниеля, когда я встретил Марию... все мигом изменилось. Буквально в одночасье.

Я приподнялась и посмотрела любимому прямо в глаза:

− Ты... спас Даниеля? Но от чего?

− Думаю, что тебе лучше спросить об этом у него самого, − прошептал Анджей.

− Не могу, − улыбнулась я. − Он сейчас занят.

Эмма пела о «руке Бога», а ладони любимого в этот самый миг медленно скользили по моей пояснице к ягодицам.

− Никогда не думал, что снова смогу кого-то так сильно полюбить после ее смерти... − прошептал он, подаваясь вперед и нежно целуя меня в губы. − Как же сильно я люблю тебя.

С этими словами Анджей вдруг резко перевернулся и подмял меня под себя.

− Я тоже люблю тебя, − улыбнувшись, прошептала я. − Больше никто и никогда не заставит тебя чувствовать себя несчастным. Я этого не допущу.

Мой возлюбленный улыбнулся в ответ и снова приник к моим губам.

Я почувствовала, как щеки запылали.

Не знаю, было ли это от его поцелуев, или в комнате стало слишком жарко, но ощущения были приятные.

Мои пальцы потянулись к пуговицам на рубашке Анджея.

Когда мне удалось расстегнуть несколько, ладони мигом проскользнули внутрь и прошлись по его мускулистой груди, которая сейчас была настолько горячей, что об нее запросто можно было обжечь пальцы.

− Амелия, сейчас не лучшее время для того, чтобы... − прошептал он, уперевшись своим носом мне в шею.

− Анджей, давай будем предельно откровенны... − вдруг протянула я, приподнимая подбородок любимого и заставляя его посмотреть прямо на меня. − Что происходит? Мы с тобой знакомы не первый день и даже не первый месяц. Нам не по семнадцать, и у нас обоих уже были длительные отношения. Так, в чем же дело? Почему ты настолько сильно боишься того, чтобы мы стали ближе? И только не смей говорить, что все это из-за смерти Марии...

Анджей посмотрел мне прямо в глаза, а с его губ сорвался очередной вздох:

− Если честно, то я и сам не знаю. Нам все время мешают те или иные обстоятельства. Порой мне кажется, что как только я хочу к тебе прикоснуться, то сразу же все начинает... рушиться.

Любимый улыбнулся, а затем нежно, но при этом довольно игриво прошелся по моим губам кончиком своего языка.

− Не думаю, что сейчас кто-то появится, − прошептала я, крепче прижимая его к себе и нежно целуя в уголок рта. − У всех остальных сейчас есть занятие... поинтереснее.

− Я хочу, чтобы рядом не было ни души, когда это произойдет, − произнес он, проходясь губами по мочке моего уха, шее, ключицам. – Ребята для меня как родные, но порой мне хочется, чтобы вокруг нас исчезло... абсолютно все. Даже они.

В комнате стало еще жарче, а музыка, приятно «ласкающая» слух заставляла буквально «растворяться» и в ней, и в прикосновениях Анджея.

− Учитывая тот факт, что я должна постоянно находиться в Круге, этот момент может наступить еще очень нескоро, − прохрипела я.

− Я делал с женщинами такие вещи, которые никогда бы не позволил себе делать с тобой, − прошептал он, стягивая вниз бретельку с моего плеча и целуя его. − Ты слишком чиста, слишком невинна для всего этого...

− Откуда тебе знать, насколько я невинна? – прошептала я, подаваясь вперед и проходясь губами по шее любимого.

Анджей тихо усмехнулся.

− Поверь мне, ты никогда таким не занималась, − его ладонь прошлась по моему животу. − В следующий раз снова попрошу тебя надеть тот красный комплект, который не давал мне покоя весь вечер...

− У меня есть гораздо лучше.

− Я совсем не святой, Амелия... – вдруг заявил Анджей, заглядывая мне прямо в глаза. – Мысли в моей голове порой бывают такими же порочными, как и у любого другого мужчины.

Его правая ладонь медленно соскользнула вниз и нежно прошлась по тонкому кружеву моих трусиков.

С губ мигом сорвался стон, а спина напряглась.

− Мы не подростки, Анджей... − повторила я, глядя в ответ и выдерживая паузу.

Моя собственная ладонь потянулась к его, а затем требовательно завела ее прямо за тонкую ткань.

− ...и я совсем не хочу, чтобы мой парень был святым.

С этими словами я впилась в любимого страстным поцелуем, на который он мигом с жадностью ответил. Его пальцы медленно двигались, заставляя мое тело дрожать, а музыка буквально накрывала с головой.

Несколько мгновений спустя губы Анджея соскользнули вниз и принялись целовать мою шею.

Волосы спутались, а я прикусила губу, чтобы заглушить стон, рвущийся изо рта.

Пару мгновений спустя все было кончено. Я бессильно откинулась на подушки, а разум словно «разлетелся» на миллион мелких кусочков. Анджей замер у меня на груди, а я сама провалилась в темноту.