Часть 14

— Хён! Чего вы с Чимином так долго, — Юнги нерешительно заходит за парнем в палату. 

Чимин бросается к другу и присаживается на кровать. Юнги нерешительно, от чего-то волнуясь заходит в стерильное белоснежное помещение, застывает у входа, озираясь: маленькая палата с большим окном, за которым, ничего кроме ночной тьмы не видно, невысокая кровать и около неё, словно плюшевая, вся в ленточках — детская люлька. 

— Ты как? — взволнованно шепчет Чимин. 

— Хорошо, — улыбается Тэхён. Хоть бледный и уставший, но глаза озаряют счастливым блеском всю комнату. 

— А... — Пак кивает в сторону люльки. — Как? — шепчет он. 

— Не шепчи, Чимин~и, она крепко спит, — хохотнул Ким. Он сам говорил мягко, но его было слышно, даже стоящему у двери Юнги. 

 — Хён? Ты как? 

— Что за глупые вопросы? — храбрится Юнги. Ему и хоть неловко, но страшно интересно поспрашивать, посмотреть на малыша в люльке. — Ты ведь рожал, к тебе вопрос. 

— И правда, — вздохнул Тэхён, аккуратно подтягиваюсь на руках, садится повыше. Чимин молниеносно реагирует и как обычно поправляет подушки. — Хотите подержать? 

Пак резко отрицательно машет головой, будто та на ниточках. 

— У меня руки дрожат, попозже подержу, — с волнением улыбается Чимин, всё его внимание уже переключилось на своего парня, что с блеском в глазах охотно отлепляется от полюбившейся уже стены и двигается к донсэну и стоящей рядом люльке. 

— Не проснётся? 

Тэхён мотает головой и склоняется к кроватке. Что-то тихо приговаривая он аккуратно берет свёрточек, придерживая как учили, минутку качает его на руках, а потом уверенно передаёт хёну. Юнги от волнения и предвкушения почти не дышит, а когда в руках оказывается малышка, альфа чувствует, как в горле образуется ком. Он смотрит на выглядывающие с под шапочки тёмные волосики, закрытые глазки с короткими ресницами, на маленький нос-кнопочку и причмокивающие во сне губки-бантиком. Он чувствует ту же ответственность, что и за папу этой крошки — желает заботиться и будет помогать Тэхёну отбивать женихов. 

— Она очень красивая! — всё что говорит Юнги и не узнает свой восторженный голос. Тэхён понимающе улыбается — он сам едва найдёт слова, чтобы описать тот восторг от первой встречи. Хоть он и вынашивал её, но держать её на руках — совсем новое чувство. 

Чимин уже не удержавшись с любопытством обежал кровать друга и вытянулся за плечом парня, заглядывая в свёрток. 

— Она такая миленькая, — продолжает, как и ранее шептать Пак. Он протянул руку и мягко погладил щёку девочки — та немного зашевелила носиком, принюхиваясь, как котёнок. Чимин не сдержал восторженного писка. — Как ты её назвал? 

— Лиён. Ким Лиён! 

— Привет, малышка Лиён, — шепнул Юнги. — Мы все позаботимся о тебе.

* * *

— Хён, хён, хён! — возбуждённо подпрыгивая, Тэхён обнял Юнги, не дав тому даже переступить порог. — Я так соскучился. Чего там с Чимином так долго отсутствовать? — он преувеличенно надул губы. 

— Не поверишь, но я тоже скучал, — Юнги широко улыбнулся, ловя флэшбэки и заходя в квартиру с прилипшим к нему Тэхёном. Недолгое отсутствие дарит такое простое напоминание, что донсэн, ведущий себя словно пятилетка и малышка Лиён — его семья. Каждый раз встреча была всё теплее и теплее, словно они не виделись годы. 

— Думаю, не нужно объяснять, чего с Чимином так отсутствовать, — Мин не мог удержаться от подтрунивания. 

Тэхён лишь закатил глаза, заметив, как хён с намёком поиграл бровями. Такие детали ему уж точно не нужны. Было время, когда он ещё делил квартиру с Чимином и застукивал их за самым пикантным занятием — эти картинки до сих пор всплывают в его голове и лишают аппетита на весь следующий день. Секс он и есть секс — всё естественно и нормально, но видеть лучшего друга в различных вариациях на разных плоскостях — не то, что нужно ему было видеть. Да и хён, со сладострастным выражением лица, позже читающий нотации — не тот, кто внушает серьёзность. 

— Ты сам? А где Чимин~и? 

— К нему приехал брат. Он буквально на день в Сеуле, поэтому Мини не стал терять времени — с утра с ним. 

— Мини, — расплылся в улыбке Ким. Ему довольно редко выпадало счастье услышать это нежное прозвище. Обычно хён не разбрасывался им, говорил, когда забывался или в минуты большого прилива нежности. Помнится, как в день их свадьбы ему случайно удалось услышать, как хён сказал Чимину: «Теперь ты Мини Мин». Очевидно парочка и правда хорошо провела свой период* — отчётливей обычного чувствовался запах мандарина омеги, смешанный с естественным запахом альфы — мятой. Тэхён не стал смущать и так непривычно робеющего Юнги, который после гона непродолжительно оставался чувствительным. — Значит Тэмин в городе. Как он? 

— Хорошо. Говорит, что как только двойняшки подрастут приедет со всей семьёй — ехать с двумя малютками с Японии пока затруднительно. 

Двоюродный брат Чимина, Тэмин совсем недавно обзавёлся семьёй, жил со своей теперь женой в Японии. Почти полгода назад у него родились близняшки — на одном из первых, присланных фото их одели в парные костюмчики. Омеги едва держались умилительного и продолжительного писка. Юнги же, максимально не выдавая своих эмоций сказал о «генах милости рода Пак» — и это было сильным комплиментом для и так подтаявшего от фото Чимина.

Реклама:

— Айгу, они ведь и правда совсем крохи... 

— Что за малышами соскучился, — с сарказмом сказал Юнги, запоздало отмечая, что не так. — Так за кем мне сегодня присматривать? Где Лиён? 

— Она, наверное, в комнате и даже не слышала звонка. Слушает альбом... в который раз, так что будь готов. 

Так оно и было. Со вчера и до сегодня Лиён успела сама послушать пару раз, так ещё и Тэхёна заставила. К тому ещё и аргумент придумав — «для работы». Он уже боится какие верёвки она будет дальше с него вить. Альбом был и правда замечательный, Тэ даже сумел накатать пару вопросов по текстам. Слушая чувственную лирику, парень снова возвращался к пытливым, искренне заинтересованным взглядам Чонгука, чувственному изгибу губ и тем, вопросам, которые возбуждали ещё больший интерес к альфе. 

— Ты столько пропустил, хён, — шутливо пожурил Ким, когда они ввалились на диван. Тэхён рассказал все события недели, ничего не упуская — так они однажды условились, а потом и привыкли доверять друг другу. 

Когда донсэн рассказывал о первой встрече Лиён с певцом, о том, как он пришёл к ним домой, об интервью и о том, как они взаимно обменивались вопросами, Юнги нахмурился. Его интересовало то, почему Чонгук проявляет такую настойчивость и его конечную цель. Даже сквозь отдельные фразы рассказа он прочёл интерес альфы к омеге, не лишь как к личности, а как к партнёру. 

— То есть, он предложил тебе допрос, а ты ещё и добровольно согласился? Тэхён-а... 

— Нет, это не допрос, это акт доверия, чтобы работалось проще. 

— Как долго ты это придумывал? — альфа скептично поднял бровь. 

— Не смешно, — пробурчал Ким. — Думаешь ему нельзя доверять?       

— Он кажется безобидным, — честно признался Мин, — но я бы ещё лично на него посмотрел, особенно после его последнего вопроса. 

— Кто такой Сокджин? — звуча будто незаинтересованно, спросил Чонгук. 

Этот вопрос был очень неожиданным. После различных стандартных «полное имя», «семья» и «увлечения», вопрос о хёне был очень нетипичным. Тэхён всмотрелся в спокойное лицо альфы, но журналистский опыт подсказывал глядеть глубже и внимательней: в ожидании ответа парень незаметно кусал щёку, а зрачки бегали по его лицу, так же изучая. Омеге не долго нужно было думать, чтобы догадаться и приплюсовать все реакции и поведение певца. И теперь вместо привычного Чонгука он видел того, у которого горела в глазах открытая симпатия. Это льстило, но Тэхёна терзало два разных начала: одно говорило забить на это, сосредоточиться на работе, ведь вся эта индустрия не строиться на любви, в шоу-бизнесе все одиноки, а любая взаимность с айдолом принесёт боль и разочарование; второе начало шептало о том, как омега одинок, что симпатия взаимна и не стоит отрицать этого, о том, что он никогда не получал тепла и преданности от альфы и сейчас его шанс. Тэхён метался в этих мыслях одновременно боясь моральной боли, которую кроме него может испытать и Лиён, которой не нужны временные привязанности и быстрые беспричинные расставания, а также борясь с маленькой хрупкой омегой, сидящей внутри, что хотела хоть однажды испытать своё счастье. 

А Чонгук так же томясь в неуверенности ожидал ответа. Как сильно омега разобьёт его надежды? Или подарит шанс? Таинственное имя человека, которого с восторгом произносила Лиён. Этот человек имеет доверие и любовь малышки — с ним или пройдётся сурово потягаться или вынужденно отступить, чтобы никого не ранить. Его мама научила быть чутким к омегам, ведь они чувствительные и волшебные создания. Та новая физиология, что терпела вековые изменения подарила и дар — иметь детей, и проклятье — не быть оценёнными как полноценные ячейки общества. До сих пор омеги лишь средний пол, без прав на должность, лишь неполноценные инкубаторы, за спинами которых можно иногда слышать, как их называют ущербными и недоразвитыми. Едва ли общество избавилось от предубеждений к людям с другой расой, вероисповеданием и дало какие-то права женщинам, как прибавилось это. На законодательном уровне кажется это контролируется, но разве ты поймаешь того уродца, что изливается грязью посреди проулка, а потом трусливо бежит. 

А сейчас впервые в жизни столкнувшись с омегой у которого есть ребёнок, Чонгук не верил в то как можно ненавидеть омег. Эта семья не отличается отсутствием любви, тепла, заботы от многих других, ведь есть более проблемные семьи и отсутствие в них омег не делает лучше. Даже то, что семья возможно не полная (что он с волнением и пытался выяснить), не отнимает счастья — Лиён радостный ребёнок, полон любви. 

— Сокджин-оппа? Это мой оппа, — со всей серьёзностью оборвала мысли взрослых Лиён. В голове Чонгука мало что стало на место, он усмехнулся от подобного непосредственного объяснения. Боковым зрением он заметил, как заулыбался Тэхён. 

— Ты не обязан всего помнить, — томил Ким, — но может случайно вспомнишь. Я просил у тебя автограф в нашу первую встречу. 

На лице айдола появилась глубокая задумчивость. Тэхён пожалел, что под рукой не было фотоаппарата — запечатлеть это очарование — фанаты были бы в восторге. 

— А-а-а, твой брат? Джин? 

— Он самый. 

— Фух, я уж подумал... — осёкся Чонгук, — ясненько, интересно. Ему понравилось? — парень нервно ковырял пальцем обивку дивана. 

— Ага, — шире улыбнулся Тэхён, недоверчиво качая головой. О своих догадках о чувствах Чонгука он пока промолчит. Уж перед самым Чоном это точно. 

— Всё нормально, хён, — щёки Тэхёна заалели. 

— И тебе не кажется это допросом? — скептично поднял брови Юнги. 

— Нет, — омега потупил взгляд. Такие откровенные разговоры с хёном, который и альфа к тому же не были чем-то новым, но до сих пор это смущало. — Я ему симпатичен, и он просто плохо скрывает это. 

Юнги смотрел на донсэна и лишний раз убеждался, что нужно наблюдать за этими детьми. Он увидел неловкость парня, как и однажды, когда тот благодарил его после ночи, когда они познакомились; когда спалил их с Чимином; когда плакал у двери смотровой и наверно ещё численное количество раз. И всегда закономерным было то, что Тэхён не склонен долго молчать и терпеть этот дискомфорт — он очень скоро выскажет всё что его мучает и смущает. Единственное, что Юнги не ожидал, что это «скоро» наступит так скоро.

Реклама:

— Хён, — так же сверля пол окликнул Тэхён, — мне кажется, что он мне нравится. 

— Кто? — от неожиданности сглупил Мин. 

— Чонгук, — едва слышно, но оглушающе в тишине шепнул омега. 

В этот самый момент Юнги вспомнил так давно прочитанную, но навсегда закрепившуюся в памяти фразу: «Скрывать что-либо от друзей опасно; но ещё опасней ничего от них не скрывать» *. 

Теперь Мин Юнги ещё больше захотелось поглядеть на этого Чон Чонгука. 

 _____________________________________ 

* период — совместное проведение парой течки/гона. У пар с устоявшимися интимными отношениями течка и гон выравниваются в датах, что позволяет паре провести вместе это время. Удачное время для зачатия детей (особенно это касается пар с наличием метки, что способствует усилению инстинкта продолжения рода); 

* автор фразы Жан де Лафонтен.