Часть 8

Добрались они довольно быстро. Намджун не сказал куда они собрались и когда Тэхён дёрнулся в сторону подземки, тот его одёрнул. 

— Ты ведь не знаешь куда нам, да и на личном транспорте быстрее. 

Тэхён, пусть и с восемнадцати был столичным парнем, но метро и поезда были единственной любовью. Имея собственные сбережения он ни разу не порывался купить себе машину. 

Сидя в большом автомобиле он постоянно ёрзал и озирался. Пора было привыкать, что он хвостиком за айдолом, а Чонгук вряд ли может позволить себе пешие одинокие прогулки, учитывая его армию фанаток, среди которых был даже его старший брат. Вообразив Джина, бегущего за Чонгуком, который в панике пытается сбежать, Тэхён тихо хохотнул и заметно расслабился. Намджун в это время копался в толстенном ежедневнике.

— Сегодня у Чонгука съёмка в рекламе, мы едем в студию, — не подымая взгляда от записей, обозначил менеджер. — Завтра у него фотосессия, послезавтра окно, если хочешь можешь провести с ним какое-то интервью... — Ким оторвался от страницы, вопросительно смотря на журналиста. 

— Да, возможно. 

Намджун утвердительно хмыкнул, я черкнул что-то карандашом, после чего продолжил порхать взглядом по численным планам своего подопечного, задумчиво жуя кончик карандаша. Тэхён поёжился, он долго боролся с подобной привычкой у Лиён, чтобы спокойно реагировать на это. 

— Хён, можно спросить, — начал он, ненавязчиво отводя руку с карандашом от рта Намджуна. 

— Спрашивай, можешь не уточнять каждый раз. 

— Когда у Чонгука отдых, есть ли он вообще? Я конечно наслышан о графиках звёзд, но теперь хочется узнать об этом изнутри всего этого, понимаешь. 

— Если говорить об этом периоде, то мы пошли на некую хитрость. У Чонгука с дебюта не было отдыхов. Но в этом году он очень просился — давно не видел родителей, отдохнуть физически и морально. У него был камбэк и пара промо-шоу, сейчас мы снимаем контент немного опережая даты. 

— То есть, чтобы скрасить фанатам время без его выступлений. 

— Не только. Также чтобы беспрепятственно выехать в Пусан или в другое место, где он захочет отдохнуть — довольно сложная схема, но Чонгук сам это предложил. Типа поработает пару недель на издох, но потом у него будет две, а может и три недели отдыха, будет видно... 

Тэхён задумался. Когда-то в детстве он тоже хотел был знаменитым, не певцом, может просто музыкантом, а теперь он благодарит или судьбу, или случай, что у него ничего не вышло. Жизнь сложилась так, что он не знаменитость, но его успехи признают на любимой работе и в семье — ему этого достаточно. А оценивая жизнь Чонгука... Он бы так не смог, он не настолько сильный, он не альфа с высшим уровнем физической стойкости, да и морально омегам в сфере развлечений сложней. А не видеть годами родных... Он в течении дня скучает за дочкой, не может нормально недели без брата, который ему в какой-то момент стал важнее родителей. 

— Мне жаль. 

— Ты о чем? — недоуменно спросил Намджун, который молчал, давая омеге время на личные мысли. 

— Это непросто — быть айдолом, — незамедлительно пояснил Тэхён свою реакцию. — Я и дня не представляю без своей... семьи, — едва не оговорился парень. Он не хотел пока говорить о дочке. — А ещё и я теперь должен везде таскаться за Чонгуком. Так никакого отдыха. 

— Об этом не волнуйся. Чонгук уже немного осведомлён об этом, поэтому не переживай. Да и каждому нужно получать свой хлеб — такова твоя работа и его работа, — Намджун утешающе похлопал Тэхёна по плечу. 

— Приехали, — огласил с переднего сидения водитель. 

Тэхён вновь почувствовал лёгкое волнение от неизвестного. Наверное, так себя чувствовала Лиён, когда вновь увидела «папу» по телевизору. Он поднялся вместе с Намджуном в небольшое двухэтажное здание, но войдя туда оно уже не казалось крохотным с виду. Внутри не было каких-либо перегородок, белоснежные стены и численные зеркала делали помещение просторным и большим. Если бы не десятки и десятки людей, снующих туда-сюда с камерами, одеждой, косметичками, различными осветительными приборами и численной аппаратурой, это помещение могло бы стать чудесным местом для акустического хорового выступления. Всех этих людей объединяло одно: все они рано или поздно приходили в один из углов, где была построена платформа для съёмки. Кто на ней было очевидно, но самого айдола за толпой стаффа было не видно. 

— Пойдём, — сказал уверенно Намджун, пробираясь сквозь толпу, которая завидев продюсера Чон Чонгука начала почтительно здороваться. 

— Я хочу немного со стороны понаблюдать, позже подойду, — ответил Тэхён, доставая свою фотокамеру. 

— О, Ви в действии, — понимающе хмыкнул Намджун и оставил журналиста в углу. 

Фотокамера — верная помощница Тэхёна сфокусировалась на команде из нун, которые колдовали возле высокого темноволосого парня. 

— Должно быть это Чонгук... — забормотал себе под нос Ким, настраивая фокус и делая пару снимков. Вот к Чонгуку подходит Намджун и они что-то бегло обсуждают: продюсер активно жестикулирует, а подопечный уверенно и понимающе кивает. Тэхёну не видно его лица, но он ярко представил, как тот сосредоточенно закусывает губу и смотрит куда-то сквозь пол, обрабатывая все услышанное. Затем неожиданно для Тэхёна, фокус камеры ловит лицо Чонгука, глаза которого изучающе бегают по толпе. Ким дёргается и опускает камеру, стараясь выглядеть невозмутимо и главное незаметно — Намджун замечает метания журналиста и тихонько посмеивается, подзывая того к себе.Тэхён поспешно пробивается через стафф на ходу пряча камеру: от чего-то не хотелось поднимать взгляд, парень чувствовал, будто он подросток на первом свидании. Чувство это было уже едва знакомым и почти забытым. 

— Тэхён, — обрывая мысли журналиста, начал Намджун, — знакомься, вот звёздочка, с которой тебе работать, — голос звучал по-дружески издевательски, на это было едва слышное возмущение «хё-ё-ён!», — Чон Чонгук. 

Невежливо смотреть в пол при знакомстве, уговорил себя Тэхён, поднимая взгляд и немного пропадая. Картинка телевизора абсолютно не вязалась настоящим. Парень выглядел очень молодым, юным, со своим светящимся искренним взглядом, небольшими щёчками и немного торчащими центральными резцами. Чонгук с немного подведёнными глазами, лёгким творческим беспорядком на голове, спортивной одеждой и дутым жилетом выглядел не старше пятнадцати, такое дитя хотелось усадить на коленки и гладить непослушно торчащие волосы. Тэхён пожурил себя за такие неуместные мысли, вспоминая, что перед ним двадцатиоднолетний альфа, гордость Кореи, красоту которого вряд ли можно отрицать и забывать. 

— Чон Чонгук, — протянутая уверенная ладонь. 

— Ким Тэхён, очень рад знакомству... то есть сотрудничеству. 

Чонгук улыбнулся шире показывая ещё больше жемчужно-блестящих зубов. Сам Чон едва мог оторвать взгляда от нового знакомого. Вся напускная уверенность давалась ему с трудом и трещала по швам: омега был невероятно красив, сочетая профессионализм с робостью, а красоту с холодностью. Держался Тэхён так, словно он был среди них альфой, такого омегу хотелось открывать и открывать, а новые страницы перечитывать снова и снова. Чонгук едва помнил о съёмке и планах на отпуск... Когда Намджун сказал ему об очередном интервью, большом проекте, певец был разочарован: столько усилий, чтобы отдохнуть, а он вынужден вновь закопаться в работу. Теперь же он сам готов говорить с этим журналистом, столько сколько тому заблагорассудится.

— Чонгук? 

— ... 

— Чонгук! Ты закончил? 

— А? Да-да, — с трудом отвлекаясь от изучения Тэхёна, отвечает айдол. — Нуны снимают грим, и я свободен. 

— Тогда я тебя не жду, расписание знаешь, — Намджун заторопился, пихая свой ежедневник с сумку. — Тэхён, тебе что-то сейчас нужно от меня, — торопливо, но участливо поинтересовался мужчина, — если тебе в сторону Мёндона* могу подвезти... 

— Извините, — внезапно перебил Чонгук, игнорируя Намджуна, — Тэхён-щи, если Вы не против, я хотел бы поговорить о проекте, — едва Тэхён успел замешкаться, парень смутился, — простите за настойчивость, но мы могли бы здесь неподалёку пообедать и поговорить. 

Киму даже немного льстило такое внимание, хоть это и его работа, но, когда на тебя будет смотреть с надеждой и желанием привлекательный и успешный альфа... Тэхён не железный ведь, но на другой чаше весов — брат, который сидит и смотрит за его малышкой, которая уже ждёт папочку домой. А будь у весов ещё одна чаша, там бы эхом звучали сегодняшние слова начальницы: «Будь осторожен, старайся сильно не отсвечивать, потому что фанатки могут быть безумны. Подумают, что у вас отношения — приватности хана, а у тебя дочка. Вам такой стресс ни к чему». Парень посмотрел на ожидающего ответа Чонгука и чему-то ухмыляющегося Намджуна. 

— Эм...

 _____________________ 

*Мёндон (Myeong-dong) — крупнейший торговый район Сеула.