Глава тридцать восьмая

- Выходи.

Оглядываю место прибытия через лобовое стекло, пытаясь понять, куда меня привезли. Длинная набережная, рядом мощёная булыжником площадь, чуть поодаль разноцветные ларьки с фаст-фудом и сувенирами. Красиво!

- Зачем мы здесь? – спросила я и выжидающе уставилась на парня, сидящего слева от меня.

- Так как ты поменяла билеты, не посоветовавшись со мной, - только открываю рот, чтобы возразить, как меня нагло затыкают, - я имею полное право украсть тебя на одну ночную прогулку.

Тупо моргаю, осмысливая услышанную информацию. Он серьёзно хочет попрощаться со мной? Устроить свидание? Прямо как в романтических фильмах?

- Самойлов, это точно ты? – театрально нахмурившись, прошептала я и вжалась в кресло. – Где тот дерзкий придурок, который пытался меня напоить?

Максим посмотрел на меня, взглядом говоря: «Ты серьёзно? Не порти момент, дура», а затем вылез из машины. За несколько секунд парень обошёл автомобиль и открыл мою дверь, встав рядом.

- Я не пойду с тобой, - упрямо повторила я и скрестила руки на груди. Если бы не огромная толстовка с капюшоном, этот жест выглядел бы не так комично. – Вдруг ты решил отомстить за пруд и попытаешься утопить меня в Дунае?

- Сейчас доиграешься, и я понесу тебя на руках, - угрожающе прошептал парень и резко нагнулся ко мне, из-за чего наши глаза оказались на одном уровне, а губы – на непозволительно маленьком расстоянии.

- Ладно-ладно! Не нервничай, - попросила я и быстро поднырнула под рукой блондина.

Довольно ухмыльнувшись, Самойлов закрыл машину, убрал ключи в рюкзак и закинул ношу обратно на спину. Воспользовавшись моментом, любуюсь красотой водной глади. Время от времени её спокойствие разрывали прогулочные кораблики, оставляющие после себя блики и слабый шум музыки.

- Нравится? – за размышлениями я не заметила, что парень подошёл ко мне сзади, сжимая в руках любимый фотоаппарат. На корпусе техники покоился знакомый жёлтый водонепроницаемый чехол. От воспоминания, где я его увидела впервые, моё лицо озаряет улыбка. – Чего смеёшься?

- Да так, - отмахнулась я и повернулась к другу, облокотившись спиной на высокие перилла набережной. – Кое-что вспомнила...

Блондин проследил за моим взглядом и весело ухмыльнулся, видимо, поняв о чём я думала. Неодобрительно качая головой, он направился дальше по улице, разглядывая противоположный берег реки.

- Зачем тебе «фотик»? – спросила я и ускорилась. Поспевать за парнем стало сложнее.

- Я фотограф. Забыла? – задал он риторический вопрос, наблюдая за моими жалкими стараниями, подстроиться под его шаг.

Вздохнув, он всё же сбавил скорость.

- Так ты сейчас не на работе, - пыталась рассуждать я логически, но в ответ встретила только искренний смех. – Что?

- Я бы не стал этим заниматься, если мне это не нравилось. А хобби люди часто практикуют в повседневной жизни.

Мы замолчали. Темы для разговора не находились, из-за чего я начала неловко оглядываться, напевать – в общем, делать что угодно, лишь бы не встретить глазами с Максимом.

Ночь принесла с собой похолодание. Натягиваю длинные рукава толстовки до самых кончиков ногтей и сжимаю ткань в кулачках, стараясь хоть как-то согреться. Это никак не помогло, поэтому мне пришлось поднести ладони ко рту, дабы согреть окоченевшие конечности собственным дыханием.

Заметив это, Самойлов остановился и, порывшись в своём бездонном рюкзаке, извлёк из него уже знакомую шапочку, а затем в второй раз за вечер водрузил мне её на голову. Не успеваю даже пискнуть, как Максим накрывает мой кулак своей большой ладонью и, переплетя наши пальцы, тянет меня дальше с самым невозмутимым видом.

- Что? – спросил парень, не выдержав мой проницательный взгляд.

- Ты взял меня за руку, - констатировала я факт, не до конца понимая, зачем.

- И? Ты замёрзла, - спокойно ответил Самойлов, ускорив шаг.

- Только поэтому?

- Камбарова не порти момент, - беззлобно огрызнулся фотограф, но уже в следующую секунду виновато добавил. – Не только поэтому.

Мы молча шли вдоль реки до конца квартала, а затем парень повёл меня в один из безлюдных дворов. Пройдя несколько шестиэтажек, лепнине на фасаде которых мог позавидовать даже бывалый скульптор, мы вновь очутились на кишащей туристами улице.

Чем-то она походила на Старый Арбат в Москве: множество витрин, подсвеченных ярко-золотым светом, обрамляли выложенную брусчаткой дорогу. Снующие туда-сюда люди постоянно останавливались прямо посреди толпы, дабы запечатлеть лучшие кадры. Бок о бок здесь находились милые кафешки и маленькие ресторанчики, на открытых верандах которых сейчас сидели довольные посетители.

От вида еды у меня свело живот. Всё-таки слишком долго я сегодня не могла нормально поесть, поэтому, когда Самойлов отпустил мою ладонь (из-за чего отогревшаяся кожа вмиг покрылась мурашками) и подошёл к одному из окошек ларька «на вынос», я была готова взвыть от счастья.

- У тебя есть аллергия? Может, какие-то продукты не переносишь? – спросил он, оторвавшись от разговора с поваром.

- Нет, я всё ем, - быстро выпалила я и сразу же пожалела об этом. Господи, почему это прозвучало так странно?

Но Максима это, кажется, никак не удивило. Парень вернулся к разговору с продавцом, продемонстрировав мне свои великолепные знания венгерского (и шикарный акцент, кстати, тоже). Поняв, что я слишком долго на него пялилась, одёргиваю себя и возвращаюсь к изучению толпы.

На секунду мне показалось, что здесь есть представители всех рас: вот молодая азиатка забежала в супермаркет, а афроамериканец позирует вместе со своими друзьями, пока коренной венгр снимал их, здесь уже пара европейцев, весело переговариваясь, зашли в ближайший ресторан, оставив после себя лишь тихий звон дверного колокольчика.

- Идём. Нам надо поторопиться, - неожиданно объявил Самойлов, оказавшись прямо за моей спиной.

Резко оборачиваюсь и почти что ударяюсь носом об грудь парня, благо, в последний момент я успела выставить ладони перед собой.

- Не пугай меня так! – обиженно повысила я голос и попыталась отдышаться.

- Не трусь, - спокойно произнёс он и, закинув руку мне на плечи, притянул ближе. Теперь висящий на его шее фотоаппарат изредка задевал и меня. – Не тормози! Самое интересное впереди.

Только сейчас я заметила в его свободной руке большой бумажный пакет, с символикой того кафе. Приходится побороть своё любопытство и переключить внимание на окружающие нас улицы, чтобы не устроить допрос раньше времени.

- Ещё не догадалась, куда мы идём? – спросил довольный словно кот Максим, умело лавируя между людьми. Я же висела на его руке как якорь, невольно замедляя передвижение.

- Нет. Дай подсказку, - попросила я, вглядываясь в глаза парня.

Весь вечер с его лица не сходила счастливая улыбка. Хотелось верить, что это из-за меня, но на всякий случай я отгоняла такие надежды.

- Оттуда открывается шикарный вид, - интригующе протянул он, глядя куда-то перед собой.

Прослеживаю за его взглядом и сразу всё понимаю. Прямо перед нами возвышалось огромной колесо обозрения, полностью покрытое белыми огоньками, похожими на части созвездий. Конечно, оно не было таким высоким, как Лондонский Глаз - главная достопримечательность Англии – но всё же конструкция, спрятанная между обычными жилыми домами и магазинами, имела свою собственную ауру.

- Догадалась, - тихо прошептала я, но блондин услышал.

Теперь настала моя очередь тащить Самойлова. Заметно ускорившись, я чуть ли не бегом направилась к аттракциону, стараясь не задевать прохожих. Фотограф не отставал, лишь радостно смеялся, следя за моей реакцией.

Никогда ещё очередь не казалась мне такой длинной и долгой. Наконец, настал и наш черёд, поэтому, когда смотритель проверил наши билеты и открыл дверь в двухместную кабинку, я вихрем рванула внутрь, втянув ещё и парня.

- Как красиво! – заворожённо прошептала я, примкнув к панорамному стеклу.

Медленно мы поднимались на самую возвышающуюся точку колеса. Отсюда несколько приближенных кварталов смотрелись как на ладони. Если постараться, можно заметить даже подсвеченное здание парламента на горизонте.

- Тебе точно восемнадцать? – уточнил Самойлов и усмехнулся, сидя в противоположном конце кабинки и в открытую смеясь надо мной.

- Ты так ворчишь, словно тебе сто лет, - саркастически протянула я и, наконец, оторвалась от изучения вида.

Притворно схватившись за сердце, фотограф обессиленно вздохнул, будто ему действительно не хватало воздуха.

- Как?! Неужели я выгляжу настолько старым? Боже, я же не переживу это! – крикнув последнюю фразу, парень начал сползать вниз по сиденью и почти что лёг на пол, но вовремя устроился на корточках. – Ты добавила мне восемьдесят с лишним лет!

- Восемьдесят? Тебе двадцать? – шокировано спросила я.

- Нет, но скоро исполнится, - словно пообещал Максим и вернулся в нормальное положение. Затем он раскрыл бумажный пакет, который до этого момента сжимал в руке, достал из него два картонных свёртка и протянул один из них мне. – Держи.

Принимаю угощение, гадая, что внутри. Оторвав специальную красную полоску на упаковке, я сняла верхнюю часть в виде колпачка. Это оказалась большая шаурма, состоящая из свежих овощей, жареной курицы, сыра и огромного количества томатного соуса. Пальчики оближешь!

- Это очень вкусно! – невнятно пробормотала я, не отвлекаясь от еды.

Организм радостно откликнулся на долгожданный ужин. Самойлов, с набитым в точности как у меня ртом, пытался не засмеяться, держа на коленях пакет. Сделав ещё один большой укус, парень освободил одну руку и потянулся к рюкзаку. На свету блеснул металлический корпус термоса, крышка которого разложилась в два импровизированных стаканчика.

- Мне кажется, что ты хочешь меня откормить, - рассуждаю вслух, когда блондин протянул мне полную чашку сладкого чая. – Я столько не съем, - сказала я и кивнула в сторону чересчур огромной шаурмы.

- Съешь. Я обещал Кувшинову восполнить твой пропавший ужин, - объяснил он и отложил свою порцию на пустой пакет.

Не обратив на это внимания, я перевела взгляд на открывшийся вид. Мы медленно заходили на второй круг и начали набирать высоту, из-за чего на горизонте опять проявился силуэт парламента. Только хочу обернуться и позвать парня, чтобы показать ему красивый вид, как раздаётся щелчок затвора, и мои глаза ослепляет яркая вспышка. Поднимаю руку, чтобы спрятаться от объектива, но фотограф делает ещё один снимок.

- Эй! Прекрати! – крикнула я, поняв, что Самойлов не собирается останавливаться.

Кажется, мои слова подействовали на него, потому что Максим опустил камеру и начал довольно рассматривать получившиеся кадры. Судя по не сходящей с его лица улыбке, блондин явно гордился собой и своим творением.

- Неужели тебе не надоело меня фотографировать на съёмках? – поинтересовалась я, когда парень убрал технику обратно в специальную сумку.

- Нет, это не может надоесть, - заговорщически прошептал он и подмигнул. Не сдерживаюсь и закатываю глаза, но улыбку спрятать не получается. – На кого ты хочешь поступать?

Перевожу взгляд на Самойлова, удивившись такой быстрой смене разговора, но затем возвращаю внимание на изучение реки на горизонте.

- Я ещё не думала, - честно призналась я. – Возможно, что-о связанное с журналистикой или точными науками.

- Журналистика и точные науки, - повторил блондин и усмехнулся. – Вот это у тебя полёт для размышлений. Я могу понять, когда выбирают между факультетом математики и физики, испанского и итальянского языка, но тебя, похоже, кидает из крайности в крайность.

Злобно смотрю на него, не зная, чем возразить. В какой-то степени он прав, но я же не могу просто так взять и признать это.

- Тебе легко рассуждать. Ты любишь фотографировать, и это у тебя получается, - тихо прошептала я, стараясь не выдать обиду.

Мои попытки придать голосу сталь с треском провалились, так как в следующую секунду Максим подался вперёд и взял моё лицо в ладони, не давая отвернуться.

- Прости, я не хотел тебя задеть, - ласково произнёс он, но я упорно изучала царапины на стекле. – Эй! Я здесь, вообще-то.

Приходится собрать всё мужество в кулак и посмотреть парню в глаза. Даже в темноте кабинки его радужка была такого ярко-голубого цвета с редкими вкраплениями синего, словно они светились изнутри. Завораживающее зрелище!

- Так нечестно, - тихо пробурчала я, на что фотограф вопросительно выгнул бровь. – Почему у тебя глаза красивее моих?

Блондин искренне рассмеялся, поглаживая мои щёки большими пальцами.

- Кто тебе такое сказал? У тебя самые красивые глаза, которые я видел, - заверил меня он.

Приходится приложить максимум усилий, чтобы не растаять прямо перед ним и не начать прыгать от счастья по маленькой кабинке. Не сдерживаюсь и широко улыбаюсь, что сразу же повторил Самойлов.

- А где ты учился? – неожиданно даже для себя спросила я.

Удивлённо расширив глаза, друг несколько секунд обдумывал услышанное, а затем рассмеялся. В мгновение ока расстояние между нами вновь увеличилось, потому что блондин откинулся на спинку кресла.

- Камбарова, тебе кто-нибудь говорил, что ты не умеешь незаметно переводить темы? – саркастически протянул Макс и подмигнул. – Я учусь на заочном отделении Кафедры Фотомастерства в Москве.

- То есть ты приезжаешь в Россию? – чересчур радостно спросила я, что естественно не укрылось от глаз блондина.

- Конечно. Я там родился и вырос. Тем более у меня в России живут родители, и я должен приезжать в конце каждой сессии, чтобы меня не отчислили, - улыбаясь во все тридцать два зуба, объяснил парень. – А что? Хочешь в гости пригласить?

- Смотря, где живут твои родители. Если сможешь, то я с радостью встречусь с тобой дома, - честно призналась я и сделала большой глоток сладкого чая, кружку с которым до сих пор сжимала в правой руке. В левой находилась недоеденная шаурма. – Так в каком городе они живут?

- В том, в котором я родился, - спокойно ответил он.

- В каком городе ты родился? – переформулировала я, не упустив возможности театрально закатить глаза .

- В том, в котором живут мои родители, - в открытую издеваясь, отмахнулся Самойлов.

- Серьёзно? – окидываю его взглядом «а-ля тебе смешно?». – Скажи нормально!

От безысходности легонько пинаю его кресло и сразу испуганно отдёргиваю от себя руку с напитком. Несколько секунд опасливо покачиваю посуду с чаем, пытаясь поймать ритм и успокоить «волны» в нём. Глядя на всё это, Максим захохотал пуще прежнего.

- Это ты виноват! – словно ребёнок, объявила я, когда всё устаканилось. – Ответил бы нормально, и всё было бы нормально!

- А что плохого? Меня всё устраивает, - расслабленно перебил парень и почти что лёг на кожаную спинку. – Красиво!

Прослеживаю за его взглядом и заворожённо киваю. Сквозь прозрачный пластик крыши было прекрасно видно звёздное небо. Даже засветка от кишащего жизнью города не могла заслонить своей яркостью небесные светила.

- Очень, - вторила я и вернула внимание на шаурму. Слишком огромная порция для меня. – Я больше не съем.

- Съешь, - не отрываясь от изучения космоса, перебил меня парень. – Или я не куплю тебе мороженое.

- Это действует только на пятилеток, - заверила его я, но в следующую секунду моя уверенность пошатнулась. Тяжело вздыхаю и принимаюсь через силу доедать. – Шантажист.

- Весь в тебя, - в тон мне съязвил блондин и усмехнулся. – Ты серьёзно не можешь?

Отрицательно качаю головой, пытаясь прожевать кусок хрустящей курицы. Заметив мои страдания, фотограф вернулся в вертикальное положение и, быстро нагнувшись ко мне, откусил большую часть от моей шаурмы.

- Считай, помог, - довольно усмехнулся он и потянулся за чаем. В один глоток осушил половину стакана и вернул напиток на пол, около моей ноги. – Дальше сама.

Откусываю ещё раз и начинаю тихо смеяться, боясь подавиться.

- Помоги ещё разок, - попросила я и протянула Самойлову оставшуюся часть фаст-фуда.

Осмотрев сначала еду, а затем меня, Макс недовольно покачал головой, всем своим видом показывая «сама». Пытаюсь спародировать глаза кота из «Шрека», и, кажется, это действует.

- Ладно, - согласился парень и взял «ужин», устало вздохнув. – Я тоже не бездонный.

- Давай-давай! Я в тебя верю, - подбодрила я и достала стаканчик с остывшим напитком. – Если что, я потом помогу тебе с мороженым.

Фотограф перестал есть и повернулся ко мне. Несколько секунд он изучающе смотрит, а затем, буркнув тихое «не дождёшься», потянулся за термосом.

Вскоре, когда вся еда закончилась, а до конца нашего времени на аттракционе осталось меньше минуты, мы собрали весь мусор и подготовились выходить.

- Не тормози! – подгонял меня Самойлов, стоя за моей спиной.

Мы практически проехали площадку, на которую нужно спрыгивать, потому что скорость колеса оказалась значительно быстрее, чем я себе представляла. К счастью, Макс поступил как истинный джентльмен и пропустил меня первой, из-за чего спрыгивать на газон пришлось ему.

- Я случайно, - сразу крикнула я и подняла руки в примирительном жесте, когда озлобленный парень, отряхнув джинсы от земли, быстрым шагом подошёл ко мне. – Честное слово!

- Конец тебе, Камбарова, - угрожающе прошептал он и резко притянул меня к себе за плечи. – Фиг тебе, а не мороженое.

- Изверг! 

_____________

Прошу прощения, что так поздно. Замоталась и совсем забыла, что проду не выложила. 

Скоро будет вторая глава) 

У меня к Вам важный вопрос: почему пропали комментарии? Мне так нравится с Вами общаться, но на последних частях совсем нет отзывов(( 

P.S. Приятного прочтения;)) 

С любовью, Маша)