Драма

Утро настало слишком быстро. Сана проснулась поздно, всё ещё с тяжёлой головой. Она спустилась на кухню, стараясь не смотреть в сторону его комнаты, но именно он уже сидел за столом. В домашней майке, с чашкой кофе в руках и со спокойствием, которое только маскировало напряжение.— Доброе утро, — сказал он, не глядя на неё.— Утро, — пробормотала она и прошла мимо.Он молчал. И она молчала. Между ними повисло то самое: мы оба знаем, что произошло — но никто не знает, что теперь делать.

Весь день прошёл в тишине. Только взгляды — украдкой, мимолётно. Только дыхание — будто чаще, чем нужно. Они не говорили. И это тишина казалась громче любого крика.Сана не могла сосредоточиться. Всё падало из рук. Она почти уронила стакан, чуть не забыла про важный онлайн-звонок, не могла прочитать и двух страниц книги. В голове звучал один и тот же вопрос: Что это значит?А Чимин... он больше не подходил. Но каждый раз, когда она заходила в комнату, он уже там был. Без слов. Просто... рядом.Это сводило с ума.Чтобы уйти от странных взглядов и нарастающего напряжения, Сана решила прогуляться с Джэно. Он был рядом последние месяцы, понимал её, смеялся над глупыми видео, приносил кофе без сахара, потому что знал — она забудет попросить. Он был безопасен.Но вот они шли по парку, а в голове всё крутилось: Чимин. Его руки. Его взгляд. Его поцелуй.Это было неправильно. Я изменила... но кому?Джэно говорил о своих планах на выходные, а она кивала автоматически. И в какой-то момент почувствовала, что замерла.Сзади раздался знакомый голос — сухой, холодный, сдержанный.— Поехали домой. Срочно. Отец просил.

Она обернулась — Чимин. Его глаза были колючими. Джэно растерянно смотрел то на неё, то на него.— Сана, всё в порядке? Мы же договорились с твоей мамой, они обычно не против, чтобы мы гуляли. Что случилось?— Я... сама не знаю. — она посмотрела на Чимина, пытаясь понять, насколько всё серьёзно.Он не ждал ответа. Просто взял её за руку — не грубо, но властно — и повёл к машине. Сопротивление было бесполезным, Джэно остался позади с вопросами, не получив ни объяснения, ни прощания.В салоне Чимин молчал. Напряжённая челюсть, пальцы сжимающие руль. Машина рванула вперёд, скорость нарастала.Сана всё чаще бросала на него взгляды.— Ты... гонишь слишком быстро, — сказала она.— Молчи.Сердце забилось чаще. Пальцы стали холодными. Всё тело напряглось.— Чимин, пожалуйста, сбавь!Он не отвечал. Лишь сильнее нажимал на газ. Она начала тяжело дышать, грудная клетка сжалась, губы задрожали. Мир перед глазами расплывался.— Стой! Стой, Чимин! — она закричала, схватившись за ремень.Он резко выжал тормоз. Машина с визгом остановилась у обочины. Сана захлибывалась воздухом, сжимая виски. Паническая атака.Он быстро развязал ремень и наклонился к ней:— Смотри на меня. Эй, смотри.— Он поднёс её лицо к себе. — Глубоко вдохни. Задержи дыхание. Ещё раз.Она смотрела в его глаза — и в следующую секунду он поцеловал её. Быстро, властно, как способ перехватить её дыхание, как будто через него передать ей контроль. Это сработало — она замерла.Но через секунду — хлёсткая пощёчина.— Ты знал... — всхлипнула она. — Ты знал, что я боюсь скорости! Что я... потеряла отца в той аварии. И ты всё равно сделал это. Только потому что... ты ревнуешь?Чимин опустил глаза. Он не искал оправданий. Она дрожала.— Я не могу так. Не хочу ранить маму... и твоего отца. Они любят друг друга. А мы?.. Что это? Это грязно. Это — аморально.— Сана... — он сделал шаг к ней, но она подняла руку.— Не надо. Я вызываю такси. Я поеду сама.Он не стал спорить. Не пытался остановить. Только смотрел, как она выходит из машины.Пока она уходила, он закрыл глаза. И впервые — почувствовал вину. Потому что знал:он ударил в самое больное место. Только потому что не смог справиться с собой.Чимин долго сидел в машине, не в силах поехать. Он смотрел, как её фигура исчезает вдали — сгорбленная, растерянная, уязвимая.Каждый шаг, удалявший её, больно отдавался в груди.Что я наделал?Он вспомнил её крик, вспоминал, как она дрожала. И как сама себе пыталась сохранить достоинство.Весь вечер он провёл на автопилоте — приехал домой, закрылся в комнате. Не включал свет. Не отвечал на звонки. Даже не ел.Только перед сном написал ей сообщение:"Прости. Я не должен был так. Не из ревности. Из слабости. Я сожалею."Ответа не было.Дом был тих. Мама уехала к подруге. Сана пришла под вечер.Он услышал, как дверь хлопнула, и сердце замерло. Шаги — лёгкие, осторожные. Он вышел из комнаты.Она была в коридоре. Уставшая, с опущенными глазами. Но уже спокойная.— Сана... — тихо.— Я прочитала твоё сообщение, — прервала она. — Спасибо, что признал.— Можем поговорить?..Она кивнула. Они прошли в его комнату, дверь закрылась.— Я... срываюсь. Я чувствую, как теряю контроль, когда ты с кем-то. Я ревную, — он говорил честно. — Но я не имею на это права, да? Не имею... но всё равно не могу остановиться.— Ты имеешь. Но не на боль, Чимин. Не так.Он подошёл ближе.— Скажи, ты с ним... ты была с ним сегодня?..Она покачала головой.— Нет. Я гуляла просто думала обо всем, с ним я не знаю... Это сложно я ему изменила получается, мне сложно думать обо всем, я думала, что люблю его.— А я?..— Ты нарушил границы. Но я... не смогла забыть, как это было. — голос задрожал. — Я не знаю, что со мной.Он подошёл ближе, почти не касаясь. Ласково, аккуратно.— Хочешь, я покажу, как это может быть иначе? Без страха. Без давления. Только... если ты позволишь.Она смотрела в его глаза. Нервно облизнула губы. И... кивнула.Он коснулся её руки, скользнул пальцами вдоль запястья — медленно, изучающе. Поднялся выше, обвёл ладонью её шею.— Если не хочешь — остановлюсь. — голос был хриплым, низким.Она ничего не сказала — только потянулась навстречу, губами к его губам.Поцелуй был медленным, полным сдержанного жара. Он не спешил — целовал так, будто читал её по буквам. Пальцы его прошли под футболку, ощупали спину, дразнили кожу, оставляя следы возбуждения. Она задыхалась.Он прижал её к себе, заставив почувствовать, насколько он возбужден. Она вздрогнула.— Твоя реакция... — прошептал он. — Она сводит меня с ума.— Чимин... — хрипло. — Я...Поцелуй углубился — и всё в ней ответило. Жар, дыхание, пальцы, сжимающие его футболку. Сана сама не заметила, как подалась ближе, как застонала еле слышно, когда его язык нашёл её.Но внезапно она оттолкнула его.— Нет... Чимин... — голос сорвался. — Это неправильно. Это... слишком.Он остался неподвижным, дыша тяжело, всё ещё глядя на неё. И только шепнул:— Тогда я буду ждать. Хоть всю жизнь. Но больше — не отпущу.Сана отошла к стене, будто ей не хватало воздуха. Губы пылали, сердце колотилось в груди, как у пойманной птицы. Она прикрыла глаза ладонью, пытаясь вернуть себе контроль. Но всё, что ощущала — это его вкус, его дыхание, его прикосновения, которые до сих пор дрожали на коже.— Чимин... — прошептала она, не глядя. — Ты делаешь всё только хуже.— Хуже? — Его голос стал тише, но плотнее. — Или честнее?Она резко повернулась. В глазах — растерянность, уязвимость и гнев.— Я не могу думать, когда ты рядом. Всё путается. Всё горит. А потом... я остаюсь одна и думаю: что мы делаем? Что ты со мной делаешь?Он подошёл ближе, но не прикасался — стоял в опасной близости, где достаточно одного вдоха, чтобы снова всё сорвалось с цепи.— Я не хочу, чтобы ты оставалась одна с этим. Не хочу, чтобы ты думала, что это просто... игра. Для меня это не так.Она слабо улыбнулась. Улыбка боли, не радости.— А для меня это конец покоя, Чимин. Ты был моим старшим братом. Моим примером. Моей опорой. А теперь... теперь ты сводишь меня с ума.Он коснулся её лица, большим пальцем стёр слезу, которую она даже не заметила.— Я тоже с ума схожу. С того дня, как понял, что ты уже не просто девочка, которую надо защищать. А женщина, которую я хочу. Которую люблю.Сана тяжело сглотнула. Эти слова были слишком большими. Слишком настоящими. И слишком опасными.— Мне нужно время, — прошептала она. — Мне нужно понять, кто я, когда рядом с тобой. И кто я — без тебя.Он кивнул. Не стал настаивать. Только провёл пальцами по её запястью, нежно, прощально.— Я рядом. Всегда. Не потому что должен. А потому что не могу иначе.И он вышел, оставив после себя тепло и безумную, пугающую пустотуСана долго ходила из угла в угол. Внутри всё гудело — от чувства вины, стыда и чего-то ещё, куда более острого. Чимин преследовал её в мыслях, в дыхании, в случайных прикосновениях — как наваждение. После той ночи её мир будто разделился на «до» и «после». Она снова и снова вспоминала его голос, его губы, его слова...Она не знала, что делать. Но знала, чего не хочет: позволить этим эмоциям поглотить себя окончательно.— Я сведу его с Хёнджи, — прошептала Сана себе. — Пусть... пусть у него будет кто-то лучше. Не я.Она набрала сообщение. Просто и без особого смысла."Чимин, не хочешь пойти с нами сегодня вечером? Маленькая встреча — я, Джэно и ещё одна знакомая. Просто посидим."Он ответил почти сразу:"Иду."Вечером, в ресторане, Чимин появился первым. В чёрной рубашке, с неторопливой улыбкой и глазами, которые сразу искали только одну — её. Сана напряглась. Он выглядел чертовски хорошо... чересчур. И слишком рад её видеть.— Ты позвала меня? — спросил он, подходя ближе, чуть тише, чем нужно.— Ага... Просто... встреча, ничего особенного.Он усмехнулся. Он чувствовал, что она нервничает. И это ему нравилось.А потом появилась Хёнджи. Весёлая, громкая, яркая. Сана специально усадила её рядом с Чимином, притворно подшучивая, мол, "вам будет что обсудить". Чимин всё понял. Внутри будто что-то рухнуло.Она позвала его не для себя.Она его... отдала.Он медленно повернулся к Хёнджи, и на его лице появилась неестественно обаятельная улыбка.— Ты студентка? — спросил он мягко, подавая ей воду.— Да, факультет дизайна.— О, мне всегда нравились креативные люди. Расскажешь больше?Сана замерла. Это был не он. Вернее — именно он, но в режиме "назло". Он флиртовал. Улыбался. Смотрел слишком внимательно. Смеялся в нужных местах. И каждый раз, когда их взгляды встречались — в его глазах плыл вызов.Ты это начала — ты и расплачивайся.Джэно говорил что-то, но она не слышала. Сердце стучало где-то в горле. Всё внутри сжималось. Неужели это тот самый Чимин, который говорил, что не отпустит?— Мне нехорошо, — прошептала она. — Я, наверное, пойду домой.— Тебя проводить? — тут же поднялся Джэно.— А ты? — обратилась она к Чимину, стараясь не показать дрожь в голосе.— Иди с Джэно, — неожиданно резко ответила Хёнджи. — Нам с Чимином есть о чём поговорить.Он лишь кивнул.— Я останусь.Эти три слова — как пощёчина.Сана попыталась улыбнуться, но не смогла.

В такси она молчала. Губы дрожали. В груди — пустота.Он остался. Он и правда остался.Он сейчас, наверное, целует её. Прикасается к ней, как ко мне...Слёзы навернулись на глаза.— Сама же всё устроила, — прошептала себе. — Сама.Телефон мигал — молчал. Ни одного уведомления. Она выключила его, отвернулась к окну, уткнулась в подушку и заснула. Впервые за долгое время — не от усталости, а от боли, которую сама себе выбрала.