Глава 64

Хеллоуин наступил быстро. Винсент не упускал возможности утаскивать омегу в постель каждый день, поэтому подниматься Габриэлю, которого гоняли всю ночь, было сложно. Не раз случался риск опоздания на работу. Чудом успевая, Габриэль потом посылал альфе грозные смс. Решил он, наглая морда, отыграться за несколько дней воздержания. Впрочем, не вся вина лежала на его плечах. Вспомнить, какую инициативу брал сам омега… стыдоба.

По завершению трудового дня персонал спокойно разошелся по домам. Никакого корпоратива, как Габриэль и думал. Только он стал снимать халат, как телефон в кармане джинсов стал настойчиво трезвонить.

— Слушаю.

— Вредный эгоистичный альфа напоминает, что один бедный омега обещал быть на корпоративе с ним.

— С какой стати я бедный? — не за тот смысл уцепился Габриэль, вещая халат на место и забирая свою куртку, после чего покинул кабинет.

— Потому что злой альфа не выпускал тебя из постели всю ночь напролет.

— Ты хотел сказать «ночи напролет».

— Короче, любовь моя, жду тебя у больницы. Твой костюм уже забрал. Переоденешься в комнатке для персонала в ресторане.

— Вижу, — ответил он, заметив и знакомую машину и рядом стоящего альфу, говорящего по телефону. — Вот и топай сюда.

— В смысле? — Винсент заметил любимого, помахав ему рукой.

«И зачем опять строить из себя дурачка?»

Габриэль смотрел на него совершенно непроницаемо. От здания ушел не далеко, позади главных вход. В голове созрел план, как немного подшутить над альфой. Телефон, правда, жалко будет… 

Он вдруг прикрыл глаза, мобильный выпал из рук, а сам откинулся назад, медленно съезжая по двери на землю. Кто бы знал, что люди могут бегать так быстро. Омега не успел сползти на землю, как альфа оказался рядом, поднимая на руки.

— С тобой все хорошо? — обеспокоенно спросил Винсент.

— Нет, — так и не открывая глаз, Габриэль вцепился в его плечи.

— Кто из твоих сейчас на дежурстве? — Винсент ловко поднял телефон, который, к слову, даже не пострадал.

— Новенькая, интерн Венди. От нее никакого толку, — покачал головой Габриэль и слишком ловко для того, кому плохо, забирал телефон из рук альфы. — Ее потому и оставили на дежурстве, чуть пациента, идиотка, не угробила. И как таких кривожопых вообще берут, скажи мне пожалуйста? Лично бы прибил, да не хочется грех на душу брать.

— И какого это притворяться больным? — подбросил омегу на руках. — Я тут, видите ли, с ума чуть не сошел, когда увидел, как мой омега теряет сознание, а он живехонький.

Альфа направился в сторону машины.

— Терять сознание — это как-то слишком. А мне так, дурно стало. Твой голос и объятья помогли справится с недугом.

— Да ну? 

— Только не наказывай, а то мне опять плохо станет.

— Будет болеть попка, — подсказал альфа, усаживая омегу в машину.

— Опять?! — ужаснулся Милтон, причем не наигранно. Уж ему ли не знать, как умеет наказывать Винсент.

— Не знал, что ты ремня боишься, — ухмыльнулся альфа, закрывая пассажирскую дверь и обходя машину в сторону водительской.

— Только не сегодня, — вжался в спинку кресла. — Ты не тронешь жнеца.

— Всегда думал, какого это — приручить смерть.

Пока Габриэль не перевоплотился — сложно сказать. Машина тронулась с места. До ресторана они добрались удивительно быстро. Уж по каким обходным Винсент только не проезжал, и это дало результат. Всего полчаса и уже на месте. Свой костюм, распределенный под двум пакетам, Габриэль забрал сам. Хотел забрать и у Винсента, ведь тому еще косу нести, но он отказался.

Отдельная vip-комната с диваном. Винсент аккуратно прислонил косу к стене. Скинув свой пакет к дивану, альфа предпочел сначала сделать глоток чая.

— Одна просьба — не входить, пока я не закончу, — предупредил Габриэль, прежде чем скрыться за дверью уборной. 

Еще при первом взгляде костюмчик ему пришелся по душе… но кто бы знал, как сложно его надеть. Чего только стоили ремни на ногах. Но смотрелось все это… просто десять из десяти. Габриэль невольно залюбовался собой в зеркало во весь рост. Про реликт семьи Фантомхайв он не забыл. С ними еще шикарнее смотрелось. Про накладные черные ногти он молчал. И во всем своем великолепии он вышел к альфе.

Винсент уже переоделся. Его костюм не сильно отличался от обыкновенного смокинга-троечки, только несколько старомодный, века этак XIX. Строгие черные брюки; лакированные ботинки; белая накрахмаленная рубашка; коричневый пиджак. И, в завершении, черная лента. Кожаные перчатки обхватили чашку чая, а сам альфа сидел к омеге полу боком, сложив ногу на ногу, из-за чего не сразу заметил любимого. Но, заметив, выпал из этого мира. Его любимый преобразился до неузнаваемости — альфа даже не ожидал, что выбранный им костюм так хорошо сядет.

Они оба пялились друг друга так, будто видели впервые в жизни. И кажется у обоих возникли не совсем приличные мысли. В завершении своего образа Габриэль забрал отставленную к стене косу, замахнулся ей и перекинул через плечо.

— Ну что, мой граф? Все еще хочешь приручить саму Смерть?

— Теперь хочу еще сильнее, — Винсент отставил так и недонесенную чашку до рта на стол, и поднялся с дивана, подходя к любимому. — Ты прекрасен.

Лукавая улыбка заиграла на губах омеги. Он ухватился за косу, что была откинута на плечи, двумя руками.

— И как представим наш дуэт? Есть идеи?

— Абсолютно никаких, — покачал головой Винсент, а с лица никак не мог стереть глупую обожающую улыбку.

— В этом костюме ты как никогда похож на своего прадедушку.

Габриэль помнил фотографии предков Винсента, что рассматривал однажды. Спасибо дорогой Френсис. С принятием в семью она все сильнее начинала его раздражать, всучивая всю информацию, что могла нарыть о своем древнем благородном роде. Милтон узнал столько, сколько в учебниках по истории не пишут. И он помнил, как выглядел прадедушка Винсента и Френсис. Его пара вышла настоящей копией.

— Цепной пес Ее Величества, сумевший держать подле себя жнеца. Окунемся в прошлое.

— И звали его тоже Винсент, — ухмыльнулся альфа, — прошу, мой милый жнец, гости ждут, — альфа подал руку любимой паре.

Вошли в банкетный зал, как Боги, словили на себе множество взглядов. Чувствовалось среди гостей и восхищение и зависть. Ну как же без этого?

— И почему я не удивлен видеть вас такими? — к паре подошли Дитрих, в немецкой военной форме того же времени, что и наряд Винсента, и Джесси.

— Почему вы все зациклились на одежде девятнадцатого века? — задал свой вопрос Габриэль, с любопытством осматривая знакомых. И если уж быть на чистоту — у него самый отпадный костюм выходил. Хотя по степени откровенных, Джесси выйдет явным победителем. Как только Дитрих позволяет ходить в таком прикиде? У него же все напоказ. К тому же… одежда явно женская.

— Винсент так захотел, — Дитрих прижал любимого к себе.

Если так приглядеться — почти у всех гостей костюмы прошлого времени. Но оно и понятно, найти даже монстра современного очень сложно.

***

Праздник растянулся до самой ночи. Обычный банкет перерос в настоящую развлекательную программу. Люди отдыхали, не придерживаясь рамок светского общества. По прошествии времени Фантомхайв, чтоб было удобнее, закрепил косу на спине своего омеги, ни на йоту не испортив вид, а после утащил танцевать. Не многие видели своего босса таким заводным. Чаще он казался людям достаточно строгим, но, как оказалось, ничто человеческое ему не чуждо.

Алкоголь. Сладости. Тыквенные пироги. А больше всего уже подвыпивший персонал развеселил черный кот, который вообще не понятно как оказался в ресторане.

— Вот Марк прошляпил такое веселье, — Винсент обнял любимого за талию, отводя к столу, чтобы немного передохнуть.

— Для него и Дениса уже готовят видео, — подув немного на мокрую после танцев челку, Габриэль взял со стола сразу два прохладительных напитка. Один высушил за один присест, второй уже помедленнее.

— Да, Марк тут фото прислал из Лас-Вегаса, — Винсент усмехнулся, — теперь я задаюсь вопросом, кто хотел туда сильнее.

— Неужели Дэнис в восторге?

— Судя по фотографиям, в полном, — Винсент крепко обнял любимого, — дома будем, покажу, — поцелуй в висок.

— Интересно, когда это мы домой попадем? — с улыбкой Габриэль слегка качнулся, сымитировав весьма двусмысленное движение.

— Утром, — Винсент куснул ушко омеги.

— А как же работа? 

— Завтра суббота как бы, — тихо рассмеялся Винсент.

— Как-будто ты не работаешь по субботам.

— Ты и так выходной, а своим я дал отгул с оплатой. Все довольны.

— Хм, и что же мы будем делать всю ночь? — соблазнительно зашептал на ухо. Услышать его не мешала ни музыка, ни веселые голоса подвыпивших людей.

— Отдыхать, — Винсент ухмыльнулся таким зазываниям.

— Каким образом? — продолжал свою игру омега, пальчиками забираясь под воротник и поглаживая затылок.

— Принимаю предложения, — шаловливая рука альфы устроилась на мягких округлостях.

— Уединимся? — мурлыкнул вновь на ушко и лизнул мочку.

Винсент неожиданно оторвался от лапания любимого, перехватывая его ладонь и таща в сторону комнаты, где они переодевались. Не успели закрыть дверь, как Габриэль толкнул альфу к ней, прижался, и со всей страстью впился в губы. 

— Вроде недавно жаловался, что я слишком часто тебя зову заняться сексом, — сквозь поцелуи ухмылялся альфа, попутно отстегивая косу от спины.

— Не хочешь, я могу уйти.

Габриэль оставил яркий болезненный засос на шее, и одной рукой забрался под рубашку с жилетом на прессе, поглаживая кубики.

— Уйдешь? — руки альфы, прикрывшего глаза от удовольствия, стянули с омеги плащ. — Далеко?

— Собирать души изрядно подвыпивших людей. Думаю, для представителей сильного пола, я буду красивой Смертью, — Габриэль специально дергал за ниточки, вызывая в любимом ревность.

— Тянет на что-то остренькое? — рыкнул альфа, а широкая ладонь сильно сжала попку через кожаные штаны.

Только в таком порыве Габриэль мог чувствовать силу и превосходство своего альфы. Его рыки всегда заставляли сущность течь, как сучку, а когда в глазах виделась злость и чувствовалось собственничество, омега готов был его зацеловать. Дразнить тянуло все сильнее и сильнее.

— Что же, я зря жнецом стал?

— Считай, что ты в отставке, — зубы сомкнулись на шее омеги, оставляя яркий след. Рядом с меткой. Винсент почти дважды пометил на одном месте. Габриэль не сдержал тихого стона.

— Тогда я заберу твою душу, — с этими словами Габриэль утянул в новый поцелуй. Столь глубокий и возбуждающий, словно хотел через рот высосать его душу. 

Альфа так и хотел сказать, что душу его Габриэль уже забрал, но поцелуй не дал ему это сделать. Да и черт бы с этим. Слова лишние. Они не нужны. Винсент приподнял омегу над полом, не разрывая поцелуй. Еще более возбуждающая поза. Омега сладко простонал в поцелуй, оторвался от любимых губ и снова напал, нежно прикусывая.

— Хочу тебя всего.

— И как же ты меня хочешь? — Винсент опрокинул омегу на диван, нависая сверху.

— Тебе описать весь процесс? 

— Хотелось бы послушать такие мысли из твоего ротика, — альфа принялся медленно расстегивать пуговицы на кофте омеги.

— Ты избавишь меня от одежды, и обнаженным я прильну к тебе еще сильнее, шепча как сильно люблю и хочу поскорее стать с тобой одним целым. Ты страстно поцелуешь меня и утянешь в мир блаженства, вогнав свою плоть до основания, без подготовки. И я буду кричать твое имя, позабыв, что мы не дома.

— Звучит очень заманчиво, — хохотнул альфа, с хитрицой во взгляде ловко расстегивая ремни на ногах.

— Замучаешься избавлять от них, — настала очередь омеги смеяться. Он закинул голову назад и подтянул к себе ноги, для большего удобства. — А потом их вновь застегивать.

— Не недооценивай меня, — ухмыльнулся альфа, уже избавив одну ногу от ремней и сапога.

От нечего делать Габриэль, все еще облаченную ногу в ремни, закинул вверх, и ступней упирался в плечо альфы. Руки закинул за голову, с улыбкой наблюдая. Еще недавно его разум затмевала страсть, он готов был отдаться, даже не дойдя до мягкой мебели. Теперь же ему было интересно наблюдать за действиями Винсента, второй ступней дразня, когда мягко касался возбужденной плоти сквозь ткань брюк. Своеобразный массаж главного достоинства альфы.

— Это чем-то напоминает игры для взрослых с подчинением, — Винсент перехватил вторую ногу и поцеловал щиколотку.

— А ты готов мне подчиняться? — омега изогнул бровь, а во взгляде играли чертята. Он и сам походил на чертенка с хитрой улыбочкой.

— А я не против подчинения, но пока только сегодня, — альфа с ухмылкой откинул ремни и второй сапог в сторону.

— Тогда отойди, — с той же усмешкой на губах приказал Милтон, приподнимаясь на локтях. И Винсент отошел, спрятав руки за спину. — Встань на колени.

Винсент встал, заинтересованно склонив голову.

С хищной грацией омега обошел любимого, оставляет за собой тонкий шлейф сводящего с ума запаха с примесью возбуждения. Альфа чаще вдыхал носом. На его плечи легли ладони.

— Удовлетори себя сам. Дай мне увидеть тебя с этой стороны.

И Габриэль вновь обошел альфу, становясь лицом к лицу.

— И тебя это возбудит? — ехидно поинтересовался альфа, расстегивая ширинку на штанах.

— Не сделаешь, не узнаем, — пожал плечами омега, возвращаясь на диван. Одежду с него почти всю стянули, только штаны кожаные остались.

— Что ж, — ухмыльнулся альфа, — наблюдай.

Рука вытащила член из трусов, показывая его во всей красе, стоящим колом и сочившемся смазкой. Ладонь слегка погладила головку, пальцы кольцом спустились к самому основанию, медленно надрачивая. Если бы сюда кто-нибудь зашел и увидел своего директора в подобном виде…

Габриэль облизывал губы, не прерывая наблюдения. Даже удовлетворяя себя, Винсент держал усмешку. Лицо не искажается удовольствием. Только дыхание было, хоть и спокойным, но достаточно глубоким. Альфа не отрывал взгляда от зеленых омутов любимой пары. Рука все также плавно скользила по члену, принося небольшое возбуждение. Винсент держался перед любимым вполне спокойно, даже глаз не закрыл в мысленных мечтах о диком сексе.

— Как ощущения? — словно издеваясь спросил Габриэль, изящно закинув ногу на ногу. В обтягивающей коже это смотрелось очень соблазняюще.

— Прекрасно, — хмыкнул альфа, — скоро кончу.

— Кончай, — без тени смущения мурлыкнул омега. — А мог бы получить куда больше, чем натирание мозолей на ладони.

— И как же? — Винсент, чувствуя конец, все-таки прикрыл глаза. Всего на секунду.

— Трахнул бы меня раньше, чем началась эта игра.

Габриэль полностью разлегся на диване и вскоре услышал тихий рык. Любимый дошел до разрядки.

— Мне это не мешает сделать и после, — в голосе вновь насмешка, — но я и не против игр. Сегодняшняя ночь — сплошная игра.

Игра. Все у них сводится к играм. Габриэль поднялся так же быстро, как разлегся на диване. Альфа так и не поднялся с пола. Точнее, собирался, но омега нагло уселся к нему на колени, ноги скрестив позади него.

— Оближи, — с улыбкой попросил Милтон, собирая на пальцы семя и подставляя их ко рту.

Винсент приоткрыл рот, языком проводя по пальчикам омеги. Свои же руки альфа вновь завел за спину, чтобы не было соблазна обнять любимую пару.

— Бери в рот.

Винсент подчинился, полностью захватывая пальчики в плен. Омега мог только чувствовать, как язык играет с пальчиками, слизывая семя. Непривычно пробовать свой собственный вкус, но и не противно, чтобы все прекращать.

Габриэль сам решил, когда освободить руку. И стоило это сделать, как он облизал мокрые пальцы следом. Извращение чистой воды, но ему это нравилось. А уж как напрягся альфа…

— Какие дальнейшие приказы, мой господин? 

Приказов не было. Зато были действия. Габриэль перестал облизывать собственные пальцы, сжал волосы на затылке альфы, и заставил голову откинуть назад, подставляя открытую шею под удар. Омега этим и воспользовался, до боли впиваясь в кожу. Всасывая ее и не обходя стороной зубы.

Винсент прикрыл глаза. Его паре впору было играть вампира с такими укусами.

— Метишь меня? 

Габриэль отстранился и с довольным видом провел двумя пальцами по алеющему засосу.

— А теперь иди и принеси нам напитки. Ширинку только застегни.

Милтон поднялся с его колен.

— Так в том шкафчике холодильник с вином и соком, — Винсент кивнул на непримечательную вещицу в комнате.

— Ты не понял? — обманчиво ласково Габриэль наклонился и погладил по щеке. — Выйди к людям. В зале вкусный лимонад, здесь этого нет.

— Да без проблем, — ухмыльнулся альфа. Он поднялся с колен, застегнул ширинку и, пока не успел омега запретить, подхватил свою рубашку, вылетая из комнатки.

— Зараза, — недовольно фыркнул Милтон, заметив, как его благоверный перехитрил, успев забрать рубашку. Прикроет засос, как пить дать прикроет.И пока он блуждал Габриэль вышел на балкон. Ночью сильно похолодало, так что он подобрал с пола свой плащ, накинув на голое тело.

Винсент накинул рубашку, но не успел ее застегнуть. Далеко идти не обязательно, как раз мимо шатался официант. Подхватив два бокала с лимонадом, Винсент уже хотел вернуться в комнатку, как на встречу к нему вышла весьма подвыпившая сотрудница.

— Ой, босс, — пьяно хихикнула девушка и повисла на шее альфы — а вы очень сексуально выглядите.

— Ох, — удивленно выдохнул Винсент, отставив бокалы на столик с цветами. — Ну-ка, — руки аккуратно отцепили от себя приставшую даму, усаживая ее на стул. Только вот Винсент не заметил оставшийся след помады на белой рубашке. Подхватив бокалы снова, альфа под недовольное фырчание сотрудницы ушел обратно в комнатку.

По тихому скрипу двери, затем щелчка, Габриэль понял, что его альфа вернулся. Он не стал оборачиваться, дожидаясь, когда тот сам подойдет.

— Бокал лимонада для омеги моего сердца, — Винсент обнял любимого за талию, протягивая бокал. — Идем в комнату, холодно.

Даже на холодном воздухе, Габриэль учуял запах духов. Та дамочка, что висела на шее альфы, была как раз из тех, кто выливает на себя весь флакон. Нахмурившись, омега обернулся. И лучше бы этого не делал. Невозможно было проглядеть красный след от помады на рубашке.

— И кто успел к тебе пристать?

— Встретил подвыпившую сотрудницу, — хлопнул глазами альфа.

Скривившись, Габриэль выпутался из объятий. Запах духов просто отвратный. Винсент, заметив скривленное личико, поспешил снять рубашку. Повезло, что рабочая весит в уборной.

Лимонад Милтон выпил в два глотка. На улице освежился, напитком освежился, только раздражение поднялось с новой силой. Это же какая курица, воняющая за милю, полезла к его истинному с объятьями? С другой стороны… сам виноват. Вообще хотел отправить Винсента без рубашки. Вот тогда бы могла быть и не одна дамочка. Или еще хуже — омега.

— Неужто я чую ревность? — ласковый тон. Руки обняли со спины.

— Укушу тебя еще сильнее, — проворчал Габриэль, в этот раз не вырываясь. Рубашка снята, духами больше не несло.

— Кусай, если тебе так станет легче, — альфа поцеловал любимого в висок. Приятно наблюдать за ревностным взглядом, нацеленным на дверь, которую альфа предусмотрительно закрыл на ключ.

Вызов был принят. Габриэль развернулся в объятьях и первым делом больно укусил за губу. Не прокусил, но будет болеть. Следующим местом, для болезненной метки, стала ключица, и под конец омега прикусил кожу вокруг правого соска. След от зубов смотрелся очень забавно.

Винсент стойко терпел все укусы, испытывая какое-то странное мазахистское удовольствие. Руки его покоились на талии любимого. Глаза прикрыты. Он позволял метить себя столько, сколько потребуется.

— Теперь я удовлетворен, — кивнул Габриэль, разглядывая новые укусы.

— Я рад, — тихо рассмеялся альфа, неожиданно крепко обняв любимого и зарываясь носом ему в волосы.

— Не души меня…

— Я не душу, а защищаю.

— От кого? Холода?

Голос Габриэля едва был слышен. Все из-за того, что лицо сильно прижато к груди. А любая попытка немного отстраниться, заканчивается одинаково — никак.

— От плохих мыслей, — чуть ослабил хватку, но из объятий не выпустил.

— И о чем же, интересно, ты считаешь, я думаю?

— О том, какие люди гады, раз посмели на мне повиснуть? — предположил с тихим смешком.

— Скорее о том, что тебе тоже пора приобрести кольцо на безымянном.

И вроде сказал к слову… но в ту же секунду стал конкретно задумываться об этой мысли. Если так призадуматься, то с чего ради на его пальце есть кольцо, а у альфы нет?

— И до свадьбы все четыре месяца ходить? — продолжил мысль Винсент. — Ладно, — слишком просто согласился.

— Только кольцо выберу я. Возражений не принимаю.

— Как пожелаешь, — Винсент приподнял омегу над полом и закружил. — Все равно ехать и покупать обручальные кольца. И мне временное выберем.

Спустя какое-то время… они все же сделали то, ради чего уединились. А когда вернулись в зал, помятые и довольные, не нужно было слов, чтобы понять, с чего такое счастье в глазах. Веселье продолжалось. Вплоть до самого утра. 

Гости расходились довольные. Хотя кого-то и уносили, поскольку алкоголя перебрали не слабо. И каждый успел поблагодарить за выходной, особенно те, кому на субботу выпадала смена. Дитрих с Джесси пожелали паре всего хорошего, не менее веселой свадьбы, и уехали домой. Потом уже и они засобирались домой. 

Габриэль клевал носом. Когда забирал косу, та потянула его в сторону. Слишком тяжелая. Не перехватил бы оружие Винсент, упал бы Милтон с дорогим подарком на пол.

— Все, это знак. Срочно добраться до кровати.

— Ложись на заднее сиденье, — улыбался альфа, его-то такое веселье не подкосило вовсе. Немного усталости, но еще можно пахать.

От заманчивого предложения Габриэль не стал отказываться, и заснул он почти сразу же, как только автомобиль тронулся с места. Он и заметил, как они приехали, как альфа перетащил его в квартиру, переодел и уложил в постель.