30. Последний шанс

Кэтрин

Открыв глаза, перед собой я увидела Аниту и Ребекку, как вдруг обе прокричали, что я очнулась, возле меня оказался врач, который начал мерить мое давление, на что я услышала, что всё обошлось, и врач покинул палату.

— Что случилось? — негодуя, спросила я.

— Дорогая, ты слишком перенервничала, и это сказалось на ребенке... Разве так можно? — проговорила Анита.

— Кэтрин, почему ты соврала Тому, что это не твой ребенок... Билл разозлился, что я что-то не так поняла, и Том так сильно расстроился, — возмутившись, спросила Ребекка.

— Ребекка, как ты могла им сказать о моем положении?! — разочарованная тем, что она выдала меня, спросила я.

— Так это мой ребенок, — послышался голос Тома возле двери.

Всё это время он был за дверью, и он услышал всё, мне внезапно стало страшно.

Боже мой, Кэтрин, прости меня, я опять всё испортила, — прошептала Ребекка с печалью в голосе.

— А может, и не испортила, — шепнула ей на ушко радостно Анита. — Мы вас оставим.

Я попыталась приподняться с кровати, не имея ни малейшего представления, как мне быть, а Том всё так же стоял возле двери, ослабленный.

— Ты так и будешь молчать? — возразил Том.

— Том... Этот ребенок тебя ни к чему не обязывает, поэтому я не стала говорить... Это мой ребенок, и я сама воспитаю его.

Как вдруг за мгновение я оказалась прижата к тому, его холодные губы коснулись моих страстным поцелуем, пирсинг на его губе был похож на льдышку. Мне так больно было от моего незажившего прокола на губе, но эта боль вмиг прошла от его страстного поцелуя. Его губы словно стали моим опиумом, который одурманил и возбудил. Оторвавшись еле от друг друга, переводя дыхание, мы прижались лбами.

— Какая ты глупышка, как ты могла от меня это скрыть? — тихо сказал Том.

Я лишь молчала, не понимая, что мне ответить.

— Как ты могла подумать, что я не буду хотеть этого ребенка... нашего ребенка? Я так люблю тебя, Кэтрин, — всё так же шептал Том, прижимая меня к себе, но я отдалилась от него.

— Любишь? Нужен ребенок? Том, ты... Ты с ума сошел? О какой любви идет речь? Ты ведь...

Тут же меня перебил Том, не дав мне договорить: «Кэтрин, всё, что случилось... Это... Кэт, мне пришлось сказать, что я не люблю тебя, я тебе столько гадостей наговорил, лишь бы ты ненавидела меня, столько глупостей сказал из страха, чтобы ты ничего с собой не сделала...»

— Что? Что значит «пришлось»? — удивленно спросила я.

— Детка, прошу, давай мы поедем домой, и я всё расскажу.

— Я с тобой никуда не поеду! Никаких «мы» больше нет и давно нет!

— Кэтрин, даже если я тебе не нужен, если ты хочешь быть с Ральфом... Я приму это, но от моего ребенка ты не можешь меня отлучить, ты ведь не поступишь со мной так? — В голосе Тома воцарилась паника.

— Зачем тебе этот ребенок?

Как вдруг Том психанул и начал кричать на всю палату: «Это мой ребенок! Мой! Никакой другой мужчина не имеет права называть его своим, и даже ты не имеешь права отнимать у меня его! Я никогда бы в жизни не отказался от него!»

На крики Тома прибежал Билл и стал успокаивать его: «Том, тише, тебя на всю больницу слышно».

— Отстань! Никто не отберет у меня его! Ты хорошо меня поняла, Кэтрин?! — после этих криков Билл вывел Тома из моей палаты, а я от страха заплакала.

Ко мне забежали девочки и стали успокаивать, каждая из них твердила, что Том любит меня и боится потерять ребенка, поэтому он себя так ведет, что нам нужно поговорить и обсудить все спокойно. Оставаться в больнице у меня не оставалось никаких сил, и хотела уже наконец оказаться дома... Дома, которого у меня не было. Сколько времени я живу уже в отеле и даже не представляла, какая сумма у меня уже набежала за нахождение там. Все это время я так и не работала нигде, а жила на средства, которые у меня остались от проданного дома в России.

Наконец меня отпустили из больницы, и я быстро ушла, надеясь, что мне не попадется Том. Благо мне повезло, мне удалось проскользнуть мимо всех, и спустя некоторое время я наконец-то была в номере. Смыв с себя запах больницы, я сразу же улеглась на кровать и, кажется, быстро уснула. Спустя какое-то время меня разбудил стук в дверь, я не понимала, сколько времени я проспала и кого принесло ко мне в такое время, но я решила, что это явно девочки, обеспокоенные моим состоянием, решили навестить меня. Открыв дверь, это оказался Ральф.

— Ты опять пропала... Кэтрин, ты постоянно заставляешь переживать за себя, и тут тебя не было, я сколько раз приходил, — возмутился Ральф.

— Боже, Ральф, ну хоть ты не ругайся со мной, — пробурчала я, проходя обратно к кровати.

— Что значит хоть ты? Что случилось? — взволнованно спросил тот, проходя ко мне ближе.

Как вдруг нас перебил очередной стук в дверь.

— Ну вот и девочки, — выдохнув, сказала я, открывая им дверь.

Но я опять не угадала, это был Том.

— Кэтрин... Прости меня за то, что было в бол... Твою мать, что ты опять тут делаешь? — голос Тома моментально сменился.

— Чувак, кажется, это ты что-то путаешь! Ты не отстанешь от моей девушки? — в ту же секунду прогневался Ральф.

Том начал нервно смеяться, как вмиг Ральф оказался на полу от удара Тома. Я так сильно испугалась, что приставила руки к губам, чтобы не закричать и не собрать народ. Парни, словно собаки, вцепились в друг друга.

— Прошу, прекратите... Том, перестань! — проорала я, пытаясь успокоить Тома.

Но он не успокаивался, а продолжал избивать Ральфа. Ральф оказался слабее него, поэтому не имел никаких сил встать из-под него. Но Том словно с цепи сорвался и не прекращал свои побои над парнем.

— Том, я прошу, прекрати, — сказала я, начав плакать и схватившись за живот от боли. Боль была такой же, которую я почувствовала в больнице.

Внезапно Том остановился, прильнув ко мне, кладя руку мне на живот.

— Ты в порядке?! — с испугом в голосе сказал Том.

Но я и словом молвить не смогла, как вдруг:

— Уходи, — прорычал Том на Ральфа.

— Ты уйдешь! Я не оставлю ее с таким психом.

Как вдруг Том встал к нему лбом:

— Ты думаешь, я причиню ей вред?

- Ральф, прошу, уходи, - прошептала слезно я, боясь за его жизнь.

- Кэтрин, ты уйдешь со мной, - проговорил Ральф.

- Ах... Ты меня сейчас с ума сведешь... Радуйся, что она тут, я бы тебя уже убил, - прорычал Том.

Ральф попытался ответить ему, но я перебила его вмиг: «Ральф, я прошу, уходи».

— Кэтрин, он же сделает с тобой что ни...

— Ральф! Мне он ничего не сделает, — сказала я, взяв его за руку, моля о том, чтобы он ушел.

После чего он действительно покинул отель.

— Собирайся, — приказал Том.

— Куда?

— Мы поедем домой.

— Я не вернусь!

— Кэтрин, не вынуждай меня, я силком себя выволок отсюда, и ты знаешь, что мне не составит это ни малейшего труда!

Как вдруг я заплакала от удушья обиды, как плачет ребенок, когда его заставлют сделать то, что он не хочет. Но Том быстро сменил гнев и крепко обнял меня.

— Детка, не плачь, прости меня, прости, я чудовище, ты не представляешь, в каком я состоянии, позволь мне просто объяснить всё, только давай уедем отсюда.

— Я не вернусь в тот дом, — слезно пробормотала я.

— Кэтрин, прошу, перестань препятствовать, мы поедем домой, и всё.

— Почему? Что, ты хочешь мне снова причинить боль?

— Просто доверься мне, милая, — нежно прошептал Том.

— Я доверяла тебе. И пожалела об этом.

Том, тяжело выдохнув, взял меня за руки и нежно поцеловал их. — Дай мне последний шанс, доверься мне, и обещаю, ты поймешь меня.

— Я не вернусь, — всё твердила я.

— Хорошо, я куплю другой дом.

— Ты с ума сошел?

— Я на всё готов, лишь бы ты была рядом.

— Том, ты это всё из-за ребенка чудишь? Я не собираюсь запрещать тебе видеться с ним, но из-за ребенка не надо бросать Сэм и делать вид, что ты любишь меня.

— Я не делаю вид, что люблю, я люблю тебя больше всего на свете и не переставал любить, а Сэм больше нет, я ее никогда не любил, я ненавижу ее, Кэтрин, и позволь мне именно это и объяснить!

Нас прервал очередной стук в дверь.

-- Сегодня какой-то день открытых дверей, - пробурчала я.

- Мэм, простите, если собираетесь тут еще провести ночь, нам нужно об этом знать, - сказал администратор.

- Что значит провести ночь? - удивленно спросила я.

- Извините, мы сейчас соберем вещи и освободим номер, - сказал Том.

- Что? Я ведь продлила...

- Но, мем, вы внесли оплату за жилье в отеле и сказали, что выезжаете сегодня.

- Что?! - Тотчас я посмотрела на Тома в недоумении.

--да все верно нам нужно буквально пол часа- сказал том администратору и тот ушел

-- Том?! - со злостью я посмотрела на него.

-- Детка, ну давай же, я уже всё оплатил, и уедем уже отсюда.

-- Зачем? Я тебя о чем-то просила? Я сказала, что я собираюсь уезжать? И тут я начала плакать опять.

-- Эм... Я слышал, что гормоны пагубно влияют на эмоциональное состояние во время беременности, но не знал, что настолько... Уф... Ну иди ко мне, - сказал Том, обняв меня. - Милая, я понимаю, тебе сейчас плохо, но ты себя изводишь, не давая мне хоть что-то тебе объяснить...

-- И сколько я опять буду у тебя? До момента, пока ты не наиграешься? Я игрушка, Том? То ты хочешь переспать, у тебя не получается, и ты всячески пытаешься затащить меня в постель, а когда получается, ты узнаешь о моем дневнике и пытаешься спасти, а когда тебе надоело, ты взял и плюнул мне в душу!

-- Либо ты сейчас же собираешь вещи и добровольно едешь со мной, либо я это делаю насильно, и я это сделаю!