31. Невыносимо

Кэтрин

Когда мы оказались дома у Тома, я не могла усидеть на месте. Том решил, что не стоит ждать до утра, и рассказал мне всё. То, что он поведал, стало для меня настоящим шоком. Оказывается, всё это время Том пытался защитить меня. Всё то время, что я была обижена и зла на него, он лишь пытался отдалиться, чтобы уберечь меня от опасности. Сэм обладала такой властью, что даже смогла запугать Тома.

— Детка, я не представляю, что ты испытала в тот день, когда хотела обрадовать меня новостью о малыше, а ты лишь наслушалась гадостей от меня.

Я сразу нырнула к тому в объятия, наконец искренне почувствовав его тепло и нежность.

— Том, но как она отстала от тебя? — прервала нашу нежность тем вопросом, который действительно мне стал интересен.

— Я ей надоел, потому что не мог дать ей того, чего она ждала. Её злило, что я постоянно принимаю таблетки, и она сама решила расстаться со мной, наигравшись.

— Никогда в жизни я не чувствовал себя так отвратительно, как в те моменты, когда она была рядом. Кэтрин, я всё ещё боюсь, что она может причинить тебе вред. Хотя она и не в Берлине и, надеюсь, забыла обо мне, я прошу тебя быть осторожной. Не уходи никуда без моего ведома, и давай, как и раньше, будем хранить наши отношения в тайне.

— Да, конечно, — согласившись со всем, сказала я.

— Может, пойдем ляжем, я тебя и так сильно напугал, надо будет утром в больницу поехать, у тебя опять были боли...

— Я не пойду в ту комнату, — остановившись, сказала я.

— Почему же? — удивленно спросил Том.

— Я не хочу туда, где была она, — с обидой в голосе сказала я.

— Кто? Ты про Сэм?... Ее тут ни разу не было, она все еще не знает, где я живу, она думала, мы вместе с Биллом живем... Разве мог кто-то кроме тебя оказаться тут? — с теплотой в голосе сказал Том, взяв меня за руку и поведя за собой.

Том

Когда я вёл её в нашу комнату, то почувствовал, как ко мне возвращаются спокойствие и счастье. Хотя я всё ещё переживал за неё, моё волнение было уже не таким сильным.

— Это мальчик, — прошептала Кэтрин.

Я повернулся к ней, не сразу осознав её слова, но вскоре до меня дошло.

— Я стану отцом мальчика? — чуть ли не слезно переспросил я.

— Да, — с нежной улыбкой сказала Кэтрин.

Тут же я схватил ее на руки и прильнул к ее пухлым медовым губам, на которых уже был такой же пирсинг, как у меня. Она словно стала моей копией за то время, что меня не было рядом.

— Я должна была тебе кое-что отдать еще три с половиной месяца назад, — загадочно сказала Кэтрин.

Она потянулась к своим вещам, откуда достала маленькую коробочку.

— Конечно, уже нет смысла тебе это отдавать, но, думаю, отдать всё-таки стоит.

Когда я открыл коробочку, в горле появился ком, и мне захотелось плакать от того, что я увидел. Внутри лежала соска, но самое важное — фотография малыша, совсем крохи.

— Эй, ты плачешь? — удивленно спросила Кэтрин, сев мне на колени.

— Кэт, я всегда мечтал стать отцом, но мне казалось это таким нереальным, я не думал, что я смогу получить настоящую любовь, которая подарит мне ребенка, и я словно потерял больше трех месяцев, которые должен был провести рядом с вами, каждую ночь засыпать, гладя тебя по животику, мучить тебя вопросами о твоем самочувствии и бегать ночью в магазин, потому что ты что-то хочешь.

— Главное, что сейчас мы вместе, считай, ты ничего не упустил, это слишком маленький срок, чтобы что-то чувствовать, а вот всё веселье начнется сейчас, так что ты сам не будешь рад от того, что буду будить ночью и отправлять в магазин, — смеясь, сказала Кэтрин.

— Я больше никогда вас не оставлю, — сказал я, прижимая к себе Кэтрин.

В тот момент я страстно желал её. Я так сильно скучал по её телу, по её сладким стонам, по её нежным рукам. Моё желание было настолько сильным, что мои руки сами собой начали двигаться по её телу, нежно прижимая её к себе.

Однако я не был уверен, хочет ли она меня после всего, что произошло. К тому же, она была обессилена после пережитого стресса. Я сомневался, можно ли заниматься сексом в ее положении. Поэтому, когда мои руки оказались под её платьем, я остановился и убрал их.

— Почему ты остановился? — тяжело прошептала Кэтрин.

— Мне продолжить?

— А ты не хочешь? — с обидой спросила Кэтрин.

— Ты не представляешь, как сильно я хочу тебя, как сильно скучал...

— Так покажи, как скучал, — страстно прошептала Кэтрин.

Её слова окончательно вскружили мне голову, и я повалил её на кровать, сорвав с неё милое платье. Не раздумывая, я быстро снял с неё нижнее бельё, после чего и сам остался обнажённым. Я прильнул к её груди, осыпая её страстными поцелуями. Её и без того пышная грудь стала ещё больше, что меня безумно возбуждало. Мои поцелуи скользили по её телу, после чего я вернулся к её губам. Я сгорал от желания узнать, насколько она мокрая, и, не в силах сдержаться, я погрузил в неё свои пальцы. В тот же миг я услышал её сладкий манящий стон, а мои пальцы оказались ещё глубже. Она была такой мокрой и такой нежной, что я не мог больше терпеть и желал, чтобы мой член уже оказался в ней.

— Кэтрин, а это не навредит? — еле проговорил я, всё так же опасаясь, что в её положении ей может навредить секс.

— Ах, Том... Я хочу тебя, не останавливался, — простонала Кэтрин.

— Кэтрин, скажи точно, это не навредит?

— Я не знаю, Том, просто будь нежен.

Я тут же остановился. Как я понял, у врача она не интересовалась этим вопросом, а я знал, что многим это запрещено, а многим и на самых последних сроках можно. Кэтрин испытала много стресса, тем более недавно вышла из больницы, так что из-за своей похоти я не хотел даже думать о том, что я могу навредить ей.

— Том, ну нет... — простонала я.

— Детка, мне еще тяжелее... Но мы не можем рисковать, пока не узнаем у врача, — сказал я, поцеловав ей носик.

— Ты ужасный, — пробурчала Кэтрин, закатив глаза, и стала одеваться.

Я сразу же схватил ее руки, веля ей оставить вещи.

— Ты же помнишь, я люблю, когда ты спишь обнаженная, хотя бы в этом не откажу себе, — сказал я, потянув ее к себе.

Пока мы лежали, я чувствовал, как желание охватывает меня. Ее близость, ее обнажённое тело, тяжелое дыхание — всё это было для меня невыносимо. Мое терпение было на пределе, и когда я понял, что она уснула, я решил встать и найти другое место для сна. Мне казалось, что я смогу овладеть ею даже во сне, но в этот момент меня остановила ее маленькая ручка.

— Ты куда? — прошептала она.

— Кэт, мне очень тяжело спать возле тебя... Я не могу, как хочу тебя, лучше лягу в другой комнате, может, усну.

— Иди ко мне, — прошептала она своим манящим голосом.

— Кэт, нет...

Но она всё же притянула меня обратно к кровати и оказалась сверху. Ее сладкие губы начали нежно целовать мою грудь, и с каждым разом она опускалась всё ниже. Я был настолько охвачен удовольствием, что не сразу осознал, что происходит, пока не почувствовал ее горячие поцелуи на своем члене.

— Кэт... — простонал я.

Её ласки становились всё более страстными и чувственными, и я был на пределе. Не в силах больше сдерживаться, я схватил её за волосы и полностью потерял контроль над собой. В этот момент я потянул её за волосы, чтобы не кончить ей в рот. Горячая струя спермы излилась на меня, и я обессилел. Кэтрин, смутившись, решила проявить заботу и, достав салфетки, начала вытирать меня. После этого она улеглась рядом, делая вид, что ничего не произошло. Кажется, она была сильно смущена, как только я отдышался, я потянулся к ней.

Она сводила меня с ума и заставляла быть счастливым. Всё то пошлое и грязное, что происходило между нами, вовсе не было грязным. Если бы на её месте была другая, мимолетная девочка, я бы считал это грязным сексом. Но не с ней — она принадлежит мне, и всё, что происходило между нами, было не чем иным, как любовью. Я крепко прижимал её к себе и только твердил, как сильно люблю её. Моя маленькая девочка, которая носила под своим хрупким сердцем мою частичку, — эта мысль безмерно окрыляла меня. Я чувствовал себя сильнее и понимал, что должен быть сильнее ради нашей уже маленькой семьи.