Глава 15.

Все выходные проходили скучно, а внутри меня все бурлило сильнее и сильнее. Неизвестность застала меня врасплох, заставляя подчиняться ей. Я не знала ни места, в котором живу, не имела способа связаться с внешним миром, потому что все звонки, что я пробовала совершить из номера, переводили меня на линию Харварда. Мне не было известно, где сейчас Алекс. Не понимаю, что могло на него найти. Господи, только сегодня утром он попробовал снова сблизиться со мной, а вечером желал заполучить неизведанные вершины. Резвое изменение настроения и хода мыслей, напоминающие зависимость от алкоголя Томаса, очень сильно волновало меня. И я невольно задумалась, что же такого есть во мне, что оба эти человека так желали освоить новые территории. Конечно, Томас уже сделал это, поверив мне. И я даже не сомневаюсь, что после этого последует обязательный обмен кольцами, что покажет ему еще больше, как сильно я завишу от него. Другой стороны этих обстоятельств не было. Парень уже наметил свой путь и заявил мне, что не собирается отступать от него. В отличие от Алекса, который с детства говорил мне о том, что я его единственный лучший друг, которому он может довериться, Томас вел себя совершенно по-другому, продумывая каждый шаг.Что касается моего лучшего, - бывшего лучшего, - друга, то я очень сильно разочаровалась в нем. Даже не представляю, что могло напасть на него... Почему он так желал сделать Томасу больно? Он ведь совсем забыл, что в его руках была... я. Конечно, я еще забываю упомянуть о разговоре с матерью, который я старалась все еще принимать, как шутку, но реальность давила на меня. Черт, это больно, действительно больно, чувствовать и знать, что вот человек был, а вот его нет. Любимый Бенни... С тобой я не смогу поговорить, потеряв однажды. Я пропустила похороны родного, блять, брата. Господи, что я за сестра такая, которая не приходит прощаться с собственным братом? И это давит на меня огромным грузом, притягивая к земле все сильнее. Живот скрутило, словно я выпила кислоты, а еда не доставляет удовольствия. Никак не хочу верить в то, что брата больше нет. Но, мать твою, с каждой минутой я все больше сомневалась в этом, пока просто не завалилась на кровать в слезах.Мне так плохо сейчас, понимая, в какое дерьмо я попала, а все события свалились одновременно. Судьба продумала все идеально: толи с тобой нихрена не происходит, а жизнь скучная и однообразная, толи с тобой все происходит одновременно и друг за другом, нагружая мозг до невозможности. Телефон не звонил с прошлого вечера, поэтому я отчаянно старалась не обращать внимания на каждый звук. Все время казалось, словно вот-вот прямо сейчас позвонит Томас с какой-нибудь новостью и вытащит меня отсюда, словно из башни людоеда. Точно, он спрятал меня здесь, скрыл от опасностей, заточил в своей тюрьме и думал, что я в безопасности, но оказалось-то совершенно наоборот. Оставил меня со своим ближайшим врагом наедине, а теперь еще и на съедение мыслям об одиночестве. Слоняясь по всему номеру, я смотрела в окно, чтобы увидеть хоть что-нибудь интересное, включала телевизор, смотрела всякие скучные программы и новости. В общем, занималась «ничегонеделанием». Так я провела и второй день, пока небо не покрылось пеленой ночи, и в дверь настойчиво не постучали. Я крикнула «Войдите!», хотя зачем? Если все равно туда зашел, - что он и сделал, - Харвард, говоря о том, что мы, то есть я, переезжаем. И кого в тот момент волновал вопрос о том, что я все еще школьник? «Пф, потом доучится» - думали они. Да, они: Томас и его мозг, который посылал парню подобные хреновы сигналы. И какого было мое удивление, когда я узнала, что меня перевозят в другую гостиницу. Правильно, оно было равно нулю, потому что я была уверена в том, что Томас не решится отправлять меня домой: готовится к школе, пообщаться со сломанной мамой и нормально провести время. Зато парень умеет хорошо держать секреты - Аплодирую стоя!В общем, мы снова поездили на черном джипе небольшие круги по центру города, рассматривая наших преследователей, пока не добрались до следующего «убежища». Алекса я не видела, зато была уверена в том, что ему сейчас навряд ли хорошо, и мне было жаль его. Как-никак, а этот парень был знаком мне еще маленьким пацанчиком из соседского дома, пока его родители не переехали, а мать не заболела раком и скончалась. Все когда-то умирают.... Но не честно, когда это происходит с детьми, чьи родители и родственники должны страдать.Всю дорогу меня преследовало какое-то чувство неопределенности, а встревоженные глаза Харварда, глядящие на меня в зеркало заднего видения, еще больше закололо это чувство. - Может, сейчас я уже могу узнать, от кого же мы так усердно пытаемся скрыться? - Спросила я, облокотившись на руку и смотря в затемненное окно. - Мне запретили распространять подобную информацию, мисс Миллз, - Ответил тот, бегая глазами к дороге и обратно ко мне.- Твой босс совсем забыл о том, что уже втянул меня сюда, когда подал первый знак внимания. И если так, то пусть винит себя за то, что решился привести меня на это гребнутое свидание после конференции, показав то, что хоть как-нибудь неравнодушен ко мне. Все началось еще тогда, и я все еще не сбежала от него с криками и визгами, так что спокойно приму и еще немного информации, - Выдала речь я, гордо подняв голову.- Делайт, - Тепло и нежно, прямо как делал мой отец, произнес Харвард мое имя, - Я уже давно знаю Томаса и столько же работаю на него. Он скрытный человек, но на самом деле очень ранимый и хрупокий. Вы знаете, что я не могу пойти против него. Даже если очень сильно захочу вам помочь, то не могу вымолвить и слова о том, что сейчас происходит, - Харвард ухмыльнулся, блеснув глазами, - Попробуйте разговорить его этой же речью. Она душераздирающа. - Умеете подбодрить, - Улыбнулась я, опять утыкаясь в окно.Уже была глубокая ночь, и звезды сияли сквозь облака, покрывшие небо. В многоэтажных домах горели окна, изображая вместе разные картинки. Вот я вижу, как кролик поскакал по одной из высоких стен, утыкаясь длинными ушками в крышу дома. Его глазки были темными, потому что в этих окнах уже спали люди, но на пузике они горели еще ярче, чем в других. Вот на него смотрит большая акула, готовая быстро подплыть и съесть безобидную зверюшку, но место этого плавает по всем стенам дома, меняя свое обличие. От красивой бабочки, до маленького ежика, выпустившего колючки. - Нам пора, - Сообщил водитель, вырывая меня из детских фантазий маленькой девочки, мечтающей встретить прекрасного принца. Или в моем случае, прекрасное чудовище. Автомобиль остановился прямо у дверей очередной гостиницы, и Харвард поспешил открыть мне дверь, выпуская на холодный осенний ветер, путающий мои волосы, похожие, наверное, на гнездо вороны. Мы забежали в холл, оборачиваясь по сторонам и ни с кем не разговаривая. Меня пугало это игнорирование общественности, словно в каждом прохожем охранник видел опасность. Меня поселили в пустой номер, в котором стоял яркий запах каких-то цветов. Лилий, кажется. Харвард не зашел внутрь, зато успел закрыть меня снаружи, тепло попрощавшись и снова оставляя одну. Я включила свет и постелила себе кровать, готовясь ко сну. Хотя, буду ли я спать? Сходила в туалет и, наконец, приняла душ, стараясь сильно там не задерживаться. Включила телевизор и посмотрела на время « 9:32». Итак, мои познания в географии подсказали мне, что сейчас в Лондоне около двух часов ночи, поэтому я даже не рассчитывала на то, что Томас поздравит меня с новосельем. Не смотря на то, как сильно нуждалась сейчас в нем, я понимала, что он по горло занят работой и личными проблемами, что моя безопасность выливается ему в дополнительные расходы и нервы. Сбросив с себя одежду, я легла голышом в кровать и закуталась в одеяла. Погасила свет во всем номере, который еще не успела осмотреть, оставив одну горящую лампочку в туалете. Закрыла глаза и постаралась не думать, хотя множество мыслей одновременно так и лезли в голову, создавая мысленную очередь. Это выглядело примерное так: впереди очереди стояла проблема, над которой висела вывеска « Тайны Томаса», потом стояла «Семейная печаль», «долбанутый на голову друг» и т.д. по убыванию, заканчивая тем, сходила я в туалет перед сном или нет. Черт, тупые мысли.Я не заметила, как заснула, обняв одеяло в пустой двухместной кровати. Представляя, что рядом со мной лежал Томас, я пробовала прикоснуться к нему, к его груди, сделать это еще хоть один раз в жизни. Вдохнуть его божественный запах, вмещающий в себя детское притворство и взрослые игрушки. Но мои фантазии о любимом мужчине прервал телефонный звонок на стационарный номер, и я, заскулив, потянулась свободной рукой за ним. Нащупав его, я не раскрывала глаза и приложила трубку к уху.- Да? - Сонно спросила я, протяжно зевнув.- Я думал: ты уже спишь, - Громкий и бодрый знакомый голос раздался в ухе, - Или все-таки нет.- Все-таки нет... - Засыпая в кровати, повторила я и просто оставила телефон лежать на голове, обнимая той рукой одеяло обратно. Мне вдруг жутко захотелось спать после испытанных эмоций, что тело просто жаждало расслабления. - Ты меня вообще сейчас слушаешь? - Усмехнувшись, спросил Томас. Видимо он мне что-то рассказывал, а я задремала. - Неполадочка вышла, - Пробормотала я.- Может, я потом позвоню тебе? - Нет-нет, говори. Я вся во внимании. И вообще, у тебя сейчас уже давно за полночь, почему не спишь?- Не хочется, - Уже тише произнес он. - Или не спится? - Упрекнула его я.- Наверное, и то, и другое. Но, если ты не собираешься уделять сну больше времени, чем мне, то у меня есть для тебя заманчивое предложение, - Промурлыкал парень в трубку.- М-м-м, - Потянувшись, промычала я, - И какое же?- Что насчет секса по телефону? - Выпалил он, и я даже успела прокашляться, когда резко вставала в кровати, - Все нормально?- Да-да, - Быстро ответила я, - Просто неожиданно.- Да, согласен. Сам удивлен, - Я слышала, как Томас почесал затылок, неуверенно говоря, - Но все-таки меня очень даже интригует такой способ довести тебя до оргазма. - Заманчивый способ. Только тебе, чувак, не повезло, - Улыбнулась я.- Почему же? - Удивленно спросил он, и мне представились его светлые брови, поднимающиеся на лоб, и хитрая улыбка, сражающая на повал из-за сияния карих глаз, которые я так любила. Я тонула в них, как в бочке с шоколадом. Они были одновременно сладкие и горькие, как разные виды сладостей. И я любила чувствовать и видеть это в них.- Я хочу тебя, Томас, - Простонала я, - Но больше просто нуждаюсь в тебе, как в спасательном жилете в глубоком и синем океане, полном голодных акул, готовых разорвать меня на части. - Я знаю, - Выдохнул парень, - Делайт, ты не думай, что я не могу забрать тебя прямо сейчас из-за работы. Я бы бросил ее к чертям и приехал за тобой, чтобы отгородить от этих «Акул», но дело в том, что, если я приеду, то будет только хуже. - Расскажи мне, - Взмолилась я, - Пожалуйста....Расскажи мне о том, во что ты ввязался. Куда уже ввязалась я.Наступило молчание, которое чудом не прервалось сигналом об окончании вызова. Мои глаза бешено забегали по комнате, когда глубокий вдох раздался в трубке, и я заметила, как перестала дышать, вслушиваюсь в гробовую тишину. - Помнишь, я говорил о моем знакомом Генри? - Начал Томас расстроенным и огорченным голосом, сквозь которого слышалось напряжение и неуверенность.- Да, - Кивнула я.- Мы знакомы с ним уже много лет. Он был одним из тех ребят, которых я встретил на трассе....Мое сердце остановилось, а потом все сильнее и сильнее стучало по стенкам ребер, будто желало сломать их изнутри. Невольно я приложила ладонь к горлу, словно прерывая приступ рвоты. Господи, Томас все еще общался с одним из тех, кто приучил его в детстве к насилию. - Генри был чуть старше меня. Лет пятнадцать или шестнадцать, не помню. Родители бросили его, и парень жил с теткой и ее четырьмя детьми. Конечно, это сильно повлияло на него, потому что именно горе и одиночество связали его с той группой взрослых. Да, довольно взрослых людей, которые распивали алкоголь в неопределенном количестве и курили наркотики. Эм... - Томас остановился, подбирая слова, - Тогда мы сдружились с ним. Не хочу говорить о том, что мы там делали... - Серьезнее произнес он, словно гневался на самого себя, - В общем, не важно, что было в прошлом. Мы перестали общаться с теми ребятами, о которых я уже даже немного позабыл. Но вот недавно пришлось вспомнить, когда оказалось, что этот засранец снова связался с ними! Черт, - Выругался он, - Они помнят его и вспомнили меня. Сейчас они просят деньги. Это не проблема, если бы они не угрожали родственникам. Как оказалось, их группа расширилась в количестве человек, которые разбросаны по всему земному шару. Вот почему сейчас ты сидишь в этом номере, Делайт. Потому что они могут сделать тебе что-нибудь, что я себе потом не прощу....- Как Генри связался с ними? - Он пробовал достать наркотики... Наркотики... Конечно, что же еще? - Что мы будем делать дальше, Томас? - Тихо спросила я, привыкая к той мысли, что все слишком серьезно. Но ведь парень здесь не причем, почему же тогда его тоже затронули эти разборки со старыми «друзьями»? - Честно говоря, я не знаю, Делайт. Я не знаю, смогу ли увидеть тебя в будущем вообще. Мне кажется, что если мы разойдемся, то ты будешь в большей безопасности.- Нет! - Сразу возразила я, - Я не оставлю тебя, слышишь, Томас? Я не позволю...- Так надо для твоей безопасности, Ди. Ты должна довериться мне, - Парень тяжело вздохнул, а голос его слегка дрожал, словно все его нутро противостояло сказанным словам. Как было раньше, когда два человека в нем разрывались между разными выборами и совершали разрыв в этой слаженной своими страхами системе, - Все, что я хочу, это не отпускать тебя и всегда быть вместе.От понимания того, что я могу остаться одна и больше не видеть его взволнованных карих глаз, по моей щеке пробежала слезинка. Я быстро стерла ее и шмыгнула носом. Черт, после всего того, что было между нами, я больше не собиралась отпускать или уходить от него. Я хотела быть вместе и проходить вдвоем через эти испытания, но Томас думал иначе. Он считал, что если мы разделимся и будем жить отдельно, то все проблемы решатся сами собой. Это неправильно.- Ты хочешь, чтобы я ушла, - Прошептала я, - Хочешь, чтобы я снова оставила тебя одного, чтобы ты медленно занимался самопоеданием. Хочешь, чтобы все снова стало так, как несколько месяцев назад. Томас, ты желаешь вернуть то время?- Нет, - Серьезно ответил он, вставая, я думаю, из-за стола. Я услышала тяжелые шаги, словно парень ходил по комнате туда и обратно. Мне тоже было очень тяжело. Слышать о разрыве, который возможно продлится больше, чем хочется, невыносимо, - Сейчас больше всего я желаю войти в тебя полностью, чтобы ты, наконец, успокоилась и перестала нервничать, но место этого мне приходится рожать слова и мысли с молниеносной скоростью. А я слышу, как ты мечтаешь о том, чтобы я наказал тебя за непослушание. - Ты не можешь пробовать увести меня от темы разговорами о сексе. Не-а, так не сойдет, - Тряхнув головой, возразила я, но чувствовала искушение и возбуждение от его слов, хотя их было так мало. - Знаешь о чем я подумал, когда впервые увидел тебя? - Невпопад спросил Томас, и я представила, как его тонкие губы изгибаются в сексуальной ухмылке. Как его глаза начинают блестеть, а зрачки в них расширяются. Как вены на его бледных руках становятся еще ярче. А член твердеет и пульсирует. - О чем же? - Выдохнула я, ложась обратно в кровать. Мое дыхание участилось, а щеки покрылись румянцем. Рука медленно спускалась все ниже: по грудям, животу и ниже.- Когда твои сине-зеленые глаза впервые взглянули на меня, представил, как они будут, моля, смотреть в мои. Когда я привяжу тебя к кресту, лишая способности двигаться, буду хлыстать твое обнаженное и невинное тело хлыстами так сильно, что даже останутся следы на этой свежей немного загорелой коже, - Томас тяжело вдохнул и выдохнул, а дыхание участилось, - Ты будешь молить меня о большем, желать большего во всех смыслах, но нет. Я буду дальше наслаждаться тем, как ты извиваешься на кресте, а твои бедра продолжают непроизвольно двигаться, в ответ на мои действия. Твои соски затвердеют, а груди набухают при каждом жестком прикосновении грубой кожи. Ты просишь и умоляешь меня перестать дразнить и, наконец, войти так быстро и так глубоко, что боль от этого будет нравиться тебе все больше и больше. Он громко дышал, прямо, как и я. Мои пальцы массировали набухший клитор, к которому когда-то прикасался парень. Я выгнулась в спине и тихо стонала, не пропуская ни единого возбуждающе тихого слова, который озвучивал тот знакомый мне порочный рот. Я впитывала в себя все звуки, которые испускал он, каждый тяжелый вдох и напряженный освобождающий выдох, каждый шорох и смешок. Я представила эту ситуацию в своей голове. Как Томас привязывает меня к этому Андреевскому кресту, как приносит сладкую боль. Как его глаза потемнели от желания и страсти. Как парень теряет себя и становится совершенно сумасшедшим, когда делает это. - А потом, когда ты уже будешь готова, я освобожу тебя и представлю к коню, фиксируя сзади руки ремнем. Ты все время будешь связана, чтобы не притрагиваться ко мне, потому что иначе мне придется наказывать тебя еще жестче. Твоя аппетитная задница будет вся красной от моих шлепков, а стоны из твоего рта не будут прекращаться, пока я не засажу в тебя так быстро и сильно, что ты сожмешь мой член внутри себя от неожиданности. Я буду быстрым и грубым, буду делать то, что нравится мне, а не тебе. И каждый раз, когда ты будешь доходить до оргазма, я буду останавливаться, мучая тебя непреодолимым желанием, наконец, кончить. И пока ты не взмолишься, я буду продолжать делать это. Пока не кончу сам, наполняя тебя изнутри своей спермой, которая полностью заполнит тебя, - Его грубый и тихий голос остановился, а дыхание было таким быстрым, прямо как биение моего сердца. Мне кажется, что мы с Томасом оба получили удовольствие от его рассказа. Мои тихие стоны возбуждали его, а тембр его сексуального голоса возбуждал меня, - И тогда я позволю кончить тебе в сладостных муках. Что я и сделала, тихо закричав и изогнув спину. Я прикусила руку, оставляя на ней яркие красные следы от зубов. Мои пальцы все еще продолжали массировать клитор круговыми движениями, потихоньку останавливаясь. Томас затих в трубке, и, кажется, парень был в том же состоянии, что и я. Мы смогли кончить только от представления друг о друге, только от звуков, произносимых в этот момент, и все это после того, как мы не виделись месяц. А что будет, когда мы с ним встретимся еще через месяц?- Ты не сможешь вечно успокаивать меня таким способом, - Сказала я, в душе лелея его способ установки равновесия в наших отношениях.- Я хочу доказать тебе обратное, - тихо произнес он, все еще тяжело дыша. Я представила, как медленно вздымается его рельефная грудь. Как поднимаются и опускаются его худые и костлявые, но такие родные мне плечи. Как дрожат его тонкие и длинные пальцы, проводящие рукой по бритым волосам.- Тогда не выгоняй меня из своей жизни, - Попросила я, чувствуя, как снова ко мне возвращаются те экспрессивные эмоции.- Я не выгоняю тебя, - Томас громко вздохнул, а потом решительно произнес, - Я хочу, чтобы ты сама ушла. И тогда замолчала я, понимая, что это конец. Больше я ничего не смогу сделать, если парень так решил. Его нельзя было переубедить и как-то заставить поменять мнение. В моем животе завязался тугой узел, который мешал дышать, а в горле остановился огромный ком, размером с кирпич, который запрещал говорить. Черт. - Скажи хоть что-нибудь, - Простонал он в трубке шершавым голосом.- Я... - Еще отходя от шока, пробовала говорить, - Я...- Что ты, Делайт? - Спросил он все там же расстроенным голосом.- Я ненавижу тебя. Нажала кнопку «отбой» и кинула телефон в стену, что он с грохотом разлетелся на запчасти.

***

Быстро одевшись, я постучала в дверь, и ее открыл Харвард. Что он делал рядом с моей дверью? Неужели стоял там все это время?- Вам что-то понадобилось, мисс Миллз? - Спросил он, поворачиваясь ко мне.Игнорируя его вопрос, я попробовала протолкнуться через здоровенного мужика, но он остановил меня и занес обратно в комнату.- Томас запретил вам выходить, - Строго произнес Харвард.- Да мне все равно! Пусти меня! Я хочу домой и подальше отсюда! - Крикнула я, пробуя прорваться сквозь огромную стену. - Вы знаете, что я не позволю... - В этот момент он приложил палец к уху, куда было вставлено устройство, а потом кивнул и отодвинулся, - Я провожу вас к машине.Видимо, Томас решил, что раз я его «бросила», то держать меня в безопасности больше не надо. Ну, мне и лучше.

***

Мы ехали в тихой машине, не промолвив друг другу и слова. Я задумчиво и расстроено смотрела в окно, пробуя хоть как-то вернуться в реальность. Сейчас было около полночи, а может и за нее, и мы мчались по пустой дороге к моему дому. - Если вам не интересно мое мнение, то я могу вам не говорить то, что думаю, - Произнес Харвард, не сводя глаз с дороги. Я тяжело вздохнула, после чего перевела глаза на зеркало заднего видения, откуда на меня глядели заботливые зеленые глаза. Голова мужчины слегка выглядывала из-за спинки сидения, и от меня не ускользнула седина на ней.- Нет, мне интересно то, что выскажете, - Снова смотря в окно, возразила я, приложив палец к губе и постукивая по ней.- Я работаю на Томаса уже около десяти лет. Я видел его взлеты и падения и во многих случаях замещал его отца. Мы с ним были очень близки во многих смыслах, поэтому я как никто другой вижу то, как изменился он ради вас, - Водитель усмехнулся, - Наверное, вам многие это говорят.- Честно говоря, вы человек четвертый, который произносит это вслух, - Парировала я.- У Томаса много знакомых, но мало близких друзей, которым он может довериться. А вы стали для него всем, и я это увидел в его поведении и поступках. Конечно, сейчас он желает вам лишь добра, поэтому отпускает. И вы, Делайт, не думайте, что Томас не хочет видеть вас и иметь с вами дело, он просто не хочет, чтобы его проблемы затронули и вас. Ту часть его жизни, которая появилась внезапно и необычно и, которая так же быстро может исчезнуть. Ведь с вами он никогда не был таким, каким ведет себя с другими. А вы успешно даете ему повод продолжить вести себя так. - Харвард, - Выдохнула я, потирая грудь, - Я это все знаю. Меня беспокоит то, что Томас решил взять на себя решение проблем, а не разделить весь их груз пополам. Ведь мы же были парой...- Для вас, вы были парой, а для него, он всегда будет одиночкой, который в какой-то момент смог испытать, по его мнению, незаслуженное счастье.

***

- Господи! - Мама встретила меня на пороге дома и крепко сжала в объятиях, уткнувшись губами в макушку. Я так же сильно обняла ее, вдыхая прекрасный запах сливочного масла. Наверное, она готовила. Да-да, в полночь что-то готовила, ну, конечно, - Почему ты не сказала нам, что решила поехать к Томасу? - Отстраняясь, спросила она.- Что? - В недоумении спросила я, подняв бровь.- Этот милый мальчик позвонил мне и сказал, что забирает тебя на выходные, - Немного улыбаясь, ответила мама, - Он, действительно, такой заботливый, - Вздохнула она.- Ага, - Отмахнулась я, проходя обратно и забираясь по лестнице в свою комнату. В машине мне отдали телефон, наполненный миллионом сообщений от мамы, Ванессы, других ребят и одно единственное было от Алекса. Но я так сильно устала, что переборола желание прочитать его. Просто легла в кровать и попробовала забыться, опять ощущая, в какую яму успела попасть и что снова не смогу выбраться из нее без помощи судьбы. Чертова судьба, которая однажды свела нас, потом отдалила друг от друга, потом снова свела и теперь опять. Хрень.Ненавижу свою жизнь.