Глава 13.

Гнев гаснет во мне так же быстро, как и огонь свечи. Мне кажется, что я была так глупа, а злость затмила все остальные чувства, которые некогда могли бы быть во мне. Я так скучаю, Томас.... Мне так плохо.... Сейчас я понимаю, что не надо было гнать тебя, выгонять, всем сердцем желать убить, расчленить и порубить на маленькие кусочки. Мое тело так желает чувствовать тебя, руки так хотят обнимать твою теплую и гладкую кожу, губы хотят покрыть поцелуями каждый миллиметр тела. Но....Как мне понимать твое поведение? Я тону в загадках и своих предположениях на счет всего того, что произошло. А этого так много.... Я так хочу задать тебе все эти вопросы, так хочу снова хотя бы раз услышать твой голос, зовущий меня по имени, хочу видеть твои шоколадные глаза, выражающие намного больше эмоций, чем лицо. Но всегда я могу сказать «Но». Страшные и пугающие картинки все время всплывают у меня перед глазами, заставляя сердце разрываться на множество маленьких кусочков, хотя... есть ли у меня сердце после всего произошедшего? Он так подло и грубо со мной поступил, будто ему было совершенно все равно, что я чувствую в этот момент. Господи, только утром мы говорили о том, как прекрасно проведем мой День рождения, о том, какие планы у него на последующую неделю. Да? Я просто шикарно провела последующие дни в компании бутылки пива и воспоминаний. Добро пожаловать в мой дом, депрессия, тоска и алкоголь. Никогда не думала, что сопьюсь в восемнадцать лет, когда личность только начинает пробовать свою жизнь. Мне кажется, за последнюю неделю я испытала все возможные чувства, начиная с ярости, заканчивая желанием умереть, что жить дальше, уже смысла нет. Но я до сих пор не могу понять, что так могло заставить Томаса разозлиться, что заставило поднимать на меня руки, кроме, конечно, выпитой бутылки по пути в свою комнату. Черт, надо было оставить его в покое. Надо было оставить этот разговор на утро и выспаться, а не слушать возбужденные вздохи какой-то девчонки. Вот так вот, оказывается: напился, поругался, не получил желаемого, пошел налево. Я так думала, что у нас все будет хорошо и когда-нибудь, возможно, у нас было бы большее, но.....Сегодня ночью ко мне приезжает брат. Надо хоть немного прибраться в квартире, спрятать все бутылки да самой привести себя в порядок, а то, как бомж. Боюсь даже смотреть в зеркало. Все время стараюсь не находится рядом с отражающимися поверхностями, чтобы не видеть своего столь убитого вида. Так, надо начать жизнь заново. Надо забыть Томаса. Да, многое случается в жизнях людей. Он был одной из преград, я переступила через нее и продолжаю жить, учась на своих ошибках. Я буду ходить на прогулки, знакомиться с новыми людьми, ухаживать за собой. Я перестану быть этой униженной маленькой девочкой, которой стала. Да.Я скинула грязную пижаму с себя и ступила в душевую кабинку. Включила воду и почувствовала, как сначала медленно, а потом быстрее и быстрее холодные капли встречались с моей горячей кожей. Пар поднялся в воздух, полностью наполняя собой маленькую кабинку, как туманом. Господи, никогда душ не был настолько приятным, как сейчас. Расслабляющий массаж - холодная вода, бьющая струей в спину и растекающаяся по всему телу. Гель для душа, который я размазываю на груди и руках. В местах, где когда-то могли ласкать меня пальцы Томаса....Я вздыхаю, пробуя просто использовать воспоминания о нем, как моменты из фильма. Намного проще забыть что-то, когда думаешь, что этого не было. Томаса нет, есть лишь множество эмоций и будоражащих кожу моментов, от которых по рукам и предплечьям бегут мурашки. Я уже смирилась с тем, что произошло. Если такое случилось, то, значит, так надо было. Это бесконечная череда событий, под названием Жизнь, которая заставляет тебя радоваться, верить в счастье и будущее, а потом молниеносно рушит все, что когда-либо было дорого тебе. Я смирилась. Мне все равно, даже если Томас в очередной сотый раз будет пробовать достичь моего прощения. За эти два дня, когда он впервые позвонил мне и пришел с подарком, количество его звонков увеличивалось с бешеной силой, но я умею ставить на телефон беззвучный режим. И все равно, как бы сильно я не ненавидела его, как бы сильно не начинала снова любить, я чувствую огромную боль внутри, только при воспоминании его имени. Мне жаль всех будущих Томасов, которых я могу встретить за свою бессмысленную и скучную жизнь. Я выхожу из ванной, просушивая волосы полотенцем, и, проходя мимо входной двери, замечаю музыку. Это настораживает меня, заставляя подойти ближе и приложить ухо, чтобы лучше услышать. Слава богу, это не гитара. Подбегаю к окну и вижу у входа Алекса, держащего в руках телефон с играющей музыкой. - Господи, что ты тут делаешь? - Открывая дверь и радостно встречая друга объятием, спрашиваю я.- Ты на звонки не отвечаешь, поэтому я решил навестить тебя, - Сильнее прижимая меня к себе и вдыхая запах моих волос, взволнованно отвечает Алекс, - Я же вижу, что-то случилось, - Он не отпускал меня, а я его. Мне так долго не хватало человеческих теплых объятий, что я тонула в его сильных руках, не желающих отпускать меня. Уткнувшись в грудь друга, я зажмурилась, вспоминая то, почему так сильно желала быть одна, и нужда расплакаться прямо здесь заявила о себе. Я не могла сдержаться, и слезы полились по моим щекам, оставляя следы на цветной футболке друга, - Тише, тише, - Он погладил меня по голове, поцеловав в темечко, - Расскажи мне, Ди.- Я не могу, - Прошептала я, стараясь внятнее говорить за градом горьких слез разлуки с любимым человеком и предательства с его стороны. - А ты попробуй. Может, прогуляемся сейчас, а ты мне все расскажешь? - Мне надо одеться, - Лепетала я, посмотрев в глаза Алекса. Они были так чисты и добры, что я сразу же почувствовала что-то родное и приятное, будто сердце заново собиралось по кусочкам.- Ничего, я буду ждать столько, сколько потребуется.- Спасибо.

Мы зашли обратно в квартиру, где был полный срач. Пустые бутылки в разных углах, недопитые и полные, от которых меня начинало тошнить в конце дня. - Я вижу, ты замечательно проводишь каникулы, - Поднимая одну из них и выкидывая в мусорный бочок, сказал Алекс. - Мне требовалась разрядка, - поднимаясь по лестнице, крикнула я через плечо.

Через десять минут я спустилась вниз, одетая в свободные старые рваные джинсы и бесформенную кофту.- Пошли, - скомандовала я, доставая ключи от дома. - Нет, - Он поднялся с дивана, выключая телевизор, - Ты собралась идти в этом? - Его бровь изогнулась, добавляя лицу недоверчивый вид. Алекс осмотрел меня с ног до головы, смиряя взглядом и качая головой. - Эм... Нормально, я же не на вечеринку собралась, - Проводя рукой по распущенным и не расчесанным волосам, сказала я.- Ну, уж нет, дорогая моя. Я, конечно, не гений в ваших шмотках, но мы все-таки на улицу выходим, - Парень пошел в сторону лестнице, зовя меня за собой. Господи, туда нельзя!- Может, я сама? - Спросила я, - Стой, не ходи туда! - Когда парень уже открывал дверь моей комнаты, взмолилась я, но, кажется, он был серьезен в своих намерениях. Алекс остановился, оказавшись внутри самого покинутого помещения этого дома. Сквозь закрытые плотные шторы просачивались беглые лучи садящегося солнца. Буквально, каждый мой день начинался в обед, а заканчивался ранним утром. Пыль летала в воздухе, освященная единственной еле работающей лампочкой. Мрак царил в этой комнате, а тени страха и предательства вовсе решили не покидать ее. Все покрывала и одеяла валялись на полу рядом с кроватью, а ее голый матрас был разодран. На стенах криво висели фотографии семьи, сдернуты постеры и плакаты моих любимых фильмов и групп. Парень прошел внутрь, расталкивая вещи на полу, чтобы пробить проход. Подойдя к окну, он поправил шторы, расправляя их на окне. Свет быстроносно забрался в комнату, заполоняя собой каждый угл и прогоняя тьму. Я села на остатки кровати, тоскливо поглядывая на стену, таившую в себе воспоминания о моей «болезни». - Может, все-таки ты мне здесь все расскажешь? - Спросил Алекс, присаживаясь рядом со мной. Я сложила руки на коленях, скрестив пальцы, сцепляя их в крепкий замок. Друг положил свою ладонь поверх моей, и я быстро повернула к нему голову, почувствовав странный разряд прикосновения. Я посмотрела в его молящие о подробностях глаза и попробовала представить все то, что надо было говорить. - Помнишь, - Я вздохнула, начиная свой рассказ, - Ты пригласил меня в кино, когда начались каникулы?Алекс кивнул, не сводя глаз. Он смиренно ждал продолжения, пока я пыталась собраться со словами. В мою голову даже не пришла мысль о том, что я не могу доверять ему. Он был моим лучшим другом с детства, так что имел право знать правду. - Я тогда даже не представляла, что встретила мужчину, который сможет изменить всю мою жизнь в столь короткие сроки.....

Он обнял меня и не выпускал из объятий, пока не пришлось уходить домой. Парень знал все, что я столько времени таила от всего мира. Я чувствовала внутри свободу, свободу чувств и эмоций. И пустоту.Я проводила Алекса к выходу из дома и попрощалась.- Ты сильная. Я знаю, ты сможешь, - Сказал он, обернувшись, чтобы обнять меня на прощание.- Что смогу? - Прижимаясь щекой к его груди, спросила я.- Отпустить его, - Парень отстранился и посмотрел мне в глаза, - Ты же банан, у тебя все получится, - слегка ударив кончиком пальца по моему носу, улыбаясь, закончил друг и спустился по ступенькам. Облокотившись на косяк двери, я следила за тем, как он выходил за пределы участка и продолжал оборачиваться, пока не скрылся за остальными домами. После нашего разговора мне было так тепло и хорошо. Алекс был так мил и добр со мной, внимательно выслушивал все и вовремя поддерживал. Я понимаю, что его мне так не хватало все эти дни, а в ту ночь тем более. Как раз насчет ночи. Уже поздно, а солнце село за горизонтом. Темное сине-фиолетовое небо укрыло город, освещая яркой полной луной и блистающими звездами. Через несколько часов приедет Беннет, поэтому я закрыла дверь и направилась убираться. После длительного разговора с другом, мне стало проще делать многие вещи, начиная с того, что я посмотрела в зеркало, поправляя волосы на голове и собирая их в хвост. Я прошлась по всему дому, собирая пустые бутылки и отправляя их в мусорное ведро. Вылила остатки открытых бутылок в унитаз и ванную, наслаждаясь тем, как пенистая желтая жидкость отправляется в канализацию. Вытерла пыль и пропылесосила. Переоделась в нормальную и удобную домашнюю одежду, а старую грязную пижаму отправила в стирку. Закончив уборку, оставалось еще немного времени, поэтому, наслаждаясь чистотой дома, я раскрыла везде окна, чтобы проветрить помещение от всевозможных запахов, и завалилась на диван. Я была измотана. Все руки и ноги болели, но это была сладкая боль, которой я радовалась, потому что смогла хоть на некоторое время забыть душевную боль. Почти.Я услышала шум на улице. Подойдя к двери, онемела на месте, без возможности двигаться. Играла гитара, которую я так не желала сегодня слышать. Нет, боже, я только смогла успокоиться, я только смогла забыть. Грудь быстро вздымалась, а нос учащенно вдыхал воздух, заставляя меня чувствовать удушение. В горле застрял комок, а к глазам проступили слезы. Я повернулась спиной к двери и облокотилась на нее, медленно опускаясь на пол. Приложила руки к груди, прямо туда, где было мое бешено стучащее сердце, и пробовала утихомирить себя. Звуки были совсем тихими, но хорошо слышимыми, словно он сидел сейчас там в таком же положении, что и я. - Я знаю, что ты сейчас слышишь меня, - Сказал парень снаружи, и у меня не было возражений, что это Томас. Я не ответила, продолжая слушать, как медленно его пальцы трогают струны гитары, заставляя ее играть грустную мелодию.- Я знаю, что ты не будешь слушать меня, Делайт. Мои слова ничто по сравнению с тем, что сделал. Но.... - Он остановился, переставая играть и громко вздыхая. Каждая нота, словно игра не на гитаре, а на моем сердце. Томас был так близко ко мне. Настолько, что сквозь маленькие щелки в двери, я чувствовала его запах, его тепло. Между нами было так мало расстояния и такая ничтожная преграда, - Я давно не писал песен, пока один не провел в своем доме неделю. Там было так тихо без тебя, хоть ты была в нем всего день и две ночи. Я пробую вспомнить подробности той ночи. Каждое движение, каждое слово, но оно все так однородно, словно затуманено, - Томас начал перебирать струны гитары, заставляя слезы на моих щеках гореть, - Я помню твое лицо. Единственное, что я никогда не забуду, это твои глаза. Как ты смотрела на меня, какие в них были эмоции и чувства. Я помню тот страх и боль настолько сильно, что они увеличиваются во мне в сотни раз. Я.... Боже, я в последний раз чувствовал себя так, когда.... Ах, когда встречался с Бэллой. Когда мы разошлись с ней. Когда мне пришлось отпустить ее. Сейчас мы друзья и даже иногда встречаемся. Поэтому.... - Он остановился, словно, как и я сейчас плакал. Парень пробовал тщательно подбирать слова, - поэтому я не прошу тебя возвращаться ко мне, потому что это будет трудно. Оставь меня одного, потому что такая жизнь и должна ждать меня. Я актер и играю роли. Для каждого моего знакомого новая роль, но с тобой я был такой, какой я есть. Я действительно радовался, действительно был счастлив. Господи, я был на двадцать седьмом небе от счастья, когда в зале увидел тебя за столиком, смотрящую на меня. Только на меня и больше ни на кого. Твои большие и красивые глаза были такими.... Они заставляли меня больше окунуться в музыку. Я... ха-х, испытывал душевный оргазм. Я тихо усмехнулась над его шуткой, глотая слезы, попадающие в раскрытый рот.- Так вот, - Задвигавшись на своем месте, снова начал Томас, - Пока я был в одиночестве, я понял все, что не понимал раньше. И написал песню.Улыбаясь, я откинула голову и слушала, как парень тихо и аккуратно начинает играть. Мелодия была грустная, а вскоре к ней добавился его дрожащий голос.

«Я слышу твой тихий плачОт этой кучки неудач.Я вижу гибель твоих мечтанийОт несбывшихся ожиданий.

Один, посреди пустой квартиры,Я пробую вспомнить последствия игры,Которую смог проиграть, увы...Холод поселился в доме моих идей,Где нет больше тени твоей.

Я помню, помню, как тихо ты уходила.От мыслей ты даже меня не разбудила.Я помню, как долго искал тебя в глухой ночи,О господи, прошу тебя, не молчи.Прошу тебя, не молчи.

Мне так тяжело дышать, Но это не мне решать. Мое сердце истекает медленно кровью,Мне так тяжело дышать, Но это не мне решать. Потому что я, наконец, могу назвать это любовью»

Томас замолк. Я не могу больше сидеть здесь и слушать его, скрываясь за дверью!

За дверью послышались звуки, и я быстро встала, открывая дверь. Я совершенно не думала, что делаю. Забыла все, что так долго говорила себе о нем. Прозрачные слезы все еще текли у меня по щекам, с громом падая на деревянный пол. Я открыла дверь и увидела его. Томас складывал гитару в футляр, собираясь уходить. Его волосы были взъерошены, а запястья спрятаны от меня под длинными рукавами водолазки, но я заметила белые бинты под ней. Прикрывая ладонью рот, я смотрела в его карие глаза, думая о слезах, скатывающихся из них. Он плакал сейчас так же, как и я. Мы чувствовали одно и то же. Искра между нами снова вспыхнула, когда взгляды пересеклись, и все, что было у меня внутри, затряслось в судорогах от ужаса, страха и волнения. Я прикрывала рукой дрожащие губы, не способные сказать ни слова. Томас некоторое время смотрел на меня, будто ожидая, что я скоро исчезну, как приведение, а потом двинулся ко мне. Его тощие руки прижимали меня к себе, скрещивая наши пальцы, а губы нашли мои. Наш поцелуй был таким долгожданным и жадным, словно последний. Я радовалась его губам, безостановочно целовавшим мои, пока они не остановились, и я не взглянула Томасу в глаза. Они были так близко. Наши лбы соприкоснулись, и, пробуя отдышаться, парень направил свои глаза в мои. - Прости меня. Господи, пожалуйста. Я не могу жить без тебя, Делайт, - прошептал он, закрывая глаза и хмуря лоб.Я перебрала все возможные варианты ответа и уже открывала рот, чтобы ответить, как парень продолжил.- Завтра я уезжаю. Мой контракт закончился, поэтому со следующей недели я участвую в съемках следующего фильма.Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет!- Что? - Удивленно переспросила я, отстраняясь от него и расцепляя наши руки.- Я не могу остаться здесь, Делайт. Я...я...- Нет.- Что?- Ты просил простить тебя. Мой ответ «нет», - Я отошла от него и схватилась за дверь, - Ты... ты думал, что этим сможешь все исправить? Господи, нет.... Нет!Я закрыла дверь и, плача на ходу, бросилась в подвал. Разбрасывая вещи, нашла ту долбанную фотографию и поднялась обратно. Боже, сейчас я совершу полное безумие. Я быстро выбежала на улицу, не замечая Томаса, который все еще стоял у двери. Бросила фотографию на газон и подбежала к нашему старому сараю. Схватила бензин и спички и поспешила обратно.- Да, что ты знаешь о любви!? - В порыве безумия кричала я Томасу, поливая фотографию бензином, - Ты мне все время говорил, что между нами не может быть большего. Я, блять, любила тебя, Томас!Я чиркнула и кинула парящую спичку в облитую возгорающейся жидкостью бумагу. Она быстро загорелась, создавая столб яркого разноцветного огня и дыма, стремящегося к небу. Парень стоял на ступеньках, онемев, смотря на меня.- После всего этого у меня к тебе только одно гребанное чувство. Я ненавижу тебя!Я побежала обратно в дом и заперла дверь на все замки. Мое сердце не желало прощать его ужасных поступков, а глаза не хотели видеть. Никогда не буду любить. Никогда.

Посреди ночи, когда я спала в пустой ванной, приехал Беннет. Мне пришлось объяснить ему кучу, сгоревшую возле дома на мамином идеальном зеленом газоне. Я впустила брата обратно в его старую комнату, которую мы изредка использовали, как склад для вещей. Ну, а что? Все равно пустовало помещение. Накормила его, и мы выпили бутылку мартини, которую он привез из дома. Все время я выслушивала то, как выросла, как изменилась, как плохо выгляжу, а я лишь глупо «агакала» и качала головой, соглашаясь с ним. Вскоре, через пару часов, мы все-таки легли спать, и я попробовала заснуть в своей холодной и мрачной комнате на пустом матрасе, где все простыни валялись разодранными на полу.

Прошло два месяца:

Я больше не получала сообщений от Томаса. Я совершенно забыла его и нашла утешение в том, что всегда было рядом со мной. Спустя долгие попытки, Алекс, наконец, смог достичь меня. Мы встречаемся уже некоторое время. Он так отличается от Томаса, что с ним я могу забыть всю боль, которую чувствовала еще долгое время. Но не всегда....С завтрашнего дня начинается школа. Боже, школа. Последний учебный год ждет меня. Ладно, надеюсь, что он пройдет у меня без сюрпризов.... Ох, как надеюсь.