Глава 12.

Примечания:

Композиции :Three Days Grace "Last to Know""Skinny Love" Birdy - В вашем распоряжении.

- С тобой точно все хорошо, детка? Мы можем приехать в любой момент.- Нет, мам. Плюс завтра приедет Беннет. Все хорошо, честно, не приезжайте.- Ну, ладно, милая. Ты какая-то грустная в последние дни.- Погода.- Так мне все время говорит твой отец. Ты вся в него.- Не сомневаюсь, мам. Мне нужно идти.- Пока, детка.- Пока, мама.

Итак, мне нужно было идти до кухни, чтобы достать оттуда бутылку пива и пойти обратно. Надо будет хорошенько спрятать мой склад алкоголя, а то Беннет поможет мне прикончить его. В этом ему равных нет, но вот парадокс: Чем больше он пьет, тем меньше кажется пьяным. Словно алкоголь выветривается у него из крови. Пользуется волшебством вне Хогвартса, а мы все гребанные маглы. Ненавижу пить пиво так же сильно, как занимаюсь этим постоянно последние дни. А что еще делать? Летние каникулы продлятся еще два месяца, делать нечего, а восемнадцать мне уже есть. Хоть смогу упиться с горя. С того утра, когда я в последний раз видела Томаса, я старалась не вспоминать его, а телевизор не включать. Я удалила номер его телефона, чтобы не иметь соблазна позвонить, когда уже добро выпью. Очистила всю историю сообщений, чтобы на меня не нападала депрессия еще и по их поводу. Депрессия. Боже, это мой лучший друг, коллега и помощник по выпивке. Иногда я слоняюсь по дому, желая разбить что-нибудь, но здравый смысл помогает мне успокоиться. Ту дорогущую фотографию, которую не одобряла, я отнесла в подвал, где похоронила под складами одежды и ненужных вещей. Этот парень, который разбил мне сердце, не говорил, что я не могу сжечь ее, так что, если мне будет скучно, я именно этим и займусь, и никто меня не остановит!Но изредка мой гнев превращается в жуткую тоску. Я проклинаю себя за то, что удалила все, что могло напоминать его, а картина - единственный подарок - валяется где-то далеко, и я не могу смотреть на нее, вспоминая нас тем вечером. Как мы общались с гостями на фотосессии, как Томас обнимал меня за плечи, знакомя со всеми, как я пробовала разговаривать с мамой по телефону, когда он.... А после парень узнал, что я девственница. Все понятно. Если я не первая, кто была у него дома, хотя он сказал обратное, то можно легко предположить его план по завоеванию меня. «Наивная девчонка, - думал он, - буду за ней ухаживать, как за всеми остальными, а потом добьюсь того, чего хотел!». Что же, теперь я не так неопытна и уже однажды испытала, что такое предательство, так что больше на это не куплюсь. Не хочу больше вспоминать Томаса. Не хочу больше видеть Сангстера. Ненавижу Томаса Сангстера.Зазвонил мобильник, и я неохотно потянулась к нему, валясь на старом маленьком диванчике в гостиной на первом этаже.- Да? - Спросила я, подставив его к уху. И только сейчас я заметила, что пользуюсь именно мобильником впервые за ближайшие дни. Мама звонила мне на домашний - это дешевле и удобнее, потому что его я не могу выкинуть из окна. - Делайт? - Черт, черт черт!- Забудь этот номер, Томас! Нажала «отбой».Проснулся, мать твою. Четвертый гребаный день я напиваюсь пивом и живу, не выходя из дома. Четвертый долбанный день я пробую забыть его и вспоминаю при каждой возможности. Четвертый ненавистный день я ненавижу его все больше и больше, потому что черная дыра внутри меня все сильнее заявляет о себе. И тут вдруг он звонит мне. Ну, уж нет. Я не дам ему так просто это сделать, не дам так просто снова забраться мне в сердце. Звонок повторился - я сразу же нажала «отбой». То же самое я проделывала последующие десять.... Одиннадцать..... Двенадцать раз. Мне даже в голову не приходила возможность ответить ему. Нет, не заслужил. Видимо, все шлюхи кончились, и он решил вспомнить обо мне. Что же, ничего не могу поделать с тем, что я, - Как он там меня тогда назвал? Правильно, - сука, блять. Я не хочу видеть, слышать о нем что-либо, смотреть любой фильм с ним, где пусть он будет хоть маленьким невинным ребенком, который перерос в самую настоящую свинью. Не хочу вспоминать ни один из тех счастливых дней, что мы провели вместе. Мои мысли перебивает внезапный стук в дверь, эхо которого быстро пробежалось по тихой пустой квартире, где даже телевизор не включен. Я встала, продумывая варианты того, кто мог заявится ко мне в гости в столь поздний час. - Кто там? - Спросила я, подойдя к двери, но ответом мне было молчание. Хорошо.Я открыла дверь и увидела перед ней Томаса. Черт, черт, черт! В груди сразу же учащенно забилось сердце, когда я быстро оглядела его силуэт, будто ангел, светящийся под последними лучами солнца. Его золотистые волосы были взъерошены, а на тело надета обычная домашняя футболка и спортивные шорты. Он держал в руках какую-то маленькую коробочку. - Привет, - Тихо произнес парень немного охрипшим голосом, посмотрев на меня. Его лицо сразу же осветилось огнями города, заставляя синяки под глазами сильнее выделиться на фоне бледного, словно снег, цвета кожи. Глаза его были почти прозрачными, как тот стакан, из которого он тогда пил злосчастные виски, но умоляющими. Я сразу же поняла, насколько плохо ему было, и вспомнила о той бессонной ночи и всех последующих, которые настигли меня. Моя рука сама потянулась к шраму на лице, оставленному моей разбитой о стену бутылкой. На следующий день дома, когда пошла в ванну, я полностью разделась и невзначай посмотрела, проходя мимо зеркала. Я заметила несколько глубоких порезов на теле в разных его частях, в том числе на лице одно. Прямо на щеке, где когда-то этот человек ставил мне нежные и теплые поцелуи. А так же на стопе, бедре и щиколотке я видела несколько ран. Они уже зажили, после использования лекарств и медицинского клея. Не понимаю, как мне вообще продали в магазине пиво, когда я выглядела как преступник какой-то. - Проваливай отсюда, - Быстро сказала я, снова закрывая дверь, но Томас сразу же двинулся, пробуя ее удержать, положив руки между ней и проемом, - Я с радостью раздавлю твои пальцы, если ты их оттуда не уберешь!- Эта боль будет ничтожна по сравнению с тем, что я чувствовал. Я остановилась, давая ему возможность уйти с целыми пальцами. Несколько секунд я внимательно рассматривала его лицо, пока на нем не появилась гримаса надежды. Ха! - Каждый день я думала о тебе, - Я сильнее открывала дверь, приближаясь к Томасу и кокетливо водя пальцами по его груди так, словно они были ножками маленького человечка, - И вспоминала ту ночь.- Я... Я хотел....- Тс! - Я приложила палец к его губам, прерывая слова, - И знаешь, что я поняла?- Что? - Спросил он сглотнув. Томас продолжал смотреть мне в глаза, пробуя в них что-то разглядеть. И хитро глядела на него, заставляя ожидать моего ответа. Что же, это игра, мать твою.- Что ты самая большая свинья, которую я вообще могла встретить в своей гребаной жизни! Никогда больше не приходи сюда, забудь меня и где я живу! Все, что, блять, связано со мной! Боль? О какой чертовой боли ты говоришь?! Проваливай..... - Как ты тогда назвал меня?- Не надо, Делайт....- Ах, да, точно! Сука, проваливай отсюда! Я зашла обратно в дом и со всей силы закрыла дверь. Так, что даже сама вздрогнула от громкого удара бедной, невиноватой ни в чем двери. Вздымая грудь, я подошла к окну, наблюдая за тем, как Томас оставляет у порога эту несчастную коробочку и уходит. Я слежу за ним, как он проходит к машине и садится в нее, однажды обернувшись к моему дому. Но машина не уезжала, поэтому мне в голову пришла прекрасная идея. Я вышла на улицу и подняла с пола принесенный Томасом подарок. Сверху лежала записка.

« ....Я так много хотел бы тебе сказать и так много успел сделать. Прости меня! Я знаю, как это будет трудно. Я знаю, как это будет тяжело, но, пожалуйста. Я не прошу тебя возвращаться ко мне, я понимаю, почему ты не захочешь этого делать. Просто умоляю отпустить и забыть меня....»

Много хочешь.Осмотревшись, я спустилась по ступенькам и двинулась вперед к выходу. Свернув у ворот, я пошла вдоль по улице, все ближе и ближе в машине Томаса, стоящей у противоположной стороны дороги. Уверено смотря вперед, я придумала идеальную вещь. - Здравствуйте, сегодня день подарков и сюрпризов! - Воодушевленно сказала я девушке, проходящий мимо меня. Она удивленно смотрела на меня, пока я передавала ей в руки эту маленькую коробочку, подаренную Томасом. Мне было совершенно все равно, что там могло быть внутри. Хоть его настоящее сердце, которое билось внутри этой пустой и ненужной мне бумажки. Я попрощалась с девушкой и пошла обратно в дом, обернувшись к машине. Увидев на переднем сидении Харварда, наблюдающего за мной, я помахала этому невинному в поведении Томаса человеку и мило улыбнулась, за что получила такую же реакцию в ответ, но заметила, как сразу же его глаза метнулись куда-то, и улыбка пропала. Все ясно. Перестав махать, я показала фак и посмотрела в затемненное заднее окно, где сейчас сидел Томас. Мое лицо сразу же изменилось, изображая гнев. Пусть идет в жопу! Не хочу больше никогда его видеть!

Я вернулась обратно домой и заперла дверь. Кровь снова кипела, как в тот вечер после концерта, поэтому я разделась и взяла очередную холодную бутылку пива из холодильника, несколько секунд наслаждаясь свежестью морозильника. Приложив ледяную бутылку к щеке, я закрыла глаза, ощущая, как ее холод медленно просачивается сквозь разгорающуюся кожу. Я словно Огненная Китнисс! И я реально горю! Открываю бутылку одной рукой, чему научилась за последние дни, и делаю длительный глоток, всматриваясь в пустоту стены в своей комнате, где недавно висела фотография, и стараясь расслабиться. Томас. Ненавижу его. Ненавижу все, что только связано с ним. Ненавижу все его фильмы, ненавижу все его фотографии, ненавижу одежду с его смазливым лицом. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу. Но не его семью. Его милая сестра, умеющая разозлить Томаса и вывести из себя, просто отличная. У него очень добрая мама, с которой я познакомилась после их выступления. Помню, как после окончания концерта, Томас подвел меня к сцене, где группа убирала музыкальные инструменты. Я поздоровалась с Авой, которая разбирала и выключала микрофон, поздоровалась с его отцом Марком и Ташей. Мы некоторое время мило беседовали, обсуждая прошедший вечер, а потом Томас сказал, что нам пора домой, крепко прижимая меня к себе за плечи. Все было так замечательно, фантастично и тепло. Я ощущала, словно это все мое. Это мой мир, я хочу жить в нем. Мне казалось, будто это все прекрасный сон. Действительно, это все был просто сон....Чертов вечер, ненавижу этот вечер!