25

Я смотрела в экран телефона и не верила своим глазам. Акын обнимал Сандру за плечи. Это что шутка такая? Я снова открыла фото и увеличила. Мои глаза не могут так меня подвести. Акын обнимал Сандру за плечи около торгового центра. Реальность обрушилась на меня, как большой мешок с цементом на голову, выбивая весь воздух из легких. Нет, это не может быть правдой. Я не верю. Это фотошоп. Или старые фотографии. Но не сейчас. Не сегодня. Не вчера и даже не в этом году. Этого не может быть. Акын любит меня, я верю ему всем сердцем. Он не может так со мной поступить. Он бы закончил все отношения со мной, прежде чем вернуться к блондинке. Он не подлый человек, чтобы таким образом заканчивать наши отношения. 

Из глаз потекли непрошенные слезы. Всё, во что я верила полетело в пропасть. Все мечты разрушились прямо на моих глазах. Вся жизнь, построенная в моей голове, словно воздушный замок, расстворилась за секунды. Все, что я построила в своих мыслях оказалось в руинах, под которыми осталась я. Снова одна. Снова выброшенная, как ненужная вещь. Я выронила телефон из рук. Зарыдав еще сильнее, я опустилась коленями на пол и закрыла лицо ладонями. Акын в открытую обнимал блондинку. Почему? Зачем? Что я ему сделала, что он причинил мне такую боль? Как я могу довериться кому-то после такого?

Нужно это принять. Ему меня недостаточно. И никогда не будет достаточно. Он не уберет из нашей жизни эту блондинку. Она будет появляться между нами всегда. Либо, как воспоминание, либо как эти фотки. Либо это я появилась в их совместной жизни и причиняю им неудобства. Нет, я никогда не буду третьей лишней. У меня есть гордость в конце концов. Если он захотел быть с ней. То хорошо. Я приму это. Я отойду в сторону и не стану им мешать проживать мои мечты.

За любовь стоит бороться, но только лишь тогда, когда этого хотят оба. А не один человек. Не стоит стучаться в закрытую дверь. Эти замки не открыть. А выламывать эту самую пресловутую дверь я не буду. Зачем? Акын мне показал, что и кто дорог для него в этой жизни. И это не я. Как бы мне не хотелось в это верить. Но это не я. Он даже не соизволил сказать мне в лицо, что все кончено. А предпочел такой отвратительный поступок. Лучше бы ранил меня словами, а не вот так. Фотографиями на всеобщем обозрении в Инстаграме.

У меня началась паническая атака, воздуха категорически не хватало, я стала задыхаться. Я обернулась по сторонам. Я одна. Снова. И никто не поможет мне в этот момент. Слезы градом текли из глаз, дыхание сперло. Все тело затряслось и я не смогла встать. Очень сильно испугавшись, я вспомнила все техники, по прекращению панических атак, что читала в книгах. Я попыталась досчитать до 10, но мозг отказывался работать, подбрасывая все новые и новые картинки возможного произошедшего ночью между Акыном и Сандрой. Вот поэтому он не ответил. Он был занят. Сердце продолжало бешено колотиться, словно вырывалось из груди. Я прижала ладонь к нему и с большими услиями выдохнула, закрыв глаза. Руки тряслись, я не понимала где я и что я тут делаю. Мне хотелось закрыться ото всех. Хотя я и сейчас была одна. Совсем одна. Я задержала дыхание и досчитала до пяти, следом выдохнув. Повторила снова, пока мозг медленно начал приходить в нормальное рабочее состояние, дыхание стабилизировалось и пульс, что сильно бил в висках, нормализовался. Поздравляю, Эбру, в этот раз с панической атакой ты справилась сама. Теперь отныне, ты всегда будешь делать всё сама. Не стоит надеяться на других. У меня есть только я. И я сильная, я справлюсь.

Я вытерла слезы и встала на ноги, прошла в гардеробную и,отрыв шкаф, начала судорожно скидывать вещи в чемодан. Я не останусь в этом доме ни минуты. Здесь повсюду запах брюнета, его вещи, от взгляда на которые хочется выть, как волк на луну. Протянув руку, я сняла с вешалки его рубашку, уткнувшись в нее носом, в последний раз вдохнула его аромат. Я не стану одной из истеричных брошенных возлюбленных и не буду рвать его вещи, писать на них красной помадой, заливать все дурно-пахнущим веществом. Я молча соберу все свои вещи и уйду. Без всяких склок и истерик.

Звуки от разрывающегося телефона я прекрасно слышала, но у меня не было ни малейшего желания отвечать на звонок. Кто бы там не позвонил. В данный момент я не хотела слышать никого. Мне не нужны были слова сочувствия от друзей, мне не нужны были истерики Бану, мне даже не нужны были извинения Акына. В данный момент мне не нужно было ничего. Я лишь хотела быстрее собрать свои вещи и убраться из этого дома, как можно скорее.

Спустя час, а может и меньше, я собрала все свои вещи, вплоть до маленького тюбика с кремом на полке в ванной. Я не хотела оставлять здесь ни единой, даже крошечной, частички себя. 

Смахнув с экрана неотвеченные вызовы, я набрала номер Волкана.

- Да, Эбру, я тебя слушаю, - ответил он после третьего гудка.

- Ты мог бы меня сейчас забрать из дома, - мой голос надломился, но я взяла себя в руки.

- Так съемки же вечером.

- Я знаю. Если ты занят, то я вызову такси.

- Эбру, что-то случилось?

- Нет, ничего. Так сможешь?

- Буду через 15 минут.

- Спасибо, - я отключила звонок и еще раз обернулась на гостинную. Я думала, что это двухэтажное здание станет для нас с Акыном домом, куда мы будем с радостью возвращаться каждый вечер после съемок, где мы будем проводить время лишь вдвоем, готовить завтраки, обеды и ужины друг другу, наслаждаться обществом друг друга. Но этого не случилось. И не случится.

Услышав сигнал авто, я в последний раз обернулась на дом и, заперев его на ключ, пошла к машине, смахивая слезу.

- Эбру? - удивился водитель, видя мои чемоданы и сумку на плече.

- Ничего не говори, Волкан, просто отвези меня в отель.

Мужчина погрузил мои вещи в багажник и сел за руль, пристально за мной наблюдая в зеркало заднего вида.

- Что? - резко спросила я. Мне было неудобно под таким взглядом.

- Я не буду спрашивать что случилось, ты все равно не ответишь. Я лишь спрошу, ты хорошо подумала?

Я не смогла вымолвить и слова и лишь кивнула, сглотнув.

- Хорошо, тогда поехали, - машина тронулась с места, увозя меня от дома, где рухнула моя жизнь.

- А знаешь, что? - я фальшиво улыбнулась.

- Что?

- Отвези меня в другой отель, в тот, что стоит в центре города? - мне не хотелось видеть жалость во взгляде команды, тем более сталкиваться с Илай, которая, я уверена, радуется этим фотографиям больше всех. Ради такого события, она и барашка в жертву принесет и накормит весь Мардин.

- Почему?

- Я должна отвечать на твой вопрос? - я наклонила голову в сторону и уставилась пренебрежительным взглядом в Волкана. Я понимала, что он ни в чем не виноват, но сейчас мои нервы были словно оголенные провода, которые в любой момент могли вспыхнуть и спалить всё в округе.

- Хорошо, как скажешь.

- Спасибо!

Когда машина повернула на стоянку перед отелем, я подвинулась ближе к водителю.

- Волкан, прости, если тебя обидели мои слова, я..

- Эбру, не стоит, - он перебил меня, не дав закончить фразу.

- Нет, стоит. Я не хотела на тебе срываться, просто сейчас...

- Я все понимаю, - он тепло улыбнулся и вышел из машины. Я последовала за ним.

- Я попрошу тебя кое о чем, можно? - спросила я, взявшись за ручку чемодана.

- Конечно.

- Не говори никому, где я остановилась, пожалуйста. Если будут спрашивать, скажи, что у меня все хорошо, но не при каких условиях не называй адреса этого отеля.

- Эбру..

- Пожалуйста! - прошептала я.

- Хорошо, но ты же знаешь Акына, он не успокоится, пока не узнает правду.

- Теперь для нас у каждого своя правда, - отмахнулась я, - Я жду тебя вечером.

- Хорошо, я буду около 17:00, - кивнул мне мужчина и помахал рукой на прощание.

Как только авто покинуло парковку, улыбка спала с моего лица. Притворяться, что тебе не так больно, как было на самом деле, очень сложно. Выдохнув, я пошла внутрь многоэтажного здания. С крыльца которого ко мне уже подходил портье и забрал мои чемоданы.

- Добрый день, - улыбнулся мне седой мужчина в форме.

- Добрый, - ответила я, хотя добрым этот день назвать у меня язык не поворачивался. Скорее фатальным. Но кого интересует, как проходит мой день? Это лишь всего вежливость работников отеля.

Еще на пути в отель я поставила телефон в режим авиаполета, чтобы никто не смог до меня дозвониться. Сколько у меня будет сил, столько я буду держать молчание. Оказавшись в номере, у меня не было желания его рассматривать. Я выбрала обычный номер, без всяких излишеств. Лишь бы была удобная кровать. Опустившись на которую, я разом провалилась в беспокойный сон, плача горькими слезами.

Проснувшись спустя несколько часов, я обнаружила в зеркале свое опухшее от слез лицо. Умывшись холодной водой, я дала себе обещание, что больше не буду плакать из-за мужчины. Он не достоин моих слез. Он не достоин и моего взгляда в свою сторону. Он ушел, предав меня. Вот пусть и идет на все четыре стороны. Я смогу прожить без Акына. Да, это будет сложно, но я смогу это сделать. Ради себя. Ради своего душевного равновесия.

Волкан приехал в назначенное время. Я выдохнула спокойно, не обнаружив в салоне авто никого.

- Ты как? - водитель поинтересовался у меня.

- Хорошо, - улыбнулась я. Ну не рассказывать же ему, как я минут 20 рыдала на полу в ванной комнате.

- Акын уже прилетел и..

- Пусть, - отмахнулась я, отворачиваясь к окну, тем самым заканчивая так и неначавшийся разговор. Мне не хотелось слушать ничего про Акына. Теперь он для меня только коллега по съемочной площадке, ничего более.

- Эбру, я знаю, что не в праве давать тебе советы, но ты хотя бы выслушай его.

- Выслушать? Зачем? Я все прекрасно увидела. Это меня ранило, я не хочу, чтобы еще и его слова причинили мне боль. Хватит. Я не девочка для битья. И давай закроем эту тему.

- Ладно, как скажешь.

Весь оставшийся путь мы проехали в тишине. Волкан даже радио не включил. Как только мы подъехали к больнице, я пулей вылетела из авто. Не хватало, чтобы меня еще Волкан жалел.

Поднявшись на нужный этаж, который закрыли специально для съемок, я оказалась словно в пчелинном улее. Все куда-то спешили, что-то говорили, носились с камерами, аппаратурой по свету. Я оглянулась в поисках Седы.

- Эбру? - позади меня раздался голос Ахмета.

Натянув на лицо улыбку, я обернулась.

- Добро пожаловать, - он подошел ко мне вплотную и заглянул в глаза. Но я же актриса и могу умело прятать все эмоции, что сжирают меня изнутри. Никому, ни одному человеку не покажу, что я разбита, что от меня осталась лишь оболочка, а внутри выжженое поле.

- С добром пожаловала. Седа в той же палате, как и вчера? - Я шагнула в нужную мне сторону, но Тансу схватил меня за руку, дернув на себя.

- Прекращай строить из себя даму из стали, - шикнул на меня друг.

Я вопросительно подняла бровь, - Кого?

- Прекращай, - он закрыл глаза, вздохнув, - Как будто я тебя не знаю.

- Не знаешь! - я вырвала руку из его хватки, - Никто меня не знает лучше, чем я сама. И, Ахмет, хватит. Я не хочу и не буду говорить на эту тему. Все закончилось.

Тансу одарил меня жалостливым взглядом, от которого мне необходим был свежий воздух. Я направилась к лестнице, чтобы выйти на улицу и спокойно вздохнуть.

На лестничном пролете я столкнулась с Акыном. Он перегородил мне дорогу.

- Дай пройти, - я попыталась обойти его, но он сделал шаг в сторону. Брюнет отрицательно помотал головой.

- Нет! - его голос был странным, хрипловатым, чужим и таким родным одновременно.

- Почему? - я нахмурила брови, скрестив руки на груди.

- Потому что нам надо поговорить, - партнер повторил мое движение, скрестив руки.

- Не надо, - под пристальным взглядом брюнета я достала из сумочки ключи от дома и протянула ему связку на ладони. Он непонимающе уставился на нее.

- Ццц, - Акын отрицательно мотнул головой, - Ну уж нет.

У меня не было времени подготовиться к этому разговору, чтобы настроиться на безразличие в голосе. Мне трудно было смотреть ему в глаза.

- Возьми, мне они больше не нужны.

Он зло посмотрел на меня, - Я подожду, пока ты одумаешься,и вернешься, - сказал он, поджав губы, пряча руки в карманах брюк.

Я гневно фыркнула на него, подходя ближе с напускной невозмутимостью, опустила ключи в карман его пиджака. И не говоря ни слова, обошла его по дуге, но резко развернулась и направилась на поиски Седы. Сейчас мне не сможет помочь даже свежий воздух. Терпеть его присутствие рядом еще ужаснее, чем я предполагала изначально. Это будет трудно, но я справлюсь.

Стуча каблуками, я резко направилась в сторону палаты, которую определили для Седы, где она могла в спокойной обстановке наносить макияж актерам.

- Привет, - я вошла внутрь и на меня сразу уставились все работники сериала, кто был в тот момент в комнате.

- Эбру, дорогая! - Седа обняла меня, - Ты вовремя.

- А когда я опаздывала? - спросила я, улыбнувшись.

- Просто в ходе последних событий, мы думали..

- Не думайте, - прошипела я, - Не думайте за других людей. В первую очередь я профессионал своего дела, я актриса. И все свои переживания я оставляю где-то там, за окном. Ничто не помешает моей работе, - я прекрасно понимала, что своими эгоистичными словами раню людей, но мне нужно было выстроить стены вокруг себя.

- Даже я, - прервал мою тираду Акын.

- Даже ты, - я повернулась лицом к нему.

- Поговорим? - он сделал шаг в мою сторону.

- А есть о чем?

Акын мотнул головой всем присутствующим, чтобы они вышли. Спустя несколько секунд мы остались одни.

Моя голова здраво мыслила, пока брюнет не протянул руку и не схватил мою, потянув меня так, что мне пришлось сделать шаг в его сторону.

- Давай поговорим, - в его голосе послышалась просьба, но во мне вспыхнула злость.

- О чем? - выдернув руку, прошипела я.

- О нас, - его голос был еле слышен.

- Нас нет!

- Не делай этого, - он заглянул мне в глаза.

- Не делать чего, Акын? Чего?

Он вздохнул, - Просто не делай.

- Не делать чего? - закричала я, - Давай скажи хоть что-нибудь, чего я не слышала. И не видела, потому что последнее, что осталось в моей памяти, это как ты обнимал блондинку. Об этом будем говорить?

Он снова схватил мою руку, крепко держа ее. Он провел пальцем по моим костяшкам, вызывая дрожь, которая охватила меня в ту же секунду. И это не та дрожь, что бывает от прикосновений брюнета. Эта дрожь от злости. В данный момент я испытывала такую ненависть к нему, что готова была отказаться от сериала, выплатить баснословную неустойку, но не продолжать с ним сниматься. Он втоптал меня в грязь.

- Иди и еще раз обними Сандру, - выплюнула я, разворачиваясь и уходя из палаты.

- Я не обнимал ее, - крикнул он, когда до двери мне оставался метр, - Я не обнимал ее, она споткнулась, а я просто не позволил ей упасть.

- Позволил бы, - я повернулась к нему лицом. Он открыл рот, чтобы сказать что-то, но остановился. Он выглядел подавленным. Я не заметила этого, когда впервые увидела его сегодня, но это было действительно так. Его плечи были опущены, как и взгляд,  устремленный в пол. Он боялся смотреть мне в лицо.

Я не могла оставить его в этот момент, но моя гордость велела это сделать.

- Ты такой лицемер, Акын, - прошептала я, - Набросился на Сидо, зная, что он мой друг и между нами не может быть ничего большего, а сам совершенно спокойно гуляешь по магазинам со своей бывшей, обнимаешь ее, улыбаясь в камеру, даже не предупредив меня. Не поставив меня в известность, чтобы я не волновалась, не нервничала в конце концов. Акын, будь мужиком в следующий раз, а не жалким трусом. Скажи о том, что любовь прошла прямо в лицо. Уверена, я бы это пережила. И переживу!

Я больше была не в состоянии стоять напротив него, все мои силы закончились. Я не могла смотреть на его угрюмое лицо. Я развернулась и, молча, вышла, оставляя его там. Одного. Со своими мыслями. Хватит. Я устала.

Шагая по коридору и смахивая слезы с глаз, я пыталась скрыться ото всех. Мне нужна хотя бы минута, чтобы собраться с силами, снова выстроить стену вокруг себя. Только так я смогу себя защитить.

Но моим планам не суждено было сбыться. Меня резко дернуло назад, обернувшись, я наткнулась на злой взгляд Акына. Он схватил меня за руку и затащил в первую попавшуюся палату, подальше от посторонних взглядов.

- Что ты делаешь? - огрызнулась я.

- Я. Не. Закончил. С. Тобой, - четко выделяя каждое слово, произнес он, надвигаясь на меня. Я уперлась в стену, бежать дальше было некуда. Он обхватил мое лицо ладонями и поцеловал, но я сразу начала сопротивляться. Мои руки били по его телу, куда могли достать. Мне захотелось расцарапать ему лицо, но я пожалела его, потому что скоро должны были начаться съемки. Я пожалела Седу, которой бы пришлось замаскировывать все царапины тональным кремом.

- Не прикасайся ко мне, - я ухватила его за шею двумя руками и немного отодвинула его от себя, - Больше никогда ко мне не прикасайся после нее, - я ударила его по щеке, оставляя красный след от своей ладони, грозно на него посмотрев.

Он ошарашено сделал шаг от меня, - Я не трогал ее.

- Я видела, - прошипела я, пытаясь вырваться из захвата его рук по обе стороны от моей головы.

- Эбру, выслушай меня, я ее не трогал.

- Я не хочу тебя слушать! - закричала я, - Оставь меня в покое. Не иди за мной! - я сделала шаг в сторону от него в попытке убраться отсюда, как можно скорее, но Акын схватил меня за руку.

- Нет, ты выслушаешь меня! - зло прошипел он, нахмурив брови, подводя меня к креслу и усаживая на него. Сам же он взял стул на колесиках и сел напротив.

- А если я не хочу тебя слушать? - прошептала я. Бороться с брюнетом было бесполезно. Но в этот момент мне стало интересно, что же он может мне сказать. Самая маленькая часть на задворках моей души хотела услышать его версию, хотела поверить ему. И снова кинуться в его объятия.

- Мне все равно хочешь ты этого или нет, но ты меня выслушаешь!

Я ехидно приподняла бровь, - Даже так?

- Да, даже так. Эти фотки дневные, сделаны перед премией. Арчи сожрал от радости мою зарядку, ты должна знать, как он радуется, когда видит меня, и я поехал в магазин, чтобы купить новую. С Сандрой мы столкнулись в кофейне. У нее сел айфон и она попросила меня вызвать ей такси. Я вызвал и мы попрощались, но потом мне перезвонил таксист и сказал, что улица перекрыта и такси будет ожидать ее за углом. Мне пришлось догнать ее уже на выходе из торгового центра. Мое такси стояло там же, поэтому мы пошли в одном направлении. Не вместе. А просто в одном направлении. Она оступилась и я, чтобы она не упала, придержал ее за плечи. Мы сели по разным машинам и разъехались. Всё. Конец истории.

Его глаза пытались словить мой взгляд, но я отводила его в сторону. Я молча, встала с кресла, стряхивая невидимые пылинки со своих джинс.

- Ты ничего не скажешь? - прошептал он, следя за моими действиями.

- А надо? - горько усмехнулась я, - Хорошая история про настоящего джентельмена.

Я вышла из палаты, прикрыв за собой дверь, сквозь которую до меня донесся шепот брюнета, - Эбрууу…

Заскочив в другую палату, которая была пустой, я дала волю слезам. Мое сердце хотело верить в то, что сказал мне Акын, но гордость не позволяла мне поверить ему. Смахнув слезы, я достала из кармана айфон и выключила режим авиаполета. Тут же посыпались смски из мессенджеров, уведомления из социальных сетей, сообщения о том, кто мне звонил в это время. Пролистывая сотни звонков, оставшихся без ответа, я удивилась, не увидев среди них ни одного звонка от Бану. Хотя продюсер при каждом случае звонила и спрашивала, что творится между мной и Акыном. А тут тишина и полное равнодушие с ее стороны.

Айфон в моих руках зазвенел и на экране высветилось имя Сидо.

- Алло.

- Эбру? Что с тобой, девочка? - перепуганно спросил друг.

- Все хорошо, - произнесла я, шмыгнув носом.

- Ты мне сказки не рассказывай, - засмеялся он, но в миг стал серьезным, - Стоило мне уехать, как этот целое представление устроил.

- Я не хочу об этом говорить. И он не этот. Он Акын, - прошипела я.

- То есть ты его еще и защищаешь? - недоумевал друг.

- Нет, никого я не защищаю.

- Тогда что это?

- Честно? Я не знаю, - выдохнула я, закрыв глаза.

- Что ты будешь делать? Мне приехать к тебе?

- Нет, спасибо, но не надо тебе приезжать снова.

- А что тебе говорит твое сердце?

- Сердце говорит, что нужно поверить ему, что он не может меня обмануть.

- А разум?

- Бросить все и уехать.

- Слушай свое сердце, - раздался голос передо мной и я открыла глаза, уперевшись взглядом в Акына.

- Что ты тут делаешь? - возмутилась я, отключая вызов.

- Ты думала, что я оставлю тебя наедине с твоими мыслями? - партнер встал напротив меня.

- Оставил бы, - я отвела от него взгляд.

- Почему ты боишься, что я оставлю тебя, если я тебе несколько раз говорил, что теперь у нас одна дорога и одна судьба. Почему ты не веришь мне?

- Я не верю в такие совпадения, - выдохнула я, скользя взглядом по плитке на полу. Я боялась посмотреть на брюнета, потому что мое сердце тянулось к нему с такой скоростью, что еще немного и я кинусь ему на шею. Я чувствовала себя самой жалкой женщиной на планете, готовой забыть о себе и броситься в омут, под названием "Акын", с головой. Снова.

- Какие совпадения? - он взял меня за руку, у меня не было сил вырвать свою ладонь из его захвата.

- В Стамбуле больше десятка крупных торговых центров, но вы с Сандрой, — я скривила лицо, произнося ее имя, - встретились именно в одном из них. У нее случайным образом села зарядка и ты вызвал ей такси. Зачем? На улице спокойно можно поймать машину и без вызова.

- Ты же знаешь, как сложно поймать такси в Стамбуле, - улыбнулся он краешком губ.

- А ты у нас джентельмен прям, должен был проводить ее до авто. А что вместе с ней не сел? А? Если это было еще днем перед премией, то почему мне ничего не рассказал? Я звонила тебе ночью, но ты не ответил, где ты был? Еще не устал от моих вопросов? Мне продолжать?

Он схватил меня в свои объятия, выдохнув мне в волосы, - Никогда не устану от твоих вопросов. Потому что когда ты спрашиваешь, значит тебе не безразлично. Значит мы еще не в прошлом.

- Отпусти меня. Мы ушли в историю, Акын.

- Нет, я отвечу тебе на твои вопросы. Первый: мне не зачем садиться с ней в одно авто. Ехали мы по разным адресам. Второй: я пытался тебе рассказать, но тебя позвали в кадр и ты отключила вызов. Помнишь? Третий: я спал. Да, жутко банально, но я спал. Один, вернее с Арчи. Этот пес так обрадовался моему приезду, что не отходил от меня ни на шаг.

- Отпусти меня, - повторила я, вырываясь из его объятий, - Это уже ничего не значит. Я позвоню Бану и скажу, что мы расстались.

- Не смей.

- Почему?

- Потому что мы не расстались, - спокойным ровным тоном произнес Акын. Меня бесило его спокойствие, меня раздражало, что это он принимает решения, а не я, ну или мы вместе.

- Это ты как решил? - я зло посмотрела на него.

- Нет, это мы так решили, - он положил свою ладонь туда, где билось мое сердце, - Чувствуешь?

- Что? - выдохнув, спросила я. Он взял мою ладонь и положил на свое сердце.

- А так? - под моей ладонью ощущался его размеренный пульс.

- Наши сердца бьются друг для друга. И это не изменится никогда, - его голос упал до глубокого бархатного шепота. Он знал, какой эффект на меня производил и пользовался этим.

Я дала себе минуту, чтобы насладиться его близостью рядом с собой, вдохнуть его аромат, запомнить его черты лица, а потом все присечь на корню.

Ком в горле мешал говорить, мне так хотелось ему верить. Я,молча, смотрела у его уставшие глаза. В данный момент мне нечего было ему сказать. 

Я робко убрала руку от него, - Мне нужно время, сейчас я не могу тебя простить.

Я опустила взгляд и бесшумно вышла из палаты. Мои слова были правдой, я не могу уйти от него, но сейчас я не могу быть с ним. Мое сердце кровоточит, моя душа растерзана на мелкие кусочки. Мне нужно всё обдумать и принять решение, как мне поступить.

К вечеру все газеты писали о нашем расставании с Акыном. И что он снова сошелся с Сандрой. Меня больше удивляло не то, что все СМИ писали о нас, а то, что Бану продолжала держать молчание. Словно она игнорировала эту тему. Меня это настораживало. И даже больше скажу, меня начинали терзать сомнения, а не подстроенная ли это была акция? О которой мы с Акыном не знали, но принимали непосредственное участие. Хоть продюссер и была очень расчетливой женщиной, но не до такой же степени, чтобы распоряжаться нашими жизнями. Мы не марионетки, а живые люди.

Съемки в больнице были легкими в эмоциональном плане, потому что я полностью растворилась в работе, но физически я не выдерживала. Мы на протяжении почти недели снимали по ночам, мой организм был уже настолько истощен, что я мечтала о выходных.

- Возьми, - Акын протянул мне плед. Ночью в больнице стало заметно прохладнее.

- Не хочу, - я отвернулась в сторону.

- Ты замерзла, - не унимался Акын, укрывая меня пледом, который я тут же сдернула с себя.

- Я сказала же, что не хочу, - нахмурив брови, протянула я. Брюнет закатил глаза, но больше ничего не сказал и ушел вслед за Джахитом на улицу.

- Эбру, милая, почему ты так груба с ним? Он же заботится о тебе, - Фериде улыбнулась мне и по-родительски положила ладонь на мое колено.

- Я не груба с ним, - выдохнула я. Она скептически подняла бровь.

- Ладно, груба. Но мне так легче.

- А каково ему?

- А каково было мне, когда я увидела фотографии? Почему он в тот момент не подумал обо мне? А сейчас я должна думать о нем?

- Ладно, успокойся. Я пойду за чаем, тебе принести? - женщина поднялась с кушетки.

- Нет, спасибо.

Спустя несколько минут Фериде вернулась, укутанная в плед, со стаканчиком чая и несла еще один плед в руке.

- Посмотри, у тебя уже губы посинели от холода. Не упрямься.

- Спасибо, - сказала я ей, укрываясь и пытаясь согреться. Но не могу же я назвать ей истинную причину моего состояния. Я не чувствовала холода, как такового. Я чувствовала холод в душе. А с ним плед не мог справиться ни при каких условиях. К великому сожалению.

_______________________________________

Спасибо всем за комментарии, звезды и просмотры💕💕💕