44

Девушка поежилась и начала торопливо пробираться к дому.

– Быстрее! – Толик открыл ей дверь.

Она юркнула в каморку.

– Твой отец не спал. Бессонница. Не дай бог, шатается где-то по дому.

И точно – Валя обнаружила его сидящим в гостиной. Замерла, не зная, как поступить, и вдруг услышала храп. «Спит».

Стараясь ступать бесшумно, она прокралась вверх по лестнице и прошмыгнула в свою комнату. Быстро содрала с себя одежду и улеглась под одеяло.

Всё – можно выдохнуть!

Воздух раздирал горло на каждом вдохе, по телу бежали мурашки. Она отдала бы тысячу скучных дней в обмен на такую ночь. Валя закрыла глаза и обняла подушку. Лучше бы она сейчас стояла посреди горной дороги и слушала в темноте шепот моря. Впитывала бы тепло тела Егора, прижимающегося к ее мягкой коже и нежно целующего в шею

Да, они были разными даже в элементарных вещах. Начиная от внешности и заканчивая воспитанием. Она ела деликатесы, он – макароны, она учила этикет, а он выживал в жестоких условиях улицы и каждый день отстаивал свое право на существование. Но разве это значило хоть что-то, если Валя ощущала, что они были созданы друг для друга? Нет.

А значит, всем остальным тоже придется смириться с тем, что они теперь вместе.

******

Автомобиль остановился на перекрестке, и Валя открыла окно. Она с восторгом разглядывала картину, которая красовалась на крыше здания. С этой точки, как и говорил Егор, оно казалось огромным экраном в другой мир. Рисунок поражал красотой, завораживал яркостью красок. Еще бы, они не один час провели на самой высокой точке этой многоэтажки, и Валя чуть было не опоздала домой.

– Кто не умеет на холсте, тот рисует на стенах! – фыркнула Роза, заметив граффити. – Испоганили все здания! Отморозки!

Валя улыбнулась.

Никакие слова не могли испортить ей настроения. К тому же прохожие и люди в соседнем ряду машин тоже с восторгом разглядывали рисунок Егора. Они показывали на него пальцами, удивленно охали и улыбались. Одна девушка, забыв, что собиралась переходить через улицу, снимала граффити на телефон.

– Правильно твой отец говорит, нужно отрубать им руки за эту мерзость! Кто теперь должен отмывать эту стену? Кто должен перекрашивать? Это же всё деньги: купить краску, нанять рабочих! И всё из-за чего? Из-за того, что каким-то бездельникам нечем заняться! Из-за того, что они испортили вид города своими каракулями!

– А мне нравится, – с достоинством сказала девушка, – серому, скучному зданию очень идет эта обновка. Оно заиграло новыми красками, посмотри, как люди оглядываются. Они тоже оценили.

– Ха, – усмехнулась Роза. – Тебе лишь бы что-то сказать наперекор! Мы с твоим отцом в лепешку готовы расшибиться, так стараемся для тебя! А ты только зубоскалить горазда. Ничего вы не цените! Поколение никчемных дармоедов!

Автомобиль тронулся с места, и Валя проводила взглядом граффити. Оно было прекрасным. Ничего красивее она в жизни не видела.

Прощаться с мачехой девушка не стала. Война так война. Молча вышла из машины, поднялась по ступеням и даже ни разу не обернулась. В фойе к ней подбежала Юля, схватила за руку:

– Ну как? Получилось увидеться?

– Да! – Щеки Вали вспыхнули румянцем.

– Расскажи, расскажи! – потребовала подруга, подпрыгивая от нетерпения.

Она была ужасно рада, что смогла помочь ей вчера.

– В общем, после полуночи я сбежала из дома, – прошептала Валя, оглядываясь по сторонам.

И тут ее взгляд наткнулся на Святослава, вышагивающего по коридору. Заметив ее, парень резко сменил направление движения и подошел к ней вплотную:

– Отойдем на секунду? – наклонился он к ее уху.

– Конечно, – кивнула девушка и повернулась к подруге: – Прости, Юль, я сейчас.

Юлия сложила руки на груди и принялась ждать.

Свят отвел девушку в сторону.

– Только что звонили парни, – тон его голоса выдавал тревогу, – ночью неизвестные пытались поджечь еще один дом на берегу – старую двухэтажку.

– Кто-то пострадал?

– Сказали, что один из жителей вовремя заметил поджигателей. Те старались направить огонь таким образом, чтобы люди не могли выбраться. Им приходилось выкидывать из окон детей и выпрыгивать самим. – Свят нервно сглотнул. – Пожар потушили, но он успел уничтожить часть здания, поэтому парни там с раннего утра: помогают людям, разбирают завалы при входе и собирают вещи, необходимые погорельцам.

– Ты поедешь? – спросила Валя.

– Да, я сейчас туда.

– Я с тобой! – воскликнула она.

– У тебя не будет проблем? – нахмурился парень.

– Нет, я скажу, что поехала к Юле.

– Тебе нельзя пропускать пары, – вмешалась в разговор Юля. Она заставила подругу посмотреть на себя. – Эй, ты же знаешь, что Роза будет следить! Хотя бы сегодня останься в академии, Валь.

– Она права, – пробормотал Свят. – Сбежишь еще раз, у тебя будут проблемы. – Он похлопал Валю по плечу. – Не переживай, мы сами справимся.

– Хорошо, – согласилась девушка.

И парень побежал к выходу из здания

******

Егор выкрикивал проклятия, отчаянно пиная воздух и всё, что попадалось под ноги. – Они чудом выжили! Чудом, понимаешь?!

События раннего утра подействовали на него особым образом. Босоногие детишки в одних трусиках и маечках, перепачканные сажей, которых ему приходилось держать на руках, пока перепуганные ужасом пожара родители вытаскивали из обожженных пламенем квартир уцелевшие вещи. Плачущие старики, оставшиеся без накоплений и дорогих сердцу вещей. Жуткий запах расплавленной пластмассы и едкого дыма – Егор буквально пропитался им насквозь, до тошноты. Всё это было ужасно и страшно.

Даже страшнее равнодушия полицейских, которые со скучающим видом лениво фиксировали разрушения и нехотя исследовали здание. Выражения их лиц говорили сами за себя – никто не станет искать виноватых. Поджог – это очередное предупреждение: «Люди, берите, что дают, и бегите со своих земель. Иначе отнимем у вас последнее». И полицейские определенно были в курсе того, кто это послание здесь оставил.

– Так, – произнес запыхавшийся Жора, – мы нашли, где разместить оставшихся жителей дома. – Он упер руки в колени, согнулся пополам и тяжело задышал. – И матрасы тоже нашли!

– Отлично, – сказал Давид, косясь в сторону полицейских, отгоняющих посторонних подальше от здания. – Значит, осталось только раздобыть воды и еды для пострадавших.

– Да, – поддержал Жора.

– А завтра мэр в передаче местного телевидения расскажет, как он обеспечил семьи всем необходимым.

– Эй, Володь, хватит снимать уже! – махнул Георгий в сторону парня с камерой, пытающегося пробраться ближе к огражденной территории.

– Пусть снимает! – приказал Егор. – Мы разместим это видео везде, где только возможно. И зададим вопрос: неужели никого не смущает, что в нашем городе один за другим горят дома?! Случись подобное в любом другом месте, все уже давно на ушах стояли бы. А у нас тут, выходит, мертвая зона? Или что?!