~②⑥~

"Правда."

— Что ты собираешься сделать с учительницей Ли? — спросила я, пока машина плавно катилась по вечерним улицам.

Хан Уль молчал. Его взгляд был прикован к дороге, но я знала — он всё услышал. Он всегда слышит. Спустя несколько секунд он тихо сказал:

— Поймать мышку в мышеловку.

От его слов по спине прошёл холодок. Голос был спокойный, ровный — именно такой, каким люди сообщают приговор.

— Как ты собираешься это сделать? Она довольно умная. Не сунется в опасное место, если не будет уверена. — Я скрестила руки на груди, наблюдая за его реакцией.

— С помощью заместителя директора. Но это только план Б. — ответил он, не отрывая взгляда от дороги.

Я кивнула. Значит, основной план ещё не готов или слишком рискованный.План Б у Хан Уля — это уже край.

— Я помогу тебе, — сказала я твёрдо.

Он сразу повернул голову, посмотрел на меня. Не со злостью, не с подозрением — скорее, с чем-то вроде... предупреждения.Будто не хотел, чтобы я влезала туда, куда и он сам ступает с опаской.

— Не надо, — произнёс он.

Но это уже было не его решение. Я была в игре. Глубже, чем он думает.

— Я сама хочу помочь, — сказала я, глядя прямо на него.

Он не повернул головы, но я видела, как сжалась его челюсть. Он понял. Понял, что я не просто вмешиваюсь.

Если я не буду рядом... если не буду видеть, что он делает — я не смогу спать.

Не хотела ещё одну смерть. Не хотела, чтобы ещё одно имя добавилось к тому, что уже навсегда вписано в мою память.

Хан Уль не ответил. Всего лишь отвёл взгляд. Молча. Но этого было достаточно — он понял мои намерения.

Мы подъехали к моему дому. Внутри было тяжело. Никаких слов. Ни прощания, ни взгляда в спину. Просто тишина.

Я молча открыла дверь машины, вышла и захлопнула её за собой. Тот самый звук — короткий, сухой, как точка в конце разговора, которого не было.

Машина уехала. Я смотрела ей вслед всего пару секунд — не больше. Потом отвернулась и направилась к подъезду.Холодное небо, тусклый свет фонаря, шорох ветра где-то в листве. Всё было слишком обыденным для того, что творилось у меня внутри.

Я пошла домой. С флешкой в кармане и тревогой в груди.

Я зашла домой и сразу направилась в кабинет отца. Он редко бывал дома в это время — и, к счастью, сегодня тоже.

Закрыв за собой дверь, я подошла к его компьютеру, сунула флешку в порт и включила запись.

На экране замелькали тусклые кадры — переулок, тихая ночь, серые стены. Я быстро промотала те минуты, где не было видно ничего, кроме пустого пространства и бликов света. Но вдруг — тень. Остановка. Перемотка назад. Пауза.

Мой брат.

Он стоял, прислонившись к стене. Прикуривал сигарету, с усталостью в жестах. Один. Несколько минут.

А потом... появилась ещё одна фигура.

Я сразу узнала его — тот самый мужчина в сером костюме. Ровная походка, руки за спиной, хищная осанка.

Они что-то обсуждали. Слишком серьёзно. Мой брат немного отступил, потом резко шагнул вперёд. Слов не было — звук на записи не передавался. Невозможно было услышать, о чём они говорили.

Но по лицам, по выражению глаз, по их напряжённой пластике... я чувствовала: это был не просто разговор. Это была угроза.

Диалог длился недолго. Они перекинулись всего несколькими фразами — судя по жестикуляции, коротко, жёстко, без компромиссов.

А потом... тот мужчина достал пистолет.

Темный, едва различимый в кадре. Выстрел.

Я вскрикнула — тихо, почти беззвучно — и тут же прикрыла рот рукой, чтобы не выдать себя.

Что?.. Так резко?.. Почему?..

Моё сердце бешено заколотилось. Мужчина, с которым я была в одной комнате всего час назад, — убийца.

Через пару секунд на экране мелькнуло движение — телефон. Он получил звонок, приложил трубку к уху, что-то коротко сказал и... ушёл. Холодно. Спокойно. Как будто только что не лишил человека жизни.

Я вытерла слёзы рукавом и перемотала запись чуть дальше. Прошло всего пару минут, и в переулке появился школьник.

Он подошёл к телу, бросил короткий взгляд на камеру и... кивнул.

Всё. Роль исполнена. Это была постановка.

Никакой школьник не убивал моего брата. Это был человек председателя Пхи.

И это значило только одно — убийство было приказом.

Я вынула флешку. Холодный металл дрожал в пальцах, как будто чувствовал мою растерянность. На ней — правда. Правда, которая может уничтожить всё. Всё, что я строила. Всё, что уцелело. Всё, что связывает наши семьи.

Отец... Если он узнает об этом — начнётся война. Он не станет говорить. Он не станет выжидать. Он пойдёт убивать. Он пойдёт прямо к ним. Прямо к семье Пхи. А если Хан Уль встанет на пути — он пострадает первым.

Что мне делать? Куда бежать от этой боли, от этого выбора, который вцепился в горло и не даёт дышать?

Но больнее всего — даже не это. Больнее всего — мысль, которая теперь гложет изнутри, как яд.

А если Хан Уль знал? Знал. Всё это время.

Знал, что его семья причастна. Знал, почему погиб мой брат. Знал — и молчал.

Что он хотел этим?

Почему он не сказал мне с самого начала? Почему не убил моё доверие тогда, когда я начала проявлять доверие к нему? Знал, и всё равно продолжил играть.

Я не хотела войны. Не сейчас. Не тогда, когда всё стало шатким, как карточный домик на ветру. Когда любое движение может разрушить не только их — но и меня.

Я вынула флешку. Словно вытянула чеку из гранаты. Но я не собиралась её бросать. Пока нет.

Щелчок. Компьютер погас. Слабое отражение на чёрном экране показало моё лицо — усталое, напряжённое, совсем не похожее на ту Су Джин, которую все привыкли видеть. Я больше не была просто мишенью. Но и не стала охотником.

Я встала и вышла из кабинета. Шаги в коридоре глухо отдавались эхом. Флешка жгла ладонь — как напоминание. Как угроза.

Ещё не время. Но оно придёт.

  -  -  -  -  -*ੈ✩‧₊˚-  -  -  -  -

Утром я получила сообщение от Хан Уля:

Не приходи в школу сегодня.

Короткое. Без объяснений. Без эмоций. Как предупреждение.

С чего вдруг?

В голове сразу вспыхнули тревожные догадки, но ни одна из них не звучала как правда. Я была удивлена. И разозлена. Пока не увидела новость.

Заголовок бросался в глаза, будто написан кровью:

"Школьники из Юсон проникли в частное помещение: попытка кражи личной собственности."

Я знала этих школьников. Я знала, о каком месте шла речь. Я знала, что они пытались достать.

Это была статья про Учебную группу. Про тех, кто ради правды готов был пойти на всё.

Удар был точным. Холодным. Расчётливым. И я не сомневалась ни секунды: Это дело рук Хан Уля. Он не просто отдал приказ. Он прикрылся статьёй, сделал ход первым.

Я поступила так, как и просил Хан Уль. В тот день не пошла в школу — осталась дома, рисовала и пыталась привести в порядок мысли, хотя на деле просто пряталась.

Иногда включала интервью, которые снимали местные блогеры. Они говорили прямо в камеру: «В этой школе растят бандитов». И это была правда. Слишком много крови, лжи и власти. Слишком много тех, кто готов был продать душу за влияние.

-  -  -  -  -*ੈ✩‧₊˚-  -  -  -  -

Всем добрый день/вечер.

Знаю, сегодняшняя глава вышла скучноватой, но тем не менее она раскрыла весь смысл моей истории.

Надеюсь вам нравится, так как с каждой главой мы приближаемся к финалу и хотела бы предупредить, вас ждут эмоциональные качели.

Спасибо всем, кто все ещё со мной и читает мой труд. Ваш каждый оставленный комментарий, звездочки, все мотивирует меня продолжить писать❤️‍🩹.