Глава 2

Вот и настал тот день, которого я так долго ждала. Мы стоим в аэропорту. Каждый ожидает свой рейс. Моя мама тесно прижимает меня к себе и целует в щёку. Папе тоже не из приятных прощаться со мной, он смотрит на меня грустным взглядом. Мы и двух недель друг без друга прожить не можем, а тут целых два года.

Из аэропорта доносились множество голосов. Многие обнимались после долгой разлуки, другие наоборот, прощались, плача и не желая отпускать свою родственную душу. Я, как заворожённая, не могла отвести взгляд от пары, которая стояла в обнимку: девушка, прижалась к парню, из глаз у неё текли слёзы, а юноша стоял рядом и все ещё обнимая её, гладил по волосам, целовал губы, щеки. Я все стояла и думала, появится ли у меня, странной девочки, такой же любимый человек, по которому я буду скучать, которого я буду целовать и любить? Думаю, нет. Кто захочет встречаться с такой фригидной девочкой, как я?

Спустя некоторое время, пришлось уходить.

– Рейс, 1909 Калифорния – Сиэтл ожидается. Повторяю, Калифорния – Сиэтл.

– Пора, – из глаз матери текли слезы, – Моя милая дочурка, будь осторожна, хорошо? Это очень важно для меня.

– Сейчас сама расплачусь.

– Эй, детка, – обратился ко отец, – как только вернёшься, тебе будет ждать огромный сюрприз.

Отец всегда говорил мне так когда я была маленькой и улетала куда-нибудь без него, чтобы я не расстраивалась. Он знал, что я обожаю сюрпризы и, что это единственный способ меня успокоить.

– Два года ожидания. Не слишком ли, пап? – усмехнулась я, а папа рассмеявшись, пожал плечами.

Долго обнимаясь с родителями, я и Лиззи, наконец направились к самолету. Регистрация прошла на удивление быстро и я поспешно уселась на своё место в самолёте, у окна.

Ну что же, прощай город одновременно моих страданий и радостей. Одинокая слеза успела прокатится по моей щеке. Подруга одобрительно кивнула головой и обняла меня.

– Дамы и господа, говорит командир корабля. Время полёта до Калифорнии, длится два часа и сорок пять минут. Вскоре вам будут предложены прохладительные напитки. Желаю приятного полёта.

После мучительного полёта, в аэропорту Калифорнии нас встретила женщина, одетая по последнему писку моды. Бабуля. Я кинулась обнимать её. Самый дорогой человек в моей жизни стоит передо мной. Как же я счастлива!

Бренда Смит.

Великая, независящая от других мнений женщина. Мой кумир.

Я быстро пересказала ей все проблемы, преследовавшие меня с прошлого года, включая издевки моих сверстников из-за моего лица и фигуры.

– Джессика, не хочу тебя обижать, но это правда, – сказала она, пока мы ехали неизвестно куда.

Да, в Калифорнии я впервые. Бабушка год назад переехала сюда, а раньше она жила в Лондоне с братом и сестрой. Но вскоре поняла, что им нужна отдельная, самостоятельная жизнь, все-таки они оба студенты. Им тоже нужен отдых от вечно подозрительных взглядов взрослых и вопросов типа: «Почему ты приходишь в пять часов утра? Ты совсем дурак?» или же «Какого черта ты гуляешь до двенадцати, я сказала быть дома в одиннадцать пятьдесят, юная леди! Я расскажу твоему отцу...» и бла, бла, бла.

Я смотрела в окно и наслаждалась прекрасному виду.

– Да ладно, я уже привыкла, – ответила я, расстроившись. 

– Нет, ты дослушай. Ты может несовершенна сейчас, но ты красива по-своему. Я имею ввиду, что в тебе надо пробудить эту красоту. Так, перестань киснуть, время меняться. Где моя воинственная внучка? Ты самая смелая девочка, которую я знаю. Не каждый может сделать настолько эффектный уход. Следующие два года, я собираюсь сделать из тебя ту, о которой ты мечтала с самого детства. Ты готова?

– Да, – сказала я с чем-то большим, чем просто радость. Я сказала с надеждой.

Моя бабушка и Лиззи уже познакомились и теперь во всю щебечут о новой коллекции популярных брендов. Что же, они нашли друг друга. Я сидела у окна, думала о своём, как вдруг меня привлёк разговор.

– Я ей давно говорила: Джессика, надень линзы. А она мне: нет! –сказала Лиззи, «моим» голосом. Главное себя, она изобразила привлекательно, а меня, как страшного монстра.

– Может, её изменение я предоставлю тебе? Я имею ввиду, посмотри на меня! Я уже стара, а ты точно знаешь что делать.

– Да что вы, Бренда! Вовсе вы не старая. Я бы вам и пятидесяти не дала! И да, – она загадочно посмотрела на меня, – думаю я смогу сделать из неё бомбу. И как раз-таки уладим проблемы со зрением. Ух! Давно хотела это сделать с тобой!

– Звучит, как слова маньяка-извращенца, – Лиззи тихонько хихикнула.

– Джессика! Что за выражение? – мигом возмутилась бабушка.

Ой, я про неё и забыла.

– Прости, – промурлыкала я.

– Да ладно. Я прикалываюсь, – шутливо отозвалась она, растягивая последнее слово. Я знаю, что это значит: Моя горячо любимая бабушка пытается слиться с молодежью, – Йоу.

– Никогда так не делай. Никогда.

– Почему же, Бенджамин сказал, что это круто и сейчас очень модно. Даже на видео меня снял.

Мой лоб встретился с моей ладонью и они слились в прекрасном поцелуе.

– Ба, он прикалывается над тобой! И скорее всего, добавил это видео в свой «Инстаграм». Потому что этот придурок любит шутки.

Боже, она такая наивная. А все потому, что Бенджамин её любимец. Так сказать, фаворит из нас троих.

Чуть позже мы зашли в торговый центр. Там, Лиззи, быстренько прошмыгнула в магазин очков. Она подошла к консультанту и вместе они начали что-то бурно обсуждать. Я же со скучающим взглядом смотрела на все окружающее.

– Мисс, у вас есть справка от последнего посещения окулиста?

– Нет, но тогда у меня было -2,5.

– Отлично, – радостно сказала консультант, – это не про то, что у вас плохое зрение. Я приготовлю линзы, а вы пока выбирайте очки.

В итоге, я выбрала себе бесцветные линзы. Всегда любила свой цвет глаз. Когда я надела их, то я то и делала, что поправляла "очки", которых не было. Удивительно, как мир стал чётче в тысячу раз.

– Ты ещё не раз будешь разбивать парням сердце. Выше нос. Это только начало. Калифорния больше не будет городом ангелов, он станет городом изменений.

Утром я проснулась из-за того, что почувствовала на себе чей-то взгляд.

– Лиз, я испугалась! – после моего «пробуждения» она ответила:

– Знаешь, твои прыщи дело исправимое. Тебе нужно меньше есть вредной еды и у меня есть эффектный крем против этих паразитов. Доверься мне! Потом по магазинам. Нам надо подобрать одежду, вечерком сходим в тренажёрный зал, а потом ты будешь бегать по стадиону, пока мне не надоест, – пока она говорила, я пыталась до конца открыть глаза, но они слипались.

– Ты варвар просто. У меня энергии не хватит. И мне нравится моя одежда: удобная, а самое главное не открытая, как у некоторых дурочек!

– Девушки так не одеваются. Хочешь быть красивой? Хочешь уважения? – я кивнула, – Тогда тебе следует выглядеть так, чтобы тебя уважали. Внешний вид – твоя визитная карточка. А сейчас марш в ванную и переоденься!

– Во-первых: хочешь быть нормальной девушкой, покупай соответствующую одежду, а не то, что ты носишь. Зайдём сюда, – она указала на миленький бутик «Paris».

И зачем люди дают такие названия? Зайдя в этот бутик, я не увижу Эйфелеву башню и не почувствую запах французских пирожных. Что за бред.

– Так, а теперь иди примерь вот это, это и это. Эти туфли тоже с собой возьми. Шевелись, – она толкнула меня в примерочную, да так, что по пути, я чуть не сбила девушку впереди меня.

– Извините, – сказала я. На что она уставилась на меня ненавистным взглядом, отчего мне стало не по себе.

Лиззи наблюдала за всем происходящим и не забыла подойти и сказать девушке «отвали». От этого властного тона, она съёжилась и удалилась. Так и знала, что Мастерс та ещё стерва.

– Может перестанешь быть тряпкой, об которую все вытирают ноги? – спросила она, уперев ладони в бока.

– Да, прости.

Я быстро вошла в примерочную. Безусловно, платья хорошие и туфли, даже джинсы хорошо сидели, но это... – все это не моё. И какого черта я на это пошла? Что бы я не сделала, что бы я не надела, я все равно останусь той самой дурнушкой Джессикой и это не изменится.

Я вышла, ужасно нервничая и все мои движения были неловкими и странными. Лиззи радостно захлопала в ладоши и прыгала на одном месте. Очень жаль, что я не разделяю её счастье.

– Ну, не моё это, – проскулила я.

– Ага, продавая твоё, они бы разорились. Развернись! – я без эмоций выполнила её требование.

– Тебе идёт, Джессика, не ной.

Так, мы обошли кучу бутиков.

После утомительно-долгого похода в торговый центр, мы отдали вещи водителю и направились в тренажёрный зал.

– Следуй правилам. Сначала растяжка, потом беговая дорожка.

Ко мне подошёл тренер и показал как делать растяжку. Для начала надо было размять руки, затем тянуть ноги. Делать круговые движения головой, приседать и тому подобное. Чего только эта растяжка стоит! Чувствую, завтра утром я не буду чувствовать свое тело. Я подошла к беговой дорожке.

– Мы с тобой должны подружиться, – сказала я неодушевлённому предмету.

Я осмотрелась. Люди выполняют задания и похуже.

Ну же! Ты справишься! Все время повторяла это как мантру и включила машину.

У меня был сильный боевой дух. Этого у меня никто не отнимет.

После тридцати минут я все же утомилась. Я разочаровалась в самой себе. И все? Тридцать минут – мой максимум? Я сразу же успокоилась, когда Лиззи сказала, что мне придётся бегать вживую по стадиону. А потом все же сказала ей, что мне нужен отдых.

Если так будет каждый день, то лучше убейте меня сразу! После тяжелого дня я с радостью, ушла спать. Такая святая штука – эта кровать.

*Спустя три месяца*

Я все ещё осталась на попечении своей лучшей подруги – Лиззи Мастерс. И хотя все это было изнурительно, мне нравилось проводить с ней время. Я привыкла к тренировкам, к ежедневному походу в магазины, к салонам красоты и... к испытаниям.

Это было самое тяжелое. Бывало, гуляешь с Лиззи, как она остановится и сразу скажет сделай то, сделай это. Она объяснила это тем, что пора быть раскрепощенной,в хорошем смысле. Или перестать быть, цитирую: « тряпкой, об которую все вытирают ноги». После испытаний мне становилось стыдно, мои щёки всегда горели. Но постепенно, я начала осваиваться.

– Тебе нужно научиться преодолевать все трудности! Хорошо? – кому как не мне пришлось видеть страдания Лиззи. Мои проблемы ничто по сравнению с её, – Я хочу, чтобы ты стала непоколебимой. Хочу, чтобы тебя никто не мог сломить. Никогда не забивайся в угол. Если посмотрели на тебя презрительно, посмотри на них ещё презрительнее и они усмирятся, подчинятся. Кто-то обидел, так и скажи ему, плевать на чувства. Тебя никто не жалел, помнишь?

В один прекрасный для неё день, мы гуляли по торговому центру, после просмотра фильма, в кино. Лиззи оглядела помещение и в её голове возродилась идея. Она сузила глаза и сказала:

– Подойди к тому парню и заговори с ним. Он симпатичный, – её глаза сверкнули невеселым светом.

Мне послышалось?

– Чего?! – я сразу запаниковала. Я ведь даже не готовилась, это было спонтанное решение.

— Что ты ломаешься, это нормальный процесс!

– Но нам же не о чем говорить, я его не знаю, он меня не знает. Мы чужие друг другу.

– Идиотка.

Выругалась ещё подруга и ударила себя по лбу.

– Действительно. Ты права! Лучше не стоит этого делать, – я выдохнула, Слава богу у нее есть здравый ум,– Заговорить это фигня. Лучше попроси его номер.

Лучше бы молчала. Молодец, Джессика.

С её настойчивостью мир треснет. Черт бы её подрал. Я долго отказывалась, но она поставила ультиматум: либо я делаю это сейчас, либо я буду делать это каждый день.

Все-таки, просто поздороваться ничего не стоит, а в контактные номера добавлю первые пришедшие на ум цифры. Тогда она не будет придираться. Попытка не пытка. Гордо вскинув голову, расправив плечи, как учила меня Мастерс, я уверенными шагами настигла парня, что сидел в конце коридора за столиком, ожидая свой кофе «Старбакс».

– Привет, – широко улыбнулась я, да настолько, что уже губы разорвутся.

– Привет, – поднял голову парень и сразу рассмеялся, – да расслабься, можешь не улыбаться настолько сильно.

Неужели моя фальшивость так заметна?

И только сейчас, я решила всмотреться в его лицо. Этот парень был действительно красив. Его белокурые волосы были перекинуты набок. Густые, темные брови, цвет глаз было не разобрать, ведь из-за темного освещения мало, что можно было увидеть. Но как мне кажется, они – голубые. Нос слегка с горбинкой. Пухлая нижняя губа, чуть полнее, чем верхняя.

– Лиам, – подал руку он.

Я стояла раскрыв рот. Впервые, я разговариваю с парнем. С КРАСИВЫМ парнем. И мы ЗНАКОМИМСЯ.

– Джессика, – я сжала его тёплую ладонь.