16

Новое сообщение!

От: Куроо (отправлено 31 Январь в 14:25)

[Хей, ты здесь?]

Акааши:

[Да.]

Куроо:

[Как там дела?]

Акааши:

[Могло быть лучше. Могло быть хуже.]

Куроо:

[Можно спросить, как там Бокуто?]

Акааши:

[Он... держится.]

Куроо:

[Он всё ещё может ходить? Или говорить?]

Акааши:

[Нет, не может. Он потерял возможность ходить чуть меньше недели назад. Говорить вскоре тоже перестал.]

Куроо:

[Ясно. Ты действительно серьёзно настроен, не так ли?]

Акааши:

[Я не вижу иного выхода. Извини.]

Акааши оторвался от телефона после отправки сообщения и обернулся, чтобы заметить, что Бокуто пристально смотрел на него с неподдельным интересом.

В глазах читалось: "Кто это?"

Убирая телефон в карман, Акааши пожал плечами.

— Просто... Куроо, — имя он произнёс на выдохе, но Акааши знал, что Бокуто бы услышал его в любом случае.

Так и произошло.

Бокуто рассматривал руку Акааши. Его глаза выражали то, как сильно он скучал по своему другу. Чувствуя нарастающее чувство вины, Акааши вынул телефон так же быстро, как спрятал его.

— Не хочешь попросить его прислать фото?

Бокуто на секунду взглянул на него, колеблясь, после чего кивнул.

Акааши попросил Куроо отправить снимок себя, чтобы показать Бокуто. Сообщение от Куроо доходило достаточно долго, и когда было доставлено, Акааши понял, что парень отправил видео вместо того, чего от него просили.

Акааши встал со стула и подошёл к Бокуто. Упёршись одним локтем о кровать, он расположил телефон так, чтобы они оба могли смотреть. Бокуто внимательно всматривался в экран, гадая о содержимом видео. Акааши нажал на "play", и видео начало воспроизводиться.

Куроо сидел дома на кровати в обтягивающей футболке и волосами в абсолютнейшем беспорядке.

— Как вы, ребята? Эм, я знаю, вы не говорили мне записывать видео, но я не из тех, кто следует правилам, — он состроил наигранно крутое выражение лица, но оно исчезло, когда заговорил кто-то другой.

На заднем фоне слышался тихий голос.

— Что? Ты сейчас... сам с собой говорил?

— Нет- э, нет, я видео снимаю.

Куроо переместил объектив камеры и на изображении появился размытый Кенма. Он сидел, скрестив ноги в футболке, что была на размера два больше и в шапке, которую, казалось, натянули на него без его разрешения. Его голова была опущена, пальцы плавно перемещались по кнопкам на игровом девайсе, который он держал в своих руках. В один момент он поднял руку, чтобы снять шапку, и она со стуком упала на пол.

— Скажи привет, Кенма.

— Погоди, что? Я не услышал, что ты сказал... — Кенма посмотрел наверх и наткнулся взглядом на объектив камеры у лица. Он быстро встал с кровати и вышел из комнаты. — Не снимай меня.

— Хоть привет скажи, — позвал Куроо.

— Привет, — затихший голос раздался из динамиков.

— Это Кенма тебе...—  Проворчал Куроо и поёрзал на кровати, улыбаясь. — Но не будем о нём... Я надеюсь, всё хорошо. Эм... — он потёр кожу под глазами. — Я скучаю по вам, ребята. По тебе особенно, Бокуто. Эм... Держись, хорошо? Акааши, не отягощай его, иначе, я клянусь, я, блять, тебе врежу.

Бокуто улыбнулся на это. Он бы засмеялся, если б мог.

На губах Акааши тоже в какой-то момент заиграла улыбка, тотчас же исчезая.

— Итак, думаю, на этом пока всё. Я б заставил Кенму попрощаться, но... — он осмотрелся по сторонам. — Он вышел... из комнаты?.. Да, вышел. Поэтому я просто попрощаюсь за него! Увидимся, Бокуто. Не волнуйся. И помни, ты – лучший, — он показал рукой знак "пис" и на этом видео подошло к концу.

Акааши вздохнул. Ему показалось, что видео закончилось слишком быстро, но на деле оно было едва ли меньше тридцати секунд.

— Для парня с именем Куроо, он очень яркий, — Акааши встал и отложил телефон на стол.

Бокуто кивнул и снова посмотрел на Акааши.

— Вы, ребята, были лучшими друзьями, да?..

Ещё один кивок. Он поднял руку и медленно покрутил указательным пальцем у виска.

Акааши фыркнул и откинулся на спинку стула.

— Он сумасшедший?

Улыбка на лице Бокуто стала чуть шире, показывая, что он ответил "да".

Это был один из тех моментов, когда Акааши осознавал, насколько невинным был Бокуто. До него в такие моменты всегда доходило, что Бокуто было всего двадцать, но сейчас этот факт лишь больше отягощал Акааши. Было больно осознавать, что Бокуто едва ли вкусил все прелести юношеской жизни до того, как ужасная болезнь взяла верх над ним. Это было печально, это приводило в ярость и в целом вызывало чрезмерную тоску, но Акааши не смел показывать, что он чувствует всё это. Не перед Бокуто.

Поэтому вместо того, чтобы демонстрировать грусть, он оставлял выражение лица нейтральным, как всегда и делал. Это всегда было лучшим и единственным способом сдержать боль.