30

POV Т/и

Ночь была слишком тишиной.Не спокойной — тягучей, раздражающей, такой, в которой каждый звук казался громче, чем должен быть.Капли в ванной, шелест простыни, слабый гул вентиляции.Но громче всего были мысли.

Я лежала на кровати, уставившись в потолок. Рядом — пустая постель Ким, аккуратно заправленная, как будто она специально оставила после себя порядок, зная, что меня будет разрывать изнутри. Она уехала к Тэхёну ещё до того, как я вернулась. Оставила стикер на зеркале: «Будь честной с собой хотя бы ночью».

Смешно.

Честность со мной — как плёнка на ране. Тонкая, невидимая, но стоит дотронуться — и всё снова болит.

---

Сначала я просто ворочалась.Меняла подушку. Смотрела в окно. Считала дыхание.

Потом начала прокручивать всё заново. Дискотеку. Свет. Музыку. Поцелуй. Скамейку. Его глаза. Его голос.

И мою реакцию.Мой шаг назад.

Это было как застрять между двух зеркал: одна я — тянется к нему, отчаянно хочет прижаться, слиться, забыть обо всём, кроме него. Другая — сжимает сердце в кулак и шепчет: «Нет. Опасно. Не снова».

---

Я выдохнула. Села на кровати, обняв колени. Всё внутри было натянуто, как струна. Хотелось выть — не от боли даже, а от невозможности понять, где я сама.

И тогда — почти автоматически — я потянулась за телефоном. Открыла диалог.

[00:46] — Ты не спишь?

Прочитано.

Я едва не выключила экран, как пришёл ответ:

[00:46] — Нет.

Одна строка. Прямая. Как он сам.

Пальцы задрожали. Я не знала, что писать. Не могла сформулировать, почему вообще пишу. Но потом всё же набрала:

[00:47] — Можешь приехать? Просто... быть. Мне очень плохо одной.

Три точки.Пульс в ушах.

Ответ пришёл почти сразу:

[00:48] — Уже еду.

---

В комнате стало ещё тише. Но тишина уже не казалась такой страшной.Я укуталась в плед, села у окна.На улице дул ветер. Где-то вдалеке проезжала машина. Пахло сырой землёй и листьями. Город спал. А моё сердце — нет.

Прошло двадцать минут. Двадцать очень длинных минут.Я сидела у окна, сжимая подушку в руках, и ловила каждый звук в коридоре, будто боялась, что всё передумается, растворится, окажется сном.

Но нет.

В дверь негромко постучали.

---

Он стоял в тёмной худи, чуть взъерошенный, с усталым, но таким родным лицом.И в глазах — никакого вопроса. Никакого упрёка.Только то самое: я здесь. ты не одна.

— Привет, — выдохнула я.

Он кивнул.— Привет.

Я отступила в сторону. Он вошёл. Не оглядывался. Не спрашивал, можно ли остаться. Просто подошёл к кровати и сел на край.

Я стояла, не зная, куда деть руки, как дышать, что сказать.

— Ты... хочешь что-то сказать? — спросил он тихо.

Я покачала головой.— Нет. Просто... останься.

Он открыл плед. Протянул руку.Я молча села рядом. И позволила себе уткнуться в него лбом.

Мы не говорили. И это было лучше любых слов.

---

Он сидел со мной на кровати, и время шло. Минуты. Часы. Или, может, вечность. Его рука обнимала меня — осторожно, но уверенно. Его дыхание было рядом. И в этом дыхании я впервые за долгое время почувствовала, что могу просто быть.

Быть слабой.Быть уставшей.Быть настоящей.