29

POV Т/и

Мы сбежали с дискотеки, будто снова были подростками — напуганными, нелепыми, но отчаянно живыми. Свет за спиной гас, как отрезанный конец сцены, и только улицы впереди были настоящими.

Я шла босиком по асфальту. Каблуки держала в руках.Он шёл рядом. Не касаясь. Но его шаги — вровень с моими. Тихие. Уверенные. Без спешки.

Слишком много всего случилось за один вечер. И слишком быстро.

---

— Хочешь просто пройтись? — спросил он спустя пару минут. Его голос был осторожный, почти мягкий.

Я кивнула.И мы пошли — мимо корпусов, мимо фонарей, мимо чужих окон с жёлтым светом, будто чужих жизней. Всё казалось немного замедленным, как в фильмах, где тишина говорит больше, чем диалоги.

Раньше я думала, что Чонгук — из тех, кто не задерживается. Что он слишком молчит, чтобы остаться. Слишком сдержан, чтобы всерьёз впустить кого-то. Но теперь… всё было наоборот.Теперь он шёл рядом. Уверенно. Словно решил: остаться — это не случайность, а выбор.

А я…Я вдруг испугалась.

---

Мы дошли до сквера. Сели на пустую скамейку. Ветер трепал мне волосы, кожа слегка липла от жары, макияж давно размылся. Я выглядела ужасно — но это было неважно. Важно было, что рядом сидел он.

И что теперь, в отличие от прошлых раз, — не он держал дистанцию.А я.

— Что ты сейчас чувствуешь? — вдруг спросил он. Тихо. Без давления.

Я замешкалась.

— Всё сразу, — ответила. — Словно кто-то выкрутил громкость чувств на максимум.

Он кивнул. Ждал.

— Мне тяжело, — выдохнула я. — Потому что всё изменилось. Ты изменился.

— Я просто перестал прятаться, — сказал он.

— А я начала, — тихо призналась я.

Он не перебил. Даже не удивился. Только слегка сжал кулаки на коленях — как будто это были мои слова, а боль — его.

---

— Тогда ты был холодный. Отстранённый. Словно боялся подойти ближе, — начала я, глядя вдаль. — А я... я тянулась, как глупая. Не понимала, что происходит. Чувствовала, как сгораю, но надеялась, что ты обернёшься.

Пауза.

— А теперь ты здесь. Открытый. Настоящий. И мне страшно.

Он повернулся ко мне.— Почему?

— Потому что теперь моя очередь бояться. Потому что я не уверена, выдержу ли, если всё это снова окажется временным. Если ты снова отступишь.

Он смотрел долго. Внимательно.

— Я не уйду, Т/и, — сказал он. — Я просил время, потому что не хотел врать тебе. Потому что боялся втянуть тебя в то, к чему сам не был готов.Он вздохнул.— Но сейчас я уверен. Я хочу тебя рядом. Не как мимолётную историю. Не как «пока не станет сложно». А по-настоящему.

Слова были спокойные. Не громкие. Но от этого только сильнее било в грудь.

---

Я отвернулась. Небо было чернильным. Пахло травой, нагретым деревом, его кожей. Всё было слишком близко, слишком тепло.

— Я не знаю, что со мной, — прошептала. — Мне хочется к тебе — но тело, ум, сердце — всё орёт: «Осторожно». Как будто память о боли сильнее, чем твои объятия.

Он не тронул меня. Не приблизился.

— Это нормально, — сказал он. — Я не жду, что ты всё отбросишь за ночь. Мне просто важно знать, что ты хочешь попробовать.

Я кивнула. Слёзы подступили, но я сдержалась.

— Я хочу. Но не торопи меня.

— Не буду, — ответил он. — Но знай: я рядом. Уже не сбегаю. Уже не отталкиваю.

---

Он проводил меня до общежития. Мы почти не говорили. Но его рука всё это время сжимала мою. Не крепко. Не болезненно. Просто — уверенно. Как якорь.

У входа мы остановились. Лёгкий свет лампы над дверью падал на его лицо. Он был спокойный. Тот, кто уже не прячется. И именно это пугало меня сильнее всего.

Он медленно подался ближе. Я сразу почувствовала: он хочет поцеловать. Не жадно. Не как на дискотеке. А как что-то настоящее. Как будто проверяет — готова ли я быть по-настоящему рядом.

Но я сделала шаг назад.

Он остановился. Не удивился. Только кивнул.— Всё хорошо.

Я опустила глаза.

— Прости. Просто... это не из-за тебя. Это из-за меня.

Он смотрел, и в этом взгляде не было упрёка. Только принятие.

— Я подожду, — сказал он.

---

Когда я вошла в комнату, закрыла дверь и прислонилась к ней, сердце всё ещё колотилось. Не от страха. От того, что впервые я знала — меня не оставят.

И если раньше я ждала, когда он исчезнет…Теперь я боялась, что сама всё испорчу, не успев поверить.