29 часть

Хенсу шёл по пустым коридорам здания, словно призрак в собственном мире. Каждый шаг отдавался эхом в груди, где давно поселилась пустота, вырезанная болью и сожалением. Воздух казался тяжёлым, словно сам мир замер в ожидании.

Он знал — её уже нет. Знал, что больше никогда не услышит её голоса, не увидит той хрупкой, но удивительно сильной девушки, которая сумела стать для него смыслом.

Но эта правда, как острый нож, вонзалась в сердце всё глубже с каждой минутой. Хенсу остановился возле одинокого дерева, корни которого цеплялись за землю, как будто пытались удержать хоть что-то живое в этом разбитом мире.

Он опустился на колени, тихо прикоснувшись к земле. Там, между корнями, он увидел её — Джиен. Тело было холодным, бледным, словно вся жизнь покинула её безвозвратно. Но в его глазах она всё ещё жила.

Слова, которые он не мог произнести раньше, рвались наружу, разрывая душу.

— Я отдалился от семьи... и они погибли... — тихо начал он, голос срывался от эмоций, — Отдалился от тебя... и тоже потерял.

Он провёл пальцами по земле, словно пытаясь поймать остатки времени, которые ускользали.

— Джиен... — вздохнул он, — я люблю тебя... ты останешься у меня в сердце.

Тишина вокруг казалась бездонной, словно весь мир замер, слушая его признание.

Внутри Хенсу бурлила боль — горькая и острая, как яд. Он винил себя за всё — за то, что не был рядом, за слова, которые не успел сказать, за обещания, которые не выполнил.

Он вспоминал их совместные моменты — как она смеялась, как пыталась удержать его, как верила в него даже тогда, когда он сам сомневался.

Эти воспоминания были как ожоги на сердце — болезненные, но единственные, что теперь оставались.

Хенсу медленно встал, откинул ветки и листья, которые сам положил вокруг её тела, словно хранил маленький огонь памяти. Его глаза блестели от слёз, но он не позволял себе плакать — слишком многое было потеряно.

Он посмотрел на небо — на ту же звезду, что когда-то видели вместе, и в глубине души пообещал, что будет хранить её свет, сколько бы ни длилась эта ночь.

Потом, с тяжёлым сердцем, он отшагнул назад и растворился в темноте, оставив Джиен под деревом — в вечном покое, где её больше не коснется боль