Глава 14.

Гермиона закрылась в комнате, не имея желания что-либо делать. Около двух часов она пролежала на кровати, захлёбываясь в слезах и стараясь разобраться в этой ситуации самостоятельно. Она хотела понять, для чего Малфой это сделал, с какой целью, а главное, почему не рассказал об этом ей. Было больно из-за того, что она чувствовала себя разбитой и обманутой. Конечно, парня можно понять насчёт того, почему он скрывал это первое время, когда они не были близки, но пережить столько совместных ситуаций, признаться во влюбленности и не сказать о таком — это просто что-то неправильное.

— Почему я вообще его оправдываю? — в слух удивилась Гермиона, после чего закрыла лицо руками и тяжело выдохнула. — Он собирался меня убить, придумал идеальный план, до этого убил трёх ни в чём не виноватых детей, которые просто родились не в семье волшебников, а я сейчас оправдываю его… Мерлин, как это отвратительно. Слишком сложно любить человека, который творит такое… Так, Грейнджер, соберись. Пора заняться чем-то другим, кроме как сидеть и убиваться.

Встать получилось не сразу. Казалось, что-то давит сверху, не давая ей подняться, но терпение и труд всё перетрут. После нескольких попыток, она всё же поднялась и оглядела комнату, уперев руки в боки. Необходимо придумать что-то, чтобы замедлить действие проклятия, наложенного на Дамблдора. Было сложно что-то придумать, потому что она даже не знала при каких обстоятельствах это случилось и какой силы было проклятие. Оглядевшись, она убедилась в том, что никакой нужной литературы в её комнате нет, надо было идти в библиотеку, а так не хотелось покидать свои четыре стены. Вздохнув и набравшись смелости, она прокрутила замок и вышла из комнаты. Спустилась по лестнице и оказалась в гостиной башни старост, его не было, поэтому она, облегчённо вздохнув, направилась к выходу.

— Гермиона! — окликнул её Малфой, назло появившийся на лестнице из своей комнаты.

— Я не имею никакого желания с тобой разговаривать, — грубо отрезала девушка и покинула башню.

Тяжело выдохнув и остановившись на пару секунд, она поняла, что её сердце стучит с неимоверной скоростью, что немного напугало её. Стоило услышать своё имя с его уст, как сердце готово выпрыгнуть из груди.

— Подожди, — тихо сказал Слизеринец, взяв её за запястье и повернув к себе. — Дай мне всё объяснить, я уверен, ты перестанешь злиться, когда узнаешь всю историю.

— Я не хочу с тобой разговаривать. По крайней мере сейчас. Дай мне остыть, хотя бы ещё немного. Встретимся утром и обсудим. Тебе стоит придумать очень хорошее оправдание тому, почему ты убил беззащитных детей. Пусти, — сказала Грейнджер, взглянув на его руку, которой он держал её запястье.

— Хорошо… — вздохнул парень и отпрянул.

Вся эта ситуация хорошо потрепала нервы им обоим. Гермионе, так как она узнала о такой страшной тайне. Драко, так как это касалось напрямую его, это были его поступки, о которых Гермионе стоило узнать от него, а уж точно не так, как получилось. Искренне надеясь, что к утру ученица Гриффиндора отойдёт, Малфой направился обратно в спальню, в то время как Гермиона держала путь в библиотеку. Надо было найти решение условия, которое поставил им Дамблдор.

— Если так рассуждать, то такое сильное проклятие может наложить только сильный волшебник или… оно может передаться… через какую-то вещь… Точно! Кольцо, которое я уничтожила. Это из-за него Дамблдор проклят. Ну конечно! Не зря Малфой упомянул, что оно может быть проклято… Мне повезло. Видимо, проклятие смогло действовать только один раз, поэтому на меня не сработало. Или же надо было надеть кольцо, чтобы проклятье подействовало. В любом случае сейчас это не так важно, нужно узнать, как можно уменьшить воздействие заклятия с крестража. Значит надо найти какие-то книги про крестражи, а они находятся только в запретной секции. Что ж, не в первый раз нам туда пробираться, да, Гермиона?

Казалось, что она с ума сошла, раз разговаривает с собой, но это было ее единственным спасением, чтобы окончательно не полететь с катушек, учитывая все обстоятельства. В библиотеке девушка просидела до трёх часов ночи, разыскивая сначала нужные книги, а потом саму информацию и выписывая рецепты, которые могли помочь. В итоге после такой долгой работы она нашла идеальное зелье, которые будет стопорить проклятие в одной части дела, не давая ей переходить дальше. С трудом она дошла до своей комнаты и сразу завалилась спать. Слишком уж насыщенный день был.

Девушка проснулась ближе к обеду. Открыв глаза, она ещё некоторое время лежала в кровати, собираясь с мыслями и раскладывая приоритеты на сегодняшний день. Необходимо было поговорить с Малфоем, но у нее не было никаких сил спускаться вниз и ждать его, однако, выбора не было. Переодевшись и приведя себя в порядок, она спустилась в гостиную, заметив парня, сидящего к ней спиной на диване и смотрящего в огонь.

— Доброе утро, — поздоровалась девушка, после чего прошла и села в кресло рядом с диваном, повернувшись всем корпусом к Слизеринцу, чтобы внимать каждое его слово. — Что ж, я тебя слушаю.

— Я думал, ты сама до этого догадаешься, но тебя накрыли эмоции вчера… — сказал Драко, но сразу остановил эту тему, понимая, что такими словами лучше не сделает. — То есть, я хочу извиниться за своё неправильное поведение и за то, что эту тайну ты узнала не от меня, хотя явно должна была…

— Подумаешь. Ты убил трёх человек, а мне ни слова про это не сказал! Я считала тебя почти святым, учитывая, как сложно тебе приходится существовать в этом обществе, которое кишит приспешниками Темного Лорда и любителям чистой крови, а оказывается, что ты сам в этом крутишься. По своему желанию.

— Нет, это вовсе не так, — произнес парень, сложив руки в замок и бросив взгляд в камин. — Ты знала, что мне дали задание убить тебя.

— Да, спасибо, что хоть об этом сказал. А то убил бы внезапно, было бы странно… — с сарказмом сказала девушка.

— Я не шучу, Гермиона. Послушай, пожалуйста, внимательно и пойми меня, — попросил Драко. — Детей я убил не по своей воле… На меня наложили «империо» и сказали сделать это. Я не хотел их убивать. Ты ведь должна понять, я не ненавижу нечистокровнных волшебников. Наоборот… То есть, я не вижу разницы. Полукровка, чистокровный, магглорожденый, маггл, сквиб… какая разница, если мы все люди? Мы все достойны жить.

— Я не могу быть уверена наверняка, что ты говоришь правду, — вздохнула Грейнджер, качая головой. — Когда-то я тебе уже доверилась, а получила вот это. Больше в такие ситуации попадать не хочется.

— Поверь, таких ситуаций больше не будет, я обещаю тебе, — произнес Малфой, слегка улыбнувшись. Этим действием старался как-то разбавить атмосферу.

— Тогда… меня интересует другой вопрос, — сказала девушка, пока что переваривая в голове всю информацию.

— Спрашивай, я на всё отвечу.

— Что ты ко мне чувствуешь? — спросила Гермиона, слегка поджав губы. Осознание того, что это как-то слишком глупо и по-детски, было, но она не хотела обращать на него внимания. Вчера ее переполнили эмоции, поэтому она не могла здраво рассуждать, а сейчас, разложив всё по полочкам, поняла, что не всё таится на поверхности.

— Мне сложно говорить насчёт чувств, потому что я всегда их скрываю и обычно ничего не чувствую, но одно твоё появление заставляет меня задыхаться, сердце колотиться, как бешенное. Мне хочется находиться рядом с тобой, потому что у тебя прекрасная энергетика и созданная атмосфера. Я в восторге от того, как ты можешь ответить на мои подколы и поставить меня на место, — чуть усмехнулся Слизеринец. — Я влюблен в тебя, Гермиона Грейнджер.

— Я поняла тебя.

— И… мне не нравятся взаимоотношения без каких-либо обязательств. Я хочу знать, что могу любить тебя, не боясь, что завтра ты обратишь свое внимание на другого, ведь у тебя нет парня. Поэтому я хочу спросить… Ты будешь моей девушкой?

— Я… мне надо подумать над этим, — промолвила Гермиона, крепко сжав ладони между собой.

— Я не тороплю. Хорошо, раз нужно подумать, значит думай, — согласился парень, после чего опустил голову. Посидел так с минуту, после чего поднялся и направился к лестнице в свою комнату, но тут его затормозили, схватив за запястье и развернув к себе.

Гермиона обвила его шею руками, приподнявшись на носочки и коснувшись своими губами его губ. Закрыла глаза, стараясь улететь от реальности и погрузиться в мир грёз, где всё всегда хорошо и нет никаких проблем. Малфой не растерялся и положив одну руку на щеку девушки, а другую на талию, придерживая её. Ещё чуть-чуть и пришлось оторваться из-за нехватки воздуха. Грейнджер поджала губы и смутившись, отступила назад.

— Не стоило так делать, — сказала ученица Гриффиндора.

Драко покачал головой и притянул её к себе, укрывая в своих объятиях и положив голову на ее макушку. Прикрыл глаза, стараясь насладиться моментом и запечатлеть его в своей памяти, чтобы оставались хорошие воспоминания.

— Делай так, когда захочешь… — произнес парень. — Я не знаю, что с нами будет через две недели, когда начнутся нападения посерьёзнее, поэтому, делай, что хочешь и не бойся этого.

— Хорошо, — ответила Грейнджер, после чего подняла голову и, поднявшись на носочки, снова его поцеловала. Он ведь сказал делать так, как захочет, вот она и делает. Но тут первой поцелуй прервала она в попытке что-то сказать. — Я согласна быть твоей девушкой.