23.

Когда вечер окончательно уступил место ночи, Ванесса начала раскладывать вещи. Дом был маленький, и в спальне едва хватало места для двух кроватей. Элиас уже устроился на своей детской кроватке, завернувшись в одеяло и мирно посапывая. Ванесса, осмотрев комнату, остановила взгляд на единственной свободной кровати.

— Кажется, вариантов у нас немного, — пробормотала она, взглянув на Скарамуччу, стоявшего у двери.

— Ты о чём? — хмуро спросил он.

— О том, что кровать одна. Ну, для взрослых. Тебе придётся делить её со мной, — спокойно сказала она, начав снимать плащ.

— Ты шутишь, — отозвался он, глядя на неё так, будто она предложила ему прыгнуть в лаву.

— Ты видишь тут другой вариант? — Ванесса указала на кроватку Элиаса, которая явно не предназначалась для взрослого человека.

Скарамучча поморщился, но не нашёл, что ответить. В конце концов, он всё равно привык к дискомфорту, но это предложение заставило его почувствовать себя… странно.

— Я могу спать на полу, — наконец сказал он, с вызовом глядя на неё.

— Конечно можешь, если хочешь завтра не проснуться из-за простуды, — парировала она, с лёгкой усмешкой бросив ему подушку. — Давай уже, не делай из этого драму.

Он тяжело вздохнул, но подчинился, сбросив плащ и осторожно сев на край кровати.

Поздняя ночь

Лежа спиной к спине, они старались не пересекаться. Скарамучча был напряжён как струна, а Ванесса, хотя и выглядела спокойной, тоже чувствовала себя неуютно.

— Ты можешь хоть немного расслабиться? — наконец спросила она, поворачиваясь к нему.

— А ты можешь перестать говорить? — буркнул он в ответ, не оборачиваясь.

— Знаешь, ты самый упрямый человек… или кем бы ты там ни был, — заметила она с ноткой раздражения, но, выдохнув, добавила: — Но я благодарна тебе за то, что ты сделал сегодня.

Он замер, его взгляд устремился в темноту.

— Не знаю, что ты имеешь в виду.

— Не притворяйся. Я видела, как ты помогал тем людям, — сказала она, и её голос стал мягче. — Ты спас их, даже не думая о себе.

— Это неважно, — отрезал он.

Она улыбнулась уголками губ, хотя он этого и не видел.

— Может, для тебя это неважно. Но для них это значит всё.

Они замолчали. Ванесса закрыла глаза, чувствуя, как усталость наконец берёт своё.

— Ты не так уж и плох, знаешь ли, — тихо сказала она, уже наполовину во сне.

Он молчал, но её слова отозвались где-то глубоко внутри него. Он не знал, что ответить, а может, просто не хотел.

Утро

Когда первые лучи солнца проникли в комнату, Скарамучча проснулся первым. Ванесса всё ещё мирно спала рядом, её дыхание было ровным и спокойным. Элиас уже выбрался из кровати и играл с деревянной фигуркой в гостиной.

Скарамучча сел на край кровати, бросив взгляд на спящую девушку. Её лицо, наконец расслабленное, выглядело спокойным. Этот момент был странно… мирным.

Но он не дал себе времени думать об этом. Поднявшись, он взял свой плащ и вышел в гостиную, где Элиас тут же кинулся к нему с каким-то вопросом.

Ванесса проснулась чуть позже, почувствовав, как комната наполнилась светом. Она потянулась, зевнула и заметила, что Скарамучча уже ушёл из спальни.

«Ну, хоть одной неловкой утренней сцены удалось избежать», — подумала она, улыбнувшись про себя.

Её робкие попытки завязать разговор со Скарамуччей не оставались незамеченными ни для него, ни для Ванессы. Линь подходила с осторожностью, явно стесняясь, но каждый раз находила предлог заговорить. Она приносила фрукты или домашний хлеб, благодарила за помощь, хотя сам Скарамучча редко вмешивался в деревенские дела.

Ванесса видела, как Линь всё чаще находила поводы быть рядом с ним. Один раз она даже пригласила его на ужин. На мгновение Скарамучча выглядел растерянным, но к удивлению Ванессы, он согласился. Ванесса наблюдала за этим издалека, стараясь не показывать своих эмоций.

Когда Скарамучча вечером ушёл в сторону дома Линь, Ванесса почувствовала странное чувство внутри себя. Это была смесь раздражения и... обиды? Она пыталась убедить себя, что это не имеет значения. "Его дело, с кем ужинать," – повторяла она себе, но взгляд сам невольно следил за тем, как его силуэт исчезает в сумерках.

Элиас, сидя на пороге дома, заметил её взгляд.

— Почему ты так хмуришься? — спросил он с детской непосредственностью.

— Я? Не хмурюсь, — ответила Ванесса, стараясь сменить тему.

— Да ладно тебе, Ванесса. Он тебе всё ещё небезразличен.

Она замолчала, осознавая правоту слов брата.

Тем временем Скарамучча находился в доме Линь. Она приготовила простой, но вкусный ужин и пыталась поддерживать разговор. Однако его ответы были короткими и сухими, и Линь заметно нервничала. Несмотря на её старания, он не проявлял интереса.

После ужина Скарамучча встал, вежливо поблагодарил за угощение и покинул дом. Он шёл медленно, размышляя о том, почему согласился на приглашение. Это было чуждо ему — сидеть за одним столом с кем-то, кто пытается к нему приблизиться.

Когда он вернулся к дому Ванессы, его встретил Элиас.

— Ну как, вкусно покормили? — спросил он с улыбкой, в которой угадывался подтекст.

Скарамучча бросил на него уставший взгляд и ничего не ответил, проходя мимо.

Ванесса встретила его взгляд, когда он вошёл в дом.

— Хорошо провёл вечер? — спросила она с ноткой безразличия.

Он остановился, на мгновение задумавшись, прежде чем ответить:

— Она пыталась быть дружелюбной. Не больше.

Ванесса кивнула, стараясь скрыть свои мысли.

Ночью, лёжа в своей кровати, она долго смотрела в потолок. Она понимала, что её чувства к Скарамучче слишком сложны, чтобы просто забыть о них. Воспоминания об их прошлом, его спасении её и её брата, его заботе — всё это заставляло её задумываться о том, что она чувствует на самом деле.

А Скарамучча, сидя у окна, глядя на звёздное небо, чувствовал странное беспокойство. Он думал о том, почему Линь не вызвала у него никаких эмоций, в то время как одно лишь присутствие Ванессы заставляло его чувствовать себя иначе.

Мбанк, номер карты — 4177490188910360