36

Мама чмокнула меня в висок, а затем добавила:

- Ань, но вещи в шкафу ты все-таки разбери...

- Ну ма-а-ам, - протянула я.

Мы посмотрели друг на друга. В свете уличного фонаря глаза у мамы блестели от слез. Спустя пару секунд мы обе облегченно рассмеялись.

- Все, тише-тише! - зашипела родительница. - Отца разбудим!

- Шутишь? Его из пушки не поднять! - со смехом добавила я.

Сидели, обнявшись, и смотрели в сторону старой яблони, где кот, не достав мотылька, растянулся на траве и теперь важно вылизывал лапы. Мол, подумаешь, бабочка... Не очень-то и хотелось ее догнать...

- Сегодня такой скандал разгорелся, - проговорила негромко мама. - В интернете читала...

- Кто-то опять из звезд разводится? - спросила я, зная, как мама любит на досуге почитывать светскую хронику.

- В этот раз события разворачиваются прямо под нашим носом!

Я оторвалась от мамы и удивленно посмотрела ей в глаза.

- Про кого это у нас пишут в интернете?

Надеюсь, мы с Ваней не попали в местную криминальную сводку...

- Про жену мэра, - усмехнулась мама. - Представляешь, в тайне от мужа закрутила роман с молодым мальчишкой! Каким-то студентом... А ведь она моя ровесница!

- Во дает! - отозвалась я.

- А так и надо этому старому взяточнику, - проворчала мама, имея в виду нашего градоначальника, - ведь все знают, что ворует...

Мама укоризненно покачала головой.

- Там столько грязных подробностей всплыло! Ужас! Мальчишка наверняка обычный альфонс, который раскрутил влюбленную женщину на хорошую жизнь...

- Может, это настоящая любовь? - предположила я. - А шикарная жизнь у него была и без этой женщины...

- Откуда ж у пацана большие деньги? - удивилась мама.

- Много вариантов... в лотерею выиграл, наследство получил, стипендию снял...

- Ох, Аня! - мама рассмеялась. - В любом случае, на вранье счастье не построишь! Местные журналисты разворошили такое осиное гнездо... Жена теперь сбежала! Надеюсь, мэра этого в городе тоже больше не будет... Уволят и посадят. А потом хоть набережную в порядок приведут...

Мама немного помолчала, а затем задала неожиданный вопрос:

- Ты, кстати, не хочешь мне на рынке помогать?

- А что? - удивилась я. - Без меня не справляешься?

- Если честно, мне так и не удалось побить твой рекорд по продажам, - призналась мама. - Куда мне до тебя? И это всего за пару часов... С ума сойти! Ань, ты у меня молодец!

- Да что там! - скромно отозвалась я. Просто ору громко. Но, что скрывать, было приятно, что мама хоть в чем-то признала мое превосходство...

- Но вставать придется рано! - Родительница снова стала серьезной и строгой. - Ты долго спишь!

- Ладно-ладно... - вздохнула я. Начинается! А с другой стороны, если б не мамины наставления и нравоучения, не вырасти мне порядочным человеком...

Мама первой поднялась со ступеней и протянула руку.

- А на завтрак творожную запеканку приготовишь? - спросила я, следом, с помощью мамы, вставая на ноги.

- С твоим любимым грушевым джемом? - уточнила мама.

- Ага!

- Приготовлю, - кивнула родительница.

Мы неспешно миновали большое деревянное крыльцо. Шустрый серый кот, перебежав нам дорогу, первым нырнул в приоткрытую дверь.

- А Вазгеныч будет? - важно уточнила я.

- Он про тебя чуть ли не каждый день спрашивает! - со смехом сообщила мама. - Говорит: «Лида, пусть твоя дочь и меня торговать научит...»

- Прелесть какая! И я по нему соскучилась! - негромко захохотала я. - Ладно, преподам вам с Вазгенычем мастер-класс! Если он мне винца плеснет!

- Аня! - привычно одернула мама.

- Да шучу я, шучу! - отозвалась я, пропуская маму вперед. - И чего так кричать? Сама ведь сказала - отца разбудим!..

*

Мы с Ваней сидели на пирсе и болтали в воде ногами. Рядом лежали доски для сапсерфинга и весла. Бледно-розовое солнце только взошло над морем.

- Как ощущения перед соревнованиями? - спросила я, искоса поглядывая на Ваню.

С его мокрой челки упало несколько капель.

- Серый, гад, нас подвел... Свинтил куда-то перед самым началом, - ответил Ваня. - Хотя сам громче всех орал, что только он в команде настроен на победу...

- Тебе-то что! - пожала я плечами. - Одним конкурентом меньше...

- В личном первенстве - да, - согласился со мной Ваня. - А вот в общекомандном зачете... А главное - куда он подевался? Никого из ребят не предупредил... Надеюсь, его не приняли за неведомого «наркошу», которого с фонарями и собаками разыскивают в городе? А то, может, они решили всех пацанов одного возраста перетрясти?

Лицо парня стало задумчивым и даже обеспокоенным за товарища.

- Не беспокойся! Там нет никакого криминала, - наконец, произнесла я, осматривая пустой пляж, по которому важно разгуливали чайки.

Вот уже несколько дней, как перед сном я больше не думаю о том, что произошло со мной и Ваней... Меня перестали внезапно посещать тревожные чувства страха, слежки... Может, от того, что мне просто было некогда об этом думать. Целыми днями мы проводили с мамой на рынке, в перерывах между продажами болтая обо всем на свете. А теперь и Ваня вернулся со сборов...

Единственное, что все же меня в этой мутной истории беспокоило - это Даша... Последняя наша встреча оставила на душе осадок. Ясно одно: вляпалась Куданова во что-то очень страшное и опасное...

- Ты так считаешь? - оторвал меня от мыслей Ваня.

- По поводу криминала? Ну, конечно! - я расслабленно рассмеялась.

- Просто странно все это... На Пешку не похоже... Слиться с соревнований! Он хоть болтун и бабник, но пацан ответственный.

Я огляделась.

- Ладно, могу сообщить тебе кое-какую инсайдерскую информацию! Честно говоря, удивляюсь, что имя Пешкова еще не стало достоянием общественности...

- О чем ты? - удивился Ваня.

- Серёга ударился в бега с женой мэра!

- Чего? - захохотал Ваня. - Ась, ты шутишь?

- Какие шутки? - оскорбилась я. - Ты что, не слышал об этой семейной драме?

- Слышал, что под мэра теперь копают, откуда у них с женой столько бабок... А про драму ничего!

- Эх, ты! - укоризненно покачала я головой. Кого волнуют взятки и подлог, когда во главе - история любви, семейная драма? Мне почему-то искренне хотелось верить, что Пешков состоял в секретных отношениях с той женщиной не только из-за денег...

Я поведала Ване все, что узнала от мамы. Друг слушал мой рассказ, открыв от удивления рот.

- Вот так бывает! - развела я руками, закончив свой рассказ.

Парень покачал головой.

- Эх, а ведь он так тебе нравился! - с издевкой произнес друг, внимательно поглядывая на меня.

- Ага, променял свою крошку на кроху побольше, - вздохнула я.

- И опытнее, - подсказал Ваня.

- И богаче, - отозвалась я.

- Зачем ему какая-то маленькая хлебная крошка... - начал Ваня.

- Когда есть такой тертый калач! - закончила я.

Ваня громко захохотал, запрокинув голову назад.

- Ань, что бы я без тебя делал? - отсмеявшись, спросил Ваня. Смотрел на меня, щурясь от утреннего теплого солнца. И от этого внимательного взгляда сердце, по привычке, гулко застучало в ребра... Я уставилась на спокойное море.

Он со шлепком бросил с пирса доску на воду и взялся за весло.

- Прокатимся еще раз? Пока отдыхающие не добрались до пляжа...

Ваня греб к скалам. Весло аккуратно, без всплеска входило в прозрачную воду. Я засмотрелась на широкую загорелую спину друга. Легкий ветер растрепал Ванину шевелюру. Попутно взглянула на пляж, на котором уже располагались отдыхающие. Вот к кромке берега подошли две высокие девушки в купальниках. Забравшись на крутые валуны, подруги фотографировали друг друга в лучах утреннего солнца. Принимая при этом самые соблазнительные позы... Я посмотрела на Ваню. Друг греб дальше, к небольшому скалистому мысу, не глядя на берег. А если бы он обратил внимание на этих девушек? А мне-то что? Кто я ему? По-прежнему лучшая подруга... Он уехал на сборы, и мы практически не общались... Тем более, на тему: что произошло между нами той опасной ночью, и как нам теперь быть дальше. Накануне, вернувшись вечером домой, Ваня написал сообщение, в котором предложил встретиться с самого утра на пляже, взяв под его роспись инвентарь для сапсерфинга... Встретились. Но о том, что меня волнует, так и не поговорили.

Ваня тоже посмотрел в сторону пляжа, оглянулся на каменные валуны, где проходила фотосессия... Я, крепко стоя на ногах, сердито вонзила весло в воду. Расслабься, Аня! Перестань себя накручивать! Но я продолжала яростно грести вслед за Ваней к мысу, оставляя за собой кучу серебристых брызг. Наверное, со стороны напоминала Ягу, которая бросилась в погоню и махала метлой из ступы.

Если между нами больше ничего не будет, я уйду. Не хочу оставаться. Не могу... Все началось еще с Арины Шикиной, из-за которой Ваня в девятом классе подрался с Мишей Царевым... А поцелуй Вани и Аринки на выпускном? Тогда меня будто смыло грязными холодными потопами... Сколько еще девчонок было рядом с ним? Новых я не переживу. Особенно после того, что между нами было. Это как отобрать долгожданный распечатанный подарок... Оставив лишь бесполезную яркую обертку... На память.

Солнце начало припекать, а дурацкие мысли так и не уходили из головы. Устала грести. Руки и спина от напряжения ныли. Я бросила весло на серф, зажмурилась, зажала пальцами нос и с брызгами, солдатиком, вошла в прохладное море. Пробыв под водой какое-то время, вынырнула и тут же встретилась с Ваней, который крутился рядом со мной. Весло и серф качались на волнах поблизости.

- Ань, ты чего? - удивленно проговорил Ваня.

Мы были уже далеко от берега. С одной стороны теперь открывалась бескрайняя синяя гладь, с другой - крутые отвесные скалы. Пьянящий простор. Будто мы с другом одни на всем свете...

- Ничего! - отфыркиваясь, глухо ответила я. Волосы прилипли к лицу.

Вдвоем мы саженками доплыли до моей доски и схватились за ее края. Я молча смотрела, как капли воды блестят на загорелом лице Вани.

- Как в кино, - негромко проговорила я. - После кораблекрушения у спасательного плота...

Так и целовались, уцепившись за качающуюся на волнах доску. Целовались долго, не в силах насытиться друг другом.

- Ты ничего не хочешь сказать мне, Валентиныч? - спросила я, оторвавшись от соленых губ друга.

- Сносно целуешься, Нюрка! - нагло заявил Ваня.

- Вот ты гад, Ванюша! - рассердилась я, глядя в его замутненные зеленые глаза. - Хотела с тобой серьезно поговорить...

- Сейчас? - удивился парень.

- Ты такой дурак, Ваня! - зло проговорила я. Слепой! Немой! Скажи же: что ты ко мне чувствуешь? И этого человека я люблю с девятого класса!

Парень засмеялся.

- Вот так новости! - проговорил он, продолжая сверкать белоснежной улыбкой. - А ты такая дура, Аська!

Русый одной рукой придерживал серф, а второй осторожно провел по моей щеке.

- Ань, кому нужны твои серьезные разговоры, когда можно просто целоваться?

Друг снова привлек меня к себе. Я в ответ запустила пальцы в Ванины влажные волосы... Голова кружилась, и сердце стучало в груди, в висках, в каждой клеточке. В легких перестало хватать воздуха. Если бы не доска - точно бы ушла под воду.

Просто целоваться. Невозможно говорить, думать, дышать.