32

— Кто первым идет в душ? — спросила я, когда мы поднялись на второй этаж в мою комнату.

— Уступаю свое место даме, — зевнув, проговорил Ваня.

Бессмертных буквально рухнул на мою кровать.

— Эту ночь я запомню на всю жизнь! — пожаловался друг.

— Еще бы! — хмыкнула я, доставая из шкафа полотенце и халат.

Под теплыми струями воды я смывала с себя весь пережитый страх. Думать о случившемся не хотелось, но события прошедшей ужасной ночи никак не выходили из головы...

Единственное, что хорошо бы было оставить на себе — это Ванины прикосновения. Только при воспоминании о наших поцелуях, щеки зарумянились. Я прибавила холодной воды. В эти минуты Ваня был в моей спальне, лежал на моей постели... Конечно, он столько лет рядом и тысячу раз проводил время у меня в гостях... Но так близко мы были впервые. Я знала, что в эту ночь, когда нас похитили, все изменилось. Наши отношения определенно не будут больше прежними. Нет дружбы. Но есть ли любовь? С моей стороны, конечно... А что думает обо всем этом Ваня? Теперь есть что-то непонятное, эфемерное, только-только зародившееся между нами.... То, что я очень боюсь спугнуть...

Не знаю, сколько я простояла под колючими струями, не решаясь выйти в комнату к Ване. Наконец, выключила воду и осторожно ступила на холодный кафель. Зеркало запотело. Я протерла его ладонью и взглянула на свое отражение. На меня смотрела какая-то совершенно незнакомая, растерянная, напуганная Аня... Даже сквозь загар проступила бледность. Мне определенно нужно выспаться... Столько событий.

Облачившись в белый банный халат, на цыпочках вышла из ванной. Прокралась в свою комнату. Ванька сладко спал на кровати. Я молча рассматривала друга. Он промычал что-то невнятное, перевернулся на бок и положил ладонь под голову. Не знаю, что ему снилось, но внезапно Ваня резко вздрогнул. Не удивлюсь, если после всего случившегося, ему приснился кошмар... Разумеется, мне было стыдно за свое поведение. Ведь это именно из-за меня нас с Ваней едва не убили. Из-за ревности, любопытства, моих тараканов...

Глаза от усталости слипались. Я осторожно прилегла рядом с другом, на секунду затаив дыхание. Лежала спиной к Бессмертных и рассматривала белую стену. Думала, сразу смогу уснуть, но не получалось... Неожиданно Ваня обнял меня за талию и притянул к себе.

— Вань? — прошептала я. — Ты разве не спишь?

Но вместо ответа получила лишь мерное дыхание в затылок. Тогда поднесла к губам Ванину тяжелую ладонь, осторожно поцеловала ее и прижала к своей щеке. А затем провалилась в сон...

*

Несмотря на хмурое утро, к обеду распогодилось. Кондиционер в новенькой машине Серёги работал на полную мощность. Солнце било во все окна и слепило в глаза. Пешков, натянув на нос большие солнцезащитные очки, уже был не рад, что решился нам с Ваней помочь отыскать мерседес-развалюху.

— Вот! — внезапно завопила я. — Этот дачный поселок! Валентиныч, помнишь такое название?

Ваня, который сидел рядом со мной, закивал.

— Поворачивай! — приказал он Пешке.

— Крошка, ты бы так не орала под ухом, — пожаловался брюнет, крутанув руль, — так могу и в поворот не вписаться...

— Прости, — растерянно отозвалась я, выглядывая на дороге новые опознавательные знаки.

Мы завернули в поселок, и теперь я могла его рассмотреть. Большинство домов были недостроенными. Жилые серые коттеджи можно по пальцам одной руки пересчитать. Поэтому, когда мы ехали тут ночью, практически не было горящих окон. Внезапно мне подумалось, что нас с Ваней запросто могли прятать в каком-нибудь из этих домов... Друг, будто прочитав мысли, нащупал мою руку и ободряюще ее сжал.

— Все в порядке? — спросил он негромко, наклонившись ко мне. — Ты побледнела...

Мы как раз проезжали один из таких коттеджей. Пустые незастекленные «глазницы» на недостроенном чердаке, торчащие деревянные балки на крыше, и будто то самое узкое окно на первом этаже...

— Ты не думаешь, что... — начала я.

— О чем там щебечите, голубки? — подал веселый голос Пешков. — Куда дальше? Вон начинается небольшой лесок... Как вы тут вообще плутали? Не вижу поблизости ни одного фонаря...

— Так и плутали, — отозвался Ваня.

Оставили машину у одного из домов, а на поиски Ваниной колымаги отправились пешком. Сережка то и дело подкалывал русого по поводу его внешнего вида. Мы едва не проспали встречу с парнем. Поднявшись, опустошили наш холодильник... Затем Ваня поспешно принял душ, его рубашку я бросила в стирку, а взамен вручила другу папину футболку. Папочка у меня любитель импозантных вещей, поэтому по тропинке Ванёк теперь вышагивал в широкой оранжевой майке с черной надписью «Семейное положение: есть Лидка».

— Что за Лидка? — со смехом донимал Ваньку Пешков.

— Моя мама! — подала я голос, плетясь позади всех. Готова была расплавиться от жары... Солнце нещадно пекло спину и затылок.

Пешка присвистнул.

— Так ты что же, и с дочерью, и с мамкой шуры-муры крутишь? Гигант!

— Серёг, что ты мелешь? — прибавив шаг, закричала я. Запустить бы в его кучерявую макушку еловой шишкой. — И вообще, мы это... Не вместе!

— Не встречаемся! — одновременно со мной проговорил Ваня.

Мы с ним тут же растерянно переглянулись, оба так и не осознав, какие отношения нас теперь связывают.

— Да, конечно! Так я вам и поверил... — хмыкнул кареглазый, снова мне развязно подмигнув. Отвернулся. Я все-таки нагнулась за шишкой и запустила ее в спину Пешке. Серёга озадаченно почесал лопатку и, задрав голову, оглядел сосны.

Зайдя глубже в лес, мы спрятались от солнца. В просвете деревьев еще были видны недостроенные дома. Прошагали уже около километра, когда Пешков, который шел впереди, развернулся и озадаченно вопросил:

— Офигеть, вы как тут проехали вообще?

— Может, мы не в ту сторону опять идем? — забеспокоилась я.

Лес становился все гуще. И хотя днем было не так страшно, все равно меня беспокоили неприятные воспоминания. Чуть позже мы все-таки мы набрели на Ванину машину. Мерседес был брошен между двумя кустами кизила.

Пока русый осматривал со всех сторон машину, Пешка продолжал пялиться на меня и улыбаться. Гаденько так.

— Ну что? — не выдержала я. — Что ты лыбишься?

— Чем вы занимались в кустах? — негромко спросил он меня, пока Ваня полез в салон на поиски своего телефона.

— От бандитов прятались! — буркнула я, чувствуя, как краснею до кончиков ушей. Вспомнила, что мы на самом деле делали в машине...

— Ага... Самое подходящее местечко для того, чтобы заняться шпилли-вилли...

— Шпилли-вилли, шуры-муры, — не выдержала я, — ты можешь нормально изъясняться, Чилли Вилли?

Я вспомнила мультяшного пингвиненка и почему-то расхохоталась. Теперь мне казалось, что Пешков на него здорово походил.

В этот момент из машины вылез Ваня и удивленно посмотрел на нас.

— Вы чего?

— Пупс меня высмеивает, — пожаловался Пешков. — Я всего лишь у нее спросил...

— С машиной все в порядке? — перебив Серёгу, поинтересовалась я у Вани.

— Да, все нормально, — кивнул зеленоглазый. — Ныряй, домой отвезу...

Я прикинула в уме, что скоро с работы должны вернуться родители, и поспешно полезла в машину. Мне ведь предстоял серьезный разговор с мамой... Если, вернувшись с рынка, она снова не застанет меня дома, влетит мне в два раза сильнее.

— Карапуз! — окликнул кучерявый. — А, может, все-таки со мной?..

— Что? Шуры-муры или шпилли-вилли? — насмешливо уточнила я.

— Да о чем вы? — сердился Ваня.

— Со мной домой поедешь, — рассмеялся Пешков. — И не шути так, а то долговязый мне башню снесет... А я у товарищей девушек не увожу! Правило Пешки!

Как мы не убеждали Серёгу в том, что между нами ничего нет, кроме дружбы, парень оставался непреклонным.

Подбросили Серого до его новенькой машины и, сердечно поблагодарив за помощь, остались с Ваней в салоне мерседеса вдвоем. Не спеша ехали по серпантину и молчали. Ванька — задумчиво, я — смущенно... Пешков, обогнав нас на одном из опасных участков, посигналил и вырвался далеко вперед.

— Дурной! — покачала я головой.

— Откуда у него такая тачка? — озадаченно проговорил Ваня.

— Завидуешь, Ванюша? — язвительно спросила я.

— Что ты! — округлил глаза друг. — Я люблю свою детку... И, давай, потише! Она может нас услышать и обидеться! Ты же не хочешь застрять по пути...

— Я в твоей машине даже дышать боюсь, — созналась я.

Ваня рассмеялся и вдавил педаль газа в пол. Мы понеслись быстрее. Через открытый люк в салон проникал теплый поток воздуха. Ветер трепал мои темные волосы, которые то и дело закрывали лицо... Но Пешку нам, конечно, было уже не достать.

— Ты тоже думаешь, что нас прятали в одном из тех домов? — спросила я.

Ваня посмотрел на меня и вздохнул:

— Да, скорее всего, так и есть.

— Они сказали, что взяли не тех... — продолжила я. Хотя даже говорить на эту тему было страшно. — Все-таки им нужны Даша и Матвей?

— Или Миша? — подсказал Ваня.

— Все трое, — усмехнулась я. — Тебе не кажется, что пора поговорить с Кудановой? Она здорово куда-то вляпалась...

— Считаешь, Даша сама об этом не знает? — усмехнулся Ваня.

— И все-таки предупредить ее стоит, — нахмурившись, сказала я.

Подъехав к моему дому, Ваня заглушил мотор. И снова возникла эта неловкая пауза... Столько раз мы сидели вдвоем в машине. Потом я выскакивала из салона, брякнув напоследок какую-нибудь глупую шутку... Все было так просто, привычно, понятно... Я сама хотела, чтобы наши отношения изменились. Это произошло, но что с этим делать, пока не придумала...

Мы молчали, уставившись в лобовое стекло, на которое уселась большая стрекоза. Ночью все наши объятия и поцелуи были такими естественными, будто без этого нам не выжить... А теперь при дневном свете, минуя опасность, казалось, что все вернулось на круги своя. Учитывая, как мы оба яростно отнекивались перед Пешковым по поводу наших отношений... Может, это был всего лишь сон?

— У вас ворота открыты, — кивнул в сторону моего дома Ваня.

— Неужели мама раньше вернулась? — забеспокоилась я. Почему-то в голову тут же полезли мысли, что это может быть не она... И снова сердце от страха сжалось. И мороз пробежал по коже.

Внезапно Ваня нажал на клаксон. От громкого гудка я вздрогнула.

— Что ты делаешь? — зашипела я.

— Проверяю... — отозвался Ванька.

Из-за ворот тут же появилась мама. Увидев Ванину машину, родительница нахмурилась и ушла обратно на участок.

— Ох, и влетит... — пробормотала я, хватаясь за дверную ручку. — Ладно, пока!

— Пока! — с некоторым разочарованием отозвался Ваня.

Я распахнула дверь и выскочила из машины. Лучше не гневить родителей... Растерянно помахав Ване рукой, направилась в сторону дома.