Конец

Шляпник мёptв.

Эта мысль кружила в голове, и чем дольше Нираги её переваривал, тем шире становилась его ухмылка.

Его у6или.

Очевидно, что Агуни. Но какая разница? Теперь Пляж наконец-то принадлежал тем, кто действительно его заслужил.После небольшого собрания всё решилось почти добровольно. Исполнители быстро поняли, что сопротивление бессмысленно. Контроль перешёл к боевикам.

Нираги чувствовал себя так, будто весь этот чёртов Пляж теперь лежит у его ног.

Он объявил замечательную новость всему пляжу, на жаль, пришлось утаить что уmер Шляпник, но это не мешает ему наслаждаться пугливоц реакцией толпы. Неожиданно, но к нему с Агуни подошёл Чишия

- Чего тебе? - Нираги лениво прищурился, глядя на Чишию.

- Заметил одну любопытную вещь, - протянул тот, небрежно скрестив руки. - Похоже, кто-то копается в Зале Исполнительного совета. Очень уж усердно... Как будто что-то ищет.

- И что? - Сугуру склонил голову набок.

- А то, что карты не появляются из воздуха. Но, похоже, некоторые считают иначе, - Чишия усмехнулся, его голос был полон скрытого намёка. - Разве тебе не интересно, кто тянет руки к тому, что не принадлежит ему?

- Предателей нужно устранять. Идём, - голос Агуни был холоден и бескомпромиссен.

Нираги кивнул, не задавая вопросов, закинул винтовку на плечо и двинулся за ним. Работа - раз плюнуть. Он открыл дверь с ноги, шагнул внутрь, уже предвкушая расправу... и замер.

Перед ним стояла Мира.

Всё, что он планировал сказать, выстрелить, сделать - моментально исчезло из головы. Она смотрела прямо на него, не пытаясь оправдываться, не делая ни шага назад. Только её сжатые кулаки и напряжённые плечи выдавали напряжение.

Нираги медленно опустил винтовку. Он почувствовал, как дыхание сбилось, как сердце замедлилось на секунду, а потом бешено забарабанило в груди. Он смотрел на неё, а она - на Чишию. Её взгляд говорил больше, чем любые слова: растерянность, шок, страх.

Этого было достаточно.

- Нираги, это же твоя женщина? - голос Агуни резал слух, как лезвие по стеклу.

Нираги не ответил. Ещё секунда - и он осознаёт, что его руки сжаты в кулаки до боли, что ногти впились в кожу.

Чишия стоял спокойно, с едва заметной насмешкой во взгляде, будто заранее знал, чем это всё закончится. Будто уже играл эту партию, рассчитал все шаги.

Мира предала Суругу. Чишия же предал её.

Сколько раз он ловил её с этим засранцем в тихих уголках? Сколько раз он терпел, лишь бы не показаться слабым? А она, его наивная дурочка, доверилась Чишии, шепталась с ним за его спиной. И вот, к какой pizде это привело.

Нираги почувствовал, как что-то внутри него треснуло.

Он шагнул ближе, нависая над ней.

- Мира. - Голос был хриплым, почти угрожающим.

Она чуть отшатнулась, но не отвела взгляда.

- Что ты здесь делаешь?

Она открыла рот, но слов не было. Только молчание.

- Она рылась здесь, я её застукал. - Чишия говорил спокойно, небрежно, но Нираги знал, что это лишь часть его игры.

Игра, в которой он теперь выглядел как последний идиот.

- Ты сам с ней разберёшься, или мне попросить кого-то другого? - спросил Агуни, наблюдая за ним.

Нираги проигнорировал его, не сводя взгляда с девушки.

- Ты меня предала. Ты мне и слова не сказала. - Голос сорвался на шипение, сквозь зубы.

- Я... это ради нас.

- Нет, нет, нет. - Он качнул головой, истеричпски улыбаясь. - Тобой воспользовались, вытерли об тебя ноги. Снова. А ты... мерзость.

Он засмеялся. Низко, глухо, будто эта ситуация его забавляла.

А пальцы уже легли на курок.

Выхода нет.

Если не он её у6ьёт, это сделает кто-то другой.

- Знаешь, кому и разбивать эти розовые очки, так это мне.

Но прежде чем он успел нажать на спусковой крючок, Мира заговорила.

- Я люблю тебя.

Голос дрожал, но в нём не было ни страха, ни мольбы. Только честность. Только отчаянная, слепая любовь.

Нираги стиснул зубы. Его руки дрожали. Чёрт бы её побрал.

- Я тоже люблю...

Выстрел.

Грохот разорвал тишину.

Пуля попала ей прямо в голову.

Её тело рухнуло на пол, как сломанная кукла, и больше не шевельнулось.

Тишина.

Звенящая, оглушающая, невыносимая.

Кр0вь тёмным пятном растеклась по холодному полу, а её губы всё ещё были приоткрыты, словно она хотела сказать что-то ещё. Но уже не скажет.

Нираги смотрел на неё, не отрываясь, словно не верил в произошедшее.

Он у6ил её.

Собственными руками.

Ту, которую впервые так любил.

Ту, которая безоговорочно была его.

Ту, которую он должен был защитить.

Но вместо этого...

Он стёр её с этого мира.

Потому что она слишком правильная для этого неправильного места. Потому что она доверилась не тому человеку. Потому что он слишком поздно понял, что мог бы придумать что то другое.