Глава 30: Бизнес-конференция. Часть 1

— Что ж, думаю, он оценит, — сказала отражению в зеркале Гермиона и завершила образ сережками в виде тонких серебряных нитей.

Сегодня ей предстояло посетить деловую конференцию — престижный прием, где каждый год собиралась знать общества, начиная с порнозвезд и заканчивая политиками и бизнесменами. Это был особенный вечер. И не только потому, что на нем поднимались волнующие страну вопросы, обсуждались и принимались серьезные решения.

Он являлся особенным, потому что Гермионе предстояло посетить нечто подобное первый раз в жизни.

Месяц назад, когда ей открылась правда о Драко и Тео, она пообещала себе, что больше никому не позволит поставить себя в неловкое положение, поэтому, не жалея времени и сил, с головой погрузилась в изучение известных семей, крупных компаний и ярких личностей.

Поначалу она закрывалась ото всех: не отвечала на сообщения, не брала трубку и не пускала никого в дом, но после недели неудачных попыток разобраться в курирующих семьях страны попросила помощи у Седрика, решив, что он единственный человек, который мог помочь с этой темой.

Единственный человек, который не врал и говорил открыто о ее ошибках и недостатках.

Конечно, он не с первого раза согласился, потому что злился за проваленный финал, но спустя несколько дней уговоров сдался, взяв обещание, что она будет во всем слушаться. Так они и проводили почти каждый день каникул вместе, разгребая хитрые связи богатеев, ненадежные слова политиков и дерзкие выступления звезд.

— И что, собираешься мстить? — спросил Седрик, когда Гермиона рассказала ему обо всем, что творилось с ней в первом семестре.

— Хотела, но со временем поняла, что лишь потрачу время. Мистер Реддл дал мне второй шанс, я не хочу упустить его в погоне за местью, — спокойно ответила Гермиона.

И действительно, время шло, и она все больше задумывалась о будущем. Да, Драко и Тео поступили ужасно, решив, что имели право распоряжаться ей, но если смотреть с другой стороны... Гермиона по своей воле спала с ними, по своей воле пустила их в свою жизнь, отодвинув учебу на второй план.

Она сама виновата в произошедшем.

И даже если бы Чжоу рассказала о планах Тео, если бы Гарри или Джинни осмелились открыть тайну о судьбе Дафны, Гермиона все равно бы сблизилась с ними, потому что считала их привлекательными и интересными.

Потому что Феромониха так считала.

Гермиона не помнила, в какой момент поняла, что в ней две личности. То ли Седрик замучил постоянными сравнениями ее состояний, то ли она сама к этому пришла, когда раз за разом мысленно прокручивала свои поступки. Итог был один: когда она возбуждалась, то становилась другим человеком.

В один из дней она даже спросила у родителей, знали ли они об этом что-то и всегда ли она была такой. Но они хмуро покачали головами и поспешили сменить тему. Больше Гермиона не возвращалась к этому вопросу.

Покрутившись перед зеркалом несколько раз, она взяла со стола серебряный клатч и посмотрела на часы. Седрик вот-вот должен был за ней заехать.

Надев туфли на высоком каблуке, Гермиона поспешила в гостиную.

— И почему я сначала надела туфли, а не спустилась по этой проклятой лестнице?! — обругала себя она, аккуратно перешагивая с одной ступеньки на другую, чтобы не наступить на шлейф изумрудного платья.

Пройдя в гостиную, она заметила сидящего в кресле Седрика.

— И давно ты тут? — поинтересовалась Гермиона, отмечая, что нужно будет провести с мамой серьезную беседу, чтобы не пускала никого без ее согласия.

— Достаточно, чтобы видеть, как позорно ты спускалась, — будничным тоном ответил Седрик и встал с кресла.

Он приблизился к ней, несколько раз осмотрел образ и с тяжелым вздохом произнес:

— Я тебе отдал чуть ли не лучшее свое платье и попросил сделать подходящую прическу. Ты и это умудрилась испортить!

Седрик обошел сзади и стал вынимать шпильки из пучка.

— Да ты хоть знаешь, как долго я страдала над прической! — возмутилась Гермиона, но останавливать его не стала.

— Посредственность однажды — Посредственность всегда, — проворчал он под нос, распуская ей волосы и укладывая их на одну сторону. — У тебя и так открытое платье за счет глубокого разреза на левой ноге, если ты еще и шею откроешь, боюсь, тебя неправильно поймут. — Седрик аккуратно закрепил заколками пряди, чтобы они не перекрывали левое ухо. — Или ты хочешь, чтобы все думали, что ты ищешь мужика на ночь?

— Седрик! — прикрикнула Гермиона, хмурясь.

— В девушке должна быть загадка, — тихо начал он. — Интрига... На тебя должны смотреть и испытывать желание разгадать, узнать получше... Закрывая волосами часть шеи и плеча, ты играешь с ними, дразнишь воображение. Поверить не могу, что я должен тебе это объяснять!

Седрик возмущенно развел руками, сделал пару шагов назад и оценивающим взглядом прошелся по Гермионе.

— Сережки тоже не годятся. У тебя платье в один тон, нужны яркие акценты.

— Нужно поискать...

— Ладно, мы и так опаздываем. На это нет времени, — сердито отозвался он и поспешил к двери. — Накинь пальто и пойдем.

Сегодня академия выглядела не так, как в учебные дни. Главный вход красиво подсвечивали маленькие уличные фонари, направленные на красную дорожку, что расстилалась от места приезда до высоких входных дверей. По краям расставили маленькие столбики, соединенные бархатным канатом и предназначенные для ограждения, за которыми скопилась толпа журналистов, что пришли за сенсациями и интересными статьями. Еще бы, бизнес-конференция такого масштаба проводилась раз в год. За мероприятием следила вся страна.

Гермиона судорожно сглотнула, чувствуя нарастающую тревогу.

«Что я здесь делаю? Мне здесь не место», — подумала она, нервно сжимая клатч.

Сейчас ей предстояло выйти из машины с Седриком Диггори, сыном комиссара-инспектора полиции Лондона и многообещающим дизайнером поколения. Она не сомневалась, пресса оболжет ее так, что на следующий день ей будет страшно смотреть в газеты.

— Никогда не думала, что стану участником подобного, — вырвалось у нее прежде, чем она успела подумать. Седрик и так над ней смеялся, и сейчас она дала лишний повод.

Но на удивление он взял ее за руку и серьезно произнес:

— Я представлю тебя как свою лучшую модель. Твоя задача — грациозно пройти по сраной дорожке и показать, что ты — будущее порноиндустрии. У тебя нет права на ошибку, поняла? — На его лице не было ни намека на веселье или издевательство. — Ты уже подвела меня на финале Кубка. Не смей повторить этот позор.

Гермиона уверенно кивнула и, сняв пальто, оставила его с курткой Седрика на заднем сидении.

Все верно. Сегодняшней задачей было произвести впечатление после неудачи месяц назад. Сам ректор академии дал ей этот шанс, она не могла его упустить.

Когда машина подъехала к месту высадки, Седрик вышел первым и через какое-то время открыл ей дверь.

— Моя лучшая модель, студентка Слизерина Гермиона Грейнджер, — презентовал он ее и протянул руку. — Не облажайся, Посредственность, — шепотом добавил на ухо, когда она вылезала из машины.

Яркие вспышки камер тут же ослепили, на несколько секунд сбивая с толку. Она попыталась сконцентрироваться на красном цвете дорожки и вспомнить наставления Седрика о правильной походке, но в голове как назло зияла пустота.

— Ну же, Гермиона! — громко шепнул Седрик, чуть подталкивая.

Его слова стали хорошим пинком. Она готовилась к этому моменту каждый день проклятого декабря. Не время было поддаваться панике.

Она не разочарует его.

Гермиона на секунду прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться на конечной цели, соблазнительно улыбнулась и приняла уверенную позу, то и дело перемещая взгляд от одной камеры к другой.

— Покажи им мое платье, дорогуша! — прикрикнул воодушевленный Седрик и уступил ей дорогу, приглашая пройтись.

— С удовольствием, милый, — сладко промурлыкала Гермиона и, отодвинув шлейф, позволила всем увидеть глубокий разрез платья на левой ноге.

Несколько кокетливых взглядов, и Гермиона направилась вдоль ковровой дорожки, держа голову прямо и смотря вперед: аккуратно, стараясь не задевать шлейф, и при этом активно двигая бедрами, то и дело ловя восхищенные взоры.

Врать было бесполезно — ей нравилось такое внимание, поэтому, почувствовав прилив адреналина, Гермиона остановилась, прокрутилась вокруг своей оси и соблазнительно засмеялась, заправляя за ухо выбившуюся из прически прядь.

Это заставило нескольких фотографов присвистнуть. Кажется, она только что устроила неплохое шоу.

Наконец достигнув входных дверей, она остановилась, повернулась лицом к журналистам и сделала легкий реверанс, продолжая улыбаться.

— Лучше, чем я предполагал, — сказал Седрик, подойдя к ней. — Мне понравился твой реверанс. Дерзко. Вкусно. То что надо.

Они подошли к охраннику и протянули приглашения. Пока тот проверял список, с улицы донеслись восторженные крики и овации. Гермиона инстинктивно повернула голову и увидела Полумну.

Она быстро и уверенно шла по ковровой дорожке, кидая взгляды, переполненные презрительным снисхождением. Выражение лица оставалось властным и аристократичным, будто она в действительности была королевских кровей.

Гермиона завистливо прикусила губу, наблюдая, как неприлично короткое черное платье с водопадным шлейфом по правой стороне развевалось на ветру, оголяя стройные ноги Полумны.

— Высокий хвост и яркий макияж при таком открытом платье, да она с ума сошла! — с ухмылкой произнес Седрик. — Впрочем, кто посмеет подумать о Королеве информации в грязном ключе? Я б не рискнул.

— Проходите, — спокойно сказал охранник и отстегнул бархатный канат, перекрывающий вход в академию.

Не успела Гермиона зайти внутрь, как уловила знакомые нотки мороженого вперемешку с алкоголем. В нескольких шагах от нее стоял Драко и спорил с отцом. Вид у них был раздраженный. Кажется, они были не восторге от компании друг друга.

— Уу, — протянул Седрик, — не успели прийти, а уже наткнулись на Искусителя. Что будешь делать, Посредственность?

Гермиона злобно прищурилась. И как долго он планировал ее так называть?!

Пока она думала, как и куда лучше послать Седрика, Драко закончил бурный спор. Он раздраженно пожал плечами и повернулся к Гермионе.

Секунда, и их взгляды встретились, руша холодность и непоколебимость, которые она тренировала целый месяц.

В мысли снова полезли навязчивые слова Чжоу, в которых она раскрывала маленький секрет Джинни и Гарри.

Драко зверски изнасиловал Дафну на виду у всех.

Вспомнив об этом, Гермиона почувствовала, как к горлу подступила тошнота, как в тот вечер. Она до сих пор не могла простить ему пари с Тео. Что он хотел сделать на вечеринке? Почему так страстно желал ее выбора? Было ли дело только в победе? Но что более важно, почему за весь чертов месяц Драко ни разу не попытался с ней связаться?

Не преуспев в пари, он просто отмахнулся от нее?

Не выдержав взгляда, Гермиона поспешила скрыться за колонной, чтобы затеряться в толпе. Сейчас ей меньше всего хотелось выяснять отношения с Драко.

Завернув за массивный фонтан, Гермиона заметила Джинни, но только хотела окликнуть ее, как ладонь той быстро взмахнула в воздух и звонкой пощечиной врезалась в чье-то лицо. Сделав несколько шагов, Гермиона увидела Гарри.

«Что произошло?» — задала она себе вопрос, внимательно изучая Джинни.

Сейчас она казалась ей другой. Яркий макияж, строгое каре и такое же строгое красное платье, облегающее фигуру. На руках красовались красные полупрозрачные перчатки, образ завершали длинные серебряные серьги, отдаленно напоминающие водопад. Она держала спину ровно и с холодностью смотрела на своего парня. Кажется, бывшего.

Эта девушка не была похожа на Джинни, которую Гермиона знала всю жизнь. Сейчас перед ней стояла уверенная в себе львица, защищающая свои права.

— Дамы и господа, я рад приветствовать вас на ежегодном мероприятии, посвященном улучшению нашего общества и нашей страны! — громко раздался голос Тома из колонок главного холла.

Гермиона посмотрела на центральную лестницу, где несколько минут назад двое мужчин устанавливали трибуну с микрофоном. Сейчас за ней стоял Том Реддл, официально открывающий бизнес-конференцию.

— Вы меня знаете, я не люблю тратить время понапрасну, поэтому прошу Соблазнительницу этого года, Дафну Гринграсс, принести Книгу СоветовКнига Советов — документ, в котором традиционно описывали решения, обсуждающиеся на бизнес-конференции. и позволить нам отправиться в зал переговоров.

Первым, с чего начал Седрик, когда согласился заниматься с Гермионой, были традиции и история общества. Она до сих пор хорошо помнила, как они пили чай в ее комнате и он рассказывал о зарождении бизнес-конференции.

Век назад, когда король Элион Третий начал вводить политику, основанную на тайных желаниях людей, он приказал ежегодно созывать собрание высших умов, чтобы те вместе придумывали проекты по улучшению жизни в стране. Открывала первую бизнес-конференцию дочь короля Луиза. В тот день она принесла большую толстую книгу и сказала, чтобы секретарь записывал все интересное, что обсуждали на встрече. Красота и обаяние девушки настолько воодушевили присутствующих, что первой записью в книге стала новая традиция. Она гласила, что открывать столь серьезное и важное событие должна самая очаровательная и соблазнительная девушка года. Позже Академия Икс взяла на себя ответственность выбирать таких девушек из числа первокурсниц.

С верхнего этажа по ступенькам медленно спускалась Дафна. Она прижимала к груди большую черную книгу с серебряным тиснением и улыбалась так, словно ей вручали награду. В ее движениях и поведении не было самодовольства и высокомерия. Похоже, она искренне радовалась выпавшей ей чести.

— Добрый вечер! — весело поприветствовала она всех и подошла к Тому. — Я с большой гордостью хочу передать эту книгу вам, мистер Реддл. — Дафна учтиво поклонилась и выпрямила руки. — Пусть ваши решения и действия в этот вечер сделают нашу страну крепче!

— Спасибо, мисс Гринграсс, — поблагодарил Том и, взяв книгу, развернулся к трибуне.

Он продолжал что-то торжественно рассказывать, но Гермиона не слушала. Ее внимание привлекла книга. Толстая и массивная. Сколько же важной информации хранилось в бумажном виде? Как так вышло, что она не оцифрована?

Это же небезопасно.

«Может, когда-то в ней и правда хранилась информация по встречам, но сейчас она больше похожа на элемент декора», — размышляла Гермиона, рассматривая, как тонкие пальцы Тома водили по корешку.

— А теперь! — громко проговорил он, вытаскивая Гермиону из раздумий. — Господ, на чьем приглашении стоит особая метка, прошу подняться со мной в зал переговоров. Всем остальным желаю приятно провести вечер. Академия Икс в вашем распоряжении!

После объявления на второй этаж потянулось несколько десятков человек. Некоторых из них Гермиона узнала благодаря рассказам Седрика: Люциус Малфой, Марс Нотт, Антонин Долохов, Эван Розье и другие бизнес-магнаты; среди них она также заметила мать Джинни, отца Седрика и родителей Пэнси.

— Гермиона! — окликнул кто-то вдали. Повернувшись, она увидела идущую к ней Джин. — Наконец-то! Я звонила тебе, писала, но ты будто в игнор меня кинула! Где ты была этот месяц? — накинулась она, едва подойдя ближе.

Но вместо того, чтобы отвечать на вопросы, Гермиона спокойно спросила:

— Почему ты отрезала волосы?

Джинни это не обрадовало. Улыбка сошла с лица, и на ее месте появилась замеченная ранее холодность. Она снова стала похожа на львицу, готовую в любой момент укусить.

— Гарри изменил мне, — напряженно ответила Джин, резко выдохнув. — И даже не один раз.

— Но у него такая работа... ты же знаешь, он слиз...

— Нет, Гермиона. Он изменил мне со своей бывшей. Он трахнул эту сучку Дафну. И, черт подери, делал это снова и снова на протяжении нескольких недель!

От услышанного Гермиона приоткрыла рот. Она не могла поверить, что праведный и доброжелательный Гарри был способен на такую низость, как обман собственной девушки. Это не могло быть правдой. Джинни, верно, шутила.

— Я не шучу, Гермиона, — серьезно добавила она, будто прочитав мысли. — Но хуже всего то, что моя лучшая подруга закрылась на гребаный месяц и мне не с кем было поделиться! Я ведь даже приходила к тебе, но ты и тогда не пустила... — с обидой прошипела она, скрещивая руки на груди.

Такой обвиняющий тон Гермионе не понравился. Да, измена парня — хреновое событие, но обман подруги, с которой вы дружили с самого детства, ради тайны этого же парня ощущался больнее и серьезнее.

Джинни видела, как Гермиону тянуло к Драко, видела, как он соблазнял ее, как влиял. Она, черт возьми, знала, на что он подталкивал ее, и все равно молчала. Молчала и ничего не делала, чтобы это остановить.

Не ей нужно обижаться на Гермиону за холодность и закрытость. Джинни первая пересекла черту в их отношениях. Поставила мимолетную любовь выше долголетней дружбы.

— Почему ты не сказала мне о Драко? — спокойно спросила Гермиона. Лицо Джинни поменяло выражение с агрессивного на удивленное.

— Откуда ты... Гермиона, я...

— А я скажу почему. Ты промолчала, потому что тебя попросил твой так называемый парень. И я спрошу тебя, Джин, оно того стоило? Стоило предавать подругу ради члена?

— Я пыталась тебя предупредить, я говорила, чтобы ты держалась от него подальше! — начала защищаться Джинни.

Гермиона слабо усмехнулась, переводя взгляд на людей около фонтана. Ей совершенно не хотелось слушать оправдания. Что было, то было. Зачем пытаться обелить себя?

— Ты могла сказать. Могла сказать, что Драко чертов насильник! — чуть повысила голос Гермиона, но тут же замолчала, когда заметила смотрящего на нее Драко.

«Он услышал?» — пронеслось в голове, и она машинально прикрыла рот рукой.

— Я не могла, ну пойми же...

— Не понимаю и не хочу, — не вникая в суть диалога, ответила Гермиона. Ей нужно было срочно уходить, если она не хотела наткнуться на еще один неловкий разговор. — К счастью, я не попала на вечеринку. И ничего плохого не произошло.

Драко сделал шаг к ней, параллельно останавливая официанта, чтобы взять два бокала с шампанским. На губах расплылась самодовольная улыбка, взгляд бегал по откровенному платью Гермионы.

Сомнений не было. Он шел именно к ней.

«Да что ты от меня хочешь?!» — хотела выкрикнуть Гермиона. Сердце предательски заныло от волнения и... ожидания?

— Прости меня... — виновато протянула Джинни, опустив взгляд. — Я была глупа и позволила чувствам затмить разум.

И если раньше Гермиона бы улыбнулась и обняла Джин, то сейчас что-то подсказывало, что времени на это у нее не было. Все, что она смогла, это бросить фразу «Поговорим позже» и, резко развернувшись на каблуках, уйти в сторону столовой, находящейся на первом этаже.

Драко же не будет идти за ней через все здание?

Все время, пока она пробиралась через людей, она думала о словах Джинни и о том, как бы сама поступила на ее месте. Смогла бы предупредить подругу или осталась бы верна своей половинке?

Что-то подсказывало, что она поступила бы так же.

Отмахнувшись от этих мыслей, она с особым рвением поспешила в столовую, но не успела завернуть в следующий коридор, как почувствовала на талии чьи-то руки. В следующее мгновение она лежала на плече так, что можно было спокойно рассматривать мраморный пол академии.

— Какого черта?! — вырвалось у нее. Она отчаянно попыталась выбраться, но крепкая хватка не давала шанса на успех.

— Избегаешь меня, Грейнджер?

— Малфой! — недовольно возмутилась Гермиона, принявшись сильнее вырываться.

Что он себе позволял? Неужели непонятно, что если тебя избегали, значит, не хотели с тобой вступать в контакт? Зачем преследовать, да еще и применять силу?

Такая наглость еще больше разозлила Гермиону. Мало того, что все время, пока они были вместе, он использовал ее, намереваясь изнасиловать при всех, так еще и после того вечера пропал, даже не попытался позвонить или написать. Да, она бы не ответила, но это не означало, что можно было взять и перечеркнуть их отношения. И пускай не самые приличные, но все же отношения.

— Малфой? — удивился Драко. — Разве не насильник? Или как ты меня назвала несколько минут назад? И, бога ради, Грейнджер, перестань меня избивать. — В его голосе не было ни намека на враждебность. Видимо, он искренне веселился.

— Опусти меня, и перестану, — сквозь зубы прошипела Гермиона. — Что тебе вообще нужно?

Зайдя в ближайшую аудиторию, Драко послушно опустил ее на пол и сразу прижал к парте, внимательно всматриваясь в изумленные глаза.

— Ты прекрасно знаешь, что мне нужно, — приглушенно прошептал он, упираясь руками в столешницу по обе стороны от Гермионы. — Неужели не скучала, м?

Он говорил спокойно, медленно, словно выжидал подходящего момента для следующего шага.

«Нет, нет, нет!» — как мантру повторяла Гермиона, упираясь ладонями в его грудь.

И сколько бы раз она себе ни представляла их встречу, сколько бы ни репетировала речь, которая должна поставить точку в их... близости, сейчас она ощущала себя загнанным в угол ребенком, который не в силах сказать ни слова против напора родителя.

От его невесомого прикосновения к оголенному бедру внутри все сладостно сжалось в предвкушении, захотелось послать к черту обиды и принципы, стереть все, что было до этого момента, и просто... поддаться. Погрузиться в необходимое ей возбуждение.

«Нельзя! Он насильник, хам, эгоист! Ему плевать на тебя! Ему плевать на всех! — кричала про себя Гермиона, пытаясь успокоить сбившееся от близости дыхание. — Но он же может дать тебе то, о чем ты так сладко мечтала каждый вечер в кровати... Он может дать тебе себя», — соблазнял тихий внутренний голос Феромонихи.

Тем временем ладонью Драко все ближе подбирался к началу разреза и увереннее сжимал бедро.

— Можешь не отвечать, я и так знаю ответ, — сказал он в нескольких дюймах от шеи и через мгновение мягко оставил на коже дорожку из поцелуев. — Неплохо держишься, Грейнджер, но тело не обманешь.

И едва коснулся пальцами ткани трусов, как Гермиона резко оттолкнула его, вставая в защитную позу. Клатч с характерным звуком выпал из рук, немного отрезвляя.

— Не смей трогать меня, Малфой! — быстро протараторила она и обошла парту. — Не знаю, что ты там себе возомнил, но я не твоя игрушка, которой можно пользоваться в любой момент.

Гермиона говорила быстро и четко, боясь потерять контроль и кинуться к нему в объятия.

— Мм, — соблазнительно протянул Драко, блуждая томным взглядом по ее телу. — Как-то раньше тебя это не волновало. Перестань, нам же обоим хорошо. Я вот скучал, — будничным тоном продолжил он, опираясь на парту позади себя.

От внезапного признания у Гермионы перехватило дыхание.

«Он скучал. Ну же, девочка, хватит строить из себя великую обиженку», — шептала Феромониха.

Незаметно для Драко она крепко сжала ладони в кулаки, впиваясь ногтями в кожу.

«Он играл со мной, использовал! Он хотел прилюдно унизить меня», — вспоминала Гермиона, делая шаг назад.

«Я скучал. Я скучал...» — в ответ всплывали его слова.

Она закрыла глаза и резко повернула голову вбок, жмурясь от боли. Возникшая мигрень сильно выбила из равновесия, вынуждая мыслить нерационально.

— Прекрати! — через какое-то время закричала Гермиона то ли Драко, то ли внутреннему голосу.

Она распахнула глаза и со злостью посмотрела вперед. Драко стоял напротив и внимательно наблюдал за ней. Наверняка он не ожидал выплеска эмоций и тем не менее молчал.

— Как ты мог изнасиловать Дафну прилюдно? Да еще и искалечив тело до неузнаваемости? — Наступила ее очередь задавать вопросы.

Его лицо тут же стало серьезным: напряженные черты, сведенные брови и чистый, яростный взгляд, прожигающий насквозь.

— Ты не должна об этом знать, — сдержанно ответил он и сжал челюсти так сильно, что зашевелились желваки.

— Как ты мог, Драко?! — выкрикнула Гермиона, выдерживая взгляд. — Я понимаю, ты наследник многомиллионной компании и для тебя правила не писаны, но... это же так мерзко! Кем нужно быть, чтобы прилюдно, ради забавы...

— Я этого не хотел, — поспешил перебить ее Драко.

— Не хотел чего? Прилюдно трахать девушку против ее воли или калечить тело до такого состояния, что ей пришлось год не вылезать из больниц? Чего ты не хотел?! — Он сделал шаг навстречу. — Не смей приближаться! — предупреждающе крикнула Гермиона и выставила руку для защиты.

— Я не...

— Не хочу! — резко вырвалось из ее уст. — Не хочу ничего слышать. Этому поступку нет оправданий. Поверить не могу, что чуть не стала твоей жертвой!

Она подняла упавший на пол клатч и направилась к двери. Ей не хотелось и дальше оставаться с ним наедине. Кто знал, сколько еще она могла противостоять Феромонихе?

Гермиона подошла к выходу, как услышала тихое:

— Гермиона...

Повернувшись, она увидела будто незнакомого человека. Это был тот же Драко, но лицо казалось другим. Он смотрел на нее виноватым взглядом, словно провинившийся ребенок, которого только что поймали с поличным.

Она вздохнула, на несколько мгновений теряясь в мыслях. Сейчас Драко не был похож на эгоиста, которому неведомы чувства. Может, он действительно сожалел о содеянном?

Заметив, что она остановилась, Драко устало промычал и потер переносицу, явно размышляя о следующих словах.

— Думаешь, я хотел этого? Дафна была моей лучшей подругой, у меня и в мыслях не было делать то... что я тогда сделал, — начал он, смотря сквозь Гермиону. — Ты, наверное, удивишься, но я совсем не бесчувственный. — Он грустно усмехнулся. — Больше всего в жизни я ценю и уважаю свою мать. Если бы не она, я бы давно сошел с ума. — Драко сильно сжал челюсти. Воспоминания, вероятно, были неприятными. — Мм...

Гермиона внимательно рассматривала его. Зачем он ей это рассказывал? Она же сказала, что никакие слова не смогут оправдать его поступок.

— Ты не обязан мне что-то объяснять, — спокойно протянула она. — Я же сказала, не хочу слышать опр...

— Два года назад моя семья попала в шаткое финансовое положение. Чтобы исправить его, отец заключил контракт с режиссером Марсом Ноттом. Контракт подразумевал съемку в жестоком БДСМ-фильме с сильной доминацией мужчины. Эту информацию отец и мать скрыли от меня, не желая, чтобы я знал о проблемах семьи. — Драко нахмурился и сжал кулаки. — За час до выступления на вечеринке меня нашел Тео и показал видео, на котором мою мать избивали и унижали. Он сказал, что если я хочу увидеть ее живой, то должен сделать то же самое с Дафной. Он знал, что мне не рассказали про съемку, и воспользовался этим.

Глаза Гермионы расширились от ужаса. Сначала Тео надругался над Чжоу, вынудив ее подчиниться и предать Гермиону, теперь она узнала, что он шантажом заставил Драко изнасиловать лучшую подругу. Кем нужно быть, чтобы так хладнокровно играть чувствами других?

«Поверить не могу, что я когда-то считала его классным парнем!» — обругала себя Гермиона, громко вздыхая.

— Зачем Тео страдания Дафны? Насколько я понимаю, он тогда еще не учился в академии. Они могли быть знакомы? Из-за родителей? Могла ли Дафна как-то насолить Тео вне учебы? — быстро задавала вопросы Гермиона, пытаясь отвлечься от нарастающей ярости. — Это какая-то бессмыслица.

— Думаю, он просто больной, — заключил Драко и сделал к ней шаг. — После того случая отцу потребовалось немало сил и средств, чтобы заставить всех забыть о случившемся.

— Тео хотел таким образом возвысить в рейтингах свою компанию? За счет скандала...

— И у него вышло. Целый год «Malfoy&Apple» не могла подняться выше второго места.

— И как же мистер Малфой смог поменять ситуацию? — с интересом спросила Гермиона.

— Не знаю подробностей. Но слышал, что он заключил с кем-то сделку.

— Яблоко от яблони... Отец заключает сделки, а сын ввязывается в абсурдные пари, — хмыкнула Гермиона и облокотилась спиной о стену, скрестив руки на груди.

Она вдруг почувствовала себя очень уставшей. Весь месяц она жила в парадигме, где Драко был злодеем, недостойным ее внимания. Так что же получалось? Это все было неправдой?

— Ты и об этом знаешь, Грейнджер? — усмехнулся он и быстро настиг ее. — Я тут подумал, раз уж ты больше не считаешь меня насильником... — Он приблизился к ее лицу, и она услышала яркий запах пломбира. По телу тут же прошел табун мурашек, оповещая об опасной близости. — Может, продолжим то, с чего начался разговор, м? — Драко снова коснулся ее оголенного бедра, дразняще провел подушечками пальцев до начала разреза. — Так что, скучала?

— Ты... ты невыносим! — возмутилась Гермиона и выпрямилась. — Видеть тебя не хо-чу! — по слогам произнесла она и поспешила отойти, развернувшись к нему спиной.

— Да что ты... — Она почувствовала, как он пальцами коснулся оголенной спины, аккуратно убирая выпавшие из прически локоны. — Тебе очень идет это платье. — И губами — хрупкого плеча, вызывая море смешанных эмоций.

Ей потребовалось немало усилий, чтобы сдержать улыбку. Ну нет, она не поведется на провокации!

Она резко развернулась и грубо ткнула пальцем ему в грудную клетку.

— Если ты объяснил поступок двухлетней давности, это не означает, что я на тебя не злюсь! Ты использовал меня, шантажировать и после моего обморока исчез, заставляя думать, что я тебя разочаровала. Ты ужасный человек, Малфой!

— Которого ты жадно раздеваешь глазами, — повторил Драко когда-то сказанную им фразу. Он положил руки ей на талию и легко прижал к себе. — Это очень возбуждает, знаешь ли...

— Ты... ты... как же я тебя ненавижу! — на эмоциях выкрикнула Гермиона и выбежала из аудитории, на ходу пытаясь успокоить бешеное сердцебиение и сбившееся дыхание.

Ей срочно нужно было привести себя в порядок.