Глава 29: Искуситель

— Думаешь, этого будет достаточно? — с хрипотцой произнес Драко, нависая над партнершей.

Он медленно провел тыльной стороной ладони по ее щеке и захватил пальцами несколько прядей темных волос. Тяжело выдохнув и переведя взгляд на мягкие губы, он собственнически улыбнулся, выжидая несколько секунд, пока девушка придет в себя после оргазма.

— Я не... чего ты хочешь? — вырвалось у нее полустоном.

Девушка лениво обвила его талию ногами и слегка надавила ими на ягодицы, ненавязчиво намекая на продолжение.

«Она всегда так делала, когда было мало», — подумал Драко, проводя параллель между Гермионой и нынешней партнершей по порнофильму.

В последние несколько недель он, сам того не желая, сравнивал любую девушку, с которой занимался сексом, с ней. То поза неудачная подвернется, то голос в оргазме похожий, то касания вызывали осенние воспоминания, как они с Гермионой исследовали тайные уголки академии.

И было непонятно, что на самом деле происходило. То ли он чувствовал себя виноватым, что улетел в Нью-Йорк сразу после Кубка Первокурсниц, то ли Гермиона действительно сильно въелась в мозг за время нелепого пари и сейчас было некомфортно без ее бесконечно глупых выходок и неумелых, но страстных движений.

Погрузившись в очередные раздумья, он не заметил, как застыл на месте, постепенно теряя возбуждение.

— Стоп! Ну стоп! — недовольно прокричал режиссер — мужчина средних лет, носящий забавную бороду и усы с двумя закругленными окрашенными кончиками. — Драко, душа моя, ну какого хуя?

Партнерша уже вылезла из-под него, сразу потеряв легкий румянец и невинное выражение лица.

— Не ругай его, мы уже третий час снимаемся. Может, перерыв? — встала она на защиту Драко, надевая шелковый бежевый халат.

К ней тут же подбежала ассистентка и начала расспрашивать о состоянии и прихотях по типу кофе.

Драко устало посмотрел перед собой. Почему-то даже после резкой смены обстановки и громкого голоса режиссера он по-прежнему думал о Гермионе, представляя ее разбросанные по подушке волосы.

С момента их последней встречи прошло около трех недель. Все это время он без устали занимался стажировкой в крупной мировой компании, специализирующейся на создании порнофильмов по тематике любовных романов. Это были двухчасовые проекты с сюжетом и несколькими постельными сценами. Иными словами — ходовой товар среди молодежных развлечений.

Драко не особо горел желанием проходить стажировку, но отец отказа не принимал.

Когда во время выступления Дафны и Гермионы ему позвонил Люциус и сказал, что на ближайшие месяцы нашел для него занятие, к которому нужно немедленно готовиться, Драко понял, что отец хотел предотвратить их с Тео маленькое «пари». А после слов о заведении новых связей в другой стране Драко только подтвердил догадку, не желая что-либо оспаривать.

Если Люциус Малфой что-то решил, ничего в мире не могло изменить его решение. Даже собственный сын.

Драко поморщился. Тяжело вздохнув, он поднялся с кровати и начал одеваться, то и дело бросая взгляды на свое отражение в зеркале. Когда-то набитая им змея, ставшая началом его пути в порноиндустрии, сейчас казалась ему агрессивной и недовольной. Она словно с осуждением смотрела на него, немо задавая неприятные вопросы.

Он медленно покачал головой.

«Несколько дней беспрерывной работы дают о себе знать», — мысленно отмахнулся Драко, застегивая ремень.

К нему подбежала хорошенькая ассистентка, смотревшая на него чересчур влюбленными глазами.

«Нервируешь», — так и порывался рыкнуть Драко, но тактично промолчал, указав жестом на воду. Ему не хотелось слушать ее наивный детский лепет или слова восхищения.

Стажировка медленно капала на нервы, вызывая раздражение.

Так ничего и не ответив режиссеру, он покинул съемочную площадку, прокручивая в голове проделанную работу. Еще несколько сцен, и фильм будет завершен. Он наконец сможет немного передохнуть.

Достав из кармана пачку сигарет и вынув из коробка одну из них, Драко поспешил зажечь ее и сделать сильную затяжку, желая поскорее получить необходимую дозу никотина. Уже через несколько секунд он почувствовал себя немного лучше: плечи расслабились, дыхание приходило в норму, навязчивые мысли о Гермионе отступали.

— Так и убежишь, ничего не сказав? — К нему неспешной подошел Блейз, умело крутя в руках смартфон. — Где твои манеры, ду-ша мо-я? — передразнил он режиссера, насмешливо улыбаясь.

— Напомни, почему ты увязался за мной?

— Потому что я твой пиар-менеджер, красавчик, — в такой же игривой манере продолжил Блейз. — Где ты, там и я.

— Можно отказаться? — с горькой ухмылкой спросил Драко и потушил бычок о мусорное ведро.

— Ты уже три недели это повторяешь, не надоело?

— Надоело.

Через несколько дней после отъезда в Нью-Йорк его догнал лучший друг и по совместительству пиар-менеджерПосле окончания первого курса за каждым слизеринцем числился свой «рекламщик», который начинал контролировать социальную жизнь порноактера: ведение различных социальных сетей, походы на нужные мероприятия, рекламные кампании и многое другое.. Драко до сих пор не знал, послал ли Блейза отец или же он надумал приехать сам, да и это было не особо важно, ведь, несмотря на то, что тот постоянно выказывал свое недовольство, Драко был рад его компании.

— И почему на этот раз сорвал съемку? — спросил Блейз, что-то активно просматривая в телефоне. — К слову, неважно. Я нашел ирландский бар неподалеку. Напьемся?

В этом был весь Блейз. Легкомысленный, прямой и без тормозов. Про таких людей часто говорят «берет от жизни все». Драко не мог сосчитать по пальцам, сколько раз он рисковал жизнью, соглашаясь на различные авантюры. В этом году они прыгали с парашюта, в прошлом Блейз заставил его пройтись по раскаленным углям босиком, а еще раньше он потащил его в русскую баню, где в минус двадцать два градуса по ФаренгейтуМинут тридцать градусов Цельсия. нужно было прыгать в снег. Драко никогда не забудет ту ночь!

От воспоминаний о «пойдем покажу традицию русских» по спине побежали мурашки.

— Откажусь, — спокойно ответил Драко и засунул руки в карманы.

— Да брось! Это просто бар! Я же вижу, тебе нужно выпить.

— Просто бар? — с саркастичной улыбкой спросил Драко. Ему мало верилось в такое определение паба.

— Честное когтевранское! — выпалил Блейз и положил руку на сердце.

Тем не менее через несколько минут они шли по торговым улицам Нью-Йорка, направляясь в бар «Феникс». Почему у ирландского паба было такое название, Драко не знал, но здание оказалось чертовски красивым. А причиной был огромный, обвивающий постройку из двух этажей золотисто-огненный феникс, по всей видимости, сделанный из крашеного металла. Голова птицы покорно склонялась над входом, придерживая незаурядную вывеску «Ирландский паб Феникс».

— Оригинально, — только и бросил Драко, не показывая восхищения.

В баре они сначала заказали себе несколько кружек пива, но, поняв, какое оно на удивление дерьмовое, быстро перешли на виски и ром. Они пили без остановки, и если Драко двигало желание забыться, то мотивы Блейза оставались непонятными.

Спустя две порции чистого виски Драко не удержался и стал расспрашивать Блейза, по какой причине тот напивался. Ответом послужила тишина.

Поняв, что Блейз ничего не ответит, Драко почему-то задал следующий вопрос:

— И как тебе пришло в голову дать мне прозвище «Искуситель»? — Он поднял стакан над головой и отсалютовал задумавшемуся Блейзу.

— Думаю, это очевидно, — встрепенулся Забини и поспешил улыбнуться. Он был явно озадачен вопросом. — Ты горяч и хорош со...

— Ну не-е-ет, — медленно и недоверчиво протянул Драко, делая глоток. — В эту чушь может поверить только какая-нибудь Грейнджер, но не я.

— Кто такая Грейнджер? — Блейз прищурился, явно пытаясь что-то вспомнить. — А! Это та, которая упала в обморок на финале Кубка Первокурсниц? Интересуешься ею?

Драко закатил глаза, жестом призывая бармена добавить алкоголя.

— Не меняй тему, Забини, — как можно серьезнее сказал он.

Видимо, Блейз понял, что Драко не собирался обсуждать это с ним, и на его лице застыла понимающая улыбка. Неужели у него тоже было о чем умолчать?

— Знаешь, что отличает хорошего пиарщика от плохого?

— Умение вовремя замолчать? — попытался разрядить обстановку Драко, ощутив, как очередная порция виски обожгла горло.

— Тогда я бы был плохим пиар-агентом! Погоди-ка... Ах ты! — наигранно возмутился Блейз, замахиваясь на него пустым стаканом.

Драко тихо усмехнулся и прикрыл глаза, на несколько секунд забываясь в полусонном состоянии. Он не помнил, когда в последний раз так напивался, что хотелось просто упасть на кровать и поддаться объятиям слабости и небытия.

Почему-то он вспомнил вечер перед Кубком, когда Гермиона лежала у него на плече и переживала за финал.

Правильно ли он поступил, что уехал, даже не заглянув к ней?

— Ты меня вообще слушаешь?! — Звонкий голос Блейза не позволил ему углубиться в раздумья. — Мы выпили всего ничего, а у тебя уже лицо покраснело! Можно сфоткаю? Это будет отличный пост в инсту. — В подтверждение своих слов он разблокировал телефон и направил на Драко камеру. — Заголовок будет такой: «После съемок Искуситель решил искусить судьбу и напиться, думая о таинственной девушке»!

— Блейз! — неестественно громко рыкнул Драко, почувствовав раздражение. — Какой еще таинственной девушке, что ты несешь?!

— А, ну да, она не таинственная. Могу написать ее имя, как же там было... Герда? Герода? Герми...

Драко со злостью опустил стакан на столешницу и выхватил телефон. Заметив его проявившийся гнев, Блейз поднял руки в знак капитуляции.

Несколько минут они сидели в тишине, пока Блейз внезапно не продолжил:

— Хороший пиарщик видит своего клиента насквозь. Я дал тебе такое прозвище, потому что ты искушаешь всех, подталкиваешь на необдуманные поступки и решения, ломаешь, прогибая под свое мнение.

— Но вынужден сидеть в собственной открытой клетке, не поддаваясь искушению выйти на волю, — внезапно разоткровенничался Драко, залпом осушая четвертый стакан.

— Что ты имеешь в виду? — аккуратно поинтересовался Блейз, удивляясь. Видимо, выпитое количество алкоголя кому угодно могло развязать язык. Даже закрытому и сдержанному Драко.

— Я слышал, ты помолвлен с Дафной, — ни с того ни с сего сказал он, пристально изучая реакцию Блейза. Заметив, что тот ощутимо напрягся, продолжил: — Полагаю, тебя вынудила твоя жестокая и помешанная на «чистоте крови» мать. Интересно... почему именно Дафна, а не Астория? Неужели из-за меня? Я польщен.

Улыбка Забини быстро превратилась в тонкую, сдержанно кривую линию.

— Это была идея Дафны. Она сама пришла к моей матери и предложила помолвку, солгав, что мы давно друг друга любим, а я просто не могу решиться на следующий шаг, — отстранено ответил Блейз.

— Есть что-то еще? — Драко не мог не заметить, что эта тема была другу неприятна гораздо больше, чем следовало.

— К чему этот допрос?

— Я тоже не могу пойти против семьи, против отца. Думаешь, мне нравится карьера порноактера? Думаешь, я от этого кайфую так же, как те девушки на финале? Я... — Он сделал паузу, обдумывая следующие слова. — Я ненавижу все это. Эти дурацкие съемки, фотосессии, внимание и лицемерные приемы, на которых все только и делают, что лижут друг другу зад. Ненавижу бесконечных партнерш по сексу, самодовольных режиссеров и назойливых визажистов. Ненавижу целовать и трахать тех, кого совершенно не хочу. Блядь, как же я ненавижу то, на что обрекла меня фамилия Малфой.

— Я думал...

— Что ты думал, Блейз? Что мне это нравится? Я обязан держать лицо и планку, установленную отцом и дедом. Мне необходимо не просто притворяться сильным наследником компании, я должен быть им на самом деле, но, сука... как меня от этого всего выворачивает, — зло выдохнул он, склоняя голову над барной стойкой и запуская пальцы в растрепанные волосы. — Хотел бы я, чтобы этот мир с его популяризацией порнухи сгорел к чертям собачьим!

Драко сильно сжал волосы и измученно провел ладонью по лицу, будто на нем была грязь и он хотел от нее избавиться.

Вот и все. Он только что открыл кому-то мысли и переживания, которые долго и упорно пытался держать в себе. Чувствовал ли он облегчение? Нет. Опасался ли, что совершил ошибку, рассказав это? Да.

Будто прочитав его мысли, Блейз поспешил его приободрить:

— Я никому не скажу. Даже в твоей инсте не заикнусь.

Драко закатил глаза, ощущая, как напряжение понемногу уходило.

— Какое благородство, — шикнул он, кинув взгляд на телефон Блейза. — Можешь хотя бы раз не думать о моей социальной жизни?

— Конечно, поэтому я и притащил тебя сюда. В бар, где нет камер, подают ужасное пиво и бармен притворяется призраком.

— Какое благородство, — повторил Драко уже с легкой усмешкой. — Ладно, давай просто напьемся до беспамятства. — В подтверждение слов он поднял пустой стакан.

Не считая откровения, о котором он и Блейз условились не вспоминать, вечер они провели в классической мужской атмосфере: говорили о девушках, обсуждали грядущие события в порноиндустрии и пили. Очень много пили.

Через несколько часов они едва стояли на ногах.

— И... что?.. Прям в бассейне?.. — спросил Блейз, с трудом шевеля губами.

Они направлялись к выходу из бара, держась за плечи друг друга.

— Пре...представляешь, да. Эта идиотка... скинула меня. Нет, ну как можно! — возмутился Драко, спотыкаясь о свои ноги, из-за чего Блейз вместе с ним чуть не повалился на пол. — Вот черт, надо же было так... напиться...

— А может... махнем в русскую баню?

— Ой, да пошел ты! — Драко толкнул громоздкую входную дверь. — Ни за что...

Стоило им выйти на улицу, как он почувствовал сильную боль в затылке — и вокруг воцарилась темнота.

***

Драко очнулся от резкого запаха спирта. Он с удрученным стоном открыл глаза, интуитивно прикладывая ладонь к виску. Голова раскалывалась на части, будто он не выходил из запоя несколько дней.

Хотя, учитывая, сколько они с Блейзом выпили, это было ожидаемо. Вот только он не совсем помнил, как добрался до дома и отключился.

Перемещая ладонь по голове, он зашипел от боли, когда дотронулся до затылка. Точно, когда они покидали бар, его кто-то оглушил.

Раскрыв глаза пошире, Драко заметил, что находился в кабинете с приглушенным освещением. Окна были зашторены, дверь закрыта, сам он сидел на кожаном диване, рядом с которым на столике стоял стакан со странного цвета жидкостью. Видимо, запах исходил от него.

— Раствор «Репаро»Раствор «Репаро» — целебный препарат, способный избавить от головной боли и нетрезвости ума., — раздался низкий голос. Драко в замешательстве начал искать его источник. — Я вам не враг, мистер Малфой.

Из дальнего угла вышел мужчина с седой, аккуратно подстриженной бородой и в деловом костюме. Он держал осанку и почему-то не выказывал враждебности.

— Меня зовут Альбус Дамблдор, — представился он, подходя ближе. — Ну же, выпейте. Вам станет легче.

Драко пытался вспомнить, где он слышал эту фамилию, но из-за пульсирующей головной боли сделать это было проблематично.

— Я должен вам верить? Вы оглушили меня и притащили сюда. — Он пытался говорить сдержанно, но выходило неправдоподобно.

— Простите моих приятелей. Но это лишь мера предосторожности, чтобы вы не знали, где сейчас находитесь, — спокойно ответил Дамблдор и присел в кресло напротив. — Я вам не враг.

— А Блейз?

— Мистер Забини в своем номере отеля, вы можете ему позвонить, если хотите. — Дамблдор протянул ему телефон. — Но крайне не советую этого делать. Вряд ли ваш друг обрадуется громкому звону после дозы алкоголя, что вы выпили.

И Драко вспомнил, откуда ему была известна эта фамилия. Альбус Дамблдор — бывший ректор Академии Икс, которого сняли из-за истории с сывороткой «Альфа-360». Помнится, Сириус говорил, что именно Дамблдор был его ярым союзником.

Драко сам хотел его найти, но дурацкое пари и внезапная стажировка совершенно вытеснили это из головы.

— Вы бывший ректор академии, — на выдохе произнес Драко и нехотя потянулся к раствору. — Я знаю, что вас подставили и сместили с поста. Так вы скрылись? Сириус говорил, что не знает, где вы находитесь.

Он выпил содержимое стакана и через несколько секунд почувствовал себя намного лучше, хотя затылок продолжал ныть от удара.

Альбус уверенно кивнул.

— Когда есть верные друзья, мистер Малфой, несложно спрятаться от врагов, — слишком нравственно протянул он, скрещивая руки на груди. — Как я уже дважды сказал, вы мне не враг. Но я хочу узнать, считаете ли вы меня другом?

— Я не считаю вас врагом, — уклончиво ответил Драко, примерно догадываясь, в какую игру начал играть с ним Дамблдор.

По комнате пронесся раскатистый смех. Альбус смеялся так по-доброму и искренне, что на какое-то мгновение Драко впал в замешательство.

«Странный старик», — промелькнуло в голове. Он ощутимо напрягся, не зная, чего от него ожидать. Сейчас он смеялся, а через минуту начнет угрожать?

— Вы не такой, каким хотите казаться. Верно? — серьезно спросил Альбус. — Ваша речь в моем баре произвела на меня впечатление. Кто бы мог подумать, что сын Люциуса Малфоя не разделяет его властолюбия.

— А каким я хочу казаться? — вопросом на вопрос ответил Драко и выпрямился. Головокружение и острая пульсация в висках постепенно уходили, позволяя вновь свободно мыслить.

— Самодовольным и наглым наследником крупной компании, жаждущим признания в порноиндустрии.

— Серьезно? Так вот кого из меня делает Блейз, — наигранно удивился Драко. Поняв, что Альбус не повелся на актерскую игру, он сделался серьезным и тихо вздохнул. — Таким меня хочет видеть общество. Я могу лишь подыграть, как того желает отец. Вряд ли вы поймете меня, мистер Дамблдор.

С минуту Альбус молчал, словно принимая важное решение, но вскоре поднялся, подошел к тумбочке около окна и достал оттуда толстую бежевую папку. Он протянул ее Драко, и тот увидел на ней знакомое имя. Том Реддл.

«Дело на нынешнего ректора академии?» — подумал он, принимая папку и начиная медленно листать ее.

В ней хранилась информация по Тому за последние пять лет. Его передвижения, счета в банках, встречи, квартиры и даже близкие партнеры.

— Что все это значит? — поинтересовался Драко, рассматривая отчеты о слежке за одним из влиятельнейших людей Англии.

— Пять лет назад, когда на нас с Сириусом повесили убийство сотен жизней, я ни на секунду не прекращал думать, что нас подставили. И мои подозрения усилились, когда нам вынесли вердикт. Мы до конца дней должны были сидеть в тюрьме, искупая вину за такой крах, но...

— Вам смягчили приговор настолько, что это показалось вам неправдоподобным, — продолжил речь Драко. — Если я правильно помню слова Сириуса, это произошло из-за связей мистера Реддла. Вы полагаете, что он это сделал, чтобы отвести от себя подозрения?

Альбус кивнул.

— Но у меня нет никаких доказательств. Все пять лет я пристально следил за ним, пытался поймать на ошибке, на малейшем несовпадении в цифрах, — мрачно проговорил Дамблдор, сжимая ладонь в кулак. — Но кто-то покрывает его. Каждый раз, когда я нападал на призрачный след, все в тот же миг ускользало из-под рук.

Драко задумчиво листал страницы, быстро проходясь глазами по отчетам и фотографиям.

— Вы уверены, что это он? Мистер Реддл, бесспорно, строгий и жестокий ректор, но вы уверены, что он способен пойти на убийство? Причем не одно...

— Том всегда был амбициозен и деспотичен. Я видел в нем своего протеже. Его ждало хорошее будущее в какой-нибудь крупной компании или даже в правительстве. Я не догадывался, насколько уже тогда были крепки и разнообразны его связи по всей Англии. А ведь он учился лишь на первом курсе Слизерина.

— Постойте. Вы думаете, что первокурсник способен на массовое убийство? — недоверчиво спросил Драко. — Это же невозможно.

— Я тоже поначалу так думал, но посмотрите. Он стал ректором одного из сильнейших учебных заведений мира в двадцать пять лет. Сейчас ему тридцать, и он не собирается останавливаться.

— Не собирается... останавливаться? — Голос Драко дрогнул. Он перелистнул страницу и увидел список «близких партнеров» Реддла. — Гойл, Руквуд, Яксли, Долохов, Розье, Крауч, Нотт... Малфой. — На последней фамилии он резко выдохнул, сжав папку до побеления костяшек. — Поверить не могу.

— О, вы удивлены, мистер Малфой? Удивлены, что ваш отец связался с Томом? Что же с вами будет, когда вы дойдете до последней страницы? — спокойно задал вопросы Дамблдор, внимательно следя за Драко.

К горлу подступила тошнота, когда он добрался до последней страницы и медленно провел ладонью по надписи «Проект «Крестраж». Под названием было мелким шрифтом написано пояснение: «Разделение человека и управление им».

— Что это?.. — Драко шумно сглотнул, не до конца понимая, хотел ли знать ответ.

— Это то, что ни в коем случае не должно быть реализовано, — грубо начал Дамблдор. — Тома нужно отправить за решетку раньше, чем он сумеет реализовать проект. — Заметив оцепенение Драко, он шумно вздохнул и продолжил более спокойно: — Месяц назад мне все же улыбнулась удача. Один мой друг в академии, мистер Слизнорт, поведал мне об интересе Тома к препарату «Крессеция», которым тот опрыскивает свои растения для укрепления. Сначала я не понимал почему, но потом узнал, что испарения препарата могут вызвать галлюцинации. Углубившись в изучение, я наткнулся на первые работы Тома в академии. В них он описывал несуществующий проект, некий препарат, с помощью которого гипотетически можно было управлять людьми.

— Он нашел способ воплотить задумку в реальность... — шепотом сказал Драко, всматриваясь в название проекта.

— И, полагаю, препарат Слизнорта и сыворотка «Альфа-360» — это два компонента. Он в поисках чего-то еще. Если он преуспеет, то получит вещество, которое позволит управлять людьми. Вы понимаете, что это значит, мистер Малфой?

— Абсолютная власть Тома Реддла, — не в силах сдерживать нарастающую тревогу подытожил Драко.

— Что ж, раз вы все поняли, у меня остался к вам один вопрос. Вы...

— Я помогу вам, — перебил его Драко, закрывая папку. — Если вы правы, Тому не хватает какого-то компонента. Нам нужно найти его раньше, и тогда у нас появится шанс.

— Вы знаете, с чего начать? — поинтересовался Дамблдор, вставая с кресла.

— Я знаю, с кого начать.

Если Альбус не ошибся и Том действительно задумал нечто подобное, это нужно остановить, пока его семья не попала в серьезные неприятности. Несомненно, Том скрывал настоящие цели и мотивы, иначе даже Люциус не пошел бы на такое безумие, как массовое убийство или контроль над людьми. Драко не позволит отцу еще больше погрязнуть в гнусных делах из-за властолюбия и жажды богатства.

Он должен этому помешать.

И если уж в деле замешана химия, то он знал человека, который мог помочь разобраться.

Он достал телефон и набрал номер Невилла Долгопупса.