КАКАЯ-ТО МЫСЛЬ

Не перечь, не порочь. Новых гроз не пророчь. Оглянись, если сможешь – так и уходят прочь: идут сквозь толпу людей, потом – вдоль рек и полей, потом сквозь леса и горы, всё быстрей. Всё быстрей.(И. Бродский, «К северному краю»)

А вам в голову когда-нибудь приходила такая мысль, от которой нельзя было избавиться? Такую мысль обычно называют навязчивой. Навязаться она может из-за пустяка, но пустяк этот нередко фатален. И как бы вы ни пытались отвлечься или раскритиковать увлёкшую вас идею, сказать, что она – глупость, вы не можете выбросить её из головы. Психологи, обнаруживающие навязчивую мысль/идею у своего пациента, называют данное состояние помешательством, серьёзной проблемой. Тренеры же по личностному росту скажут: «Какая же здесь проблема? Здесь – целеустремлённость». А разве целеустремлённость не может быть проблемой?

Раннее мартовское утро. В марте солнце уже хорошо греет, но ещё слишком слабо для того, чтобы растопить сибирские сугробы, поэтому кругом лежит снег, чуть тронутый весенним тлением. Нет, это не предзнаменование ухода зимы, в любую минуту может найти набухшая туча и разразиться битым стеклом на расползающиеся раны льдов. И когда это произойдёт, вы осознаете, что на установленные сезоны рассчитывать не стоит, и что не всегда весна бывает весной.

Она встала сегодня как обычно рано, как обычно не выспавшись, как обычно встретила рассвет. Ей меньше всего хотелось встречать рассвет, ведь рассвет заберёт Её – Звезду, вернее, ту, что все называют «звездой», но никакая это не «звезда». Разве «звезда» способна на подобное поведение?

Но обо всём по порядку. Эту девушку, что сверлит глазами опустевшую область на небе, зовут Лина. Ей 19. Согласитесь, странный возраст? Тебе уже не 18 (знаменательная цифра «взрослого человека»), но ещё и не 20 (круглое число с пометкой «третий десяток»). 19 лет – это такой период, дающийся на «подумать»: а кем ты видишь себя во взрослой жизни? Взрослая жизнь – звучит как что-то грандиозное и многообещающее, но разве до 18-19 лет ты не во взрослой жизни? Детский период – это такая условность, при которой человек может не до конца отвечать за свои поступки. Лине порой кажется, что у неё никогда не было детского периода. Нет-нет, она росла вполне обычным ребёнком (не была гениальна ни умом, ни внешностью, ни творчеством), просто не помнит тех моментов, когда была беззаботной (забывать чувства детства –это тоже нормально). Она помнит себя с лет пяти, но тогда уже её гложила ответственность не по годам. И дело не в том, что она была несчастлива: её всегда радовали мама и несколько заботливых тёть, нет, дело в том, что в голове этой девчонки постоянно роились проблемы: чаще надуманные. Детство, детство...беззаботная пора. А что делать, когда упал в лужу в новых штанах? Мама не будет сильно ругать, но так стыдно. А как же та ситуация, в которой хвалят не тебя? Иногда люди находят повод для похвалы кого-то, не основываясь на логике, обижая тем самым истинно (как нам кажется) достойных (т.е. нас). Так детский сад и школа приучают ребёнка к несправедливости жизни, например, когда воспитатель или учитель избирает себе любимчика. А как поступить при болезни кошки, которая дорога только твоей детской душе? Когда ребёнок не может помочь несчастному животному, но видит цель своей крошечной жизни в этой самой помощи. Если так посмотреть, Лина всегда страдала от навязчивых мыслей.

Дети до определённого возраста не знают чувства потери, не понимают смерти (так утверждают психологи). Лине пришлось понять смерть достаточно рано. На границе 4-5 лет у Лины умерла бабушка. Когда все вокруг надели чёрные платки, занавесили зеркала и стали плакать, она заметила, что произошло что-то странное, но не могла осознать. Тогда её отправили на соседнюю улицу, в дом к родной тёте, дали игрушки и ничего толком не объяснили. К вечеру за ней пришли, доставили домой и подвели к гробу, но и тогда Лина не поняла, почему бабушка, которая из-за болезни и так редко выходила к ней, теперь лежит неподвижно в этом пугающем сооружении. Слёзы близких и чужих, новенький большой крест у крыльца, удушающий запах бархатной ткани. И чёрный цвет – чёрный цвет повсюду. Лина и тогда не плакала, ещё не понимала. Следующий день она провела снова у тёти. На третий день все сели в машины, бабушка возглавляла шествующую колонну, она была в ЗИЛе, из которого сыпались еловые ветки и пластиковые цветы. «Хоть отмучилась», «А сколько она уже лежала?», «Смерть ко всем нам придёт, особенно нам, старикам, скоро с ней дружить». Смерть. Лина так и не могла понять этого слова «с м е р т ь», но уже начинала чувствовать её близость, будто бы во главе процессии была не бабушка, а эта самая Смерть. Кладбище. Тут-то и случилась слёзная истерика. Растерявшийся ребёнок стоял у самого края толпы, когда его мама, тёти и бабушка были у ямы, которую называли могилой. Лишь тогда, когда крышку начали закрывать, в голове ребёнка стрельнуло: «Значит, смерть – когда тебя закрывают в этом ящике, в котором теперь темно, а потом ещё засыпают сверху землёй? И мы никогда-никогда не увидимся? Навсегда-навсегда?». И первое наивное осознание, и горячие слёзы, и запах валерьянки, смешавшийся с душком мокрой земли, и руки мамы, только что навсегда-навсегда поправлявшее белое одеяло на оледеневшей бабушке, теперь гладящие Линину горячую голову, и мрачный пир после, который поминает. «Навсегда-навсегда».

Мрачные обряды, свежий воздух, живая природа кругом, вот, чем обязана Лина своему небольшому северному посёлку, в котором она провела всю жизнь до текущего дня. Обязана она ему и целью, которая теперь висела над головой девушки каменным нимбом.

Кому-то цель Лины покажется глупостью, сначала и ей самой она виделась абсурдом, но после того, как девушка проверила все источники, пронаблюдала за явлением, ей стало совсем не до глупостей.

Какая же это цель? Дойти до «звезды». Нет-нет, это не из той оперы: «достану и звезду с неба». Метафоричность исключена.

Лина не имела детской беззаботности, но обладала детской наблюдательностью и чувствительностью к миру. Её всегда привлекала природа, потому что именно в ней её наблюдательность и чувствительность раскрывались на все 100%. Она следила за птицами, когда те прилетали кормиться в её кормушку, сделанную из коробки. Лина желала видеть каждую подробность: какая птица главная, а какая изгой, какая больше всех съела, а какая осталась голодной. Жалела их. Летом девушка любила наблюдать за насекомыми, как, например, муравьи носят палочки в муравейник, как они толпой «забивают» чужака; как охотиться стрекоза, как она ломает себе крыло при неудачном повороте (бедная!); как порхают в никуда бабочки, кажется, уставшие от своей красоты. Так вот, благодаря (или вернее: «из-за») наблюдательности Лина заметила эту странную «звезду», а чувствительность подогрела интерес.

Как-то вечером, уже перед сном, когда Лина сидела в комнате у мамы и занималась одним из своих любимых занятий (разглядыванием звёздного неба), её внимание привлекла крупная сияющая точка, сидящая внизу от основной звёздной массы:

– Мама, а ты замечала эту «звезду»? – Женщина средних лет, уже собравшаяся ложиться в кровать, чуть помедлила, заглянула в окно и ответила:

– Нет, никогда.

– Но она же светит очень ярко, сразу выделяется на небе.

– Да, но я её не замечала, пока ты мне не сказала. Может, это «Полярная» ?..

– Нет, «Полярная», по сравнению с ней, бледная и маленькая копия звезды, – девушка ткнула пальцем в стекло, – вон и она.

– Странно, может, какой спутник?

– Может и спутник...

На этом разговор закончился, но мысли Лины теперь крутились только около Звезды. Девушка начала следить за ней. Да, звёзды и ранее были ей интересны, но астрономом она себя не могла назвать, да и от физиков была далека, то, что её роднило и с теми, и с другими – это опять-таки наблюдательность.

Теперь ночи Лины проходили совсем не так, как ранее: не было нормального сна, просмотра видео и прослушивания музыки. Теперь она записывала каждое движение Звезды, не отходила от окна, отмечала в дневнике: «Время появления от горизонта отследить невозможно. Обзору мешает лес. Высшей точки подъёма «Звезда» достигает в 02:57. Снижение начинается в 4:12. Скрывается за деревьями в 4:33».

Днём Лина ходила рассеянной, помимо слежки за небесным объектом у неё было много других дел, но все они теперь казались такими бесполезными, в них был лишь один бытовой смысл. Даже в учёбе. Она училась, чтобы учиться. И дело было не в дистанционном обучение, а в том, что она потеряла веру во всё, чего желала ранее: стать психологом, чтобы помогать людям? Разобраться в них? Как разобраться в ком-то, если не можешь разобраться в себе? Да и зачем кому-то помогать? Почему на первых курсах наших высших учебных заведений не учат помогать себе? И что вообще выходит из всей этой жизни, если человек не может ответить на вопрос о том, что встаёт каждую ночь в небе за его окном?

Лина спрашивала у самого могущественного существа наших дней, у интернета, чем же может быть это светило. Интернет сухо и однозначно отвечал: «Звезда - массивное самосветящееся небесное тело, состоящее из газа или плазмы, в котором происходят, происходили или будут происходить термоядерные реакции. Ближайшей к Земле звездой является Солнце...» и бла-бла-бла. С ним не порассуждаешь, ему не докажешь. Лине удалось раскопать какой-то давно забытый форум (о, она так обрадовалась), на котором говорилось о странных светящихся точках, с траекторией, не свойственной звёздам. Кто-то выдвигал гипотезу, что это спутник, кто-то утверждал, что инопланетяне. Лина же допускала всё сразу, но и ничего из всего одновременно. Она знала, что есть только один вариант, – посмотреть самой. Но так ли просто уйти из спокойной жизни ради такой глупости? Как ни крути, но большинству людей покажется это абсурдом. Для чего куда-то идти, если эта «Звезда» тебя не трогает? Не вредит тебе? Да, если бы в такую ситуацию попал кто-то другой, а Лина была лишь наблюдателем, она бы подумала, что человек, увлечённый такой странной мыслью, просто сошёл с ума, но редко людям помогает чей-то взгляд со стороны (даже свой), ведь «взгляду со стороны» всегда легче. Лина бы с радостью выкинула всё из головы и начала снова спать спокойно, а не простаивать у окна каждую ночь, вперившись уставшими глазами в точку на небе, но не могла, мысль овладела её разумом.

В голове было представление, что «Звезда» приземляется в их лесу, однако, она знала об обмане зрения, «Звезда» могла приземляться и на другой части света. Всё же, после нескольких недель наблюдений, девушка решила мысленно рискнуть и подумать о походе. Ещё и лес манил своей близостью, казалось: зайди за огород, обойди пару сосен и найдёшь то, что ищешь.

Лине был нужен план.

Википедия