10. «Иначе что?».

— Что здесь происходит? — рядом с Олегом и мной возник усатый директор ресторана, как огромная тень. Его взгляд был напряжённым, и он не сводил его именно с меня.

Менеджер уже склонился к полу, спешно подбирая вилки. А мне, всё происходящее казалось каким-то нереальным. Разум повторял: беги, убегай, пока не поздно. Только ноги не слушались, и я стояла словно уже и неживая вовсе, неподвижно.

— Эта истеричка нам клиентов распугает! — выпалил Олег, злорадно указывая на меня.

И может Олег был прав. Ведь те самые клиенты, сидящие за столом, продолжали наблюдать за нами. Вот только вряд ли они являлись робкими людьми. Директор в спешке затянул шторы, пытаясь скрыть нас от посторонних взглядов.

— Соня, почему ты плачешь? Олег тебя обидел? — спросил меня следом усатый мужчина, даже уже с заботой.

Но я не смогла сказать и слова, лишь замотала головой в знак отрицания.

— Она ещё и немая! — продолжал лезть в разговор менеджер, встав теперь рядом со мной, во весь рост.

— Так, вот что! — директор уже явно терял терпение. — Ты, — он ткнул пальцем в Олега, — меняешь вилки клиентам и извиняешься. А ты... — он перевёл взгляд на меня, — идёшь на кухню и приносишь мороженое к столику. Поняла? Это будет от заведения, как подарок. Всё ясно?

Олег закатил глаза и молча исчез в коридоре, но я всё так же стояла, не в силах пошевелиться, сказать хоть что-то.

Не могу идти за мороженым. Я не пойду туда, к этим людям.

Директор заметно покраснел, он явно занервничал. Мужчина привык контролировать всё до мелочей, а сейчас чувствовал, что теряет контроль. И вот, прежде чем он успел вмешаться снова, напомнив мне о моих обязанностях более настоятельно, я почувствовала на своих плечах пальцы. Знакомые, холодные руки. Они сдавили мои ключицы, и я ощутила, как внутри меня всё сжалось.

— Какие-то проблемы? — голос Димы, его спокойный, но холодный тон, нарушил тишину.

На этот раз, директор по-настоящему растерялся, заметив, что перед ним теперь стоит угроза, а не просто лишь я. Дима был непрост, и он умел показать эту свою черту почти мгновенно. Любому.

— Это моя работница, извините, что доставили вам неудобства. Нам уже пора уходить.

Директор вроде бы неплохо знал мою тётю. Меня не особо, но он прекрасно видел, кто я и сколько мне лет. Он видел и, что Дима был совсем не таким, как все остальные. И он понял, что парень — это опасность. В глазах директора я заметила именно это: опаску. Только Дима, кажется, не имел намерений меня отпускать.

— Она не нуждается в работе. — отрезал он, придвинув меня к своей груди. Так близко, что я почувствовала его дыхание на своей макушке. — Она со мной.

Директор слегка смутился, но окончательно не растерялся:

— Вы ведь пришли сюда, насколько я помню, вчетвером...

Повисла пауза, после которой Дима, сжав мои плечи, наклонился ближе:

— Соня, скажи ему, как есть. Ну же, скажи. — его губы — у самого моего уха.

Просьба Димы прозвучала спокойно, даже непринуждённо, но я замерла в его руках, не зная, как поступить. А потом, будто от панической неразберихи в голове, выпалила:

— Да, я с ним, — заговорила я, быстро и закивав. — Вы можете тогда позвонить моей тёте и сказать ей, что я с ним? Позвоните... Пожалуйста.

К концу мои слова стали походить на мольбу, но Дима тут же схватил меня за руку, притянув ближе:

— Не стоит беспокоить твою тётку. Мы уезжаем в Москву. Вместе. И прямо сейчас.

— Нет! — я попыталась снова сопротивляться, но мои усилия выглядели уже совсем жалкими.

Дима тогда подавил усмешку. Вроде как, она была надо мной. Затем он слегка отвёл взгляд, словно старался скрыть свои эмоции, чтобы они не проявились на его лице и не стали мне понятны. А потом, наклонившись обратно ко мне, он прошептал совсем настойчиво:

— Ты. Поедешь. Со мной.

Тишина вокруг казалась вязкой и абсолютной. Я, оцепенев от железной хватки Димы и собственного страха, не могла понять, куда вдруг исчез директор. Единственное предположение — он ушёл, чтобы позвонить моей тёте. Хотя даже эта слабая надежда казалась маловероятной.

— С тобой твои друзья, и... Мы ведь так не договаривались. Я их совсем не знаю. И тебя я тоже не знаю. — путаясь в мыслях, я пыталась говорить мягче, но выходило прерывисто. Плаксиво.

Лицо Димы от чего-то утратило прежнюю напряжённость. На его губах появилась улыбка:

— Что, испугалась нас? — с проницательностью подметил он. — Я же предупреждал тебя поговорить с подружкой про парней. А ты этого не сделала, так? Может, тогда и не устроила бы здесь такую истерику, если бы выполнила мою просьбу.

— Я с ней разговаривала, — быстро оправдалась я. — Но это не значит, что я собираюсь проводить время с парнями. —  мельком заглянув за спину Димы, добавила: — Со взрослыми мужчинами.

После я замолчала, ожидая его вердикта. Дима нахмурил брови, будто мои слова оказались слишком примитивными для его хитроумных замыслов. Затем он резко ухватил меня за подбородок, притянув моё лицо ближе к своему, вынуждая смотреть только на него:

— Тебе нечего бояться, Соня. Всё, что они делают, — только по моей команде. — его брови едва заметно приподнялись, словно он говорил это всё в шутку, хотя голос звучал совсем иначе. — Мы ехали за город, на одно место. И я решил заехать к тебе, проведать. Остановились здесь, чтобы выпить. Никто и не думал причинять тебе вред. А ты, вижу, решила, что с тобой случится что-то очень нехорошее? И не раз?

Его слова вызвали у меня смятение. Я невольно опустила взгляд и, тихо проглотив ком в горле, прошептала:

— А почему тогда ты не отвечал на мои сообщения? Я тебе писала.

Дима отпустил мой подбородок, его пальцы скользнули вниз. Он улыбнулся снова, но как-то вяло, нехотя. Так, будто этот разговор со мной начал его утомлять.

— Я был с парнями. Был занят. Не обязан отвечать.

Осознав вдруг, что Дима не испытывает ни малейших сожалений и, в отличие от меня, вовсе не носит в себе никаких раненых чувств, я резко прекратила своё нытьё. Сделав короткую паузу, я принялась размышлять, как теперь с ним разговаривать, если мои обиды для него ничего не значат.

— Понятно, — протянула я. — А я хотела с тобой кое-что обсудить...

— Что?

В его глазах промелькнул интерес, и я замолчала на мгновение, собираясь с мыслями:

— Я просто не спала всю ночь. Думала о нашем поцелуе... Он был моим первым. Как и ты. — я отвела взгляд вниз, уставившись на его ботинки, изучая шнурки. — Может, тебе всё равно, но Кристина рассказывала, как её парень дарил ей цветы. А мне никто никогда не дарил. Ты это хотел знать?

— Могу купить тебе хоть весь цветочный магазин. — отрезал Дима.

Его слова я оставила без внимания и продолжила:

— А ты просто взял и украл мой первый поцелуй. Ничего не дав взамен. Даже элементарной поддержки.

Дима, всё это время казавшийся апатичным, неожиданно сжал зубы, его скулы сомкнулись. Но, видимо, не выдержав, он схватил меня за оба запястья и резко выпалил:

— Мне не всё равно, поняла?

— Тогда отвези меня сейчас домой... к тёте. — осмелела я, несмотря на то что внутри всё сжалось.

Это было немного невероятно, а может, это было лишь в моей голове, но Дима, вроде как, растерялся. По крайней мере, он не сразу нашёл, что мне ответить. Когда заговорил, его голос теперь звучал мягче, и он снова выпустил меня из своих рук.

— А что ты здесь вообще забыла? Бросила учёбу, чтобы зарабатывать себе на жвачку? Или сколько тебе здесь заплатят?

— Я тёте помогаю. — ответила я, не скрывая правду.

— Почему не попросила помощи у меня? Это ведь пустяк. И завязывай со своими сообщениями. Если что-то нужно, лучше позвони, — сказал он, не раздумывая, и вытащил из заднего кармана джинсов кошелёк. Он достал несколько купюр и, вероятно, предугадав, что я не возьму деньги напрямую, сунул их следом в маленький кармашек на моей кофте. — Вот, отдай ей. Это ей, не тебе. И это ещё одно правило моего клуба: если я что-то предлагаю — отказываться нельзя.

— Иначе что? — зачем-то спросила я. — Убьёшь меня и мою тётю?

Убирая кошелёк, Дима мне подмигнув:

— А ты быстро учишься. И совсем не глупая.

***

У друзей Димы была своя машина. Возможно, даже несколько — если считать, что на каждого по одной. По этой причине, или по какой-то другой, но те трое остались в ресторане, пока сам Дима повез меня домой, к тёте. Правда, по пути мы сделали небольшую остановку в магазине. Я купила продукты из списка, которые он же и оплатил. Убедить его позволить мне расплатиться самой не получилось, да и ситуация от этого стала бы ещё более нелепой. Всё равно ведь пришлось бы использовать его деньги. Так что, какая разница?

— Может, хочешь зайти? — предложила я, когда его машина остановилась у дома.

Это не было моим искренним желанием. Его визит являлся частью моего возможного плана: чтобы тётя обязательно увидела нас вместе.

— Нет. — отказался Дима, не подумав и секунды. — В следующий раз мы увидимся уже в Москве. Когда ты вернёшься.

— Хорошо. — кивнула я тогда, решив не настаивать, чтобы не вызвать лишних подозрений. — Пока.

И я потянулась к дверной ручке, собираясь выйти, но Дима остановил меня, схватив за руку. Его пальцы сомкнулись на моей коже, и я мгновенно ощутила, как по телу пробежала дрожь.

— Я хочу поцеловать тебя по-настоящему. — вдруг сказал он.

И на этот раз, едва успев осознать неизбежность того, что должно произойти, я начала дрожать. Мысли о близости с Димой сковали меня страхом, а сопротивляться ему я не могла — вообще ничего сделать не могла. А он смотрел на меня, наблюдая моё состояние, и, возможно, поэтому даже не стал ждать ответа. Моё мнимое согласие его не волновало.

Рука парня мягко обхватила мою шею сзади, притягивая ближе. Ладонь другой руки коснулась моей щеки. Губы его были холодные. Пахли сигаретами и мятной жвачкой. И я даже не успела закрыть глаза, когда он уже углубил поцелуй.

От наплыва противоречивых, незнакомых мне чувств, захотелось заплакать, но единственная слеза, скатившаяся по моей щеке, тут же была стерта его большим пальцем.

Наш поцелуй длился меньше минуты.

— Так лучше? — спросил он, отстраняясь, его голос был тихим, увлечённым. — Так ты это себе представляла, Соня?

Несмотря на то, что Дима звучал непринуждённо, я заметила, как... тяжело он теперь задышал. Неровно. Иногда так, что жадно. А я, бледная и напуганная, не дышала больше.

— Да, всё так. — ответила я ему почти неслышно.

С психопатами ведь лучше соглашаться, правда?

***

Вечер я провела в своей комнате, с ковром на стене и телевизором, который не работал уже лет десять, если не больше. В голове всё ещё крутились события дня, и я не могла смириться с тем, что директор ресторана оказался... трусом. Он оставил меня в опасной ситуации, не позвонил тёте, а просто сбежал. Оставил ещё наедине с теми головорезами. И с Димой. С Димой, который снова меня поцеловал. Разве это не насилие?

Я погрузилась в свои мысли, но меня выдернул резкий стук в дверь. Ещё не успев принять сидячее положение на кровати, я увидела, как в комнату вошли двое: моя тётя и... полицейский.

— Привет, — сказал мужчина в форме, натянуто улыбнувшись. Он внимательно оглядел меня. — Ты Соня, верно? Нам нужно поговорить. Ты не против?

Кажется, я зря обвиняла директора в бездействии. Он всё-таки позвонил, пусть и с опозданием.

Но прежде чем я успела хоть что-то ответить, мой телефон также зазвонил. На экране высветилось имя. Это был... Дима.

***

🎈🧸Мой тг: silver star