1. Правила знакомства.

Пролог

— Заткнись ты уже! Заткнись!

На этот раз, я прищурилась и склонила перед ним свою голову. А он, удерживая меня за руку, устремив её кверху, изменил моё положение, развернув к себе боком и...несколько отрывистых раз ударил, что есть силы, по моим ягодицам. Ладонью.

Словно вымещая на мне всё то, что он, никаким иным способом, не мог мне показать. Рассказать о том, что творилось у него внутри. Ни словесно, ни как-либо еще.Выходит, что даже... интимно. Ничего у него не получалось.

Он был рассержен. Раздосадован не мной вовсе — собой.

Ни с чем несравнимый страх парализовал любой мой возможный в этом случае звук. Я просто молчала, громко вздыхая и только вздрагивала, каждый раз жмурясь, когда его рука ко мне возвращалась, неотступно. Ожидала лишь, с опаской, что в любой момент — он изменит свою тактику. Коснется до меня ещё как-нибудь.

Я не знала, как именно, но предчувствовала, что ему обязательно известен каждый способ.

Своё исступление он остановил, прекратив его также неожиданно, как и позволил ему взять над ним верх. Продолжая удерживать за запястье, парень подтолкнул меня к ближайшей стене. Той, что находилась у кровати.

...но и это место — не оказалось моим окончательным предназначением. После, Дима снова меня подвинул. Поставив в самый угол, к нему спиной.

— Ты смотришь на меня так... не смотри.Своим глупым лицом!— заговорил он, словно лишаясь разума, ежесекундно.— И ты будешь там, стоять так, пока не перестанешь это делать. — он сделал паузу, кажется встал на месте и замер.— А если не перестанешь, я отдеру тебя за волосы. Поняла?

После, он продолжил свой шаг по комнате, но я не оборачивалась. От испуга и его многочисленных прикосновений — я вся горела. Как будто бы у меня температура под сорок, а всё тело покрылось мурашками. Такое вот странное расхождение приключилось, которое нашептывало мне о том, что с моим организмом творится что-то совсем неладное.

Но я терпела.Стояла и продолжала его слушать. То, как он тяжело дышал. Ведь Дима, словно наперекор собственному дыханию, заговорил ещё громче:

— Это всё твоя вина. Что я чувствую себя не в с своей тарелке.И так всю жизнь. Тоже из-за тебя.— он сделал паузу. — То мне блюдце достается, такое же бестолковое, как и ты, и я едва могу его использовать. Нет такой возможности, да и что ты в него уместишь? А чаще и всегда, мне попадается в руки просто тарелка. Огромная. Она мне тоже не подходит. Она безобразная и мне не по вкусу — я столько не ем. И что мне делать? Испытывать эту безвыходную тоску, пока я не подохну?

Я совсем не понимала философских рассуждений Димы. Не понимала и его сравнений, ведь моя моя голова... начала кружиться. Больше я уже не могла, не выдерживала — так вот стоять. И я села на пол, небрежно, почти упала. Всё также наблюдая перед собой стену. Не решаясь от неё разворачиваться.

***

На улице шёл дождь. Сентябрь только начался, а погода была такая, словно вместе с осенью к нам пришёл и тайфун: или как ещё объяснить, что порыв ветра сломал мой зонтик? А ведь когда-то это был мой самый любимый месяц в году.

— Мой милый, что тебе я сделала? — произнесла я вслух сентябрю, как будто он меня слушает.

До дома оставалось недолго, но я уже промокла до нитки и знала, что, скорее всего, заболею.

— Девочка, возьми листовочку! — услышала я рядом с собой голос парня.

Я редко отказывалась от подобной услуги, но сейчас был не самый подходящий момент. Я пыталась сосредоточиться на том, как обойти лужи, а не на том, где сейчас проходят распродажи. Тем не менее, я всё же взяла рекламные брошюры и, быстро поблагодарив, направилась к дому уже бегом, а не шагом.

Несмотря на то, что наступал вечер, дома никого не оказалось. Я и так это знала, поэтому не удивилась: мама уехала к тёте на две недели, а папа, с его профессией полицейского, часто пропадал по ночам.

Недавно мне исполнилось восемнадцать, и я достаточно взрослая теперь, чтобы не быть трусихой по пустякам, только и в детстве мне никогда не было страшно оставаться нигде одной. Правда, наш домик стоял прямо у самого леса, на окраине Москвы, и, если честно, иногда становилось жутковато слышать рёв животных (стараюсь не думать, что это медведь). Хотя в детстве меня именно этим и пугали.

Зачем? Не знаю. Может быть, чтобы я была более послушной.

Папа заботливо оставил в холодильнике мой ужин — запеканку, и пока она разогревалась, я села за стол, вытаскивая из портфеля учебники. Только первыми из кармана выпали именно листовки. Они оказались скомканы и размыты из-за дождя.

Ожидая ужин, я решила рассмотреть их получше. Узнать, что же предлагают кафе и магазины на этот раз, читала содержание вслух:

— Магазин одежды "Красное яблочко" предлагает эксклюзивные платья на любой вкус и случай: для вечеринки, деловой встречи или воскресного похода в церковь. В честь вашего дня рождения — скидка 15%! Ремонт компьютеров и телефонов — починим два разбитых экрана по цене одного! Быстро и качественно. Акция в кондитерской! Купите три шоколадки и получите конфету в подарок! Попробуйте наши сладости — вкус вашего детства.

Все предложения оказались очень заманчивыми, но платье мне некуда было одеть, мой день рождения ещё не скоро — только в июле, телефон в порядке, а три шоколадки я просто физически не смогу осилить.

Мой взгляд упал на последнюю рекламную брошюру:

«Клуб стрельбы и музей оружия приглашает всех желающих на день открытых дверей. Предлагаем вам послушать увлекательную историю нашего клуба и с пользой провести время.»

Прочитав, я сразу вспомнила о папе. Ему бы точно понравилась такая экскурсия, а для меня это был бы отличный шанс провести с ним время. В голове мгновенно созрел план: поскорее купить билеты, а потом просто поставить его перед фактом. Он точно не откажется. Я взглянула на дату в брошюре — суббота... мероприятие уже завтра!

В пару кликов на телефоне я купила билеты и их распечатала. Теперь оставалось лишь лечь спать, а утром встретиться с папой.

***

Давно я не вставала так рано в субботу. Только сегодня, мне хотелось поскорее обрадовать своего папочку, походом в интересное для него место.

— Привет, пап. — произнесла я, оказавшись на кухне, и, увидев его, почувствовала лёгкое тепло в груди.

— Доброе утро, Сонечка.

Папа уже допивал свой кофе, а это означало, что очень скоро он обязательно уйдёт.

— Ты вообще спал? — задала вопрос я, усаживаясь напротив него.

— Посплю потом. Сегодня я только до обеда на службе. — он перевёл свой взгляд на настенные часы.

— О, это очень хорошо, пап. Потому что сегодня мы пойдём на экскурсию. Вместе!

Больше не выжидая, я положила перед папой, купленные вчера билеты.

Взяв их в руки, внимательно изучая, он мне улыбнулся.

— Очень интересно... спасибо, дочка. Буду тогда к трём часам, по этому адресу, обещаю.

Почти запищав от радости, я тут же кинулась к нему на шею.

Что бы я не говорила, но мне ведь, на самом деле, очень его не хватало... и мамы тоже. Просто я, чаще, врала самой себе, чтобы об этом не думать. Я вообще игнорировала много своих мыслей и чувств: страх перед темнотой, нехватку родительского внимания, а ещё — проблемы с геометрией. Последнее, конечно, не очень вписывалось в столь сентиментальный список, но тоже доставляло мне дискомфорт.

***

В 2:45 я стояла у входа в странноватое на вид здание без окон. Оно было продолговатым и одноэтажным. Серым. Не вселяло поэтому и светлых чувств. Как ни странно, но кроме меня поблизости не наблюдалось никого. Возможно, все уже давненько находились внутри, но мне казалось, что я одна в этом удручающем месте.

Внезапно мой телефон завибрировал. На экране появилось сообщение от папы:

«Я опаздываю, зайди без меня».

Я нахмурила брови. Теперь мне это совсем не нравилось. Знакомая ситуация: кажется, я старалась напрасно, потому что папа, как всегда, просто не придёт.

Но делать было нечего, и, несмотря на то, что настроение моё изрядно упало, я всё же решила зайти в этот клуб. Меня от слова «совсем» не интересовала тема оружия и его история. Жестокость и насилие вызывали лишь отвращение. Но билеты уже были куплены, и я потратила много времени, чтобы добраться до этой части города. А ещё во мне жила надежда на то, что папа всё таки приедет, пусть и с опозданием.

Железная дверь оказалась массивной, почти непосильной. Признаюсь, мне было сложновато её открыть, учитывая моё невеликое, местами даже излишне худощавое, телосложение. И зачем только делать подобный бункер? Неужели есть люди, которые захотят украсть всё то добро, что там собрано?

Где-то внутри уже слышались отдалённые голоса. Их было немного, и я не могла расслышать слов, лишь шагала к этому гулу. Но вдруг раздался оглушительный выстрел. Мне даже на секунду показалось, что пуля пролетела прямо мимо меня.

Не сумев сдержать испуга, я громко вскрикнула, закрывая голову руками, словно это могло спасти меня от чего-то ужасного. И лишь когда ко мне подбежали люди, я осознала, что стреляли совсем не возле меня и, тем более, не в меня. Это было лишь эхо, прозвучавшее из помещения неподалёку. В коридоре было достаточно дверей.

— С тобой всё в порядке? — рядом оказался пожилой мужчина в очках.

Я же, слушала лишь беспокойное биение собственного сердца. Чувствовала и слёзы на щеках. Никогда ещё, со мной подобного кошмара не приключалось.

Неспешно и всё ещё с опаской, я подняла голову на небольшое скопление людей вокруг. Тут же я встретилась взглядом с кем-то, кто стоял позади всех. Он не только возвышался над всеми, но и выделялся. Это был мрачный парень, одетый во всё чёрное. Словно он хотел стать чей-то тенью или же своей собственной, чтобы остаться незамеченным. И он же, по какой-то причине, очень пристально и с интересом наблюдал за моим испугом. Но не так, как все остальные: в его глазах не было и намёка на сочувствие.

И я не смогла долго смотреть ему в глаза или даже в его сторону. Он не отталкивал меня, но ощутимо вселял панику. Возможно, я просто всё это надумывала, находясь в шоке от ситуации с выстрелом, но факт оставался фактом: спустя всего несколько секунд нашего зрительного контакта, я первой опустила взгляд в пол.

— Эй, ты меня слышишь? Всё хорошо? — повторил свой вопрос всё тот же пожилой мужчина.

— Да. Наверное... Извините, я просто здесь впервые. Пришла по приглашению из рекламы, вот. — сбиваясь в словах и дыхании, я протянула ему свой билет, чувствуя, как щёки заливает стыд.

— Милая, так это же на следующей неделе. Ты ошиблась. — мужчина поднёс мой пропуск поближе к очкам, пытаясь его разглядеть.

Чувствуя себя теперь полнейшей дурой, я попыталась выдавить из себя улыбку, но она получилась скорее натянутой:

— А, да? Ну... я тогда приду потом. На следующей неделе тогда. Спасибо.

Внутри меня разлилось чувство досады, а ещё одиночества. Кажется, даже такая простая ошибка стала лишь очередным напоминанием о том, словно в этом мире не было места для меня. Я, вдруг, ощутила, что мне не хватает не только папы, но и уверенности в себе.

Стараясь скрыть растерянность, забыв обо всём, даже о билете, который так и остался у незнакомца в руках, я почти бегом направилась в противоположную сторону от недоумевающих гостей клуба. К счастью, мне на глаза попалась табличка со стрелкой в сторону туалета. Не раздумывая, я туда и свернула, войдя внутрь. Нужно было просто хотя бы немного прийти в себя.

Оказавшись в уборной, я подошла к раковине и облокотившись на неё, неохотно посмотрела на своё отражение.

— Ну и вид.

Растрёпанные светлые волосы до плеч, потёкшая на левом глазу тушь, запутавшаяся челка. Как же меня угораздило так опозориться? Я умыла лицо и руки, написала папе сообщение, что он может не приезжать, так как произошла «небольшая» ошибка, и вышла из туалета.

На часах было почти четыре, и я никак не могла понять, куда ушло столько времени. Из-за погоды темнело рано, а я всегда старалась быть дома к пяти, чтобы избежать ненужных рисков. Я решила, что на сегодня с весельем покончено, и пора отправляться домой.

Шагая по теперь уже пустому коридору к главному выходу, я заметила силуэт, который двигался мне навстречу. И чем ближе он становился, тем явственнее я понимала, что это... тот самый парень, во всём чёрном, с которым наши взгляды встретились при моём постыдном появлении в клубе.

И мы остановились одновременно. Буквально в пяти шагах друг от друга. Даже не знаю, как и почему это произошло. Это был словно какой-то импульс.

Он, наверное, всё таки остановился первый. А я — зачем-то скопировала его поведение.

— Потерялась? — внезапно громко задал он вопрос.

— Нет. — ответила я, почему-то в полголоса, как будто стыдясь собственных мыслей о том, что действительно ощущала себя потерянной.

Его неспешный тембр звучал довольно успокаивающе, но в то же время и вызывающе. Как будто каждое его следующее слово станет каким-то вызовом мне.

— Это твоё? — задал он очередной вопрос, протягивая мне мой билет.

— Ага. — ответила я, стараясь сохранять непринужденность, хотя внутри меня разгоралась тревога.

Я говорила коротко, потому что на самом деле чувствовала себя крайне некомфортно, словно любая реплика этого парня обнажала мою уязвимость. Я и по-прежнему не могла долго смотреть ему в глаза, в отличие от него.

— Ну так возьми. — отрезал он, и в его голосе уже читалась насмешка.

Только мне не было обидно, на его месте я бы тоже подумала: «Что это за идиотка?». И правда, сначала я до слёз испугалась из-за какого-то эха, а теперь отвечаю на вопросы, будто стою у школьной доски на уроке геометрии. «Да», «нет», «ага» — вот и всё, что приходило в мою голову.

И я всё равно, может машинально, я выполнила его просьбу, подошла совсем близко и протянула к нему руку. Теперь, стоя рядом с брюнетом, я заметила, что его глаза были почти чёрные... а каждый сантиметр его кожи покрывали татуировки такого же цвета. И я не успела этому удивиться, потому что, когда наши пальцы соприкоснулись, по моему телу побежали мурашки.

Его кожа была ледяная. Или же я, всё ещё слишком горячая.

— Холодно. — бесконтрольно спало с моих губ. И я не могла поверить собственному безумству. Я что, только что произнесла это вслух?Наконец-то, на апатичном лице парня появилась едва уловимая улыбка. — Я наверное нарушила правило клуба, придя сюда не в самый подходящий день. Всё таки, это закрытое место... — быстро начала говорить я, вдогонку самой себе, пытаясь спасти ситуацию.

Парень отдал мне билет, тут же сунув руки в карманы своих джинсов, но всё ещё не спуская с меня взгляда. Словно долгожданно изучая ближе, как будто он искал что-то, что смогло бы его знакомым образом удивить.

— Нет. Совсем нет. — произнёс он, сделав паузу. — Ты нарушила лишь моё правило, очень простое: не встречайся со мной взглядом, если я тебя об этом не просил.

Вместо того чтобы прислушаться к странноватому совету незнакомца, я, напротив, снова посмотрела ему в глаза. Это был риск, который, казалось, лишал меня шанса на дальнейшую с ним дружбу, но я не смогла удержаться.

— Спасибо. — по-глупому ответила я, неуместной благодарностью, сжимая в руке билет. Это было единственным, что связывало меня с реальностью.

В моей вмиг опустевшей голове возникло очень много вопросов. И все они только о нём. Кто он? Почему взял мой пропуск и пошёл меня искать? Почему его глаза такого пугающего цвета? Как и весь он...

Только они, все эти вопросы, лишь немо остались на моих губах. Мне, наверное, стоило продолжить свой шаг к выходу, только я застыла. Стоять осталась, продолжая лишь сбивчиво дышать.

— Увидимся. — произнёс он тогда, и... прошёл мимо меня, прежде чем я смогла ещё раз на него поглядеть.

— Пока. — ответила я, и вряд ли он это услышал.

***

Время пролетело быстро: учеба, поход в кино, снова учеба. Я и сама не заметила, как снова наступила суббота. На этот раз — правильная суббота. Та самая, когда в клубе стрельбы действительно проходил обещанный день открытых дверей. Но на этот раз я ощутимо волновалась, если окажусь там одна. Нет, не потому что папа, возможно, опять не сможет со мной пойти, а потому что я боялась снова столкнуться с тем парнем. И это на меня не похоже, но я думала о нём всю неделю.

Вспоминал ли он меня? Наверное да. То, что я устроила в стенах клуба, в свой первый и крайний раз — забыть бы стало сложно. Слишком уж оглушительно я дала о себе знать. И по этой причине, я желала больше никогда его не увидеть и чтобы он не увидел меня.

Стоя напротив уже знакомых мне дверей, я с улицы услышала, как на этот раз внутри находилось намного больше людей. И с одной стороны, это было хорошо — я смогу просто затеряться в этой толпе, стать невидимой. Тем более что папа сказал, что, возможно, опоздает. А может, и вовсе заедет только за мной, чтобы забрать домой.

Нас всех разделили на две группы, и повели по разным комнатам: сначала небольшой музей с огнестрельным оружием, затем — допотопные кинжалы. Меня не интересовало ничего из этого, и каждое новое помещение казалось лишь пустым фоном для моих мыслей. В каждом новом пространстве, я робко оглядывалась по сторонам, ища глазами его. Того самого парня. Только его нигде не наблюдалось. И это не приносило мне облегчения или же наоборот разочарования, но по мере того, как экскурсия подходила к своему концу, моё сердце билось всё учащенней.

В одной из последних комнат я задержалась у экспозиции древних клиньев. Надпись на витрине говорила о какой-то легенде о вампирах и чернокнижниках. Я отбилась от группы, решив об этом почитать. Фантастика была мне намного ближе, чем эта пугающая реальность.

— Выбираешь средство для самообороны? — услышала я чей-то голос прямо за спиной.

От неожиданности меня буквально передёрнуло. Знакомый голос. Тот, от которого сердце начинало биться чаще, а в груди поднималось что-то тяжёлое, мгновенно тянущее вниз. Пониже его чтобы стать то есть. Это был он. Это точно был он.

— Привет. — произнесла я, обернувшись на парня с замиранием.

Он стоял ближе, чем я ожидала. Только был всё также холоден и отстранен, в привычно тёмных тонах: чёрные джинсы, футболка, кожаная куртка. Его татуировки теперь были отчётливо мне видны — на шее, руках, даже на пальцах. Они выглядели как застывшие обрывки какой-то другой жизни, его, которую я не знала, но может когда-то и пойму, если он расскажет. Тёмные волосы падали на его лицо, тем самым почти его скрывая, от моего заинтересованного, но всё также пугливого на него взгляда.

— Интересуешься нечестью? — произнёс он, как будто мимоходом, не обращая внимания на приветствие. У него плохие манеры?

Я замялась, чувствуя, как неловкость захлестнула меня с головой. Почему я до сих пор не знаю его имени?

— Нет, не особо... — начала я, чувствуя, что слова с трудом выходят наружу. — Мне просто... оружие не очень интересно, если честно. Зато эта экспозиция довольно увлекательная.

Он стоял слишком близко, и казалось, что его взгляд пронизывал меня насквозь. Я почувствовала себя почти беспомощной на фоне его умения уверенно вести беседу.

— Я Дима. — внезапно представился он, словно прочитав мои мысли.

— Соня. — ответила я, пытаясь ему улыбнуться, только тщетно. Я трусила.

У меня ведь действительно не было опыта общения с парнями. Ну, если не считать одноклассников, но даже они всегда оставались на каком-то расстоянии, словно мы жили в разных мирах.

И вот, сейчас, когда я была уже в колледже лишь пару недель, я ещё даже не успела ни с кем познакомиться. Парни-друзья? Моя рутина слишком... скучная. Чтобы подобное могло стать реальностью. А уж о чём-то большем я и вовсе никогда не задумывалась.

Такие вещи просто не для меня. Они принадлежат другим людям, с другой жизнью.

— Ты очень хорошенькая, отличаешься от всех, кто сюда когда-либо приходил. Я сразу же понял, что к оружию ты не имеешь никакого отношения. Зачем ты сюда пришла? — Дима, теперь серьезный, смотрел на меня внимательно, как будто мой ответ действительно имел для него значение. Как будто это место являлось чем-то важным для него самого.

— Увидела рекламу вот и подумала, почему бы и не сходить? — я решила не упоминать папу и мой план. Зачем вдаваться в такие подробности перед совершенно незнакомым человеком?

Я быстро опустила глаза, не слишком уверенная в своём умении врать. Только его едва уловимая усмешка от меня не ускользнула. Кажется, он уже знал, что я не до конца честна.

— И как? Тебе понравилась экскурсия? Планируешь вступить в клуб? — он продолжал свой настойчивый допрос, и его взгляд был пристальным, но не враждебным.

Честно говоря, мне было непонятно, почему он так всем интересуется. Непонятен и его интерес ко мне. Что вообще он делает здесь снова? Может, работает в этом клубе или музее? Просто он не выглядел так, чтобы это было правдой.

Внезапно, я машинально сделала шаг назад, от него. В какой-то момент мне показалось, что из-за того, что мы находимся так близко, у меня начинает кружиться голова. И этот лёгкий дискомфорт постепенно перерос во что-то большее — словно моё тело само пыталось увеличить эту дистанцию между нами.

Дима заметил это и вопросительно посмотрел на меня, только ничего не сказал. В его взгляде читалось лишь недоумение и, возможно, некая настороженность. В любом случае, он выглядел напряжённее, чем прежде. Будто почувствовал что-то, что изменило его спокойствие на нечто противоположное.

— Понравилось, но вряд ли я вернусь снова. Учеба важнее, и ты прав, оружие — это не моё. Я не люблю жестокость. Меня... меня пугают все эти вещи. — честно призналась я.

Он улыбнулся, а во мне промелькнула надежда, что это не была лишь очередная насмешка. Но другой причины для его радости я не находила. Внезапно, он вытащил из кармана складной нож и быстро, прямо у меня на глазах, его развернул.

— Я давно состою в этом клубе. Если кратко, мой отец его основал. — произнёс он, ловко складывая нож обратно.

Я напряглась. Он вообще в порядке? Конечно, я восхищалась теми, кто умел выполнять подобные трюки, но сейчас... был ли подходящий для этого момент?

Видимо, моё лицо выдало мои мысли, я излишне болезненно сдвинула брови на своем лице, наблюдая острое лезвие в его пальцах, или же парень увидел мой испуг, потому как он тут же добавил:

— Это не опасно. — произнес он, выжидающе на меня уставившись. В его взгляде читалась какая-то скрытая проверка, словно он ждал от меня реакции, которая смогла бы ему понравиться.

В пустом помещении, где, кроме нас с Димой, больше никого не было, повисла напряжённая пауза.

— Не опасней, чем встретиться с тобой взглядом, если ты об этом не просил? — решила я слегка пошутить, вспомнив его странное наставление, сказанное прошлой субботой.

Но, кажется, моё замечание не вызвало у него улыбки. Наоборот, он, похоже, даже рассердился. Убрав нож в карман, Дима резко ответил:

— У тебя хорошая память, мне это нравится.

От этих его слов мне, я вновь потеряла дар речи. Что он вообще о себе думает? Почему преследует меня?Может быть, потому что этот клуб принадлежит его семье, он может разгуливать здесь с ножом, одобряя или не одобряя людей по своему усмотрению?

— Мне нужно идти. — пробормотала я себе под нос, стараясь как можно скорее сделать шаг к выходу.

Моё сердце снова забилось чаще, а чувства, в основном обида и страх, застыли в моих глазах. Я успела сделать лишь пару шагов, прежде чем Дима меня остановил. Его пальцы — длинные, холодные, ледяные — крепко обхватили моё запястье, не давая двигаться дальше.

— Плохо в тебе лишь то Соня, что тебя, кажется, не научили прощаться, особенно со взрослыми.— прошептал он совсем уже недобрым тоном. Его голос прозвучал у самого моего уха.

Я не успела испугаться или понять, что происходит. В этот момент я по-настоящему оказалась в оцепенении. Никто никогда не обращался со мной так, и я никогда не сталкивалась с психопатами. Что важнее, я не ощущала угрозы для себя... но только сейчас почувствовала дыхание этой самой опасности у самого своего лица.

— Отпусти, мой отец работает в полиции! — вырвалось у меня в страхе, первое, что пришло на ум.

Правда, мой голос дрожал, и, наверное, я звучала не очень убедительно.

— Я и не собираюсь с тобой ничего делать, просто скажи мне: «пока». — произнёс парень спокойно, абсурдную просьбу.

— Пока. — с трудом выполнила его «указание» я.

Он моментально тогда ослабил хватку, и моё запястье выскользнуло из его цепких пальцев. И если бы я не пребывала в таком шоке, наверное, начала бы бежать со всех ног, крича о помощи. Но всё, что я сделала, это рефлекторно коснулась своей руки, которая была в «плену», другой рукой, словно «жалея» её.

— Ну, что ты здесь стоишь? Беги же, к своему папочке. — издевательски произнёс Дима.

Он уже находился за моей спиной, а до это развернулся в противоположную от меня сторону. Так, словно в одночасье, я стала для него врагом. У него точно было не всё в порядке с головой, а его слова и грубые действия мгновенно отразились на мне. Из моих глаз потекли слёзы, я сама бросилась к двери. Чтобы наконец покинуть это место.

***

Выйдя из помещения, не помню, как я оказалась на улице. Я просто бежала, иногда оглядываясь, и так добралась до сквера. Увидев свободную лавочку, я села, пытаясь отдышаться и осознать, что произошло. Что мне теперь делать? Действительно рассказать всё своему отцу, как я и пригрозила? Вся эта история звучит как бред и у него столько проблем на работе, а я вечно ищу хотя бы каплю его внимания. Нет, я просто отправлюсь домой, и всё будет в порядке. Скоро я вообще забуду это, как страшный сон. Я больше никогда не увижу этого Диму и не вернусь в тот клуб.

Никогда.

Спустя какое-то время мне удалось немного успокоиться. Я не могла позволить себе выглядеть заплаканной. Нужно было поскорее вернуться к зданию, ведь папа вот-вот приедет. Нельзя, чтобы он нашел меня плачущей в парке. Я расстрою его и создам еще больше проблем... Может и вовсе, я просто слишком мнительная, и всё, что случилось со мной сегодня, вовсе не так страшно?

Когда я уже подходила обратно к клубу, издалека заметила авто отца. Рядом с ним стоял черный Мерседес, и выглядело так, будто папа разговаривал с кем-то через открытое окно, ведя беседу с человеком, сидящим в другой машине. Я подошла совсем близко к родителю и тут же замерла на месте. Действительно, он общался с человеком в Мерседесе... И это был он — моя новая фобия, Дима.

— Передавай привет отцу! — услышала я последние слова папы, незаметно и потише юркнув в нашу машину.

Дима кивнул ему в ответ, затем завёл мотор. И прежде чем тронуться, он посмотрел на меня так пристально, что я невольно вжалась в сиденье, больше не пытаясь тщетно от него спрятаться. Всё происходящее действительно пугало меня, и у меня почти случилась истерика — очередные бесконтрольные слёзы. Но Мерседес на полной скорости уехал с места.