Глава 35 Воспоминания

– Какая красота! – ахает восторженно Нина, оглядывая город. – Ну просто прелесть.

Чему радоваться? День святого Валентина не предвещает ничего хорошего. Горожане скупают открытки, украшения, хозяева своих магазинов украшают помещения соответствующе. Мы ранним деньком тоже решили в эту пятницу походить по Краедену и посмотреть на подготовку к такому праздничку. Сколько парочек на улицах образовалось, чет тошно стало.

Розовые краски в вечно серо-сине-темном городе выглядит неестественно, выбиваясь из общей картины, царапая взгляд.

– Как много розового, – поеживаюсь с кислой миной, поправляя плащ. – Слишком много. Я будто в дом Барби попал. Где силиконовая девица с голливудской улыбкой?

Нина возмущенно скривила брови, чуть лицо не треснуло.

– Ты предлагаешь всё сделать в черном цвете? – догадывается Паша, когда мы подошли к восстановленному кафе-бару теть Энни. – На то он и день влюбленных, смотри сколько пар наплыло разных возрастов.

Нина с Элаем пошли в кафе брать горячие напитки и закусить чего-нибудь. Вместо посиделок сжигаем шагами калории, освобождая место для новых порций вкусностей. Заметив мой пристальный взгляд к мусорному баку, Вика толкает Пашу в бок.

– Паш, что это с ним...?

– Да я задолбался угадывать, что с ним, – смеется он по тихому в ладонь. – Давай просто примем, что он псих.

Я подхожу к баку и встаю в позу ниндзя, готовый принимать удары. Махая руками и ногами поочередно по воздуху, делаю вид, будто защищаюсь от мусорного бака. Слышу хохот друзей за спиной, их смех, наверно, слышит весь город.

– Джиу-джицу...– изобразив сложные и непонятное движение руками, продолжаю смотреть на бак. Строить из себя клоуна веселое занятие: расслабляешь комок нервов, веселишь окружающих, заряжаешься их позитивом.

– Слышь, ниндзя, – окликает Паша. – Отстань от бака. Он даже не тронул тебя.

– Я слышал оскорбление в свой адрес.

Последний раз убийственно взглянув на бак, реалистично изображая давнюю вражду и многовековую ненависть между нами, оставляю в покое.

– Вы чего такие красные? – обратился Элай к Паше и Вике. Он и Нина вернулись с полными руками съедобного.

– Ты такое пропустил. – отзывается Паша. – Тут была битва бака против человека. Легендарный поединок.

Элай с Ниной как услышали это, принялись смеяться не тише остальных.

– Совсем чокнутый. – улыбается Нина. – Мусор не выпотрошил?

– О, благодарю. – лукаво отвечаю, по-аристократически делая глоток чая, выплевывая вслед за последними словами подруги. – Постыдись мыслей таких! Да, я крыса, но элитная!

Незаметно для меня, отвлеченного умело бургером с двойной котлетой и обилием сыра, лучка-давился слюнями, пока откусывал,-ребята зашли в магазин, где все такие штучки-дрючки ко дню влюбленных и продаются. Миленький магазинчик с сердечками, любовными надписями. Пахло сахаром, приторностью праздника, запахи случайным образом душили не хуже ладана. Аллергия на ванильности или моя вредная натура ворчливого одиночки выползла? Сказать наверняка нельзя.

Встретила нас полненькая женщина блондинка, с приятным округлым личиком, добрым взглядом серо-голубых глаз. Волосы коротко подстрижены под каре, сделана укладка. Одежда в тех же ярко-красных тонах, что и магазин, аккуратное платье полуприлегающего силуэта, двухслойное. Подкладка из трикотажного полотна, короткие рукава, пелерина из шифона. Перед декорирован пришивной металлофурнитурой. Белые туфли с каблучком-рюмочка, звучно постукивали по деревянному полу магазина.

– Ой, сколько молодых! Доброго утра! – навеселе произносит она. – Вы парами? Желаете украсить дом к прекрасному дню или устроить самое лучшее романтическое свидание?

– Я их фея крестная, это мои дети. Мадам, не могли бы мы осмотреться у вас? Предложение как никогда заманчиво.

– Конечно! Всё, что хотите! Если нужна помощь, просто крикните. Я разбираю товар за кассой. – она учтиво кивает нам и уходит за прилавок работать дальше. Ребята устремились рассматривать товары, бегая голодными глазами по пестрящим блесткам, открыткам, подаркам.

– Ухты! – восторженно произносит Нина. – Какие необычные сладости!

– Тут и букеты очень красивые, с открытками. – Вика открыла одну открытку на букете. – О, как мило.

– Взгляни на валентинки, – Элай протягивает ей одну из тысяч, что стояли на полках.

Тем временем окидываю гирлянды взором великого критика, наткнувшись на них.

– А нахрена так дохрена? – высказываюсь вслух про длину гирлянд в виде сердечек. Попытавшись посмотреть поближе, они тут же падают на меня и я весь путаюсь в них. Жалея в момент падения об отсутствии силы человека-паука, вместе с гирляндой на меня сыпется блеск с баночек что задел, когда пытался освободиться.

На грохот, взбаламутивший весь магазин, все сбегаются на звук. Подбежав ко мне, я, скованный и осыпанный блестками, сижу на полу.

– Выглядишь так, будто...– из-за смеха Паша не может произнести ни слова.

– Да-да, будто на меня напала толпа ошалевших стриптизерш. Я сам выгляжу как один из них. Помоги встать. – Паша протягивает руку помощи тонущему в титаническом количестве паутины из гирлянд.

– Извините нашего друга. – виновато смотрит Элай на продавщицу. – Он не хотел.

– Ой ничего, моя вина. Нужно было покрепче их вешать. Вы уже выбрали себе что-нибудь?

Куча конфет, рюшек, открыток, наборы канцелярские, при помощи которых подделки делать и украшать подарки-забрали они с собой если не весь магазин, то одну треть безоговорочно. Выйдя на улицу, резкий свет ударил мне в глаза, от чего зажмурился.

– Куда теперь? – пыхтя с тяжелыми пакетами в каждой руке, предложить свою помощь не успел.

– Давай помогу. – Элай выхватывает у нее пакеты, я лишь недовольно фыркаю. Вика, благодарно кивнув, с облегчением вздыхает. Решили возвращаться обратно к Нине домой, попутно бурно обсуждая разные истории по дороге. Простая болтовня переросла в ностальгию и топанью к недоброму прошлому, однако парочка отличных моментов найдётся.

– О, расскажите как вы познакомились! – резко заявляет Вика, обращаясь к Паше и Нине. Мягкая серая вязанная шапка лезла на лоб, поскольку оказалась слегка растянута после стирки. Усмехнувшись, увидев очередной раз как она скатилась на глаза ей под звонкий смех, оттягиваю шапку, поправив волосы за уши, чтобы челка не мешала. – Спасибо, не нашла другую.

– Опять куда-то положила и забыла? – иронично кривлю губы.

Вика недовольно урчит, себе под нос что-то бубнит, иногда со смешком поглядывая в мою сторону. Недовольство чудо моё так проявляет.

– Словно вчера это с нами случилось, – на вздохе заговорил Паша. – Не самое обычное первое знакомство.

– Но зато незабываемое! – хихикнула Нина. – Началось после моего переезда в Краеден. Отцу по наследству перешла компания в которой он работает и мы сменили место жительства.

– О да, а мы с Пашей просто шли на урок. – намекаю другу о былых деньках.

– Да уж, такой день не забудешь. – сохранив веселость в голосе, встречаемся глазами с мелькающей тупой болью в их блеске. Те года далеко позади, а всё же продолжают неприятно стучать по помятой душе. В то время я был далеко не в лучшем состоянии во всех планах, чего брат не сможет забыть никогда.

Два года назад.

Клаус вместе с Пашей переодевались на урок физкультуры.

– Старик, слыхал что у нас новенькая в классе? – делится новостью Клаус, завязывая шнурки, сидя на лавочке.

– Ну да, а ты ее уже видел? – Паша присаживается к другу.

Тот, завязав кроссовок, оборачивается к другу и падает с лавочки. Паша не удержавшись, начинает хохотать, видя как Клаус неудачно приземлился задницей на пол.

– Чего ржешь, идиот...

– Это уже седьмой раз за неделю, – улыбается он, протягивая руку Клаусу. Кастильо встает, поправляя туго затянутые бинты на ладонях. – Заживает хоть?

– Ерунда, – отмахивается Клаус, вспоминая как разбивал кулаки в кровь об стену. Куда проще забить на боль, чем погружаться в нее.

– Точно? – не отстает друг, обеспокоенно поднимая брови.

– Да, я в порядке, сколько раз уже можно повторять? – Клаус поправляет густые черные волосы назад. – Пошли давай.

Махнув рукой, Паша следует за ним и они заходят в спортзал. Ученики играют в баскеткросс, парни в стороне оглядывали всех присутствующих.

– Видишь ее? – плавает глазами Клаус по девичьим лицам, ища незнакомое.

– А ты уверен, что она тут будет?

– Паш, я уверен на все сто. – ещё некоторое время исканий и они находят ту самую новенькую. – Вот она. – кивком Клаус указывает на девушку, что тоже скромно стояла в стороне, наблюдая за игрой. У девушки чёрные прямые волосы, которые она собрала в высокий хвост и серого, оловянного оттенка глаза. На нее косились еще несколько учеников, перешептываясь. Подросткам свойственно обсуждать кого-то или что-то, делиться мыслями, самого разного характера.

– Ты не знаешь как ее зовут? – задаёт вопрос Павел, не отрывая взгляда от девушки.

– Увы, не удалось узнать. Хочешь познакомиться? – поднимает Клаус удивленно одну бровь вверх, с любопытством наблюдая за реакцией Василевски на незнакомку.

– Нет... – пулей выбрасывает друг, снова переводя на нее внимание. – То есть...возможно, но не знаю. – неуверенно произносит Паша, сказав более правдивые слова в анализе Кастильо. Ему не особо сложно распознать некоторую ложь Василевски, он зачастую до смеха предсказуем.

– Заболел что-ли. – Клаус прищурившись, посмотрел на него, потрогав лоб тыльной стороной ладони. Теплый, едва-едва. – Понравилась?

Иногда Клаус бывал вовсе без комплексов и мог задавать любые вопросы без какого-либо стыда и совести.

– Кастильо...– шикает Паша пристыженно. – Иди на хрен. Тише говори, не на весь спортзал.

– Ладно, стесняшка. – вырвался из легких короткий смешок. – Пошли поиграем.

Игра ничем не отличалась от предыдущих изо дня в день, пока Миша Тернер не кинул баскетбольный мяч и тот полетел прямо на новенькую. Она даже не видела летящего в нее мяча. Целенаправленно или случайно не рассчитал силы-никто не успел понять. Тяжелый мяч мчался по воздуху, целясь в висок девушке.

– В сторону! – кричит Клаус, замечая быструю реакцию друга. Тот успел дёрнуть незнакомку за руку. Кастильо с кулаками и обильным матом накинулся на одноклассника, не скупясь на удары. Парень пусть и с большой массой, а Клаус куда проворнее и изворотливее, подобно скользкой змее.

Удар пришелся Паше прямо в живот, но он даже ни звука не произнес. Сам отбежать не успел. Упав на колени, он упирается руками в пол.

– Пашка! Пашка, только не умирай, олень ты мозговитый. – Клаус с разбегу падает к нему на колени.

– Боже мой! – всплеснула руками испуганно девушка, садясь рядом. – Ты как? Сильно больно?

Паша лишь молча мотает головой. Вроде боль есть, а ушибленную часть тела не чувствует совсем.

– Помоги мне его отвести в больницу. – Давай, помоги его поднять. Ходить можешь? – тот слабо кивнул.

– Тебя ничем не задело? – Василевски все-таки смог что-то сказать через боль.

– Нет, спасибо большое... – только губы тронула легкая улыбка, как лицо скривилось от неприятных ощущений.

Они вывели его из школы, посадили в машину Клауса и доехали до самой больницы. Травмированного забрали врачи на обследование, а новенькая вместе с его другом сидели в коридоре около регистратуры. Ожидая вестей, незнакомке в тишине становилось невыносимо. В особенности смотреть на разодранные костяшки этого парня. «Где он мог их так поранить»-мелькнул в мозгу вопрос, взгляд буровил юношеские кисти рук и проглядывающиеся вены под кожей.

– Спасибо за помощь. – тихо произносит девушка, пытаясь прощупать почву по отношению к нему. Со стороны парень выглядит располагающе, насмешливая улыбка как вызов всему и вся, озорной огонек в глубоких карих глазах создавали впечатление весьма задорного человека. И грелась в груди темная, одна такая нехорошая мысль, вспомнив вдруг с какой злостью и агрессией он набросился на какого-то парня. «Откуда в нем столько злобы?»-очередной вплывающий без ответа вопрос.

Клаус усмехается.

– Пашка такой, супергерой, – прыснув, брови нахмурились, накладывая тень суровости. – Не бойся, Тернеру пару ласковых сказал, не сунется. Временно точно. Попробует снова-отвешу очередной раз.

Девушка нервно сглотнула, увидев грозное лицо Клауса.

– Разве тебе не надоедает?

– Набивать таким лица? Нет, – парень вздохнул отчасти грустно, отчасти раздраженно, почесав затылок. – Им терять нечего, а могила не исправит. Только участок земли своей тушей подпортят.

– Т-ты наверно Кастильо? – неуверенно произносит она, сложив некоторую картину из слухов в городе. Сплетничать девушка не любит, просто пару раз ловила ушами определенные фразы, соединив которые, поняла, кто перед ней стоит.

Непредсказуемая, безумная, жестокая личность в человеческом обличии.

– Ну да, единственный и неповторимый. А кто ты? Откуда?

– Я Нина Блю. – отвечает девушка, протягивая руку. – Приятно познакомиться. Приехала из Пенсильвании.

– Взаимно, Нина. – добродушно отвечает, принимая жест. – Воу, далеко же тебя занесло!

Действительно, если взять в учёт, что Краеден Хиллс расположен на границе штатов Колорадо и Канзаса, буквально в центральной части соединённых штатов, Блю родом из восточной части, чем удивила Клауса. Он не всегда понимал решение переезжать из нормальных, цивилизованных городов в их «отдельный» мир, наполненный вечной облачностью, частыми туманами, дождями.

– Отец переехал из-за работы по приказу начальства. Здесь какие-то проблемы в БИИ, его поставили директором и заведующим компанией в Краедене, чтобы наладить организационные вопросы и продолжать развивать ее.

– Забавно, – как-то отрешенно озвучил Клаус, забегая в свои мысли.

– Это твой друг? – решила Нина сменить тему.

– Брат, если быть точнее.

– Но вы даже не похожи... – Нина зашла в ступор. – Или один из вас другому приемный?

– Да, мы не родные. – с натяжкой соглашается Клаус. – У нас разные семьи, но мы друг друга называем братьями. Кто сказал что брат, обязательно тот, с кем общая кровь?

Нина не нашла подходящего ответа, потупив взгляд. Она никогда не слышала подобной речи ни от кого. Назвать чужого человека тебе братом? Считать его семьёй? У Клауса огромный запас доверия к Павлу, раз между ними настолько крепкие, уже братские отношения.

– Мой первый день в школе и я нахожусь в больнице...С тобой и твоим братом.

– Согласись, утро уже специфическое?

Блю оценила шутку нового знакомого, одарив легкой застенчивой улыбкой. Неловкость всё больше ограничивала ее в действиях и словах, тревожась от бухнущих в голове мыслей как ей себя вести, что говорить.

– Утречка теть Оливия! – с приветственным жестом рукой восклицает Клаус, бодро улыбаясь. Мисс Василевски возвращалась из палаты сына, держа в рукам медицинскую книжку. – Как там мой верный олень?

– С Пашей все в порядке, никаких серьезных травм нету. Сильный ушиб. Можете проведать его. – обыденно ласково звучит мягкий голос Оливии. Извинившись, быстрыми шагами удаляется по своим делам, поскольку работа не терпит отлагательств.

– Хей, лань на больничном! – первым в палату заглянул Клаус, источая волны позитива.

– Подойдешь ко мне и я тебя придушу. – злобно поглядывает Паша, а голос не скрывает смеха.

– Смотри, в данный момент мы наблюдаем агрессивное поведение собаки сутулой, которому не комфортно в этой среде обитания. – ухмыляется Клаус, обращаясь к Нине. Та тихо посмеивается.

– Кастильо! Иди-ка сюда, демона сын! – Паша кидает в друга тапок, до которого смог дотянуться.

– Поведение пса становится еще отрицательнее, тут поможет укол от бешенства! – громче хохочет Клаус, смотря на злое лицо друга. – Ладно, остынь. Спрячь зубки. – похлопывает его по плечу. Тот резко Клаусу в лицо впечатывается смачно подушка.

– Еще раз я услышу подобное, во сне приду и задушу тебя.

– Вот так и живем. – Клаус оторвал подушку от лица, перекосив слегка лицо, точно вместо обычного наполнителя лежали чугунные плиты. – Знакомься Паш, это Нина. Ну, а как зовут этого оленя ты уже знаешь.-Он вновь получает по лицу подушкой.-Я тебе знаешь куда ее засуну...

– Приятно познакомится. – у обоих легко заалели щеки. Клаус это увидел сразу, он прочуял почву и принялся действовать. Достав из кармана плаща телефон, делает вид, будто ему написал отец.

– Ребят, мне нужно срочно отойти. Не огорчитесь, если я вас покину ненадолго?

Создавать каламбур из слов любимое занятие Кастильо.

– Иди давай. – Василевски кладет подушку под спину обратно, смотря куда-то в сторону. Клаус покидает их, оставляя наедине друг с другом.

–Ну, что, думаешь мы чокнутые? – спустя молчание спрашивает Паша.

– Нет! Ну, конечно твой брат странный...– Нина смолкла, подбирая более правильные слова. – Я не это хотела сказать. – начала она оправдываться, виновато поджимая губы. – То есть ты странный, а он более спокойный. Ой, наоборот...– он тихо засмеялся, а девушка смутилась.

– Бывает, – спокойный тон снял пару цепей напряжения с плеч ее. – Болезненное первое знакомство однако. Есть много способов начать разговор, но чтоб таким образом... – Нина захихикала следом.

– Этот день мы все запомним. Сколько ты тут пробудешь?

– Я прилип к койке на несколько недель.

– Сильно ударили тебя?

– Жить буду. Придется отцу заканчивать изобретение самому.

– Изобретение?

– Да, мой отец учений физик, еще мастер в конструировании разной научной аппаратуры. Я ему бывает помогаю в создании изобретений. – Нина глупо захлопала глазами.

– Секунду, а твоя фамилия случаем не Василевски? – Паша кивает. – Бог ты мой! Твой же отец Георгий? – он вновь делает кивок, не понимая эмоций знакомой. – Воу...

– Что такого?

– Наши отцы хорошие знакомые и в некотором роде напарники.

– Почему мы никогда не виделись? – Нина пожимает плечами, смущенная этим фактом не меньше Павла.

– Покажешь какое-нибудь изобретение?

– А ты хочешь? – девушка активно закивала головой. –Признаю, ты впечатлила меня. Если так хочешь, то как только меня выпустят отсюда, обещаю, мы сходим ко мне домой.

Радость наполнила Блю до краев чаши. Она давно желала узнать, чем живет и дышит знакомый отца. Наука не была сильной ее стороной, однако назвать себя глупой язык не поворачивался.

Смотря друг другу в глаза, разглядывая черты каждого, оба понимают, что засмотрелись и резко отводят взгляд с розовыми щеками. Сердце Нины предательски сильнее забилось в груди. Приятный на лицо и поведение парень не оставил ее равнодушной. Девушке давно никто так не симпатизировал, не беря во внимание малые часы знакомства. Павлу не пришлось сильно стараться, Нина падкая на сообразительных, умных и любящих своё дело мужчин.

– Ладно, ещё увидимся, – поднимается девушка со стула, накидывая бежевое пальто.

– Ага...увидимся. – отвечает Паша, не менее смущенный.

Наши дни.

– О какая прелесть! – Вика расплылась в мечтательной улыбке. – Как мило-о-о.

– Вот такое первое и травма опасное знакомство. – подытожил Паша, обнимая Нину.

– Нормальных людей сводит друг с другом судьба, вас же свели мяч и больница. – провел смешное заключение Элай, получив от меня одобрительный взгляд.

– Это было лишь искрой, толчок пришлось мне брать на себя. – говорю я ему, намекая, что история имеет продолжение.

– Кстати, а где признание? – взглянула младшая Блю на них. – Где слова «я тебя люблю»?

Они переводят взгляд на меня.

– Думаю, эту историю расскажет купидон. – иронично поглядывает Нина, подогревая интерес Виктории и Элая.

Почти 2 года назад.

– Ты что, втюрился? – в лоб спрашивает Клаус, присаживаясь на диван к Паше. По классике просиживая штаны в доме друга, парни страдали подростковой хренью. Залипали в телефоны, скидывая друг другу тик-токи, Клаус заспамил личку Паши мемами и постами с пабликов в телеграмме. Тухнуть в одиноком доме ему не хотелось, смотреть на нескончаемое вливание отцом алкоголя в себя, звенящей тишины, неустанно напоминающей об отсутствии мамы сводили юношу с ума сильнее, чем собственные бесы. И пока Нина помогала мисс Оливии, он решил поговорить с другом на важную тему.

– Отчего такие коварные вопросы? – с невозмутимым лицом говорит Паша. Клаусу лгать бесполезно, он учует обман за версту от близких.

– У тебя на лбу это написано, старик. Влюбился так, что светишься как новогодняя звезда на ёлке.

Паша безнадежно вздыхает, от него он ничего не скроет.

– Прям свечусь?

– Искришься. – с полным ртом бубнит Клаус, жуя чизбургер.

– Что поделать, влюбился...

– Так действовать надо! – вскакивает он с игрового чёрно-зелёного кресла, не переставая есть. – Руки в ноги и вперед!

– А если хорошего конца не видать?

– Не попробуешь, не узнаешь. – не сдаётся Кастильо, мотивируя друга на первый шаг. Большинство неудач строится на обоюдном молчании, где оба думают о не взаимности другого. Ему не хочется видеть разбитого в осколках чувств Пашу. Такое мало кому пожелаешь.

– А почему же ты никогда не следуешь своим же словам? Другим помогаешь, подсказываешь, но сам? – в это мгновение их настигла тишина. – Сколько тебя знаю, с тобой всегда так.

– Видимо, я не все. – улыбается он притворно и задумчиво потирает руки. На ум пришла Одри и ее куча не отвеченных смс. Разблокировав телефон, пробежался глазами, сжимая мобильник в руке сильнее.

Одри: Мать просто конченная, снова пол часа поливала дерьмом, орала, а после ныла и извинялась.

Одри: Надоело, хочу развеяться.

Одри: Мартин зовёт на тусу в «Неоновые краски», схожу. Ты со мной?

Клаус: Милая, ты же знаешь, ненавижу всем нутром Джексона. Не лучшая идея идти.

– Старик, что случилось?

Ему было не до вопросов друга.

Одри: Сигареты и деньги на них закончились, а новый блок ты мне не возьмешь, я права? Мне надо как-то избавиться от стресса.

Клаус: Не мечтай. Хватит гробить здоровье.

Одри: А тебе можно?

Клаус: Мне да. Подожди немного, скоро вернусь.

Одри оставила сообщение без ответа, давая Клаусу понять, что она в порыве эмоций обиделась, не оставшись ждать. Другого он не ожидал, ему попалась слишком своенравная девушка, делающая во вред себе и ему всё, что можно. Любит ли он её по-настоящему...?

Определённо, некие чувства к Одри он испытывает.

Гнев и раздражение.

Злобно фыркнув, убирает телефон обратно в карман, предварительно поставив на беззвучный.

Пусть делает как хочет, у него не осталось сил просить перестать вести себя по-свински.

– Признайся ей. – вернулся Клаус к прерванной теме, делая вид, будто паузы не случалось.

– Что? – у Паши чуть из рук не выпала кружка с кофе. – Издеваешься? Не рано ли?

– Рано солнце на небе всходит.

– И что ты предлагаешь? Прямо подойти и сказать?

– Если ты бесстрашный, то дерзай.

– Как ты это делаешь...? – тот пожимает плечами, изрядно помрачнев после сообщений от своей девушки. Снова придётся заглянуть в «Волчий клык», взять себе выпить. – Позже, наверно. Точно не сейчас.

– Что позже? Вы о чём? – заинтересованно спрашивает Нина, заглядывая через Пашино плечо. Тот подскочил на месте. Девушка резко выпрямляется и краснеет.

– Как давно ты тут стоишь? – лицо Паши стало розовее и Клаус старательно пытается не засмеяться.

– Да вот только подошла, а что? – друг на друга они не смотрели, лица заливались краской быстрее, чем созревают помидоры.

– Не, ничего... – губы Клауса сильнее растянулись, он прикрывает рот кулаком, имитируя кашель. Нина непонимающе смотрит на них.

– Клаус... – предупреждающе тянет Паша.

– Я пятнадцать лет как Клаус, – он уже не смог сдержать смеха. – Боже, до чего угарно. – смотря на них, продолжает таинственно ухмыляться и смеяться. Чувства друг к другу между ними Клаус видел невооруженным глазом, только вот смешно наблюдать как они себя ведут в компании друг друга.

– Знаете парни, вообще пришла сказать, что мне нужно домой. – Нина прерывает наши гляделки.

– Уже уходишь? – Василевски позабыл о всём том, что было только что.

– Ну, не навсегда же. Завтра увидимся ещё.

Как по взрыву гранаты у Клауса возникла идея в голове. Если не он, то кто? Этим ребятам не хватает толчка, придётся помочь.

– Мне тоже нужно домой! – выпалил Клаус. – Ну...дела житейские. Одри мозг вынесла, пойду забирать идиотку из бара.

– Она снова за своё? – сочувственно посмотрела подруга, ловить взгляд которой Клаусу не хотелось. Она хорошо понимала настроения и ему было бы гораздо хуже, чем сейчас. Возможно, он бы растрогался в чувствах, вспомнив, каковы слёзы на вкус.

– Бросаете меня значит, да? – кидает шутку Паша в неловкое молчание между ними, проводив до прихожей.

– Оставляем на попечение судьбы. – уточняет Клаус, надевая маску клоуна. – Обещаю сегодня еще встретиться, не переживай. Только при встрече давай без убийств? – загадочно поигрывал бровями. Паша никогда не понимал, что он подразумевает под этой мимикой То ли искренне, то ли злорадно.

Клаус направился в свое любимое кафе, заказал себе «Путь с инсульту». Это жареные яйца с беконом и картошкой фри. Отодвинув тарелку с едой, быстро взломал контакты друзей, как его научил Паша и написал от каждого другому смс о срочной помощи. Встретиться нужно у входа в парк. Выполнив подло благую миссию, довольно улыбается и откладывает телефон на стол, не спеша доедая. Он знал, друг позже догадается, но зато они встретятся, обговорят это всё.

***

Паша изо всех сил бежал на место встречи, которое ему было указано в смс от Нины. Подбегая, там уже стояла встревоженная девушка, ждавшая его по идентичной причине.

– Нина! Я здесь! – подбежав, пытается отдышаться. Лёгкие горели, жадно поглощая весенний воздух. – Что случилось?

– Хотела спросить тоже самое, что за помощь жизни и смерти?

– Это ты мне писала. – Паша недоумевая, хмурит брови. Ситуация походила на глупую комедию.

– Я тебе не писала. – отрицательно качает она головой, уверенная в своей правоте.

– А это что тогда? – он показывает ей переписку. – Если это шутка, Нина, то не смешная.

– Да клянусь, не писала, это ты. – теперь Нина протягивает ему свой телефон.

– Не понял... – Паша потупился, сверяя чаты. Полный обман.– Если ты не писала, я тоже... – потребовалось несколько секунд, чтобы понять, чьи проделки. Сейчас он понял и улыбку ту его и слова. – От сволочь бесовская. Увижу-прибью.

– Что?

– Это Клаус.

– Клаус? – не верила Нина. – Зачем ему такое писать?

– Бывает, даже сам не понимаю логику в его поступках. Временами она отсутствует.

Они дружно словили смешинку, откидывая тревожное покрывало с плеч.

– Замечаю всё чаще.-Шире улыбаясь, смотрит ему в глаза, поймав ответный заинтересованный, пристальный к ней взгляд молочно-карих глаз.

– Слушай, я...– заговорили они в один голос.

– Извини, – перебила девушка. – Говори первый.

– Что ты хотела сказать? – уступает ей, учтиво склонив голову.

– Ну...– смутилась она, понизив голос до еле различимого урчания. – Я...– вновь минутное молчание, с каждой секундой казавшееся нестерпимой мукой молчать и не в силах признаться. Метавшись меж двух огней, ощущали себя на краю пропасти, где необратимо тикают последние секунды жизни. Настолько эмоциональные качели бросали молодых в разные стороны.

– Ты мне нравишься. – слиянием голосов произнесли они и удивленно посмотрели друг на друга.

– Правда? – ахнула Нина, не воспринявшая за полноценную правду признание. Доводилось однажды разочаровываться в людях, их словах, обещаниях.

– Такими словами не разбрасываются.

– Я не думала... что нравлюсь тебе тоже.

– Но все же решила сказать?

– Кто не рискует, тот не пьёт шампанское, верно?

–Лучше не скажешь. – сделал Паша шаг вперёд, склонившись к Нине забрать первый поцелуй.

Наши дни.

– Вот такие пироги. Ещё один счастливый конец.

– Ты прощен, – говорит Паша. – Но за то, что заставил нас сильно перепугаться, получил.

– Ой-ой-ой... – передразниваю неблагодарного. – Зато вы вместе, а то десять лет бы тянули.

– За себя говори!

Дорогой придурошный брат помчался гоняться по улице за мной, вороша снег под ногами. Не успели почистить дорожки, как вновь образовался снежный ковер.

– Это моя работа! – кричу в ответ, убегая. Паша прыгнул на меня со спины, повалив на влажный снег. Вот засранец, промокнем же!