Мой котенок

Месяц и 1 день. Все эти дни я давал Клаусу связываться с родителями, чтобы они не писали заявления. Я угрожал убить его у низ на глазах и это срабатывало. Не сказать, что заявления было бы большой проблемой, но после трех трупов, это было бы перебор. И Клаусу не мало доставалось. Парни заперли его в одном был подвалов чуть ближе к городу. Частенько «навещали» его, я в том числе. Это помогало немного успокоиться.

Я с отцом Моники часто встречался в палате. С мамой я почти не говорил. Мне было совестно смотреть ей в глаза. Моя же мать, только когда я забирал Лили, спрашивала о моих делах.

Не сразу, спустя только 2-3 недели я понял, что моя левая рука ноет. Сначала я не обращал на это внимания, думал повредил, когда избил Клауса. Линда заметила, как я встряхивал кистью, будто пытался сбить боль. Она силой потащила меня на рентген, где выяснилось что у меня передом кости. Она уже почти срослось и это было некритично. Но мне назначили какие-то таблетки, крема и носить повязку.

Линда стала нашим личным врачом. Она следила за тем, чтобы я выполнял назначения врача, потому что сам я на это забил.

Я вышел с офиса и перед тем как сесть в машину, решил купить сладостей для Линды. Купив все, что было нужно, я вышел и собирался возвращаться, когда за спиной послышалось тихое мяуканье. На обочине дороги сидел котенок. Он весь сжался от страха пролетающих мимо машин. Несколько раз его чуть не сбили. Я успел взять его на руки, перед тем, как очередной водила заденет его. Он был совсем кроха. Весь в грязи, липкий, но даже так было видно насколько белоснежная у него шерстка. Я огляделся в поисках кошки, но ее не было, поэтому, долго не думая, отвез его в ближайшую ветклинику.Там его быстро отмыли, расчесали и сделали все нужные прививки. Ни разу у меня в голове не пролетела мысль отдать его в добрые руки. Я оставлю его себе. Может это знак свыше?

Меня переполняли эмоции: я безумно гордился собой. Я представлял, как Моника обрадуется, когда увидит его. Ведь это была ее заветная мечта.

По дороге в квартиру купил все необходимое на первое время. Пес с интересом первые минуты рассматривал его, хотел поиграть.  Было рискованно оставлять его одного с Феликсом, поэтому я запер его в уборной с едой, водой и пеленками.

Я уже закрывал входную дверь, когда позвонила Линда. - Уже еду, - сразу произнес я, даже не дав ей сказать. Она хотела что-то спросить, но не стала. Лишь попросила не задерживаться. Скорее всего ее смена заканчивалась.

Через несколько минут я уже шел по до боли знакомому коридору. Линда стояла у палаты и нервно ступала с ноги на ногу, глядя на часы.- Это тебе, - я протянул ей коробку с угощениями.- Спасибо... - она была очень взволнована. Я уже стал паниковать и хотел ворваться в палату. - Ноен,  она просыпается.

Первой мыслью было: «что за глупая шутка?», но дрогнувшие в улыбке губы женщины вселяли уверенность в словах. - Не заходи пока. - она опустила ладонь на ручку двери.

Я не мог поверить своим ушам. Запустив пальцы в волосы, взглянул на потолок. Я смог вздохнуть полной грудью.

Господи, спасибо!

Я был на седьмом... Нет! На десятом небе от счастья. Впервые на глазах блеснули слезы счастья.  Спустя столько дней, длящихся как годы, она очнулась. Сотни эмоций и мыслей пролетали так быстро, что я не успевал ничего понять. Облегчение - самое главное. Она жива и с ней все хорошо. Это было самое главное.

- Когда я могу войти? - Через пару минут. Но ты должен быть аккуратен. Мы не знаем, как она поведет себя. Не забывай, что у нее может быть амнезия. Линда рассказывала что нужно и не нужно делать, а я не мог ее слушать. Предвкушение перед долгожданной встречей. Лихорадочное возбуждение и легкие импульсы, бьющие по рукам, были доказательством того, что это не сон. Это не начало очередного кошмара. Это реальность.

Когда знакомый врач с улыбкой на лице вышел из палаты, я смог зайти внутрь.- Ноен..? - позвал меня ангел еле слышимым голосом. Моника сидела оперевшись на спинку кровати и смотрела на меня. Ее легкая улыбка сияла ярче всех звезд на небе.Она выглядела очень уставшей, но это не мешало быть ей самой красивой.Я подошел ближе. - Я люблю тебя, девочка моя. - признался я и коснулся ее губ мягко и аккуратно, боясь поранить. Присев на привычное кресло, я взял ее руки в свои и не мог остановиться покрывать их поцелуями. - Как ты? - она опередила меня, задав этот вопрос. - Я жить без тебя не могу. В мгновение улыбка с ее лица спала. - Что случилось? - я начал беспокоиться. - Ничего. Я просто... о многом хочу поговорить с тобой. Но я так устала, и все тело болит. - Поспи, мы еще обо всем успеем поговорить.Она медленно повернула голову к окну. Солнце уже село за горизонтом. - Я никуда не уйду. Буду сидеть тут и ждать, когда ты проснешься. Не волнуйся. - успокоил ее я.

Я помог ей лечь обратно. Месяц без движения мышц давал о себе знать. При каждой нагрузке она испытывала боли, и даже массажи, которые мы проводили, не помогли избежать этого.

Буквально через пару секунду Моника провалилась в сон. Она продолжала держать мою руку даже через сон. Я смотрел на нее и не мог оторвать глаз. В палату вошла Линда.- Она уже уснула?- Да, - с печалью ответил я.- Не волнуйся. Это нормально, организм перестраивается. Но есть другая проблема: ты же понимаешь, что ее не выпишут так скоро? Нужно будет проходить терапию и учиться заново ходить. - Это не проблема. Главное - она пришла в себя.

Линда поменяла жидкость в капельнице и, похлопав меня по плечу, вновь покинула палату.

Спустя примерно 2 часа Моника проснулась. Я положил голову у ее бедер и все это время ждал пробуждения. На несколько минут я и сам вздремнул. - Прости меня. Это все моя вина.- Не-е-ет! - она хотела подняться при переизбытке эмоций, но сил не хватало. - Ной, ты ни в чем не виноват. Пожалуйста не думай так. - Тебе досталось больше меня.- И что? Ты всегда лез в огонь и воду за меня. Все ведь должно быть взаимно. - поняв, что пример взаимности вышел не очень удачным, она захихикала.

Я так скучал по ее смеху.

- Лучше расскажи о себе. Что нового? Чем ты занимался все это время.Моника подала бы пример любому в оптимизме. Насколько бы плохо не было, она искала во всем лучшее. Как, в принципе, и во мне. - Мне кажется я слышала все, что происходило вокруг, но вообще не помню.Я рассказывал ей все, что произошло за весь месяц, но без подробностей убийства. Некоторые моменты Моника вспоминала и сама дополняла.

Я не мог поверить своим глазам. Она жива, а все остальное теряет смысл. Все! Окружающие люди теряются, проблемы исчезают. Остаемся мы наедине. - Я тут надолго, да? - Пока полностью не восстановишься. Я буду тут все время. Одна ты не останешься. - Ты же не будешь 24 часа в сутки со мной просиживать. У тебя же дела могут быть.- Для этого есть Чарли, Чейз, Джейден, в конце концов: Данте и Габриэль. - поспешил ее успокоить. - Они же не знают еще? - Нет, никто не знает. Я решил, что ты не обрадуешься слишком большому вниманию в первый же день.

Я попал в точку, потому что на лице Моники вновь засияла улыбка.- Ной, я так горжусь тобой. Хоть от тебя и несет сигаретами. - она засмеялась своим же словам. Коснувшись пальцами появившейся ямочки на ее щеке, я погладил ее кожу и заправил волосы за ухо.- Можешь лечь со мной? - Конечно! - радостно воскликнул я и подскочил с кресла. К нашему счастью бортиков у кровати не было и на вторую половину лег я. Оперевшись на бог, я разместился так, чтобы видеть ее. Моника медленно подняла руку и положила ее мне на затылок, намекая опуститься ближе. Я наклонил голову, чтобы поцеловать ее в губы. Привычные для нас поцелуи: резкие, грубые, будто не приносили ей удовольствия. И через пару секунд Моника остановила меня, прерывисто дыша.

Я отодвинулся и стал разглядывать ее в поисках причины. Мое сердцебиение резко участилось в страхе, что что-то могло случиться. - Подожди пожалуйста. Мне пока трудно успеть за тобой. Я хочу сама. Я облегченно выдохнул и вновь наклонился к ней. Моника в комфортном для нее темпе целовала меня. Ей еще было трудно дышать и двигаться, поэтому я просто расслабился, и мы наслаждались друг другом.

Мы еще долго лежали так, слушая дыхание друг друга, пока Моника не начала диалог, который я так избегал. - Ной, прости... я не сказала тебе сразу. - Я знаю. - перебил я.- Знаешь? - она очень удивилась. - Я хотела тебе рассказать, но после той конференции. Не хотела, чтобы тебя что-то отвлекало. А кто тебе рассказал?- Никто. Я искал что-то в твоей сумке и нашел тест. - Ной... - ее глаза налились слезами, и она отвернулась к окну. - Солнце, нет-нет-нет... - я за подбородок повернул ее обратно к себе. - Все хорошо! Это в прошлом! - поспешил ее успокоить.- Нет! Врач сказал, я не смогу иметь детей больше. Моника с новой силой заплакала, пряча лицо в ладонях. Ее слова импульсом прошлись по всему телу, и эхом ударили по голове. Я замер, не зная, что сказать.

Я знаю, как она хотела детей, помню, как мы представляли наше будущее с детьми, но теперь...

У нас будут дети! - пообещал я себе. - Девочка мой, у нас с тобой все еще впереди. Может не сразу, но ты станешь мамой. В мире куча врачей, и столько историй, когда девушки рожали с диагнозом. Не ставь на себе крест из-за слов, какого-то придурка. - Но...- Ник, он и мне говорил, не надеяться, что ты выздоровеешь. - А если не получится, и я останусь одна? - Ты что за глупости несешь?! - я разозлился не на шутку. Но я понимал ее. Если мне хотелось плакать от страха, не представляю, какого было ей. Для многих девушек это самый большой страх. Но Моника еще боялась, что это могло стать причиной нашей расставания. - Ник, я не оставлю тебя ни за что! Не смей даже думать о таком. - пригрозил я. В ее глазах мелькнул испуг. Возможно я был груб, но я не успел извиниться, как она сменила тему.

- Закрой пожалуйста дверь на ключ и помоги мне перевернуться. - Моника смахнула слезы и неуверенно кивнула. - Другое дело. Я не сужу, что ты плачешь из-за страха не иметь детей, но не сомневайся в моей верности тебе, прошу. - Прости, ты прав.- Ты меня прости. Я был слишком резок.

Я выполнил все ее поручения. И вернувшись обратно в постель, обнял ее из-за спины. Как мы оба это любили. Моника почти всегда засыпала раньше меня. А я мог сладко спать, только когда слушал ее умеренное сердцебиение у своего. - Кстати, я чуть не забыл. - я достал из кармана телефон, чтобы показать ей фотографии котенка. - Какой красивый. Чей?- Твой. - Мой?! - вскрикнула она.- Мхм. Моника радостно запищала и крепче прижала к себе мои руки. Она будто сама превратилась в котенка. - Ной, ты самый самый самый самый самый. Самый! Лучший! А-а-а! Можешь спросить у врачей, чтобы ты его хотя бы раз принес. - Зачем их спрашивать. Я им плачу, чтобы разрешения просить? - Тебе наверно дорого обошлось мое нахождение здесь. - Ни-и-ик, не начинай считать мои расходы на тебя. - устало промычал я. - Я для своей любимой сделаю все! - Мне так нравится, когда ты меня так называешь. - Как? Любимая? Родная? Девочка моя? Дорогая моя? - О даа! - простонала она, специально возбуждая меня. - Мне очень нравится твое имя, поэтому я не хочу тебя по другому звать. Еще твое имя легко можно простонать. - у нее в голове 100% какой-то план. - Могу тебя попросить еще кое о чем? Так я и думал. - Проси, что хочешь. - У меня болит грудь, а кисти сжимать больно, чтобы помассировать. - Проси такое почаще. - я сразу запустил руку под ткань ее халата, и медленно стал разминать мышцы. Я игрался с соском сначала правой, потом левой груди, и так по кругу. Моника лежала на моей левой руке и массировала пальцы. Спустя короткое время Моника уснула, следом и я.

У моей девушки было идеально все: волосы, кожа, тело и главное - прекраснейший характер.