Глава 8

Мы идем быстрым шагом, местами переходя на бег. Йен крепко держит меня, а я тащусь за ним. Мне хочется оттолкнуть его и убежать, но куда? Голос разума подсказывает, сейчас самое безопасное место – это рядом с ним. Хотя сам Йен в очередной раз доказал, что союз с ним безопасным быть не может. Я смотрю на его крепкую спину, темные волосы и пытаюсь в ночи уловить его взгляд. Неужели передо мной находится тот человек, который совсем недавно поцеловал меня? Я злюсь на себя, на то что доверилась. На то, что на какое – то время позволила себе затуманить голову. За руку меня тащит человек, хладнокровно расправившийся с охраной Пролайфа – не с простыми людьми с улицы, а с обученными стрелять и убивать солдатами. Йен прикончил их и, не моргнув глазом, из оружия, предусмотрительно замаскированное в его часах. Интересно, что еще он прячет? Кто он вообще такой?

– Ты что, плачешь? – Йен сначала украдкой смотрит на меня. Потом замечает слезы. Он разворачивается и хватает меня за плечи. А ведь и правда, я плачу и даже не замечаю. Сколько еще я буду плакать? Почему я похожа на загнанную мышь, идущей в логово к зверю? Йен прижимает меня к себе, но я не позволяю и бью его в грудь. Я сама хочу быть зверем. А вместо этого я постоянно от кого – то зависима. От Корпорации, потому что не могу встретить Лилю. От Маркуса в Округе. Здесь от Йена. И хуже всего то, что я постоянно чувствую себя слабой. Какая же я глупая, слезами горю не поможешь. А я вечно плачу. И вот сейчас опять.

– Кейси, все хорошо... у тебя шок, но, – Йен вновь протягивает руки ко мне. А я пищу сквозь свой плач так, что думаю, он с трудом понимает слова.

Я смотрю на Йена, который прищурился и пытается разобрать слова. Я понимаю, что он ничего не разобрал из сказанного мною. Вздохнув, я беру себя в руки, вытираю щеки и говорю:

– Отдай мне часы, – я протягиваю руку Йену. Его лицо застыло в изумлении.

– Отдай мне эти чертовы часы с пушкой! – требую я снова.

– Кейси, я не могу это сделать. За нами теперь целый отряд охотится, вдруг еще какая – то ситуация и придется...

– Какая ситуация? Ты людей убил! Йен, ты себя слышишь? – обрываю я его, не дав закончить.

– А ты хочешь, чтобы убили тебя?

Йен задал вопрос, который на секунду меня отрезвил. Но всего лишь на секунду, потому что потом я кричу на него.

– Отдай, кому сказала! Отдай!

– Тише, успокойся, – он, видит мое невменяемое состояние и пытается говорить спокойно, – не кричи.

Прекрасно понимая, что это наивысшая глупость на свете я не слушаюсь Йена. За нами возможно погоня, а я собираю весь воздух в лёгкие и кричу:

– Помогите! Пожар! Пожар!

Йен со страха ринулся ко мне. Он закрывает мой рот руками, но я кусаю его.

– Все, все, вот держи, – он поспешно снимает свои часы и передает их мне, – только успокойся, возьми себя в руки. Из – за тебя нас могут теперь заметить.

Я беру в руки часы и прячу их в сумку. Йен внимательно следит за этим моментом, его ноздри напряженно раздуваются.

– Йен, прости. Но я тебя боюсь, – я нашла в себе смелость выдавить это, глядя ему в глаза. Уж не знаю, придумывает ли это мое больное воображение или это действительно так – но я вижу отклик на его лице. Его темные глаза взглядом бегают по моему лицу.

– Ладно, давай уйдем подальше отсюда, – он берет мою руку и смотрит снова на меня: от страха она холодная как лёд.

***

Редкий свет в окнах домов продолжал гаснуть, и наш квартал погрузился во тьму. Высокие здания многоэтажек возвышались над нашими головами. В Округе самой высокой постройкой считался Дом Советов – всего пять этажей. Здесь в Городе он казался бы спичечным коробком. Многоэтажки каждого квартала отличались друг от друга. Сейчас мы проходили черные дома, которые сливались с ночной мглой. Лишь неоновые цвета оттеняли одно окно от другого. В некоторым местах подсветки сломались, от чего окно горело не по всему периметру.

Мы почти приблизились к дому, я очень устала, даже Йен позволяет себе опереться о холодную стену высотной постройки. На его лице отражается бирюзовый свет от газоразрядной лампы в трубке. Он выдохся и тяжело дышит, я тоже. Я смотрю на Йена, находясь в пару сантиметрах от него, а он на меня. Он проводит по моей щеке, но я сжалась, словно приготовившись к удару. Лампа перегорает и свет пропадает. Мы оказались в темноте.

– Кейси, не бойся меня. Прости. То, что я сделал – это было необходимо, – объясняет он и пытается подтянуть к себе, но я с силой отталкиваю его.

– Кейси, прости, – повторяет он.

Я киваю, словно понимаю, но на самом деле еще больше не понимаю. Я запутывалась в самой себе с каждой секундой: вот он со мной и рядом, спас от охраны. При этом убил их. А сейчас опять рядом и мне хочется раствориться в его объятьях.

Расценив мое молчание и долгий взгляд, видимо, как – то по – своему, Йен приближается ко мне, и я уже чувствую его дыхание. Еще мгновение, и он меня поцелует: чтобы я вновь его не оттолкнула, он держит меня одной рукой за шею, другой за талию, но глаз при этом не закрывает. Я позволяю себе закрыть глаза. Но вместо ожидаемого, я ощущаю толчок в сторону. Распахнув глаза, я вижу, что кто – то вскочил между мной и Йеном. Некто замахнулся рукой, чтобы ударить его, но Йен опережает. Он наносит удар первым. Неизвестный не уступает и наносит удар снизу в живот. В темноте сложно разобрать силуэты, но я вижу, как Йен хватает противника и ударяет по лицу. Я держусь за лицо от испуга: охрана нас выследила.

– Кейси, часы! Кинь мне их, – просит Йен. Охранник пытается что – то сказать, но Йен ударяет ему по лицу и тот не успевает. Я не отреагировала вовремя и уже вижу в руке Йена блестит складной нож. Еще секунда, и он заколет охранника как свинью. Последний сопротивляется, пытаясь дать сдачу и сдержать руку с ножом Йена. Бирюзовый свет лампы изредка включается и снова пропадает. В борьбе оба выходят на свет, и я с ужасом обнаруживаю, что передо мной не охранник, а Маркус.

– Стой! Йен, нет! – в мгновение ока я выскочила рядом к парням, и встала почти под удар ножа, – это Маркус, Маркус!

– Кейси! – слышу Марка.

Я поворачиваюсь к нему. У него подбит глаз, но и так понятно, что это он. А он знает, что это я. Парень расплылся в счастливой в улыбке.

– Йен, оставь его, – поворачиваюсь я и грозно смотрю на Йена. Он с широкими щенячьими глазами смотрит на меня. Потом меняется в лице и долго и холодно смотрит Маркуса, но отпускает его.

Я бросаюсь Маркусу в объятия. Его руки крепко сжимаются на мне, я и забыла какой Маркус сильный. Вдохнув знакомый и такой родной запах Маркуса, я заговорила с ним:

– Боже, как ты меня нашел? Маркус! Я... я так рада тебя видеть! – Рост у нас был одинаковый, поэтому я смотрю ему глаза в глаза.

– Кейси, как ты? Я искал тебя у Джимми, но он сказал, что тебя не видел. Я уже хотел тебя искать через инспектора. Но меня остановил Джимми. Он сказал, что видел, как один рабочий с фабрики гулял с девушкой по Городу и слышал, что её звали Клэрри или Клэйси. Но я сразу понял, что это за придурок – Маркус смерил взглядом Йена, а потом посмотрел на меня, – и я сразу понял, что эта девушка ты.

Йен прыснул и по обыкновению хитро улыбнулся.

– Как? Как ты это понял? – мне было стыдно и одновременно радостно от того, что Маркус здесь со мной.

– Да этот же идиот ни одной юбки не пропускает. Особенно ему нравятся приезжие девушки, которых вокруг пальца обвести, как плюнуть!

Я отказывалась соображать, что имеет в виду Маркус. Мне было неприятно это слышать.

– Как мама? – в голове вертелось много вопросов, но сначала я задала самый главный.

– Её освободили под залог. Она сейчас дома, но возможно, приедет инспектор из Города и будет разбираться. Кейси, как только её освободили, я сразу поехал к тебе. Я искал тебя! Мы же договаривались встретиться, а выходит, я искал тебя по всему городу!

– Марк, прости! Прости, пожалуйста, – я понимала, сколько хлопот доставила бедному Маркусу, – мне очень стыдно. Клянусь, я забыла улицу, на которой мы договаривались встретиться. Столько всего произошло и происходит, что моя голова скоро треснет. Прости!

Я прикасаюсь к Маркусу за плечо, а его добрые глаза выражают, что он совсем не сердится.

– Долго искал, – громко говорит Йен, сложив руки на груди.

– Тебя оказалось непросто найти, пришлось постараться, – Маркус держится с ним холодно.

– Вы знакомы? – разворачиваюсь я к Йену, а потом смотрю на Маркуса.

– Да, мы работаем на одном заводе, – говорит Маркус, а Йен награждает его презрительным взглядом.

– Ты не говорил, что работаешь на фабрике, – удивляюсь я, обращаясь к Йену. Как же много я про него не знаю!

– Думаю, у него еще много секретов, – смотрит Маркус сквозь меня на Йена. А я вынуждена согласится про себя с этим.

– Очень здорово, что вы знаете друг друга, – пытаюсь я смягчить встречу. На самом деле я очень обрадовалась, что эти двое – рядом со мной. Но я похоже, друг друга они не жалуют, – Маркус, Йен очень хороший, он помогал мне все эти дни. И прости его, что набросился, ведь мы приняли тебя за охранника.

– За какого охранника? – задает резонный вопрос Маркус.

– Почему ты извиняешься за меня? Ведь он первый напал на меня, Кейси. Кстати, почему? – Йен слегка раздражен, но потом правый уголок губ поплыл наверх. Йен улыбается и смотрит на Маркуса как на добычу.

– Я даже не видел, что это ты и Кейси. Да, я искал тебя и пришел к твоему дому. В темноте вижу, что кто – то держит девушку, а она отталкивает его. Я уже в последнюю секунду разглядел, что это она, – объяснил Маркус и снова повернулся ко мне, – так что за охранник?

– Ох, это долгая история, Маркус, – вздыхаю я, – в общем, так вышло, что за нами следили и Йен...

– Почему за вами следили? – перебивает Маркус, он злится, – Во что ты ее впутал?

Маркус подскакивает к Йену и толкает его в грудь.

– Эй, полегче, – Йен хмурит брови. Но сдачи не дает, смотрит на меня. Я с благодарностью еле заметно киваю ему.

– Кейси, как ты могла среди всего населения Города найти именно этого негодяя? – Марк опять хлопнул Йена по груди, тот в ответ толкнул его. Я бросилась между ними, боясь, что они раздавят меня как птичку, но этого не произошло.

– Эй, стоп – стоп! Стоп, – я расставляю руки, которые упирались в две пышущие груди, – нравится вам это или нет, но теперь мы все вместе. И нам нужно взаимодействовать, – я медленно перевожу взгляд от одного парня к другому, – без драк.

* * *

Маркус нервно стучит ногой. Он всегда так делал, когда оценивал масштабы работы в теплицах после очередных всплесков аномальной активности радиоизотопов. Растения пропадали и нам в короткие сроки приходилось восстанавливать флору. Но сейчас распадающимися радиоизотопами являлись мои слова. Рассказ о моем посещении Пролайф – встречи слушают внимательно, как Лили слушала страшилку от Маркуса. Йен задумчиво смотрит в стол, на котором остывает еда для нас троих на сковородке. К ней никто так и не притронулся.

– Я правильно понял, то есть они, занимаются тем, что продают возможность иметь детей?

– Да, или обеспечить донорским органом или протезом.

– За деньги?

– Хочешь жить – плати деньги, – пожала я плечами, подытожив.

– Хорошо, а каким образом, Лиля относится к ним?

– Я не знаю Маркус, пока не знаю. В Корпорации мне сказали, что из – за нашего недосмотра Лиля может быть больна и нуждается в карантине.

Маркус потер руками об колени и вздохнул:

– Так, хорошо, допустим, это так. А когда карантин закончится, Лилю выпишут. Мы ее забираем, и уезжаем, так?

Меня словно стукнули мешком картошки. Я поражаюсь равнодушием друга.

– Я выплатил штраф в Городе в качестве залога, у меня есть квитанция. Покажем им, и Лилю отпустят! – снова говорит Маркус.

– Маркус, ты что не слышал? Они спекулируют прививками, деньгами и детьми. Они решают, что на будущее имеют право только идеальные и правильные дети, – взрываюсь я.

– Хорошо, Кейси, но как ты на это можешь повлиять?

– Ты что умник, не понял? Лилю забрали без права увидеть, заперли в непонятном карантине, на Кейси и ее мать повесили штраф. И, возможно, есть и другие такие же как Лиля, – вмешивается Йен, – а с другой стороны сомнительная компания по пригласительным осуществляют встречи, на которых решается судьба людей и будущего генофонда. А ты думаешь, что вам позволят заплатить штраф и уехать обратно в ваш Округ?

– Так ладно, давайте прекратим ссориться. Мне нужны вы оба для поддержки и для помощи. Я могу на вас рассчитывать?

Йен молча кивает, Маркус говорит: «Да».

– Давайте, пока будет надеяться, что все обойдется и Лилю как обещали после праздников вернут мне. Если нет и карантин не кончился, и Лилю мне не отдадут, тогда...– и тут я снова сдала: закрыла лицо руками и горячо заплакала.

– Кейси, только не плачь, – Маркус спустился, обошел стол и сел у меня. Я смотрю в его такие родные глаза и мне хочется взять себя в руки. Непозволительно развозить перед ним.

– Я, то есть мы, – выдавливает из себя Маркус, – мы поможем тебе, обязательно.

– Конечно, Кей, мы поможем, придумаем как именно и вернем твою сестру. Обещаю тебе, – Йен тоже подошел и встал надо мной. Я подняла голову, но мои глаза вновь наполнились слезами.

– Ш – ш – ш – он пытается меня успокоить и берет на руки, – тебе нужно поспать, – Йен относит меня в спальню. Я слышу, как Маркус нервно проследовал за нами. Свет в коридоре горел, дверь была приоткрыта, и я вижу в комнате тень Маркуса. Лишь когда Йен покинул спальню, тень тоже исчезла.

– Где ты будешь спать? – слышу я раздраженного Маркуса.

– На диване в гостиной, – спокойно отвечает Йен.

– А я?

– На диване в гостиной.

– Но у тебя же один диван.

Конечно, я не слышу, но уверенна: Йен улыбается своей кривой улыбкой.