Глава 32.

ЧОНГУК

— Чонгук, можешь забрать меня? — Из динамика раздаётся приглушённый голос Суа.

— Из больницы?

— Да.

— Заберу... Подождёшь минут сорок?

— Конечно.

На ходу, ориентируюсь, как перестроить маршрут, включаю правый поворотник и резко меняю полосу движения.

Ли неожиданно стало хуже. Желудок отказался принимать пищу, и его на пару дней перевели на внутривенное питание. Юристы работали день и ночь, чтобы подготовить документы к передаче всего имущества Ли его дочери. Мы с отцом не спали эти двое суток. Суа не отходила от отца ни на минуту.

Потом кризис миновал, и его срочно начали готовить к новому курсу химиотерапии.

Остановившись на светофоре, выдерживаю всего несколько секунд, и скашиваю взгляд влево, туда, где в трёх кварталах отсюда находится кулинарный колледж, в котором учится Лили. Всё, что связанно с ней... С нами из той области действительности, от которой я закрыл себя стеклянным куполом. Но это такая хрупкая защита, что стекло уже начинает давать трещины.

Я не могу стереть её из своей памяти. Не стирается, чёрт возьми!.. Тоска душит воспоминаниями и грызёт... Грызёт...

Загорается зелёный свет, и я, подавшись внезапному порыву, щёлкаю левым поворотником и в последний момент ухожу в соседний ряд. Визг шин и звук клаксонов оглушают. Мужик из поравнявшейся со мной машины что-то орёт в открытое окно. Я, в надежде, что он умеет читать по губам, посылаю его нахрен.

Небольшой крюк, пять-десять минут лишнего времени. Суа может подождать.

Повернув на перекрёстке, держусь левой обочины и снижаю скорость до минимума.

Зачем?..

Я даже не собираюсь искать ответа на этот вопрос. Ещё одна трещина на моём куполе.

На площадке перед колледжем царит столпотворение. Видимо, занятия закончились, и студенты гурьбой вывалили на улицу.

Стук разогнавшегося сердца отдаётся шумом в ушах.

С запозданием понимаю, какой я дебил. Если она здесь, и если она заметит...

Додумать не успеваю, потому что в этот момент мне насквозь простреливает грудную клетку. От боли темнеет в глазах, но я всё равно её вижу. Засунув руки в карманы куртки и низко опустив голову, она идёт по тротуару в сторону автобусной остановки с какой-то девчонкой. Вдруг, остановившись, оборачивается и смотрит на кого-то позади себя. Не на меня, но я отчётливо ощущаю на себе этот взгляд. Завязавшиеся в узел кишки не дают вдохнуть.

Чёрт... Имбецил!.. Какого фига ты сюда приехал?!

Ударив по газам, срываюсь с места и сразу пихаю сигарету в рот. Выкуриваю две штуки подряд, а перед мысленным взором стоят её глаза, которые были в последнюю нашу встречу. Полные обиды и очень проницательные.

В последнее время они терзают меня по ночам, и я понятия не имею, когда это прекратится.

Останавливаю машину на парковке у клиники и тут же набираю Суа. Оказалось, что насущные проблемы, связанные с семьёй и бизнесом, не так страшны, как пережитое полчаса назад потрясение.

Меня всё ещё колотит.

— Я у клиники, выходи, — говорю невесте в трубку.

— Ты не поднимешься?

— Нет, Су... В следующий раз.

— Ладно, — вздыхает еле слышно, — уже иду.

Она выходит через десять минут. Остановившись, находит меня взглядом и, поправив воротник пальто, быстро шагает к машине.

Выглядит расстроенной. Щёки бледные, а между бровей вертикальная складка.

— Как он?

— Не очень...

Жду, пока она пристегнётся, и трогаюсь с места.

— Знаешь, в Израиле есть очень хорошая клиника, — говорит, хмуро глядя прямо перед собой, — в Швейцарии и Германии тоже...

— Уже поздно.

— Но если есть хоть малейший шанс...

— Его нет, — твёрдо говорю я, не позволяя мысли Суа развиться в конкретное решение, — последняя стадия... И метастазы...

— Папа тоже так говорит... Не хочет никуда ехать.

— Потому что у него здесь ещё много дел.

— Ты имеешь в виду компанию? — Поворачивается ко мне. — Нужна ли она мне?.. Меня кто-нибудь спросил?..

— Не начинай.

Она сразу замолкает. Отвернувшись к окну, принимается водить пальцем по стеклу.

— Суа, это дело всей его жизни, и ты даже не представляешь, какие там...

— А ты?.. — Перебивает меня. — Женишься на мне только из-за неё?..

— Мы с тобой с десяти лет знали, что поженимся. Что за вопросы?

— Но это же брак по расчёту?

— Перестань, — бормочу, не зная, что сказать.

— Ты же не бросишь меня, когда отца не станет, правда?

— Не брошу.

— Не бросай... Я люблю тебя, Чонгук.

Горечь разливается на языке, и в ушах слышится совсем другой голос.

«Не бросай меня, Гук».

Сильно обижена, наверное, ненавидит. Это правильно. Тут я даже немного завидую ей. Если бы я мог презирать или ненавидеть её... Мне было бы легче.

Не дождавшись ответа, Суа подавленно молчит. Я протягиваю руку и провожу ладонью по её распущенным волосам. Она реагирует на ласку. Наклонив голову, ластится, как кошечка.

— Всё будет хорошо, — хрипло проговариваю.

Она кивает, слабо улыбаясь.

— Ты останешься сегодня? Или вернёшься в город? — Спрашивает, когда я, вместо того чтобы загнать машину, паркую её за воротами отцовского дома.

— К себе поеду.

— Почему?

Я вижу, как ранят её наши раздельные ночёвки. Я вижу, как, заново привыкнув, она ко мне тянется. И я вижу, чего она хочет.

— Привык жить отдельно. Люблю тишину.

— А после свадьбы?.. Тоже будем жить отдельно?

Отстегнув ремень, тянусь к ней и целую в губы. Её руки взлетают вверх и тут же обвиваются вокруг моей шеи.

— Не говори глупостей...

— Это не глупости, — шепчет мне в губы, — мне кажется, у тебя кто-то есть.

— Чепуха!

— У тебя же были девушки, да?.. Пока я была в Европе...

— Суа!..

— Знаю, что были, но там ведь ничего серьёзного?..

— Ничего серьёзного.

Она часто кивает и снова обнимает меня.

— Я выбрала платье. Наён помогала мне.

Разговоры о свадьбе действуют на меня угнетающе, но я изображаю заинтересованность и слушаю её.

— Заказали туфли из Италии, надеюсь, успеют прийти.

— Круто.

— Рестораном твоя сводная тётя занимается. Её бывший муж обещал помочь.

— Я знаю. У него имеется собственный отель.

— Да! Я видела фотографии, там так красиво, Чонгук! — Прижимает руки к груди. — Только жаль, что свадьба не летом. Фото будут не такими яркими.

— Так сложились обстоятельства. Главное, чтобы твой отец в этот момент чувствовал себя хорошо.

— Да, это самое главное!

Широкие кованые ворота, подав короткий сигнал, начинают разъезжаться в стороны, и около нас останавливается первая машина из кортежа отца.

Поздоровавшись со мной, водитель дожидается, пока поднимется шлагбаум, и въезжает на территорию усадьбы. Мой отец смотрит на нас из окна второго джипа. Заметив руки Суа на моих плечах, он широко улыбается и подмигивает. Она же машет ему рукой.

— Добежишь сама до дома? — Спрашиваю, когда последняя машина исчезает из виду.

— А ты? Даже не зайдёшь?

— Планировал заскочить ещё в одно место.

В отдел алкогольной продукции - пополнить запасы вискаря.