Глава 31.

ЛАЛИСА

На следующий день после теста, я проснулась от того, что меня тошнит. Кажется, что мой организм только и ждал официального подтверждения своего нового статуса, чтобы познакомить меня со всеми прелестями беременности.

Я беременна!

Осознание и принятие отчаянно борются с паникой и ужасом. А ребенок Чона, устроившись у меня в животе, изматывает меня токсикозом.

Мне постоянно хочется плакать и спать, и совершенно не хочется есть в первой половине дня.

Но зато вечером... Я съедаю двойную порцию ужина. И перед сном, когда девчонки засыпают, пробираюсь на кухню. Чтобы сделать себе поесть.

— Розэ, ты хочешь добавки? — Спрашиваю, оглядываясь через плечо.

— Нет, — отмахивается она от меня и, прислонившись грудью к столу, обращается к Джису, — она реально странная, может за весь вечер не сказать мне ни слова...

— Сама себе на уме, — поддакивает Ким.

— Да, да...

У нас появилась новая соседка, и подруги от неё не в восторге. Теперь Розэ вынуждена делить комнату, которую до этого считала только своей, с молчаливой незнакомкой, плевавшей на её порядки.

— Я думала, нас должны были поставить в известность, что подселяют ещё одну квартирантку.

Выложив в свои тарелки остатки риса и свинины, возвращаюсь к столу.

— Кто должен был поставить тебя в известность? — Интересуюсь с улыбкой. — Вспомни, когда мы искали квартиру, хозяйка сразу сказала, что планирует поселить здесь четверых.

— Значит, никто и не собирался у нас поинтересоваться? — Вскидывается Пак.

— Тише... — Одёргивает её Джису, кивая в сторону комнаты, где прячется наша новая соседка. — Услышит же...

— И пусть слышит!..

— Купишь собственное жильё и будешь сама решать, кто будет жить с тобой, а кто нет, — отрезаю я, демонстративно утыкаясь в телефон.

Ну, в самом деле, достали!.. Они только и говорят об этой Дженни последние несколько дней. То поставила воду не на ту полку в холодильнике, то повесила сушиться трусы не туда, то посмотрела не так. А по факту, она не сделала ничего, чтобы заслужить такое обращение к себе.

Да, неулыбчива и немногословна. Неохотно идёт на контакт и всё делает по-своему. Но разве можно её в этом винить?

Надув губы, Розэ встаёт из-за стола и, быстро помыв за собой посуду, уходит в ванную, чтобы принять душ. Джису тоже больше не заговаривает со мной и вскоре скрывается в нашей с ней комнате.

Я остаюсь один на один со своей тоской, которая, воспользовавшись моим одиночеством, снова вгрызается мне в горло.

Привычно растерев шею ладонью, открываю контакты в телефоне и смотрю на имя Гука.

Надо позвонить и сообщить ему, но я не могу решиться на это уже вторую неделю. Я боюсь, что его реакция меня добьёт.

Зарывшись пальцами в волосы, царапаю кожу. По телу идёт озноб.

Стоит ли мне позвонить?.. Прямо сейчас?..

Рано или поздно всё равно нужно будет - так почему бы и не сегодня?..

Боже...

Да этот монолог звучит у меня в голове каждый день. И я прекращаю его в последнюю минуту, каждый раз перенося разговор на завтра.

Хватит, устала от неопределённости!

Прибравшись за собой после ужина, тихонько, стараясь не привлекать ненужного внимания, одеваюсь в прихожей и выскальзываю за дверь.

На улице настоящая холодрыга, пахнет снегом. Скоро зима. Выдохнув, вынимаю телефон из кармана и нажимаю на зелёную кнопку.

Раздаётся несколько коротких гудков, и вызов сбрасывается сам собой.

Застыв, некоторое время смотрю на экран смартфона. Повторяю попытку.

Два коротких сигнала и... Тишина.

Да ну... Заблокировал?!

Гук, ты больной?!

Продолжая гипнотизировать взглядом список имён в моём телефоне, хрипло смеюсь.

Конченый мерзавец!.. Ненормальный!..

Тихий смех переходит в истеричный хохот. Задрав голову к чёрному ненастному небу, я смеюсь до слёз.

Неужели он думает, что я стала бы навязываться?! Стала бы писать слезливые сообщения и слать свои фоточки?.. Он так плохо меня знает?!

Боже...

Боже мой, какой же он дурак!

Уронив голову, слизываю солёные слёзы с губ.

А затем, яростно растерев лицо, разворачиваюсь и решительно направляюсь к дому.

Я должна беречь себя. Моё состояние - залог здоровья моего малыша. Никто другой не позаботится о нём.

Захожу в квартиру, тихо раздеваюсь и иду в ванную. Берусь за ручку, но в этот момент дверь открывается, и я сталкиваюсь нос к носу с Дженни.

— Напугала меня! — Выпаливаю, хватаясь за сердце.

Отступаю в сторону, чтобы она могла выйти, и ловлю на себе её внимательный взгляд.

Улыбаюсь. Она даже не пытается ответить взаимностью, но в её глазах мелькает что-то похожее на жалость.

А вот этого не надо... Ни жалости, ни сочувствия, ни сострадания. Я к тебе не лезу, и ты меня не трогай.

Закрывшись изнутри, смотрю на себя в зеркало. Конечно, она поняла, что я ревела. Это видно по покрасневшим глазам и воспалённой коже щёк. Надеюсь, новенькая не из болтливых - не станет выяснять у девчонок причину моих слёз.

Нет. Это на неё не похоже.

Открыв холодную воду, тщательно умываю лицо и чищу зубы. Затем, сняв с сушилки пижаму, переодеваюсь и иду в нашу с Джису комнату.

— Это ты выходила на улицу? — Шепчет, выбираясь из-под одеяла.

— Спи.

— Зачем?.. Олигарх приезжал? Вы же расстались...

— Спи, Чичу!..

— Пфф... Что с тобой происходит? Ты какая-то странная в последнее время.

Залезаю в холодную постель и отворачиваюсь к стене. Закрыв глаза, кладу ладонь на низ живота.

Оттуда исходит странное тепло, и в горле снова вырастает шип.

Твой папаша - конченый придурок... Надеюсь, что ты унаследуешь от него только гениталии.

Да, пусть это будет мальчик. Мой сын...

Выкатившаяся из уголка глаза горячая слеза, проделывает дорожку по виску и впитывается в подушку. Закусив обе губы, делаю глубокий вдох.

Переживём... Мы как-нибудь справимся.

А Гук...

Не моя вина, что он останется в неведении. Он сам отгородился от этой правды.

Засыпаю, но сплю очень плохо. Сон поверхностный, прерывистый, наполненный жуткими кадрами.

Я вижу Чона. Холодно усмехаясь, он проходит мимо меня с другой девицей. Потом мне снится, что она сидит у него на коленях, зарывшись пальцами в его чёрные волосы, страстно целует в губы. А он трогает её за задницу и при этом смотрит на меня.

Я просыпаюсь в три часа ночи. Шастаю в темноте по квартире. Потом долго ворочаюсь и засыпаю только под утро, чтобы снова увидеть его с другой.

Просыпаюсь поздно. Осознав, что проспала первую пару, лежу неподвижно под одеялом ещё полчаса и с трудом дожидаюсь, когда все уйдут из дома.

Как только за Розэ закрывается дверь, подрываюсь с кровати и несусь в туалет, чтобы опорожнить желудок.

Ополоснув рот и лицо, поднимаю глаза к зеркалу и криво усмехаюсь:

— Доброе утро, малыш.