Глава 22

ВАНЯ ЗАЕХАЛ В ЗАКРЫТЫЙ ДВОР элитного дома в центре города и припарковался неподалеку от подъезда Валерии. Та схватила сумочку и соскочила с места, пообещав быстро переодеться и вернуться. «Десять минуточек», – заверила его Фролова и скрылась за массивной подъездной дверью.

Ваня сомневался в том, что Лера действительно управится за десять минут. Женщины на его памяти всегда собирались гораздо дольше, чем обещали, особенно если дело касалось торжественных мероприятий, где им полагалось блистать. Сам Ваня поступил куда более прагматично: взял костюм и рубашку на работу, где и переоделся после лекции у экономистов. Надо сказать, сделал он это быстро.

Ваня слушал музыку и в ожидании машинально сжимал и разжимал ручной эспандер, который валялся в бардачке. В голову лезли всякие мысли. Сначала о Василине, которая открылась для него с совершенно неприятной стороны. Не то чтобы раньше он считал ее хорошей девушкой с чистой душой, но ему все-таки не хотелось верить в то, что Василина, которая клялась ему в вечной любви, может поступить так подло. Конечно, ничего бы страшного не случилось, поведай она сокурсникам об их с Валерией отношениях, однако приятного было бы мало. Появились бы ненужные сплетни и пересуды. И больше всего Вани волновало то, как стали бы смотреть на Леру, что стали бы болтать за ее спиной. Навредить этой взбалмошной девице с красивой солнечной улыбкой и мягкими губами, которые могли быть то нежными, то требовательными, Ване хотелось меньше всего.

Затем его мысли переметнулись к Лере и к тому, как она целовала его в машине совсем недавно. У Вани никогда не было такого, чтобы он забывался прямо на дороге от какого-то поцелуя. Все-таки Фролова – опасная штучка, и непонятно, то ли она изощренно играет с Ваней, то ли сама не знает, как на него действует. Возможно, если бы Лера догадывалась, какие мысли появляются у него в голове при виде нее, она бы была гораздо осторожнее.

С трудом отогнав непрошеные мысли о Фролове, в которых он делал с ней то, о чем ей лучше было бы не знать, Ваня глянул на часы. Прошло уже почти полчаса. Разумеется, она опаздывала. Ничего удивительного, типичная женщина. Его всегда раздражала непунктуальность – неважно, в мужчинах или в женщинах. Всем было бы легче жить, если бы люди умели ценить чужое время. В конце концов, это невосполняемый ресурс. Правда, студенты цену времени неосознавали, и Ваню ужасно раздражало, когда опоздавшие врывались посредине занятия. Таких индивидуумов он мог развернуть и отправить обратно. А вот Леру разворачивать было некуда. Несмотря на то что он был ее временным преподавателем, никаких рычагов воздействия Ваня на нее не имел, и его это раздражало. Но еще больше его раздражало то, что сама Валерия имела над ним куда большую власть, чем он над ней.

Подождав еще пять минут, Ваня не выдержал и позвонил ей.

– Ты скоро? – раздраженно спросил он. – Прошло больше твоих заявленных десяти минут.

– Скоро, – нервно ответила девушка. – Я накрасилась, уложила волосы и переоделась. Почти…

– Что значит «почти»?

– У меня сломалась молния! – сквозь зубы заявила Лера.

– В смысле? Ты в брюках, что ли? – не понял Ваня.

– Какие брюки, Бессмертных? Молния на платье! Сзади, на спине. Да застегнись ты! – прошипела девушка в сторону.

И Ваня понял, что борьба между ней и молнией продолжается давно.

– Сними его и надень другое, – хмыкнув, посоветовал он. – В чем проблема?

– Проблема в том, что я не могу снять это чертово платье! – выпалила девушка. – Молнию заело, я стала тянуть, и «язычок» сломался ровно посредине спины! Не двигается ни вниз, ни вверх. Еще сильнее тянуть я боюсь: вдруг молния вообще полетит? В чем я тогда пойду к твоей драгоценной бабушке? В драных джинсах? В квартире у меня ничего подходящего больше нет. Боже, почему эти проблемы только у меня? – посетовала она в сторону, и Ване стало смешно.

– Валерия, я поражен в самое сердце. Ты нашла проблемы даже там, где их не могло быть. – Ваня расхохотался, выходя из машины.

Лера обиделась:

– Скажи мне, у тебя много было вечерних платьев?

– Не хочу тебя расстраивать, но ни одного.

– Вот именно! Ни одного! – вспылила девушка. – Ты даже не представляешь, как бедные девушки мучаются со шмотками и обувью! Каблуки, корсеты, декольте, мини-юбки, пуш-апы… Да застегнешься ты или нет? – спросила она устало. Видимо, ей надоело сражаться со сломанной молнией.

– Какая у тебя квартира? – спросил Ваня , подходя к подъезду. – Сейчас приду и помогу с твоей замечательной молнией.

– Правда? – обрадовалась Лера, тотчас назвала ему квартиру и этаж, а после велела позвонить в домофон.

Спустя несколько минут Ваня уже был у нее в квартире, шикарной, надо сказать. Фролова явно ни в чем себе не отказывали. Качественный ремонт, лаконичность и много натурального дерева, никакой вычурности и безвкусицы, которой часто страдали знакомые Вани обеспеченные люди.

– Мой спаситель пришел, – пошутила Лера, улыбнувшись Ване.

Она стояла напротив него в залитой светом прихожей. Фролова успела накраситься, придать распущенным волосам объем и легкость и надеть серьги со сверкающими камнями. На ней было маленькое черное платье с пышной юбкой. Ничего особенного, простой, изящный фасон, однако в этом платье Лера выглядела как принцесса. Капризная принцесса, разумеется, – кулаки сжаты, губы надуты, на лбу едва заметная морщинка. А еще Фролова была босой, не успела надеть колготки или чулки, и эта, в общем-то, обычная деталь почему-то странно подействовала на Ваню.

Глядя на девушку, он почувствовал прилив какой-то щемящей стеклянной нежности, которая дробила кости и рвала душу. Он смотрел на Лерины стройные обнаженные ноги с чуть выступающими коленками (на правой была едва заметная ссадинка) и хотел дотронуться до них, провести линию от тонкой щиколотки до самых бедер. Без какого-либо намека на пошлость. В это мгновение он чувствовал только нежность.

Лера не была идеальной – она была притягательной и живой.

Ваня вдруг захотел заключить ее в свои объятия. Заключить крепко, чтобы не смогла вырваться.

– Ты на меня так смотришь, будто я тебе сдачу с копейки не дала. – Девушка сдвинула брови к переносице, и романтический флер развеялся.

– Как дела с молнией? – спросил Ваня, надеясь, что его голос звучит достаточно саркастично.

– Плохо, – сердито ответила Лера и протянула ему раскрытую ладонь, на которой лежала вырванная «собачка». Отдав ее, девушка повернулась к Ване спиной, и тот едва не расхохотался: молния действительно была застегнута ровно до середины, где ее благополучно заело, потому что в ней застрял кусочек ткани. Лера оказалась в своеобразной ловушке.

– Скрепка есть? – спросил Ваня, с трудом сдерживая смех.

– Есть, – ответила Лера. – И не смей ржать. Вообще-то это действительно проблема!

– Вижу, – сказал Ваня и пошел следом за Лерой в ее комнату.

Его внимание тотчас привлекли книжные полки. Вдоль стены стояло несколько белоснежных открытых шкафов, забитых книгами от и до. Рядом примостилось уютное кресло, в котором, должно быть, Лера читала. Это открытие Ване понравилось. У него была слабость к читающим девушкам.

Лера вручила Ване скрепку, и он развернул девушку к себе спиной. Осторожно убрал вперед прядь волос, которая упала на спину. При этом неприлично долго задержал пальцы на шее Леры. И только потом занялся молнией: аккуратно высвободил ткань, затем скрепкой подцепил крепление, которое, к счастью, не обломилось вместе с «собачкой», и аккуратно потянул наверх. Молния шла туго, но все-таки застегнулась.

– Готово, – сообщил Лере Ваня.

– Не разойдется? – спросила она, тотчас кинувшись к огромному, во весь рост, зеркалу с подсветкой и стала рассматривать себя со спины, а затем повернулась к Ване лицом. – А то на празднике твоей бабушки я произведу фурор.

– Думаю, все будет в порядке, – ответил Ваня и шагнул к Лере, чтобы убрать из крепления скрепку. Сделав это, он не стал уходить. Положил руки девушке на открытые плечи и почувствовал жар ее тела. Теперь в зеркале они отражались вдвоем. Впереди она, в черном коротком платье и с трогательно босыми ногами. Позади он, в длинном элегантном пальто. Ее руки были опущены вдоль тела, его – лежали на ее плечах. Лежали так уверенно, будто бы она была его девушкой.

– Мы похожи на пару? – рассматривая их отражение, задумчиво спросил Ваня.

Ему казалось, что они подходят друг другу.

– Похожи, – ответила Лера и откинула голову ему на грудь, а он, не сдержавшись, запустил пальцы девушке в волосы.

– Ты очень красивая, – прошептал Ваня. Забыв о самоконтроле, он обнял Леру за плечи и прижал к себе. Ему хотелось взять ее в охапку и куда-нибудь утащить, но этому не суждено было случиться. Где-то далеко в прихожей хлопнула дверь и послышался чей-то мужской голос.

– Папа, – Лера побледнела и моментально вырвалась из объятий Вани. Взгляд ее скользил по комнате. – Прячься.

– Что? – опешил Ваня.

– Прячься, говорю! – прошипела девушка. – Лезь под кровать!

– Вот еще! – возмутился он.

– Тогда иди в гардеробную! – решила Лера. Голос ее отца становился все громче и громче. Кажется, папа разговаривал с кем-то по телефону.

– Серьезно? – изогнул бровь Ваня.

– Серьезней некуда! – Лера схватила его за руку и потащила к двери, за которой скрывалась небольшая гардеробная, забитая одеждой.

– Ты же сказала, у тебя ничего нет, – с иронией в голосе прошептал Ваня. – Но тут нарядов на целый взвод.

– Замолчи, – велела ему Лера и захлопнула дверь. Она сделала это как раз вовремя: ее отец уже был за порогом.

Когда он появился в комнате, Лера стояла у зеркала и делала вид, что поправляет волосы. А в темной гардеробной на пуфике сидел Ваня. Он чувствовал себя идиотом. Как так вообще вышло, что он, взрослый мужчина, преподаватель, доцент и вообще серьезный и ответственный человек, вынужден был, словно нашкодивший подросток, прятаться от папаши своей девушки?

«Подставной девушки», – дотошно поправил его внутренний голос, но Ваня лишь отмахнулся. Ситуация злила и забавляла его в равной степени.

- А ты что тут забыла, дочь? – Голос у отца Валерии был громким и уверенным. А сам Фролов-старший – весьма внушительным. У Вани были причины опасаться его. Такой вмажет – мало не покажется. А ответить толком нельзя, все-таки Лерин отец, к тому же они находятся на его территории.

– У меня тут платье, папочка, – ответила Лера совершенно спокойным голосом. – Вечером еду на день рождения одной девочки, я же тебе говорила.

Ваня мысленно хмыкнул. «Девочке» сегодня исполнялось шестьдесят семь.

– Я забыл. Какой еще девочки?

– Ты ее не знаешь, – отмахнулась Лера. – Учится в параллельной группе.

– И где отмечать будете?

– В ресторане. Она уже зарезервировала столик.

– А что подаришь? – не отставал от нее отец.

– Мы с подружками скинулись и купили ей абонемент в спа-салон, – ответила Лера без запинки, и Ваня восхитился тому, как легко и складно у нее получается врать.

– В следующий раз подари что-нибудь от себя, Лера, чтобы память осталась, – посоветовал отец. – И никогда не скупись на друзей. Благо деньги у нас есть.

– Папа, ты так говоришь, как будто я плохие подарки дарю! – возмущенно ответила девушка. – Она хотела попасть в спа-салон, и мы ей это устроили. И вообще, ты-то что тут делаешь?

– За документами приехал. Давай одевайся, я тебя отвезу в ресторан.

Ваня вздохнул. Вроде бы отец у Леры был мужиком нормальным, но раздражал. Неужели не может оставить дочь в покое, взять свои документы и уйти?

– Нет-нет, папочка, я сама доеду. Вернее, за мной заедут.

– Анатолий?

– Подруга.

– А все-таки ты почему не на машине? – Фролов-старший никак не мог отвязаться от дочери.

– Просто так, папа, – выдохнула она. – Может быть, тебе помочь найти документы?

– А я знаю почему, – выдал ее отец. – Из-за алкоголя?

Ваня устало потер лоб. Ему хотелось выйти из гардеробной и сказать ему пару фраз о том, что они спешат, но он прекрасно понимал, что после этого сможет выйти в окно: Лерин отец явно не обрадуется такому гостю.

– Какого алкоголя, папа? – рассмеялась Лера. – Я просто хочу повеселиться и не париться из-за машины. Пап, ты какой-то нервный, все хорошо?

– Все хорошо будет на том свете, – отмахнулся он.

Их голоса начали стихать. Похоже, Лера увела отца в другую комнату, попутно что-то весело ему рассказывая. Вернулась девушка спустя несколько минут.

– Ушел, – сообщила она. – Можешь выходить.

– А ты всегда такая удачливая? – поинтересовался Ваня, покидая порядком надоевшую ему гардеробную.

– Только рядом с тобой, – фыркнула Лера. – Такое чувство, что тебя прокляли.

– Ты? – хмыкнул Ваня.

– Почему я? – озадачилась Лера.

– Ну ты же ведьма.

– Ой, смешно-смешно, сейчас обхихикаюсь, – надулась девушка. – Так, сейчас я оденусь и идем. Я быстро! Ох, хорошо, что папа твою обувь не заметил…

На этот раз Лера сдержала свое обещание. Она была полностью готова через несколько минут. Они с Ваней уже шли к прихожей, когда отец девушки вновь вернулся домой. Их спасло только то, что они не успели выйти из-за угла.

Услышав голос Фролова -старшего, Ваня и Лера замерли.

– Папа, – одними губами прошептала побледневшая девушка и несколько раз ткнула пальцем в ближайшую дверь, за которой Ваня с тяжелым вздохом и скрылся. Он порядком устал от этой бестолковой игры.

– Пап, ты что-то забыл? – раздался звонкий Лерин голос.

– Телефон, – отвечал ее отец.

– Я тебе принесу! – громко закричала девушка, поняв, что сейчас может произойти.

– Да я сам возьму. Он в моей комнате лежит, на кровати.

Ваня вздрогнул. Он понял, что оказался не где-нибудь, а в спальне хозяев дома, и на широкой двуспальной кровати одиноко лежит телефон, светившийся в темноте. У Вани было несколько секунд на то, чтобы решить, где прятаться – под кроватью, во встроенном шкафу или за шторой. Ваня замешкался и потому просто встал за дверь, поняв, что больше ничего сделать не успеет. В более глупой ситуации он никогда не был, и сердце почему-то колотилось так, словно он должен был вот-вот спрыгнуть с парашютом. Адреналина выделялось в кровь не меньше.

Дверь резко отворилась, и в комнату быстрым шагом вошел Лерин отец. В верхней одежде он выглядел еще массивнее. Следом вбежала Фролова. Ваня закрыл глаза, надеясь, что его не заметят.

– Ты какая-то странная, дочь, – взяв телефон с кровати, заметил отец. – Как будто что-то от меня скрываешь. Может быть, ты дома прячешь кого-нибудь?

– Папа, – укоризненно сказала Лера, – какого ты обо мне мнения?

– Да шучу я, шучу, – расхохотался он, выходя из спальни и закрывая дверь.

Ваня выдохнул. Фролов его так и не заметил. Неужели пронесло?

Отец и дочь перекинулись еще парой фраз, и Фролов наконец ушел. Оставалось надеяться на то, что насовсем.

– Выходи. – Лера снова появилась в спальне.

У Вани было дежавю, и он невольно улыбнулся. Интересно, что его ждет еще? Наверняка это не последнее испытание.

– Знаешь, такое чувство, что я выполнял затяжной прыжок, – задумчиво сообщил он Лере. – Адреналина – как при свободном падении.

– А ты что, с парашютом прыгаешь? – удивленно взглянула на него девушка. Ваня кивнул.

– Круто! А можно с тобой?

Ее глаза загорелись, но он покачал головой:

– Нет. Я тебя знаю, Фролова. У тебя обязательно что-нибудь случится. Вертолет не взлетит, стропа в полете порвется, парашют не раскроется… Как говорится, рожденный ползать летать не может.

Лера легонько стукнула Вани кулаком по плечу.

– Ты что, хочешь сказать, что я змея? – прищурилась она.

– Нет, что ты, любимая, – довольно-таки ехидным тоном ответил Бессмертных. – Я вовсе ни на что не намекаю.

– А ты знаешь, что змеи кусаются? – спросила Лера и, прежде чем Ваня успел среагировать, схватила его за руку и укусила за запястье. Не слишком болезненно, но ощутимо. На коже остался след от ее зубов, надо сказать довольно острых.

– Ты меня укусила? – недоверчиво спросил Ваня, глядя на след. – Серьезно? Ты укусила своего преподавателя?

– Я укусила своего парня! – Лера победно улыбнулась. Выглядела она довольно. Еще бы! Только что поставила на Ване свою метку. – Между прочим, я люблю кусаться. Привыкай.

– Я где-то читал, что люди кусают других людей из-за передозировки умиления, – задумчиво сказал Ваня. – Этакое парадоксальное проявление агрессии к близким, которое помогает сохранить внутренний эмоциональный баланс. Другими словами, это особая реакция мозга, которая помогает нам не сойти с ума от своей любви. Неужели я настолько тебе нравлюсь, Валерия?

– Ой, Иван Валентинович, вот вы вроде бы умный человек, но порою несете такую чушь, – поморщилась девушка. – Может быть, я просто люблю делать людям больно. И это мой личный способ сохранить этот самый эмоциональный баланс, чтобы не прибить тех, кто рядом. И вообще, нам нужно уходить. Я не переживу, если папа вернется домой в третий раз.

«Я тоже», – мысленно ответил ей Ваня и первым направился в прихожую.