Фальшивый принц

Глава 19

Фальшивый принц

НОЧЬ СМЕНЯЛАСЬ УТРОМ, но новый день не приносил облегчения. С каждым рассветом состояние Тейлор становилось всё хуже. Тревога, словно ядовитая тень, преследовала её, не давая покоя. Сон ускользал, оставляя за собой лишь тёмные круги под глазами. Её взгляд, когда-то живой и искрящийся, теперь казался усталым, вялым и безжизненным, как погасшая свеча. Всё, что происходило вокруг, словно высасывало из неё последние силы. За эти месяцы каждый из ребят изменился, и это было невозможно отрицать.

Прошло две недели с момента исчезновения Тайлера, но его так и не нашли. Что с ним случилось? Как он? Никто не знал.

Ребята не теряли надежды. Они помогали полиции и родителям в поисках, не переставая верить, что однажды они найдут своего друга, где бы он ни был. Но самое страшное было то, что они не могли найти его даже в мире фантомов.

В первую ночь после исчезновения Тайлера ребята очнулись на базе, но его там не было. Даже в больнице, где он должен был находиться, не оказалось ни малейшего намёка на его присутствие. Он словно растворился в воздухе, исчез, оставив после себя лишь пустоту и тревогу.

Что же насчёт остальных?

Эшлин окончательно перестала доверять Айдену. Это произошло в тот день, когда она впервые заметила в нём странности. С тех пор эти странности только усиливались, и казалось, что её друга словно подменили. Куда делся тот Айден Кларк, который всегда был готов прийти на помощь, который всегда придумывал безумные идеи и проводил всё своё время с друзьями?

Баннер была бдительна. Она следила за каждым его действием, за каждым словом, за каждым движением. Всё в парне изменилось. Его манера общения стала менее живой и активной, его глаза — отстранёнными, а улыбки — натянутыми. Она не знала, заметили ли эти изменения остальные ребята, или только она была так проницательна.

Айден продолжал жить как ни в чём не бывало. Он общался с друзьями, шутил и смеялся, но его поведение всё больше напоминало маску. Эшлин пыталась поговорить с ним, узнать, что происходит, но он лишь отмахивался, говоря, что всё в порядке.

С каждым днём её недоверие росло. Она чувствовала, что за маской скрывается нечто тёмное, что-то, что угрожает не только ей, но и всем вокруг. Но Айден, казалось, не замечал этого. Или просто не хотел замечать.

Бен с тревогой метался вокруг Тейлор, стараясь быть рядом в этот запутанный момент. Его глаза, полные заботы и сочувствия, не отрывались от подруги. Он мягко прикасался к её плечу, приобнимая её, но не сильно, ведь уважал её личные границы, при этом стараясь придать ей сил и уверенности. В его действиях чувствовалась искренняя тревога за её состояние, и он делал всё возможное, чтобы облегчить её боль.

Логан начал замечать некоторые странности в поведении Айдена, что вызывало у него подозрение. Он замечал странные и необъяснимые перемены в действиях, словах и поступках блондина. Это привело к тому, что доверие Логана к Кларку стало постепенно ослабевать.

Филдс также обратил внимание на изменения в поведении Айдена. Он часто обсуждал это с Эшлин и был уверен, что не только он заметил эти странности. В их разговорах они обсуждали возможные причины такого поведения и пытались найти решение.

За эти две недели жизнь ребят словно замерла, обретя долгожданную тишину. Отсутствие новых событий стало для них большим плюсом, который позволял передохнуть и восстановить силы. Ведь за последнее время произошло слишком много всего, что утомило каждого морально, ну и возможно физически.

***

Ближе к ночи на базе кладбища школьных автобусов царила особая атмосфера. Пять силуэтов, едва различимых в полумраке, двигались слаженно и уверенно. Это была компания подростков, готовившихся к предстоящей ночи, которая обещала быть непредсказуемой и, возможно, кровавой. Каждый из них выполнял свою роль, следуя указаниям лидера — Эшлин.

Тейлор и Бен, склонившись над столом, тщательно упаковывали медикаменты в сумку. Их движения были быстрыми и точными, но в глазах читалась тревога. Они знали, что впереди их ждёт неизвестность, и это осознание давило на них.

Логан, напротив, выглядел сосредоточенным и уверенным. Он разбирал оружие, проверяя каждую деталь. Его руки двигались быстро и уверенно, но в глазах виднелась тревога и напряжение. Он готовил как холодное, так и огнестрельное оружие, понимая, что в эту ночь им может понадобиться всё. 

Эшлин в свою очередь осталась наедине с Айденом и их миссия заключалась в том, чтобы собрать все остальные бытовые вещи. Честно говоря, оставаться с ним наедине, она хотела меньше всего. Тревога и страх окутывали её, когда она осталась с ним. Кто он теперь? Человек? Существо? Она не знала.

Айден, стоящий неподалёку, выглядел странно. Его движения были медленными, плавными, как будто он был в трансе. Взгляд его был пустым, отстранённым, лишённым прежней живости. Раньше он был другим. Общительным, сумасшедшим, готовым к приключениям. Любил адреналин, всегда был рядом с Эшлин. Но теперь он просто выполнял её просьбы, даже не пытаясь заговорить.

Что с ним случилось? После того дня, когда школьный потолок обрушился на него и он выжил, что-то в нём начало меняться. Он стал тенью самого себя, и это пугало Эшлин.

Она глубоко вздохнула и сделала шаг навстречу. Её голос был тихим, почти шёпотом, чтобы не привлекать внимания остальных:

— Скажи мне честно, что с тобой происходит, Айден? — её вопрос прозвучал прямо, без намёков и уверток.

Айден поднял взгляд, и она увидела, как его глаза, обычно живые и искрящиеся, стали тусклыми и безжизненными. В них не было ни эмоций, ни мыслей — лишь пустота. По спине Эшлин пробежал лёгкий холодок, но она не могла понять, что происходит. С каждым днём Айден становился всё более похожим на тень самого себя, словно его телом постепенно начинал управлять… Фантом?

— О чём ты говоришь? — спросил Айден, его голос звучал спокойно, почти равнодушно, после чего он засунул руки в карманы своих штанов. — Я уже отвечал на этот вопрос раз двадцать три. Ты не можешь запомнить мой ответ? Со мной всё в порядке.

Эшлин не отводила глаз, её взгляд был полон скептицизма. Она молчала, но внутри её бушевала буря. А желание ему вмазать росло всё больше.

— Твоя ложь мне не нужна, — наконец произнесла она, её голос был полон раздражения. — Ты можешь говорить «я в порядке» кому угодно, но не мне. Я не наивная дура, и я вижу, что ты мне пиздишь. Пожалуйста, будь добр, объясни, что с тобой происходит, пока я тебе не сломала челюсть.

Айден усмехнулся, его улыбка была натянутой и неестественной. Он медленно поднял руку и провёл пальцами по её рыжим волосам.

— Ты удивительно забавная, — сказал он, убирая руку. — Но я не лгу. Разве я похож на человека, который лжёт? И как ты можешь доказать мою ложь? Чувствами или есть настоящие доказательства?

Эшлин замерла, обдумывая его слова. Она понимала, что у неё нет прямых доказательств, но её интуиция кричала, что что-то не так. Почему он так настойчиво пытается её отвлечь? Айден, вероятно, знал, что у неё нет ничего конкретного, но она не собиралась сдаваться.

— Во-первых, то, что ты пиздабол — это факт, — начала она, её голос стал твёрже. — Во-вторых, у меня есть весомые доказательства против тебя, и есть свидетель, который подтвердит мои слова.

— И кто же, если не секрет? — Айден рассмеялся, его широкая улыбка озарила пространство, словно солнечный луч, пробившийся сквозь тучи. Он склонился над Эшлин, нежно, но уверенно взял её за подбородок и приподнял её лицо, чтобы их взгляды встретились. В этот момент все вокруг, казалось, замерло. — Никто из ребят не видит во мне «появившихся» изменений, Эш.)

Эшлин внимательно посмотрела в глаза парню. Даже под красными линзами она заметила черноту зрачков, которая напоминала глаза фантомов. Взгляд был мёртвым, пустым, но в то же время насмешливым, как будто он знал что-то, чего не знала она.

Эшлин резко отдёрнула его руку от своего подбородка и отступила на шаг назад, её лицо исказилось от раздражения и недоверия. Она бросила на Кларка раздражённый взгляд, пытаясь понять, что происходит в его дурной голове.

— Логан, — произнесла она коротко, чётко и уверенно. Её голос звучал твёрдо, как будто она пыталась убедить не только его, но и саму себя.

На мгновение воцарилась тишина, такая плотная, что можно было услышать, как бьётся сердце. Затем тишину разорвал смех парня, но на этот раз он звучал иначе. Он был холодным, язвительным, и его смех раздражал Эшлин ещё сильнее. Что же его так рассмешило?

— А-ха-ха, Логан? Ты серьёзно? И что же он может подтвердить? Что ты сошла с ума?

— Я сошла с ума?! — Эшлин вспыхнула, её голос был полон раздражения. — Он может подтвердить то, что ты изменился и теперь хер поймёшь, что с тобой, мать его, происходит! Ты ведёшь себя как фантом! Ты перестал быть человеком! Перестал быть Айденом Кларком, которого я знала!

Её слова прозвучали резко, но она старалась контролировать себя. Было много недосказанных слов, но даже этого должно было быть достаточно, чтобы он понял.

Айден неожиданно замолчал. Его смех прекратился, и улыбка исчезла. Лицо парня погрузилось во мрак, словно тень накрыла его. Взгляд стал холоднее, чем когда-либо, как у настоящего фантома, вышедшего из тьмы.

— Вот как... — опустил взгляд в пол Кларк. — Это будет даже интереснее…

Сказав эти слова, парень снова рассмеялся, только вот… Этот смех не предвещал ничего хорошего.

***

Эшлин стояла на месте, пытаясь собрать мысли в единое целое. Разговор с Айденом оставил неприятный осадок, который она пыталась игнорировать. Его реакция, манера говорить, действия — всё это было не похоже на него. Словно кто-то пытался загримировать его, создать фальшивую маску, чтобы она ничего не заметила. Но Эшлин не была наивной. Она чувствовала, что с её другом что-то не так, и это чувство росло с каждым мгновением.

Её взгляд упал на Тейлор, которая стояла рядом, поникшая и потерянная. В её глазах больше не было той искрящейся жизни, того оптимизма, который когда-то делал её такой живой. Лишь страх и пустота. Эшлин осторожно подошла к ней и мягко положила руку на плечо.

— Тей, как ты? — спросила она, стараясь говорить как можно мягче, чтобы не задеть подругу.

Голос Тейлор дрогнул, и она ответила:

— Ужасно.

Эшлин почувствовала, как её сердце сжалось от боли.

Вместо дальнейшего разговора, Эшлин молча обняла близняшку. Хоть девушка и не любила такиильность и избегала её, но понимала, что Тейлор сейчас необходимо это. Эшлин не знала, кого это потерять вновь брата и возможно уже навсегда. Но всё же, как лидер, как подруга, она не могла оставить её одну. Должна была её хоть как-то поддержать.

— Мы найдём его, я тебе обещаю, — прошептала Эшлин, обнимая Тейлор. Она чувствовала, как её подруга дрожит, и сжала её ещё крепче в своих объятиях.

Внезапно Эшлин заметила краем глаза мелькнувшую тень. Она нахмурилась и, отстранившись от Тейлор, посмотрела в ту сторону. Но тень исчезла так же быстро, как и появилась. Эшлин замерла, пытаясь понять, что это было. Она огляделась, но вокруг не было ни души. Может, ей показалось? Или это был просто ветер?

— Что-то не так? — спросила Тейлор, глядя на Эшлин с тревогой.

Эшлин вздохнула и покачала головой.

— Нет, всё в порядке. Просто показалось.

— Уверена? Ты в последнее время тоже нервничаешь слишком много… — голос Тейлор звучал мягко, но в нём ощущалась тревога.

Эшлин резко подняла голову, её глаза сверкнули вновь раздражением.

— Блять, я не нервная, мать вашу, и не сошла с ума! — выпалила она. Её слова прозвучали громче, чем она планировала, но сдерживать эмоции больше не было сил.

Тейлор замолчала. Она опустила взгляд, её лицо отразило смесь вины и растерянности. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием девушки.

Баннер замерла. Не стоило прямо сейчас повышать на близняшку голос. Но что сделано, то сделано…

— Тейлор, я... — хотела было оправдаться рыжая, но Тейлор её прервала.

— Не нужно. Всё в порядке. — монотонно, сухо и безэмоционально ответила Тейлор. — Я пойду... Пойду Бену помогу...

Девушка развернулась на пятках и быстрым шагом направилась прочь, оставив Эшлин снова одну.

Что происходит с их лидером?

Неужели она после того сна стала такой? Хотя возможно на неё так повлияли обстоятельства. Не более…

***

Эшлин подняла взгляд на Логана, который бросил ей ключи от джипа. Её пальцы ловко поймали их, и она слегка улыбнулась, будто бы напоминая всем о предстоящем плане.

— Все помнят план на эту ночь? — уточнила она, стараясь, чтобы её голос звучал уверенно.

Филдс, стоявший рядом, кивнул, поправляя очки средним пальцем. Его движения были точными и выверенными, как будто он давно привык всех незаметно посылать куда подальше.

Компания собралась у джипа. Они стояли молча, но в воздухе витало напряжение. Каждый из них знал, что впереди их ждёт неизвестность. Никто не мог с уверенностью сказать, что ждёт их за пределами базы. В памяти ещё свежи были воспоминания о прошлой поездке месяц назад, которая закончилась неудачей. И что сейчас от этой поездки ожидать, не понятно. Хотя, всё это время поисков Тайлера, они вполне нормально выезжали за пределы базы. И на удивление, возвращались живыми.

Баннер, сев в машину, завела двигатель, и джип медленно тронулся с места. Айден по привычке сел рядом с ней, держа в руке фонарик. Остальные тоже уже давно расселись по своим местам, в ожидании чего-то неизбежного. Все молчали, каждый думал о своём.

За окном проносились тёмные очертания леса и отдаляющейся базы, и с каждым метром, который они преодолевали, напряжение внутри становилось всё сильнее. Никто не знал, что ждёт их впереди, и это пугало. Но они не могли позволить себе бояться. Они должны были найти своего друга, чего бы это ни стоило.

— Эшлин, но... Как мы найдём моего брата? — прервала тишину близняшка, с померкшим взглядом глядя на лидера.

Баннер мельком посмотрела в салонное зеркало заднего вида, встретившись взглядом с Тейлор.

— По плану мы должны прочистить ближайший город, ведь в нашем его нет. Рано или поздно мы должны найти Тайлера. Ведь он не мог так просто провалиться сквозь землю. Мы всё обшарили по близости. — задумчиво отвечала Эшлин, снова следя за дорогой. Но, почувствовав на своем плече ледяную ладонь, замерла, затаив на мгновение дыхание.

— Ты права, Эш. — расплылся в улыбке Айден, сжав плечо лидера. — Только как мы будем прочёсывать этот город, не зная, что там ожидать. Мало ли там есть другие виды тварей.

«Другие виды тварей»

Последние слова Айдена проносились молниеносно в голове у Эшлин, та боялась лишний раз вздохнуть или попросту моргнуть, ведь... Тело сковал холод и страх. Возможно, она сейчас себя накручивает. Да вот только… Как объяснить тот факт, что рука Айдена ледяная, как у мертвеца?

Проносились те слова в голове у Баннер не просто так, ведь... Возможно, эти слова как раз-таки и объясняют его неожиданное изменение в поведении. Это просто другой вид фантома, который притворился Айденом. Но это лишь догадки. До настоящей правды было ещё далеко…

— По прибытию в город – решим. — сухо произнесла девушка, не глядя на Кларка.

— «А если мы снова встретим многоножку?» — написал Бен в блокноте.

— У нас уже есть опыт, и в этот раз успеем улизнуть. — успокоил его Логан, держа ухо востро. Взглядом ища любые странности во тьме леса.

Эшлин вздохнула, крепче сжимая руль ладонями. Логан был прав. За их плечами был уже опыт, связанный с этой тварью, но он был не самым приятным. Ведь тогда из-за неё пострадал Тайлер! Он погиб по её вине!

Да…

Она до сих пор винила и винит себя в его смерти.

Хотя после последнего разговора с Айденом она начала меньше винить себя. Его слова и поддержка оказались для неё неожиданным облегчением. В тот момент, когда он говорил с ней, его голос звучал так искренне и спокойно, что она почувствовала, как её тревога постепенно уходит. Айден даже был открыт с ней, не пытался строить из себя кого-то другого. Он просто был рядом, подбадривая её и вселяя уверенность.

После этого разговора её мнение об Айдене немного изменилось. Она начала понимать, что за его странным поведением может скрываться нечто большее, чем просто безумие. Возможно, он действительно нуждался в поддержке и понимании, как и она.

Дорога продолжалась в напряжённой тишине. Айден убрал руку с плеча Эшлин, но его взгляд всё ещё был прикован к окну, куда он светил фонариком в пустоту ночи. Его движения были медленными и вялыми, что было странно.

Тейлор уже давно спала. Её голова уютно устроилась на плече Бена, который приобнимал её, следя за дорогой. Его внимание было сосредоточено на окне, чтобы не пропустить ничего необычного.

Логан, сидя в багажнике джипа, выглядел отстранённым и задумчивым. Его взгляд был пустым и устремлён вдаль, как будто он пытался найти ответы на вопросы, которые не имели ответов. По пути в ближайший город ничего не происходило, что только усиливало ощущение тревоги и страха, что потом произойдёт что-то неизбежное.

— Вам не кажется странным, что в последнее время ничего не происходит? — прервал тишину Филдс, посмотрев в сторону ребят.

— Это довольно-таки странно. — кивнула Эшлин. — Но для нас это временный плюс. Легче будет найти близнеца.

Джип продолжил мчаться по пустынной трассе, рассекая предрассветную тишину. Дорога была пустынна, только свет фар отбрасывал длинные тени на асфальт. Двигатель урчал ровно, шины мягко шуршали по мокрому после дождя покрытию.

Эшлин расслабила хватку на руле, позволив себе на секунду отвлечься и обдумать детали из дальнейшего плана, но в этот момент раздался оглушительный треск.

Из темноты, будто гигантская рука, обрушилось дерево — массивный ствол с грохотом рухнул прямо перед капотом. Время словно замедлилось: хруст веток, летящая кора, тяжесть, неумолимо падающая на дорогу.

— Блять! — выругалась Эшлин, и её руки инстинктивно дёрнули руль влево.

— Эшлин, тормози! — закричала испуганно Тейлор.

Джип резко вильнул, шины взвыли, теряя сцепление. Машина понеслась к обочине, и прежде чем она успела затормозить, жесткий удар встряхнул салон — переднее колесо врезалось в толстый пенёк, скрытый высокой травой.

Глухой удар, звон стекла, сработавшие подушки безопасности. Двигатель захлебнулся и заглох. Наступила тишина, нарушаемая только потрескиванием оседающих веток и тяжёлым дыханием ребят.

Баннер медленно подняла голову, глядя на перекрывающую дорогу груду ветвей. Ещё секунда — и дерево раздавило бы их.

— Повезло… — прошептала она, сжимая руль побелевшими пальцами. — Все целы?

Но было ли это везением? Ведь теперь они застряли посреди глухой трассы, а вокруг — только тьма и тишина.

— Целы... — показал палец вверх Логан, лежа в багажнике вверх тормашками.

— Хах, чуть снова не сдохли. — ухмыльнулся с забавой Айден, на что словил на себе раздражённый взгляд со стороны лидера. — Ну а что? Это Логан накаркал, что у нас всё слишком спокойно, смотри лучше на него, а не на меня.

— Ты чему радуешься, придурок?! — рявкнула Баннер. — Совсем последние мозги вышибло во время столкновения?!

— Воу, полегче. Я ничему не радуюсь. Лишь играю свою роль.

Айден расплылся в насмешливой улыбке и вышел из машины. Ведь дальше они точно никуда не смогут поехать. Бедный джип. Второй раз уже попадает в аварию.

Только вот…

Как объяснить тот факт, что дерево само по себе обрушилось на дорогу без чьей либо помощи?

У Эшлин дёрнулся глаз, но, глубоко вздохнув, та тоже стала покидать машину, перед этим сказав на последок.

— Бен, Тейлор, пожалуйста, возьмите сумки и выходите, дальше пойдём пешком.

Дверь в машину за Баннер захлопнулась, и в салоне наступила вновь тишина.

— «Что происходит с Айденом?» — написал Бен, показывая блокнот Логану.

— Самому интересно, что происходит с этим придурком. — вздохнул Филдс, с недоверием наблюдая за Айденом.

Бен больше не стал беспокоить Логана и вместо этого, вместе с Тейлор стал покидать машину в след за Логаном.

***

Путь до города был окутан тишиной, словно завесой, скрывающей множество тайн. Каждый из ребят погрузился в свои мысли, переживая внутренние бури. Лишь хруст веток под ногами и шуршание опавших листьев нарушали это безмолвие. В этом фантомном мире время словно застыло, оставив неизменным всё вокруг. Луна, как верный страж, неизменно сияла в небе, её свет был холодным и неизменным, не затмеваемый даже самыми плотными тучами.

В этом мире не было перемен. Здесь никогда не шёл дождь, и дни сливались в однообразные часы. Всё вокруг казалось застывшим, словно в ожидании чего-то неизбежного, но неведомого.

Тейлор и Бен брели позади. Эшлин, Айден и Логан шли впереди, не оглядываясь назад. Девушка, опустив взгляд, шла рядом с Беном. Он смотрел на неё с беспокойством, его сердце сжималось при виде её сломленного состояния. Он хотел помочь ей, но не знал, как.

Все мысли Тейлор были о Тайлере. О её брате, который заменил ей, проще говоря, отца, был для неё всем. Он был её опорой, её другом, её защитником. Но теперь его не было. Где он? Что с ним? Эти вопросы терзали её душу, как острые когти.

Внезапно пальцы Эрнандес  и Кларка сплелись, и это прикосновение стало для Тейлор якорем в бушующем море её мыслей. В его глазах она увидела мягкость и тепло, которые согревали её изнутри. Его взгляд был как лучик света в темноте, и она почувствовала, как её сердце начинает биться спокойнее.

Бен старался поддержать её как мог, и его забота была ощутима. Его рука была тёплой и сильной, передавая ей свою уверенность. Тейлор не отрывала взгляда от его глаз. И слабая, но благодарная улыбка появилась на её лице.

— Мы пришли. — разорвал тишину голос лидера.

В воздухе повисло напряжённое ожидание. Ребята замерли, словно время вдруг остановилось. Их взгляды медленно, но уверенно поднялись к табличке, закреплённой на высоком столбе. На ней, с лёгкостью, выгравированной искусным мастером, было начертано одно-единственное слово: «Добро пожаловать в Элиот».

Тейлор нервно сглотнула, её руки дрожали, а пальцы сильнее сжали ладонь Бена. Она перевела взгляд на Эшлин, пытаясь найти в её глазах ответ на вопрос, который уже давно вертелся у неё на языке.

— И что дальше? — тихо спросила девушка, её голос звучал так, словно он вот-вот сорвётся.

Эшлин задумчиво посмотрела вдаль, направляя луч фонарика в темноту. Она нахмурилась, размышляя о том, как лучше организовать поиски. Город был огромен, и за одну ночь обойти его было практически невозможно. Разделиться было опасно, но это был единственный способ покрыть большую территорию.

— Город большой, — наконец произнесла Эшлин, её голос был твёрдым, но в нём всё же слышалось беспокойство. — За одну ночь будет сложно управиться. Разделяться, конечно, небезопасно, но это самый быстрый и действенный способ всё здесь обойти.

— Как бы то ни было, Эшлин права, — пожал плечами Логан, его взгляд был сосредоточенным и серьёзным. Он посмотрел на каждого из ребят, словно хотел убедиться, что все понимают важность того, что они собирались сделать. — Но нам нужно будет встретиться за двадцать минут до того, как мы вернёмся в реальный мир, иначе неизвестно, что произойдёт потом.

Бен, нахмурившись, отпустил ненадолго руку Тейлор и быстро написал что-то в своём блокноте. Его мысли были сосредоточены на чём-то важном, и он не собирался упускать ни одной детали.

— «А если кто-то не придёт вовремя или вовсе не придёт?» — вывел он на бумаге, он не отводил взгляда от Эшлин.

— Значит, отправимся его искать, — ответила Эшлин, её голос стал холоднее, а взгляд метнулся к Айдену. Она не могла доверять ему. Но в то же время она понимала, что без него их шансы найти Тайлера были бы гораздо ниже.

— Что-то не так, Эш?) — с наигранной улыбкой спросил Кларк, его руки были спрятаны за спиной, а голова наклонена набок. Он выглядел так, будто ничего не происходило, но Баннер знала, что это было не так.

Эшлин не ответила на его вопрос. Она снова перевела взгляд на команду, её глаза метались от одного лица к другому, пытаясь найти в них хоть намёк на то, что всё будет хорошо. Но она не смогла найти этого.

— Как будем делиться? — спросила Тейлор, её голос звучал решительно, но в нём всё ещё слышалась тревога.

Эшлин опустила взгляд, её мысли метались в голове, как птицы в клетке.  Она бы с радостью отправилась с кем-то из команды, оставив Айдена с кем-то другим. Но в то же время она знала, что это было бы грубочайшей ошибкой и понимала, что ему нельзя доверять и ей стоит следить за ним внимательнее, а чтобы это делать, ей надо быть рядом с ним. Оставлять его с кем-то было небезопасно, мало ли кого убьет? Или из-за него ещё кто-то пропадёт?

— Я с Айденом, — наконец произнесла Эшлин, подняв взгляд на Тейлор. Её голос был твёрдым, но в нём всё же слышалась неуверенность. — А вы будете втроём. На то есть множество причин, но времени объяснять их у нас нет. Каждая секунда на счету. Но одну причину назову.

Эшлин сделала паузу, её взгляд стал ещё более серьёзным. Она знала, что её слова будут звучать как приказ, но она не могла поступить иначе.

— Вы идёте в больницу, — продолжила она. — И Тейлор с Беном у нас единственные, кто лучше всего и адекватно разбираются в медицине. А значит, если вы не найдёте Тайлера, то заберёте хотя бы медикаменты оттуда. Ну а Логан будет вас прикрывать. Мы же с Айденом пойдём проверять парк аттракционов. Это место самое главное в городе, и оно большое. Если Тайлер здесь, то мы его найдём.

Ребята переглянулись между собой и не став спорить с лидером, синхронно кивнули.

— Будьте осторожны. — напоследок сказала Эшлин, с тревогой смотря на ребят.

***

Парк встретил их скрипом каруселей, словно древние механизмы, стонущие под весом времени, и шепотом ветра, который играл с листвой деревьев, как с легкими перьями. Они вошли в здание зеркал, и воздух внутри наполнился отражением света, преломляющимся в тысячах граней. Зеркала, казалось, жили своей жизнью, искажая реальность и создавая иллюзии, которые дразнили их, как дразнят дети.

Эшлин остановилась, глядя на свое отражение. В стеклах она видела не себя, а фантомную версию, которая, казалось, смеялась над ней. Ее черты лица искажались, глаза блестели неестественным светом, а губы изгибались в зловещей улыбке. Это было как в том кошмаре, где реальность и вымысел переплетаются, создавая иллюзию, от которой невозможно убежать.

И эта тварь, этот фантом, все еще желал завладеть её телом, проникнуть в её душу и забрать её сущность. Эшлин почувствовала, как тьма сжимает её сердце, словно невидимая рука, и прошептала:

— Мы не найдём его здесь… Айден, пошли отсюда. Здесь бессмысленно его искать.

Айден не ответил. Его лицо было непроницаемым, как маска, скрывающая истинные чувства. В его глазах не было ни капли сострадания, ни капли понимания. Он молчал, и этот молчаливый упрек был хуже любых слов.

И тогда, когда Эшлин уже начала терять надежду, она заметила нечто странное. В зеркале за её спиной, там, где должен был стоять Айден, появился не он. Вместо Кларка стоял фантом. Его черты лица были искажены, его глаза светились неестественным белым светом. Это был не Айден, это словно была его... Фантомная версия?

Эшлин обернулась и увидела, что Айден уже стоял рядом. Его голос прозвучал чужим, словно он говорил не своим ртом, а чужим, механическим:

— Прости…

Его руки схватили её за волосы, и в следующее мгновение он с размаху ударил её головой о зеркало. Стекло треснуло, и мир вокруг погрузился в хаос.

Треск. Тьма. Тишина.

***

Тьма наступала неровными, прерывистыми волнами, словно чёрный прилив, медленно затягивающий последние островки разума в свою бездонную пучину. 

Боль — острая, жгучая, словно раскалённое лезвие, вонзённое в висок — всё ещё пульсировала где-то на границе сознания Эшлин. Но теперь она казалась далёкой, словно приглушённой толщей воды. Мир вокруг расплывался, теряя чёткость, превращаясь в хаос размытых силуэтов и дрожащего марева, будто она смотрела сквозь искажённое стекло. 

Айден стоял перед ней.

Но это был уже не он.

Не тот человек, чьи руки согревали её в ледяные ночи, не тот, чей смех звучал, как обещание счастья. Его черты, когда-то такие тёплые и живые, теперь казались высеченными из холодного мрамора — резкими, застывшими, лишёнными былого света. Его кожа, прежде золотистая от солнца, поблекла, будто под ней тлели лишь пепельные тени. 

Но глаза…

Они были хуже всего.

Когда-то в них отражались целые миры — искристые, полные огня, нежности, жизни. Теперь же в них зияла пустота. Холодная, бездонная, как провал между звёздами. Зрачки сузились до тонких чёрных щелей, а красные линзы потускнели, словно затянутые пеплом. В них мерцал неестественный свет — фосфоресцирующий, зловещий, будто отблеск луны на отточенном лезвии. 

Он не видел её.

Его взгляд скользил сквозь Эшлин, будто она была лишь мимолётной тенью, случайно задержавшейся на его пути. 

А потом — улыбка.

Медленная, чужая.

Губы растянулись в неестественной гримасе, слишком широкой, слишком неправильной, обнажая зубы, которые теперь казались чуть острее, чуть длиннее, чем должны были быть. 

И в тот же миг —

Удар.

Глухой, тяжёлый, словно земля содрогнулась под падением древнего дуба. Тело Айдена дёрнулось, его пальцы — ещё мгновение назад впившиеся в волосы Эшлин — разжались. Он замер, глаза расширились, и в них мелькнуло что-то... Почти осознанное. Почти — испуг. Страх и стыд за свой проступок перед Баннер.

А потом он начал падать.

Медленно. Почти грациозно.

Как срубленное дерево, сокрушающее тишину своим последним вздохом.

И за его спиной — он.

Незнакомец.

Фигура в рваном чёрном плаще, развевающемся, как тень в вихре. Ткань, изорванная ветрами и временем, скрывала очертания тела, но не могла спрятать лёгкость движений, стремительность кошачьей поступи.

А потом — движение, резкое и стремительное: пальцы вцепились в капюшон, срывая его прочь.

И будто хлынул свет.

Раскрывая…

Её.

Белоснежные волосы, будто сотканные из лунного сияния, рассыпались по плечам, по спине, мерцая в полумраке. Они не были просто светлыми — они казались живыми, переливаясь серебристыми бликами, словно снег, пойманный в ловушку ночного ветра.

А её глаза…

Глаза смотрели прямо на Эшлин.

Широкие, яркие, неестественно ясные в этом хаосе — два лезвия, два луча. В них не было ни капли жалости, только холодная, почти хищная уверенность. И что-то ещё…

Искра.

Может, насмешка?

Или вызов?

Незнакомка слегка наклонила голову, уголок её губ дрогнул в короткой, беспечной ухмылке.

— Успела в последнюю минуту, — рассмеялась коротко она, и её голос звенел, как клинок, ударивший о лёд.

Эшлин хотела ответить. Хотела спросить, кто эта незнакомка. Но веки уже наливались свинцом, тело предательски обмякло, и последнее, что она успела уловить — это лёгкий шелест плаща, струящегося по воздуху, и бледный отблеск тех самых волос, мелькнувших в темноте, словно след падающей звезды.

А потом — ничего.

Только тишина.

И мрак, накрывающий с головой.

***

Эшлин медленно пришла в себя, её веки дрогнули, прежде чем раскрыться, и перед глазами поплыли размытые очертания незнакомого помещения. Голова гудела, будто наполненная тяжёлым свинцом, а во рту стоял горький привкус пыли и чего-то ещё — металла, страха? 

Она лежала на старом диване, обивка которого когда-то, возможно, была благородного бордового оттенка, но теперь выцвела до грязно-коричневого. Под её пальцами ткань была рыхлой, местами протёртой до дыр, и с каждым движением из неё поднимались мелкие частицы пыли, заставляя Баннер фморщить нос. 

Комната, в которой она оказалась, казалась заброшенной — тяжёлые шторы, пропускающие лишь узкие полосы тусклого света, пожелтевшие обои с отклеившимися углами, массивный, покрытый слоем пыли буфет в углу. Воздух был спёртым, пропитанным запахом сырости и старого дерева.

Эшлин попыталась приподняться, но резкая боль в виске пронзила её, как раскалённый гвоздь. Она застонала, коснувшись пальцами болезненного места, и почувствовала липкую влагу — кровь. Да, на кончиках пальцев алела засохшая корка, напоминание о чём-то страшном, что стёрлось из памяти. 

«Где ребята?! Где я?! Что происходит?!» — мысли пронеслись, как молнии, оставляя за собой лишь тревогу, густую и липкую, как паутина, медленно обволакивающую её изнутри. 

Память была пустой.

Только обрывки.

Незнакомка.

Топор.

Айден, падающий без сознания.

И затем — тьма.

За окном хлопнула дверь.

Шаги.

Кто-то шёл сюда.

И этот кто-то знал, что она здесь.

Эшлин вновь прикрыла глаза, затаив дыхание, и прислушалась. 

— Подумаешь, его рукоятью топора вырубила, не умрёт, — фыркнул кто-то, проходя в гостиную. 

Голос был лёгким, почти насмешливым, но в нём сквозила уверенность. 

— Действительно! — раздался второй голос, грубый, хриплый. До боли знакомый. — Между прочим, он пострадал из-за тебя.

Сердце Эшлин ёкнуло.

Тайлер.

Но как? Он же… 

— А из-за него пострадал рыжик-пыжик, — парировала незнакомка. — Или тебе устраивает альтернатива того, что и её бы телом завладела эта безмозглая тварь?

Повисла тяжёлая тишина. 

— Нет, — наконец ответил Тайлер. — Я не спорю, ты поступила правильно, вмешавшись и спасая Эшлин. Но ты могла убить Айдена. Одно неверное движение — и всё.

— Чувак, его даже потолок не убил, а тебя ель. Если бы я его топором покрамсала, ничего бы не изменилось. Как был клоуном, так и остался бы.

Тайлер не ответил. 

Скрип половиц. 

Он подходил. 

Эшлин почувствовала, как чья-то рука легла ей на плечо, слегка встряхивая. 

— Эй, морковка, очнись.

Морковка?!

Глаза Эшлин распахнулись, и её взгляд устремился на знакомый силуэт. 

Смуглая кожа. 

Тёмные волосы. 

Насмешливый прищур. 

Тайлер Эрнандес.

Живой. 

Невредимый. 

— Эрнандес?! — воскликнула Эшлин, вскакивая, но резкая боль в висках ударила с новой силой. 

Мир поплыл. 

Она пошатнулась, но прежде чем упасть, её перехватили чьи-то руки. 

— Это ещё что за ведьма?! — вырвалось у Эшлин, когда она увидела незнакомку, державшую её. 

Та скептически подняла бровь и резко разжала пальцы. 

Эшлин с глухим стуком рухнула на пол. 

— Это за место спасибо? — незнакомка скрестила руки. — Дорогуша, я тебе, между прочим, жизнь спасла. А ты меня ведьмой называешь? Ну уж спасибо.

Эшлин зашипела от боли, но незнакомка лишь присела перед ней на корточки, откинув назад белые, как снег, волосы. 

— Но раз уж тебе интересно… — её губы растянулись в ухмылке. — К твоему вниманию, я Невелин. Невелин Таведина. Рада знакомству.

Она наклонилась ближе, изучая Эшлин. 

— Как самочувствие, рыжик?

— У меня имя есть, — буркнула Эшлин, припечатавшись лицом к доскам. 

Тайлер в стороне фыркнул, пытаясь сдержать смех. 

— Да ладно? — Невелин усмехнулась, помогая Эшлин подняться. — Даже если оно и есть, я больше люблю придумывать прозвища.

— Извини, конечно, но я против, — Эшлин сжала зубы. — Будь добра, называй меня по имени.

Невелин легко улыбнулась и усадила её обратно на диван. 

— Я тебя поняла, рыжик-пыжик.

— Да ты…

Но слова застряли в горле. 

Осознание накрыло волной. 

Ребят нигде не было!

Но Тайлер — здесь.

Живой.

Но как?

Почему?

Что вообще происходит?!

Взгляд Эшлин метнулся к Тайлеру. 

Он стоял спокойно, руки в карманах, но в глазах читалось что-то… Неестественно твёрдое.

Без слов она поднялась, держась при этом за голову и подошла к нему, обхватив так сильно, будто боялась, что он вновь исчезнет.  Что Тейлор вновь будет страдать без брата.

Тайлер замер на секунду, но затем обнял в ответ, слегка похлопывая по спине. 

— Удивительно, сама Эшлин Баннер потактильничать решила? — пошутил он, но тут же получил подзатыльник. 

— Где ты, мать его, был?! — рявкнула Эшлин, отстраняясь и впиваясь в него взглядом. 

— Здесь он был, — встряла в разговор Невелин, подбрасывая в камин дрова. — Я его, проще говоря, своровала у вас. Ну или позаимствовала на время. Как твоей душе угодно, так и называй. 

Тишина. 

Эшлин медленно повернулась к ней, глаза сузились до щелочек.

— Ты?! — её голос стал низким, холодным и в нём просочилась искра раздражения к новой знакомой.

Тайлер шагнул вперёд. 

— Морковка, спокойно!

Но было поздно. 

Эшлин уже шла к Невелин, каждый шаг — как взведённый курок.

— Сначала похищаешь Тайлера… Потом появляешься из ниоткуда и похищаешь остальных… А теперь ведёшь себя так, будто ничего не произошло?! Где ребята?! Что с Айденом?! Что с остальными?!

Невелин не моргнула. 

Она ждала такой реакции.

— Ты права, — наконец ответила она, поднимаясь. — Но у меня были причины.

Эшлин потянулась за пистолетом, на случай, если Таведина будет предоставлять опасность.

— Какие ещё причины?! 

Невелин взглянула ей прямо в глаза.

— Во-первых, если бы я не забрала Эрнандеса, он стал бы таким же, как Айден.

Эшлин замерла. 

— Во-вторых, — Невелин шагнула ближе, — на вас была открыта охота. Если бы я не вмешалась, тебя и твоих друзей уже разбирали бы по кускам в психушке для опытов. Тебя такая альтернатива устраивает?

Эшлин не ответила. 

Но в воздухе повисло напряжение, густое, как предгрозовая туча.

— Я всего лишь пыталась вам помочь, — продолжила Невелин, её голос звучал мягко, словно лёгкий ветерок, задевающий листву. 

— Но какая тебе выгода с этого? — недоверчиво спросила Баннер, её брови сдвинулись, а взгляд стал настороженным, будто она пыталась разглядеть скрытые мотивы в глазах собеседницы. 

Невелин склонила голову набок, словно любопытная птица, наблюдающая за добычей. Её губы растянулись в беззаботной улыбке, полной тайны, а глаза сверкнули игривым огоньком. 

— Выгода? О какой выгоде может идти речь, если вы шестеро малолеток?

Эшлин и Тайлер переглянулись, между ними пробежала немая тревога. 

— Тебе разве не как нам, шестнадцать лет? — удивилась рыжеволосая девушка, её голос дрогнул, а пальцы непроизвольно сжали край рукава. 

Тишину разорвал звонкий смех Невелин, лёгкий и прозрачный, как хрустальный колокольчик. Она вытерла крошечную слезинку, сверкнувшую под левым глазом, будто каплю утренней росы. 

— Какая ты забавная, рыжик. Нет, конечно, я намного старше.

— Тебе больше двадцати лет?

— Вообще мимо.

— Но ты не выглядишь старше!

Невелин замерла на мгновение, её улыбка стала чуть печальной.

— Так конечно, я ведь погибла в возрасте шестнадцати лет… 

Последние слова повисли в воздухе, тяжёлые и леденящие, словно внезапный мороз посреди лета.

— Что? — голос Эшлин дрогнул, звучал неестественно высоко, почти срываясь на визг. Она не могла поверить в то, что только что услышала. 

Невелин стояла перед ними, её фигура, казалось, слегка мерцала в тусклом свете, будто граница между реальностью и потусторонним здесь, в этом проклятом месте, истончилась до предела. Её улыбка была спокойной, почти безмятежной, но в глазах — глубокая, древняя тень, знающая куда больше, чем должна была бы знать шестнадцатилетняя девушка. 

— В реальности. До меня добрались кое-какие люди…

Эшлин почувствовала, как Тайлер резко повернулся к ней, его глаза расширились от шока, Невелин явно не рассказывала ему об этом. Он не произнёс ни слова, но его молчание было красноречивее любых криков. 

— …И теперь, проще говоря, я дух этого ада.

Слова повисли в воздухе, тяжёлые, как свинец. 

— Но несмотря на это, фантомы всё равно нападают на меня. Ведь здесь я наполовину живой человек. Этот мир сохраняет нашу душу, но в обличии духа и человека. Нет, есть шанс стать фантомом, но там вся эта комбинация сложная… И вам её ещё рано знать.

Комната погрузилась в тягостное молчание после слов Невелин. Воздух стал густым, словно пропитанным невидимой магией, а свет от дрожащих свечей отбрасывал зыбкие тени на стены, делая её улыбку ещё более загадочной. 

Эшлин почувствовала, как мурашки пробежали по спине. В её глазах отразился ужас и недоверие, а пальцы непроизвольно сжали рукоятку пистолета, будто пытаясь ухватиться за что-то реальное в этом внезапно перевернувшемся мире. 

— Кто ты, мать его, такая?! — её голос дрогнул, но в нём слышался вызов. 

Невелин медленно подняла голову, её глаза сверкнули в полумраке, словно два холодных изумруда. Улыбка не покидала её губ, но теперь в ней читалось что-то древнее, почти потустороннее. 

— Я… — её голос прозвучал чётко, словно колокол, разливающийся в тишине. — Дух ведьмы этого ада.  

И в тот же миг земля под ногами дрогнула. Пол затрясся, с полок посыпались книги, а где-то в глубине коридора раздался оглушительный грохот — будто что-то массивное рухнуло или… Прибыло.

Невелин мгновенно изменилась в лице. Её беззаботность исчезла, сменившись холодной сосредоточенностью. 

— Они уже здесь, бегите за мной! — резко бросила она, уже рванув к двери. 

Эшлин и Тайлер переглянулись, но колебаться было некогда. Сердце бешено колотилось в груди, но страх перед неизвестностью гнал их вперёд. Они бросились за Невелин, в темноту коридора, навстречу новому ужасу, который ждал их в глубинах этого проклятого места.

***

Дверь содрогалась под очередным ударом, и тяжёлый кухонный шкаф, подпертый в последний момент, скрипел, будто старые кости, не выдерживающие натиска. Снаружи царапались когти, скрежетали по дереву, а хриплое, прерывистое дыхание монстров наполняло воздух липким ужасом. Они были уже здесь. Совсем близко. 

Эшлин резко обернулась, её сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот разорвёт грудную клетку. Взгляд метнулся по кухне, выхватывая знакомые силуэты в полумраке. 

Тейлор. 

Она сидела на полу, прижимая к груди окровавленную руку. Лицо её было бледным, как пепел, губы сжаты в тонкую белую полосу, но ни звука, ни стона — только упрямый блеск в глазах, говорящий: «Я держусь».

Бен стоял у стола, пальцы впились в пистолет так, что костяшки побелели. Его обычно спокойные, тёплые глаза теперь горели — не страхом, нет, а яростной решимостью, выдавая его желание, защитить ребят. Он смотрел то на дверь, то на незнакомку.

Логан прислонился к стене, винтовка в его дрожащих руках казалась непомерно тяжёлой. Взгляд его метался между дверью, незнакомкой и Айденом, который лежал без сознания в углу, чьё лицо было исцарапанно, а его дыхание было поверхностное. 

И в этот момент что-то в груди Эшлин сжалось, а потом — разжалось. Они были живы. Все. 

— Тейлор! — её голос сорвался, став почти детским от облегчения. 

Она бросилась вперёд, опустилась на колени перед подругой и крепко, до хруста, обняла её, не обращая внимания на кровь, на боль, на то, как Тейлор вздрогнула от неожиданности. 

— Прости, что тогда сорвалась… — прошептала Эшлин, зарываясь лицом в её плечо. — Прости, что оставила вас… Это моя ошибка…

Но слова застряли в горле. Вместо них — только тёплая дрожь, только пальцы, вцепившиеся в ткань её кофты, будто проверяя: реальна ли она.

Потом она отстранилась, быстро окинув взглядом остальных. 

— Бен, ты цел? Логан? — голос её был резким, но в нём чувствовалась дрожь, что и в руках. — Что с Айденом? 

Логан лишь мотнул головой в сторону лежащего парня. 

— Очнётся. Надеюсь.

Эшлин резко откинули в сторону, и прежде чем она успела что-то понять, мимо неё промчалась тень. 

Тайлер.

Он рухнул на колени перед Тейлор, его руки дрожали, пальцы впились в её плечи, будто боясь, что она рассыплется в прах, если он отпустит. 

— Тейлор… — его голос сорвался, стал грубым, хриплым, словно он забыл, как говорить. — Боже… Тей, ты…

Он не закончил. Вместо слов — крепкое, почти болезненное объятие, в котором смешались страх, ярость и безумное, невыносимое облегчение. Тейлор замерла на секунду, её глаза расширились, а потом… 

— Тай… — её голос был едва слышен, но в нём дрожала вся вселенная. 

Она вцепилась в него так, будто он был её последним якорем в этом аду. Её пальцы впились в его спину, лицо прижалось к его плечу, и наконец — наконец — из её груди вырвался сдавленный, хриплый звук. Не плач. Не смех. Что-то среднее. Что-то живое. 

Тайлер отстранился, схватил её лицо в ладони, глаза бешено бегали по её чертам, словно проверяя каждую царапину, каждый синяк. 

— Дурёха, ты истекаешь кровью, блять! — он не заставил себя долго ждать, поэтому через пару минут из нижнего шкафчика близнец вытащил бинты и начал наспех перевязывать её рану, движения резкие, но точные. — Как ты себя чувствуешь?! Ты где-нибудь ещё ранена?!

— Тише, — Тейлор хрипло рассмеялась. — Ты как всегда… Драматизируешь.  

Но её пальцы тоже дрожали. 

Эшлин, не мешая им, отвернулась и опустилась рядом с Айденом. Её пальцы нащупали его шею — пульс был слабым, но ровным. Она выдохнула, даже не осознавая, как задержала дыхание.

— Он жив… — пробормотала она больше для себя, чем для остальных.

В эту же минуту за спиной раздался новый удар– глухой, мощный. Дверь содрогнулась.

— Что, чёрт возьми, происходит?! — выдохнула Эшлин, оборачиваясь к Невелин. 

Та стояла у окна, её пальцы сжали подоконник так, что костяшки побелели. Она не отвечала, лишь прислушивалась к звукам снаружи. 

— Она сказала, что они уже здесь, — прошептал Тайлер, его голос стал твёрде. — Что это за хрень, Невелин? Кто они?

Невелин медленно повернулась. В тусклом свете кухонной лампы её глаза казались почти прозрачными, будто стеклянными. 

— Министры.

Тишина после слов Невелин была не просто паузой — она была живой, звенящей, как натянутая струна перед разрывом. Воздух сгустился, будто сама реальность замерла, ожидая первого движения, первого удара. 

И он последовал.

Дверь взорвалась.

Деревянные створки, содрогаясь, рухнули внутрь, сорванные с петель ударом такой силы, что кухонный шкаф опрокинулся, а по полу рассыпались осколки посуды. В проёме, окутанные клубами пыли, застыли фигуры — высокие, замершие в агрессивной готовности. Их силуэты казались нереальными в полумраке: длинные плащи, сотканные из бледно-жёлтых и белых оттенков, развевались, словно крылья призрачных хищников.

Эшлин отпрянула, наткнувшись на стол. Тайлер инстинктивно прикрыл собой Тейлор. Логан вскинул винтовку, дуло её холодно блеснуло в направлении незваных гостей.

Первыми в кухню ворвались четверо: двое с ТанэгасимойТанэгасима (яп. 種子島 Танэгасима) — старинное японское огнестрельное оружие. Вариант дульнозарядного ружья с фитильным замком. Из-за изоляции Японии оно оставалось единственным огнестрельным оружием японцев на протяжении трёх столетий. , стволы которых поблёскивали в свете лампы, третий — с парой изогнутых ножей, четвёртый — с помповым ружьёмПомповое оружие (оружие с перезарядкой подвижным цевьём) — огнестрельное оружие, в котором скользящая передняя рукоять (цевьё) двигает затворную группу, скользя при механическом воздействии на неё назад или вперёд, выбрасывая отстрелянную гильзу и досылая новый патрон. Чаще всего используется для магазинных ружей (дробовиков), но также существуют помповые винтовки и гранатомёты. Такой механизм значительно быстрее классических магазинных винтовок со скользящим затвором и намного быстрее двуствольных ружей, так как нет необходимости убирать руку с рукояти для перезарядки до полного расстрела магазина. В оружейном деле общепринятое название этого вида перезарядки — скользящее цевьё. , уже щёлкнувшим затвором. За ними шли остальные, вооружённые копьями с древками, покрытыми резьбой, напоминающей застывшие молнии, и пистолетами с причудливыми узорами на корпусах.

И тогда группа расступилась.

Из тени выступил главный министр.

Его плащ, почти белый, с золотистыми прожилками, струился по плечам, как жидкий металл. В руках он держал копьё — длинное, изящное, с наконечником, от которого веяло холодом даже на расстоянии. Маска, скрывающая лицо, была гладкой, без единой черты, только узкие прорези для глаз, за которыми таилась пустота. 

Он остановился, медленно повернул голову — и его взгляд скользнул по Тайлеру, по Эшлин, по остальным, задержавшись на мгновение…

А потом уставился прямо в Невелин. 

— Ну здравствуй, Таведина, — его голос прозвучал неестественно ровно, словно пропущенный сквозь маску, но в нём чувствовалась лёгкая, почти игривая нотка. 

Невелин не дрогнула. Её пальцы всё ещё впивались в подоконник, но теперь её губы искривились в чём-то среднем между улыбкой и оскалом. 

— Здравствуй, фальшивый принц, — ответила она тихо, но так, чтобы каждое слово прозвучало ясно. 

Министр слегка наклонил голову, будто разглядывая её с нового угла. 

— Ах, ты меня ранишь в самое сердце своими прозвищами, — произнёс он, и в его голосе внезапно появилась почти театральная раненность. — Почему же сразу фальшивый? Просто твой принц — антигерой.

Она рассмеялась — коротко, резко, без тени веселья. 

— Антигерой? — переспросила она, приподнимая бровь. — Ты даже на это не тянешь. Просто марионетка в слишком дорогом плаще.

Он замер на секунду, затем медленно провёл пальцами по древку копья. 

— О, но марионетки не умеют так играть… — его голос стал ниже, почти шёпотом. — И уж точно не приходят за тем, что им принадлежит.

Между ними на мгновение повисло напряжение — густое, почти осязаемое, как ток перед ударом молнии.

И тогда министр резко выпрямился, его голос стал ледяным.

— Взять их.

За его спиной оружие десятков рук поднялось в унисон. 

Ребята не ждали повторного приказа.

Логан выстрелил первым — грохот выстрела оглушил воздух. Один из министров с Танэгасимой отпрянул, но тут же ответил выстрелом. Тайлер прижал Тейлор к себе, укрываясь за перевёрнутым столом, а Эшлин вместе с Беном быстро оттащили Айдена за столешницу, укрываясь за ней.

Бой начался.

Министры двинулись вперёд — плащи их развевались, как крылья, копья сверкали в свете ламп. Но ребята не отступали.

А Невелин и главный министр всё ещё стояли друг против друга, будто остальной бой был лишь фоном для их личной дуэли.

— Ну что, фальшивый принц? — усмехнулась Таведина, нащупывая ручку окна за спиной. — Попробуешь взять меня сам?

Он медленно поднял копьё.

— С удовольствием.

Грохот выстрелов разорвал воздух, смешавшись с лязгом металла и хрустом ломающейся мебели. Эшлин, пригнувшись, передала Айдена Бену.

— Прикрывайте его! — крикнула она Логану и Бену, голос её сорвался от адреналина. — Не дайте им подойти!

Логан кивнул, резко развернулся и выстрелил из винтовки. Один из министров — высокий, в бледно-жёлтом плаще — вздрогнул, отлетел назад, но не упал. Вместо этого он медленно выпрямился, и тогда Эшлин увидела: пуля застряла в складках ткани, будто плащ был не тканью, а второй кожей.

— Что за чертовщина?! — прошипел Тайлер, оттаскивая Тейлор от лезвия копья, которое только что врезалось в стол с глухим треском дерева или чьего-то черепа.

Но времени на ответ не было.

Из дыма и пыли вырвался министр с изогнутыми ножами — лезвия сверкнули, как клыки голодного зверя. Эшлин едва успела отпрыгнуть, ощутив, как холодный металл чиркает по рукаву, рвёт ткань. Кровь. Мелкая царапина, но боль острая, живая.

— Сука! — она рванула вперёд, пнула противника в колено. Хруст. Министр наклонился — и тогда она всадила ему в живот нож. 

Но он не закричал.

Вместо этого он засмеялся — глухо, словно звук шёл не из горла, а из какой-то пустоты внутри. Его рука вцепилась в её запястье, пальцы сжались, кости затрещали.

— Эшлин! — Логан развернулся, прицелился, но в тот же миг другой министр — с копьём — ударил его древком в спину. Логан рухнул на колени, винтовка выскользнула из рук. 

Тайлер бросился вперёд, схватил с пола сковородукосплей на Рапунцель — тяжёлую, чугунную — и со всей силы врезал в голову нападавшего. Звонкий удар, треск. Министр покачнулся, но не упал. Вместо этого он медленно повернул голову — и Тайлер увидел: под капюшоном не было лица! Только тень, только пустота…

— Блять, нам пиздец, ребят! — отшатнулся Тайлер. — Это даже не люди!

Тейлор, дрожащими руками, подняла пистолет — выстрел. Пуля пробила плащ, но министр даже не дрогнул. Он шагнул вперёд, копьё в его руке вспыхнуло бледным огнём.

Бен, стиснув зубы, рванулся вперёд — нож вонзился в спину министра. Тот наконец остановился, замер…

А потом развернулся.

Его рука схватила Бена за горло, подняла в воздух. Пальцы впивались в плоть, кровь сочилась по запястьям.

Тьма, казалось, сгущалась с каждым вдохом, наполняя кухню запахом пыли, крови и чего-то гнилостного — словно разлагающейся плоти, зашитой в складки этих бледных плащей.

Бен задыхался. Его ноги судорожно дёргались в воздухе, пальцы царапали стальную хватку министра, но тот лишь сжимал сильнее. Кровь струилась по шее, алая, горячая, заливая воротник. Его глаза, широко раскрытые, полные животного ужаса, метались между ребятами.

Да вот толку от его взгляда не было. Ведь ребята видели, что министры не были людьми, а неизвестными существами в плащах. Те были бессмертными, сильными, быстрыми… Но оставался вопрос.

Почему министры обладали этими качествами?

— Бен! — завопила Тейлор, рванувшись вперёд. 

Но прежде чем она успела сделать шаг, министр раздавил его горло. 

Хруст.

Тихий, влажный, невыносимо громкий в этой внезапной тишине. 

Тело Бена обмякло, пальцы разжались. Министр бросил его на пол, как пустой мешок, и кровь тут же растеклась по плитке, чёрно-алая в тусклом свете. 

Тейлор закричала — нечеловечески, пронзительно, будто кто-то вырвал этот звук из самой глубины её души. 

Крик Тейлор оборвался так же резко, как будто кто-то перерезал ножом натянутую струну.

В этот самый момент Невелин — её пальцы уже давно сжимали ручку окна — резко дёрнула раму на себя. Стекло треснуло, рассыпалось осколками в ночь, и прежде чем кто-либо успел среагировать, она уже перекинула ногу через подоконник и выскользнула наружу, как тень. 

Главный министр замер на мгновение, его маска повернулась к разбитому окну, и в щелях для глаз будто вспыхнул холодный огонь. 

— Ох, Таведина… — его голос прозвучал почти с укоризной, но в то же время с каким-то странным, почти восхищённым оживлением. — Уже бежишь? А ведь мы только начали веселиться!

Но он не стал ждать ответа.

Его плащ взметнулся, как крыло хищной птицы, и он ринулся вперёд — намереваясь поймать ведьму, и тогда министр вскинул копьё, использовав его как шест, и одним мощным движением выбросил себя в разбитое окно.

Стекло дождём посыпалось на улицу.

Тейлор всё ещё стояла, её рот полуоткрыт, но звука больше не было — только короткие, прерывистые всхлипы. Её взгляд метнулся от тела Бена к окну, где секунду назад исчезли двое, а затем — к остальным министрам, которые теперь медленно поворачивались к ним, будто только сейчас вспомнив, что в комнате есть ещё жертвы. И их нужно добить.

Логан первым очнулся. 

— На крышу! — рявкнул он, хватая Тейлор за руку. — Бежим, пока они не опомнились!

Эшлин, стиснув зубы, рванулась к окну. 

— Я эту ведьму на костре сожгу!

Тайлер, не раздумывая, забросил Бена на плечо и подхватил Айдена под левую руку, пока Эшлин подхватывала Айдена с правой стороны. Близнец, видя смятение сестры, резко рявкнул:

— Давайте, быстрее!

Они прыгали через подоконник один за другим — в темноту, в холод, в ночь, которая теперь гудела от звуков погони. 

А в доме министры наконец пришли в движение. 

Один из них — высокий, с копьём, покрытым резьбой, — медленно подошёл к окну, склонил голову, будто прислушиваясь к шагам на крыше. 

— Они думают, что убегут? — его голос был глухим, словно доносящимся из-под земли.

Другой, с парой изогнутых ножей, провёл лезвием по ладони — кровь не выступила. Вместо этого по металлу вспыхнул и пробежал огонёк.

— Нет. Они просто выбирают, где умрут.

И тогда они шагнули вперёд — и исчезли в ночи. 

***

Крыша старого дома скрипела, как кости утопленника, под их весом. Доски прогибались, угрожая рассыпаться в труху, но ни Невелин, ни министр не обращали на это внимания. Их взгляды были скованы друг с другом — в них бушевала смесь ярости, азарта и чего-то ещё... чего-то, что заставляло губы искривляться в оскале, похожем на улыбку. 

Небо над ними пылало, как открытая рана — багровое, пульсирующее, усеянное чёрными прожилками туч. Его свет лился на них, окрашивая бледную кожу в оттенки свежего мяса. 

— Ты всегда так неаккуратен, министрик? — Невелин отпрыгнула от удара его трости, которая вонзилась в гнилые доски, как нож в глотку. — Или просто не умеешь обращаться с женщинами?

— О, я умею обращаться с ними... Особенно когда они такие назойливые, — он рывком выдернул трость, и куски древесины посыпались в тёмную бездну под ними. 

Она рассмеялась — звонко, как колокольчик над могилой. 

— Назойливая? Я? — её пальцы сжали рукоять кинжала, лезвие которого блестело, будто только что облизанное языком тьмы. — Ты сам пришёл на мою территорию, дорогой. Это уже граничит с навязчивостью.

Министр щёлкнул пальцами, и тень за его спиной ожила, извиваясь, как удав. 

— Территория? — он сделал шаг вперёд, крыша застонала. — Этот мир — труп, а мы всего лишь черви в его кишках. Какая уж тут территория...

Невелин прыгнула, её плащ взметнулся, как крылья летучей мыши. Лезвие блеснуло — раз, два! — но министр уклонился, поймал её за запястье и притянул к себе так близко, что она почувствовала его дыхание на своих губах. 

— Безоружная? — прошептал он.

— Ошибаешься. — оскалилась Невелин, второй рукой вытаскивая из пояса скрытый ножик, лезвием которого ранила министра в плечо.

— Твою мать! — рявкнул министр, отпуская девушку.

Таведина наклонила голову, глядя самодовольной улыбкой на министра.

— 0:1, дорогой. — подмигнула девушка, идя к краю крыши задом наперед.

— Сумасшедшая? — уточнил министр, держась за плечо.

— Бессмертная.

Ответив, девушка полетела вниз, не проронив больше ни единого слова.

Министр замер на мгновение, наблюдая, как Невелин исчезает в темноте, словно тень, сорвавшаяся с поводка. Чёрная кровь сочилась между его пальцами, сжимающими рану, но боль только разожгла в нем азарт. 

— Бессмертная? — он усмехнулся, и тень за его спиной дрогнула, будто в нетерпении. — Ну что ж, проверим.

Он шагнул в пустоту.  

***

Лес встретил его плотным, почти осязаемым дыханием — густой воздух пропитался терпким ароматом преющих листьев, смешанным с сыростью вековой тени. Каждый вдох обжигал легкие влажным холодом, словно туман, сотканный из шепотов незримых существ, скользил меж деревьев, обволакивая, цепляясь за одежду, за кожу. Министр шёл неторопливо, но с мерной уверенностью, и его копьё, чёрное и древесное, отстукивала по переплетенным корням четкий, гипнотический ритм — будто земля сама подсказывала ему шаги, будто незнакомец повторял забытую мелодию, которую только он один еще помнил. 

— Ты действительно думаешь, что сможешь от меня убежать? — его голос разлился по чащобе, низкий, вязкий, как смола. Он не громыхал, не гремел — он стелился меж стволов, обвивая деревья, просачиваясь в щели между корой, заполняя собой пространство, как дым от тлеющего костра. — Я ведь не просто так министр, милая.

Тишина ответила ему легким шорохом — то ли ветер качнул верхушки, то ли что-то пробежало в подлеске. 

И тогда впереди, где-то в глубине чернеющего лабиринта деревьев, рассыпался смех — звонкий, насмешливый, будто капли ртути, падающие на стекло. 

— А я не просто так ведьма, дорогой!

Между стволов мелькнул силуэт — быстрый, как вспышка лунного света на воде. Невелин проскользила меж сосен, словно тень, брошенная несуществующим огнем, и на миг ее волосы блеснули, как чешуя рыбы, вырвавшейся из черной глубины. 

Министр сжал рукоять копья и ускорил шаг. Земля под ногами стала мягче, податливее, будто лес втягивал его глубже, будто сам путь складывался под его ногами, ведя туда, где тьма была гуще, а шепоты — громче.

***

Она ждала его на поляне, освещенной лунным светом, сквозь разорванные тучи. Сидела на поваленном дереве, болтая ногами, будто они просто договорились о встрече. 

— Ну что, догнал? — она подперла подбородок рукой, кинжал все так же блестел у нее в другой. 

Министр остановился, слегка запыхавшись. 

— Ты ранила меня.

— А ты хотел схватить.

— Это была попытка удержать. 

— Ох, мой бедный фальшивый принц… — она притворно вздохнула. — Ты либо лжешь, либо действительно настолько плох с женщинами.

Он рассмеялся — низко, глухо, как гром перед бурей. 

— Может, просто еще не встретил ту, которую действительно хотел бы удержать?

Невелин приподняла бровь, но ухмылка не сошла с ее губ. 

— Как романтично. Жаль, что я не из тех, кто дает себя поймать.

— Все когда-нибудь попадаются.

— Особенно ведьмы?

— Особенно те, кто думает, что они не будут сожжены до тла.

Она спрыгнула с дерева, сделала шаг назад, к опушке леса. 

— Ну что ж… — её глаза сверкнули. — Попробуй.

И снова исчезла. 

Министр не двинулся с места. 

— Охота только начинается, — прошептал он, и тень за его спиной зашевелилась, потянулась к нему, обвивая плечи, как второе пальто. 

Где-то в глубине леса защебетали птицы — будто предупреждая. 

Или смеясь.

***

Невелин скользила между деревьями, словно тень, но внезапно её шаги замедлились. Впереди, в густом полумраке, мелькнуло что-то странное — не фантомы, не министры, а нечто иное. Тени двигались слишком плавно, слишком… Осознанно. Они не растворялись в воздухе, не шептались, а просто наблюдали. 

Министр, заметив её колебания, тихо рассмеялся. 

— Что-то случилось, моя дорогая? Или лес наконец-то напугал духа?

Она не ответила сразу, лишь прищурилась, всматриваясь в темноту. 

— Я всё сама проверю, — бросила она через плечо и резко свернула в сторону, исчезая в чаще. 

Министр усмехнулся. Идеальный момент. Пока её внимание приковано к этим странным теням, он найдёт другой путь — не в погоню, а в обход. Он знал этот лес лучше, чем она думала. 

***

Тихо ступая по ковру из опавших листьев, он обошел её, скользя между стволами, как сам становясь частью тьмы. И вот он увидел её — она стояла у старого дуба, огромного, с корнями, переплетенными в подобие арки. Её белоснежные волосы мерцали в полумраке, а взгляд был прикован к чему-то впереди. 

Идеально.

Он подкрался сзади, шаг за шагом, почти бесшумно. Но в последний момент под ногой что-то хрустнуло — не ветка, не камень, а… Верёвка?

Раздался резкий щелчок, и земля ушла из-под ног.

Листья взметнулись в воздух, как стая испуганных птиц, а в следующее мгновение оба — и министр, и Невелин — рванулись вверх, подхваченные петлей. Ловушка сработала безупречно: верёвки туго обвили их, прижав друг к другу, и теперь они болтались в воздухе, связанные в один узел. 

***

Луна тускло освещала поляну, где два невольных компаньона болтались на толстом суку старого дуба, как два переспелых плода, которые забыли сорвать. Верёвка, туго перехватившая их талии, была завязана так искусно, что даже самый дотошный бондажист позавидовал бы мастерству похитителей. 

Невелин, девушка с взглядом, способным испепелить целый батальон, яростно дёргалась, пытаясь перегрызть пеньковый канат зубами. Её белоснежные волосы слипались от пота, а в глазах горел огонь чистого, незамутнённого бешенства. 

— Ебанный мудила! — прошипела она, сплёвывая верёвочные волокна.

Министр лишь вздохнул, будто терпеливый отец, слушающий капризы ребёнка.

— А ты тупая пизда, — пожал он плечами, насколько это позволяла верёвка. — Как знать, может, мы всё-таки подружимся.

— Дружба? — Невелин оскалилась. — После того, как ты меня пытался поймать и сдать на ритуал, а потом нас обоих повесили на дерево, как колбасу на просушку?

— Ну, технически, не повесили, а подвесили, — поправил министр. — И если бы ты не полезла сюда со своим «я всё сама», мы бы спокойно продолжили игру в кошки мышки и продолжили бы драться возле твоего сарайчика с ребятнёй.

— Если бы ты не был таким идиотом, мы бы вообще не оказались в этой ситуации!

Ветер шевелил листья, и дерево скрипело, будто смеялось над ними. Тени вокруг сгущались, принимая странные очертания — то ли отблески луны, то ли чьи-то глаза наблюдали за ними из чащи.

— Ты слышала? — министр наклонился ближе, насколько мог. 

— Что я должна была услышать? Как твоя крыша поехала?

— Тишину. Слишком тихо.

И правда — ни сверчков, ни шорохов. Только их дыхание и противный скрип верёвки.

Невелин почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Это потому что тут, блять, злоебучие фантомы? 

— Нет, потому что нас оставили как приманку. 

Из темноты донёсся мягкий, влажный звук — будто что-то большое и склизкое переползало по земле. 

— Офигенно, — прошипела Невелин. — Ты хотя бы нож при себе припрятал?

— В кармане. Но, кажется, он теперь ближе к твоей пояснице.

— …Ты издеваешься?

Министр усмехнулся, маска которого чуть приспустилась оголяя малую часть его лица.

— Нет. Но если хочешь его достать, придётся потереться.

— Ёб твою мать! Да иди ты на хуй, табакерка в маске! — прокричала ворчливо Таведина, плюнув в маску министра.

Девушка приглядевшись, заметила знакомый ей шрам, находившийся на левой стороне подбородка министра… 

— Нет… Не может этого быть…

Продолжение следует…