Этим летом веет холодом

«Проститься нету сил, закрываю,Я глаза закрываю.»

Проститься — Uma2rman

***

Утром Ева проснулась довольно поздно, примерно в 12 часов. У Гриши сегодня был второй выходной, но, когда Ева открыла глаза, она не нашла его ни рядом с собой, ни в квартире. Она попыталась ему позвонить, но не смогла до него дозвониться. Позже она заметила, что его телефон остался на кухонном столе. Оставалось лишь ждать, и гадать куда он ушёл и когда вернётся.

Быть дома одной Еве совсем не нравилось, быть может у нее получится встретиться с Дашей. Аня занималась переездом, документами и университетом, ей точно было не до проблем Евы, да в принципе не до неё. Набрав подругу, Ева долго ждала ответа, а после отключилась. Казалось, что сегодня никто не хочет разговаривать с ней... Через 10 минут Даша всё же перезвонила.

— Привет, прости, что сразу трубку не взяла. Глеб на гитаре играл, я и не услышала, что ты звонишь, — быстро проговорила Даша, услышав от Евы короткое «привет».

— Да ничего страшного, — отвечает Ева, сама ещё думает спросить про Гришу или нет. Быть может она просто себя накручивает, и все в порядке, а парень скоро вернётся. — Как у вас дела? — отстранено спрашивает девушка, решаясь все же умолчать.

— В целом, ничего плохого, — говорит Даша, тяжело вздыхая. — Вчера я забирала этого идиота из обезьянника, — Ева рассмеялась, ну, как обычно, Глеб не меняется.

— Что случилось то? — интересуется девушка, и Даша начинает рассказывать как Глеб и Серафим наклюкались в дробадан. После начали вести себя как идиоты, мешать людям спать. На них вызвали ментов, а те загребли их в участок.

— И только с 10 попытки я дозвонилась, и то какой-то мент взял трубку. Я ещё с ним долго говорила потом, чтобы придурков этих забрать, — говорит Даша, а Ева слышит как на заднем фоне, Глеб громко возмущается насчёт ее слов. — Да не мешай ты мне! Иди брянькай на гитаре! — крикнула Даша, когда возгласы Глеба ей надоели.

— Брянькай? — удивлённо спрашивает Глеб, — Ты не понимаешь ничего! Я может быть будущий музыкант, соберу свою группу, а после буду залы собирать... Вот тогда и посмотрим кто бренькает, — возмущаясь говорил Глеб, а Даша просто молчала, слушала его болтовню.

— И вот ты понимаешь, так каждый раз, — вновь тяжело вздыхая говорит девушка, — У вас то как там все?

— Хорошо всё, — коротко отвечает девушка, от чего-то поглядывая на настенные часы. — Я уволилась со школьного детского лагеря, надоели мне эти избалованные дети.

— Вот и правильно, а вообще я тебе говорила. Туда самых избалованных отправляют, потому что родители с ними уже не справляются, — щебетала девушка, что сама как-то раз работала в таком лагере, и так же вскроем времени уволилась. Слишком нервная и шумная работа.

— Потому что нахер они все их капризы поощряют, дофукали в жопу, а теперь справиться не могут!

— Вооот! — проговорила Даша, после чего девушки рассмеялись. — Так, что быть может вечером к нам заглянете? Поужинаем вместе?

— Может, надо ещё у Гриши спросить...

— Я думал он дома, — говорит Дашка, а Ева тяжело вздыхает. Нет, все же хорошо, просто у него появились неотложные дела, что он даже телефон забыл.

— Да он по делам пошёл, слушай я попозже позвоню и скажу тебе точно, придем или нет. — Говорит Ева, желая поскорее закончить этот разговор. Про то где был Гриша, что и почему, Ева не хотела говорить, да и что сказать, если сама ничего не знает.

— Хорошо, буду ждать!

После того как Ева простилась с Дашей, она первой положила трубку. Оставив телефон на тумбочке, Ева направилась в ванную, решив заняться стиркой хотя бы какого-то белья, чтобы отвлечься от навязчивых мыслей. Она также планировала навести порядок на кухне, наконец-то помыть окна, которые обещала привести в порядок уже на протяжении двух месяцев.

Включив музыку девушка запустила стирку и принялась мыть окна на кухне. Стараясь вслушиваться в слова, а не удаляться в свои размышления. Если была возможность, сейчас Ева хотела бы избавиться от любых мыслей. Просто чтобы голова была пустой, без единой мысли. И у неё почти получилось, хотя так или иначе она поглядывала на настенные часы, ожидая прихода парня. Гриша домой не торопился.

Когда Ева уже решила набрать номер Даши и сообщить ей о том, что сегодня встретиться не удастся, домой вдруг вернулся Гриша. Он выглядел ещё более уставшим и подавленным, чем вчера.

— Гриш, привет, — проговорила девушка, выглядела она, конечно, так себе. Волосы выбились из хвоста футболка и шорты были вымочены в воде. Но она была радостной, просто от того, что Гриша наконец вернулся. — Что с тобой? Все хорошо?

— Ев, давай не сейчас, — холодно произносит Гриша, направляясь на кухню. Ева не понимает, что происходит и просто следит за ним. — Ты можешь оставить меня в покое, хотя бы на пять минут? — грубо спрашивает парень.

Его странное поведение вызвало у нее сильное беспокойство. Гриша направился на кухню, проверил сообщения на телефоне, после чего пошел в спальню. Он не обращал внимания на вопросы Евы и, быстро взяв чистую одежду, ушел в душ.

— Глеб с Дашей звали нас на ужин, — остановившись перед дверью в ванную говорит Ева.

— Если только не надолго, — отвечает парень из ванной, после Ева слышит шум воды. И голос его все ещё был грубоват.

— Конечно, не надолго...

Ева уходит на кухню, убирает подоконник, столы. После же садиться за стол, набирая номер Даши. Пока они разговаривали с Дашей, Гриша как раз помылся и вышел из душа.

— Они ожидают нас к семи, — произнесла девушка, поднимая взгляд на молодого человека. Внутри неё витало чувство беспокойства, что сильно жгло ее сердце. И глядя на него, она ощущала, что что-то идёт не так, но вот в чем на самом деле проблема, ей не удавалось понять.

— Хорошо, — коротко отвечает Гриша, холодный душ позволил Грише прийти в себя.

— А где ты был? — интересуется Ева, пока Гриша делает себе кофе. Девушка видела только его обнаженную спину, после душа он решил не одевать футболку, и пришел на кухню лишь в штанах. Жаль, что она не видит его лица, казалось, они настолько близки, что она может понять врёт он или говорит правду.

— Родная, у меня были дела. Я ушёл, не будить же тебя, тем более ты так сладко спала, — говорить Гриша, голос вновь стал теплым, нежным. От того холода, что был вначале ни осталось и следа. Вновь это его дурацкая переменчивость.

— Скажи честно, у нас все хорошо? — голос отчего-то дрогнул. Гриша даже повернулся к ней, словно проверяя плачет Ева или нет. Она смотрела в его глаза, и хотела прочитать там ответ, истинный ответ...

— Конечно, все в порядке, родная, что за глупые вопросы? — отложив ложку в сторону, он подошёл к Еве и присев перед ней на корточки, взял ее за руку. Улыбался, но эта улыбка ей не нравилась, казалось, что она фальшивая. Где та искренность и хитрость, что отражается его улыбка обычно. — Ты чего? — взгляд его настороженный, внимательный.

— Ты стал странным, Гриша. В тебе снова проявилась эта непостоянность, — заметила она с лёгкой тревогой. Гриша только улыбнулся в ответ и осторожно провел ладонью по ее щеке, словно убеждаясь в том, что на ее щёках нет слез.

— Прости, что холодно повел себя с тобой в начале. Просто устал сегодня, не хотел тебя обидеть... — сказав это парень поднимается, чайник закипел, можно наливать кипяток в кружку.

Ева смотрит за его движениями, воспроизводит его слова в голове. В голове всего одна мысль, что бьётся о стенки, желая вырваться наружу. «Не так. Что-то не так» — но что? Гриша же спокойно наливает кофе и садится напротив Евы.

— Все хорошо, были небольшие трудности с отцом, но я все решил. Не о чем беспокоиться, — вновь коснувшись ее руки говорит Гриша, и в этот раз она верит ему. Даже улыбается в ответ, отгоняя, пряча тревогу подальше. Всё хорошо. Должно быть все хорошо.

— Я, наверное, пойду собираться... — говорит девушка поднимаясь, Гриша в ответ кивает. И Ева удаляется в комнату, чтобы привести себя в порядок, уложить волосы и переодеться.

Через час, Ева и Гриша уже ехали к Глебу с Дашей. Даша как раз заканчивала с ужином, когда Ева и Гриша приехали к ним. Глеб стоял на улице и курил, считайте, встретил их. Оставив парней вдвоем, Ева стала подниматься к Даше, что из окна махала им рукой. Услышала шум мотоцикла и выглянула в окно, не прогадала. Парни, ещё минут 20 стояли на улице, разговаривали, курили. А Ева помогала Даше накрыть на стол.

Когда молодые люди пришли, стол уже был накрыт. Ева и Даша пытались открыть бутылку вина, но у них ничего не получалось. К счастью, ситуация изменилась к лучшему, когда эти двое вернулись с улицы — бутылка наконец была открыта.

Следующие пару часов они ужинали, выпивали и шумно обсуждали разные ситуации. Из-за того, что Гриша приехал с Евой на мотоцикле он не пил в этот вечер. Атмосфера была очень приятной, и казалось, что это лето должно стать самым тёплым в их жизни — не только из-за ясной погоды за окном, но и благодаря компании таких замечательных людей. Но это лето веет холодом, еле заметным. И Ева отчетливо ощущала этот холод; он вызывал у неё неприятные чувства, по коже пробегали мурашки, а в груди нарастала тревога. И при этом она старалась улыбаться, верить в хорошее, надеяться на лучшее... Да и вообще надежда умирает последней.

Даша, все чаще обращала внимание на Еву, то как она смотрит на Гришу, когда он говорит или что-то делает. Просто, как она смотрит на него когда он рядом. В её глазах светилась такая мощная любовь, что ни один океан не мог бы соперничать с теми безбрежными глубинами чувств, которые они отражали. Это было очевидно, без сомнений можно было сказать, что её любовь была велика. И она каждым своим действием, или словом пыталась доказать Грише, что она любит его, больше всего не свете. Хотела, чтобы он знал и ощущал глубину ее чувств, понимал насколько дорог. Никто иной не мог занять его место, казалось, что так сильно полюбить Ева больше не сможет.

Она была полностью поглощена своей любовью к нему и не обращала внимания на окружающих. Только он и их взаимные чувства были для нее в приоритете, все остальное — неважно. Любовь в которой она утонула, это любовь, которую она восхваляла и ценила. Уверяя себя, что больше любить так не сможет, что Гриша ее первая и последняя настоящая любовь.

— Хорошо же посидели, Гриш, чего хмурый такой стал? — поднимаясь в квартиру спрашивает Ева. Настроение у нее было на высшем уровне, да и к тому же выпитый алкоголь, давал о себе знать.

— Я не хмурый, просто устал, — бурчит парень, а Ева закатывает глаза. Иногда ей казалось, что у него заедает пластинку. Чтобы ни случилось, он всегда отвечает, что просто устал. — Завтра на работу, а кто-то спать будет...

— Ну уволилась я и что? Ты сказал, что тебя все устраивает, чего-то сейчас то начинаешь? — развернувшись к парню, Ева застыла перед ним, преграждая ему дорогу к квартире. Руки в боки, лицо стало таким же хмурыми, как и у парня.

— Я не начинаю, это ты себя ведешь отвратительно, — оттолкнув Еву в сторону, Гриша все же прошел к квартире. Аккуратно вставил ключ, провернул два раза в сторону и открыл дверь. Ева стояла позади него, надувшись, — Проходи... Или сегодня в подъезде ночуешь?

— Сам спи в своём подъезде, — говорит девушка входя в квартиру, специально задевая парня плечом. Скидывает кроссовки, и сразу же направляется в спальню.

— Увы, но я откажусь от такого предложения, — закрывая квартиру говорит Гриша, и ему все равно, что Ева его даже не слушается. Что сейчас она переодевается в спальне и дуется, потому что он ведёт себя с ней слишком грубо, слишком холодно.

Любило его так сильно, что готова была стерпеть весь холод, и всю грубость, что время от времени проявились в его поведении. Да, возможно, иногда она отвечает ему той же грубостью, и тем же холодом... Но быстро раскаивается, и вновь становится тем теплым, жарким солнцем.

Лишь бы все было хорошо, лишь бы он любил, и лишь бы был рядом.

Гриша и Ева пересекаются в коридоре, девушка идёт в душ, а парень в спальню. И казалось, бы они разошлись, но Ева задерживает его возле двери. Тянет на себя, просит развернуться.

— Ев, что тебе нужно? — все же развернувшись спрашивает Гриша, а девушка в ту же секунду обнимает его за шею.

— Гриша, ну почему ты такой грубый сегодня? — спрашивает Ева, обнимая его за шею. Его рук, она не чувствует, потому что он не касается ее, отстранено держит руки, сжатые в кулаки. — Что случилось?

— Ты шла в душ, так иди в душ, — сглотнув, Гриша все же убирает руки девушки с шеи и уходит в спальню. Ева застывает, просто минуты две смотрит на свои руки. Он не хотел, Ева видела его глаза, но почему-то все равно сделал это.

Поджав губы, Ева уходит в душ, где долго стоит под струёй воды и плачет. Обняв Гришу за шею, Ева стремилась исправить эту неприятную ситуацию. Она надеялась, что её нежный жест сможет успокоить гнев парня и восстановить гармонию в их отношениях.

Они вновь встретились в коридоре, Ева прошла в спальню, и пока сушила волосы, Гриша сходил в душ. Ева легла первая и долго ждала парня, надеясь, что он, как и обычно согреет ее в объятиях. Это бы означало, что все вернулось на круги своя и запал его утих...

Этого не произошло. Первая ночь, в которой Ева и Гриша спали на разных краях кровати.

Это лето веет холодом, и поселяет зиму в их отношениях.

«Не могу я так с ней! Слишком грубо, слишком жестоко. Сначала дарю ей тепло, намекаю, что все в порядке, а после давлю холодом и грубостью...» — думал Гриша перед сном, не мог так поступать с любимым человеком, но и другого выхода ему не предоставили. Либо так, либо никак... И Гриша чувствовал себя убийцей. Убийцей их чувств.

______________________________________________