|8|

ЛИСА.

Конечно, наверх я не ушла. Как только Чонгук прикрыл за мной дверь, я поняла, что мои ноги меня совсем не слушаются. Пару раз глубоко вдохнула и выдохнула, а затем взяла себя в руки и повернулась обратно к двери. Взялась за ручку, слегка приоткрыла ее, делая небольшую щель, и выглянула наружу.

Чонгук направлялся к выходу. Некоторые парни в зале бросили свои дела и двинулись следом за ним, но он остановил их одним взмахом руки и, как-то беззаботно вытирая влажные от пота волосы полотенцем, открыл входную дверь.

Ничего не спешил говорить, а просто продолжал вытирать волосы, загораживая своими огромными габаритами тела весь широкий проход. Явно не собирался пропускать гостей внутрь.

Через приоткрытую дверь с улицы послышался шум машин и ропот мимо проходящих людей. Несколько секунд был такой ажиотаж, а потом все вмиг словно приглушилось, когда я услышала голос Артема:

– У тебя кое-что мое!

– Серьезно? И что? Напомни! – с неким сарказмом отвечает Чонгук.

– Девушка. Она принадлежит мне! – уверенно и сердито. Я уже испугалась, но Чонгук… Ему явно нравилась вся эта ситуация.

– Что-то я не понял! У тебя документы на нее есть, или она подписана?! Какого хера ты решил, что она принадлежит тебе? – грубо.

– Она была у меня…

– А теперь она у меня. Моя, если ты не понимаешь! – угрожающе. – Так что вали отсюда, или я тебе помогу!

Следует пятисекундная пауза, во время которой мне казалось, что я даже услышала скрежет зубов Артема от досады. А тем временем у меня внутри появилась некая надежда на спасение. Чонгук не отдаст меня и его поступок заслуживает моего полного доверия.

– Думаешь, ты всесилен, Чон, прикрываясь властью своего отца? – подает голос Артем. Шипит, как змея, плюется ядом…

– Хочешь поговорить о том, кто из нас больше прикрывается властью отца? – хрипло спрашивает Чонгук. – Конечно, мне льстит, что ты наводил обо мне справки, узнал статус моего отца, но, поверь, десять лет я мог ставить на место таких ублюдков, как ты, и сейчас сделаю это с радостью. Боишься моего отца? Твои проблемы! Но если я тебя увижу здесь еще раз, Дорохов, ты у меня захлебнешься собственной кровью! – рычит, слегка склоняясь к нему.

У меня даже мурашки выступили на коже от его голоса. Столько силы… Столько власти… Доминирования.

Скорее всего Артем тоже это понял, поскольку больше не стал идти на рожон. Я смогла уловить его взгляд, полный мрака, который не обещал ничего хорошего. А затем он бросил:

– Посмотрим, кто кого! – И ушел.

Дверь закрылась, и Чонгук вновь вернулся в зал.

– Работаем! – приказывает мужчинам, направляясь ко мне. – Еще полчаса!

Я успеваю отступить назад всего лишь на шаг прежде, чем дверь открывается и в тесном помещении лестничного коридора мы оказываемся уже вдвоем. Чонгук застывает в проеме, наверное, не ожидая меня здесь увидеть. А мне первое, что приходит в голову, – это обнять мужчину. Получилось как-то импульсивно, я прошептала слово благодарности:

– Спасибо.

Изначально он отреагировал отстраненно. Тело под моими руками напряглось, задержал дыхание. А затем мягко выдохнул и обнял меня ответ, проведя свое огромной ручищей по моим распущенным волосам.

За его спиной, из зала, раздался одобрительный, призывной свист парней, которые явно заметили мой неожиданный поступок. Потом был тихий смешок, шепот, но дальше этого никто не зашел. Чонгук вовремя бросил на них предупреждающий взгляд, после чего все затихли.

– Пойдем лучше наверх и все обсудим там, – спокойно говорит он, и я соглашаюсь с ним, отлипая от уютного местечка, заливаясь краской стыда…

***

Мы поднимаемся на второй этаж. Чонгук сразу проводит меня в кухню и приглашает сесть за небольшой стол у окна. Разогревает в микроволновой печи заранее приготовленное блюдо с картофельным пюре и большим куском бифштекса, ставит передо мной, приказав:

– Нужно съесть все.

– Эм… – теряюсь, увидев порцию.

– Тебе необходимо хоть немного поправиться. Совсем мелкая, – невозмутимо объясняет. Затем сразу добавляет: – Я в душ, а потом поговорим!

– Хорошо, – отвечаю, приступая кушать. Блюдо выглядело очень аппетитно и было действительно вкусным. Конечно, я не съела все. Но впервые за долгое время была полностью сыта.

Когда заканчиваю, убираю за собой и направляюсь в гостиную. Чонгук появляется в ней спустя пять минут. На нем стертые светлые джинсы и черная футболка. В его руках находилась стопка каких-то документов.

– Итак, – начинает он, опускаясь на диван рядом. – Не хочу тебя расстраивать, но, думаю, ты должна знать правду, – говорит, протягивая мне документы. – Твоя мачеха, Валерия Смирнова, – женщина с сомнительным прошлым. Все ее мужчины… Мужья… А она была восемь раз замужем. Так вот все они погибли каким-то странным образом. Все смахивает на несчастный случай или на естественную смерть, но это далеко не так. Смирнова – аферистка. Она находит одиноких мужчин с наименьшим количеством родственников или вообще без них, окручивает их, добивается свадьбы, а затем убирает преграду, оставаясь владелицей всего состояния погибшего мужа. Она заранее выбирает жертву. Ищет обеспеченных мужчин. Настоящий ас в своем деле, поскольку ей постоянно все сходит с рук…

Я просматриваю документы, которые мне дал Чонгук, дрожащими руками, с трудом сдерживая слезы. Да, у отца были некие сбережения, дом, машина… Но все это не стоит жизни человека! Мне было очень больно! А в этих документах были письменные доказательства злодеяний женщины: ее кандидаты и жертвы за несколько лет.

– Мне очень жаль, – добавляет Чонгук, увидев мое состояние.

– Как у нее это получалось? – выдавливаю, мысленно вспоминая все странное в женщине: отсутствие любви в ее глазах, необычное поведение, притворство… Сложно что-то заподозрить, хотя я изначально невзлюбила ее.

– Смена документов, выгодная связь, немного смекалки – и она получала нужные результаты! – объясняет. – Но это не все, о чем я хотел поговорить с тобой… – вдруг добавляет, и я поднимаю на него взгляд. – Я узнал, что человек по имени Осипов Олег Валериевич существует только тринадцать лет!

– Что? – переспрашиваю, не понимая о чем он. Как он вообще узнал столько? Ведь я не рассказывала ему практически ничего о себе.

– Я о том, что твой отец или сменил фамилию, или у него поддельные документы. Мои парни пробили каждый шаг Осипова. Тринадцать лет он идеальный семьянин, без единого пятнышка на своем жизненном пути, но до этого – ничего! Пустота. Так же и в твоем случае…

– Откуда ты это знаешь? Я не говорила тебе даже имени отца! – шокированно.

– Мне хватило того, что твоя мачеха связалась с Александром Дороховым – владельцем клуба «Эгоист». Именно через него я вышел на женщину, потом на твоего отца и тебя.

– Но… Как ты это сделал? За полдня?

– За ночь, – поправляет. – Хорошие связи есть не только у твоей мачехи, – говорит, и я вспоминаю слова Артема об отце Чонгука. Из их разговора я поняла, что он явно большая шишка.

– Это твой отец?.. – решаюсь спросить, тем самым вызываю недовольство на лице мужчины.

– Нет! Я сам по себе.

– Почему? – продолжаю, и он отводит взгляд в сторону.

– У нас с ним возникли некие разногласия, вот и все! – говорит, несмотря на то, что не обязан был. Кто я ему, чтобы такое спрашивать? Но он узнал кое-что обо мне, а я хотела о нем. Думала, так было бы честно, но после его реакции и ответа усомнилась в этом.

– Прости, я не хотела лезть не в свое дело. И тебя прошу не копать под моего отца. Мне ничего не известно о его прошлом. Он не мой биологический отец… И не хочу знать. Ради памяти о нем. Он был очень добр ко мне и заботлив – этого достаточно…

– Ты детдомовская? – уточняет Чонгук как-то резко, и его взгляд меняется.

– Не знаю. Никогда об этом не спрашивала. Он просто меня удочерил и все!

– А кто были твои родители? – продолжает свой странный допрос.

– Я знаю, что их нет в живых, и больше ничего…

После моего ответа Чонгук задумывается на несколько секунд. При этом его взгляд мрачнее бездны…

– И ничего нет из твоего прошлого? – спустя некоторое время.

Отрицательно качаю головой и беру мужчину за руку.

– Не стоит копошиться в прошлом. Много лет прошло. Это лишние проблемы для тебя, а я итак обязана тебе за то, что ты уже сделал. Спасибо за помощь, защиту и то, что узнал о Валерии… Хотя я не представляю, что дальше с этим делать. Понимаю, к чему все это, но, если у нее такие связи, сила… Смогу ли я ей противостоять? Вернуть свое…

– Сможешь, – заверяет Чонгук, опустив взгляд на мою руку, которой я прикасалась к нему. – Я помогу тебе в этом. Мы избавимся от нее. Я тебе обещаю. Она ответит за все!

А я задумываюсь о том, зачем он это делает для меня. В чем его выгода. Ведь просто так незнакомому человеку никто не станет помогать.

– И что тебе с этого? – решаюсь спросить. – Ты тратишь на меня свое время, силы, подвергаешься опасности. Что взамен?

– Ничего, – сразу.

– Так не бывает…

– Бывает! – настаивает. – Просто ты… Напоминаешь мне кого-то.

– Кого? – уточняю. Подруга? Девушка? Первая любовь?

– Не важно. Но я помогаю тебе безвозмездно.

– Я не могу так, – расстроенно. – Чувствую себя ужасно… Принимая твою помощь, не отдавая ничего взамен.

– У меня все есть. Ничего не нужно… Но, если это тебе поможет… – вдруг добавляет он, и мы встречаемся взглядами. В этот момент я замечаю в его глазах некий озорной огонек. Странное явление, ведь я видела его только серьезным и угрюмым. – Можешь расплатиться поцелуем, – вдруг добавляет он, а у меня в груди как-то теплеет. После того, что узнала, после пережитого напряжения, шока… Завершает на хорошей нотке? Шутит?

Я не понимала!

Но мысль о поцелуе с ним вызывала во мне некие необъяснимые чувства… Которые часто, между нами девочками, назывались «бабочками в животе». И мне почему-то не хотелось от этого отказываться…

***

ЛИСА.

Я целую его сама, первая. Необдуманно, быстро и в губы. Это было похоже, скорее… На легкое касание, не больше, но вокруг нас будто бы меняется атмосфера. Внутри что-то меняется. Поведение мужчины! Его взгляд.

Сама от себя такого не ожидала, поскольку поняла, что даже не дала себе шанса обдумать его предложение. Просто поцеловала, отстранилась и застыла, медленно осознавая, что сделала.

– Я вообще-то пошутил, – как-то хрипло говорит Чонгук, и я чувствую, как мои щеки начинают пылать жаром.

Идиотка!

Так стыдно стало.

Хотела увернуться от мужчины, скрыться, убежать, но только смогла опустить взгляд. Попыталась убрать свою руку с руки Чонгука, но он не позволил мне этого сделать, а сам сильнее сжал в крепком захвате. Затем легонько потянул меня на себя, тем самым заставляя обратить на него внимание, а потом второй рукой прикоснулся к моему подбородку, резко притягивая к себе.

Следует поцелуй, длительный, нежный и глубокий… Его язык заполняет весь мой рот, ласкает самые чувствительные точки, вызывает что-то невероятное во мне: трепет, дрожь, возбуждение. Я застонала.

Захват мужчины становится крепче, поцелуй грубее, жадным. Я ничего не имела против, не напугалась, и только поэтому было удивительно странно.

Я не такая…

А с ним хотелось большего.

Дальше не совсем помню, что произошло…

Я просто прикоснулась к Чонгуку, положила руку на его ногу, а он в одно мгновение сменил мою позицию. Еще секунду назад я сидела рядом возле него, не успела моргнуть, как оказалась верхом на мужчине, с широко разведенными ногами. Чонгук просто подхватил меня под руки и усадил на свои бедра в очень откровенной позе. Неожиданно, настойчиво и нетерпеливо.

Мое тело бросило в жар. Сердце, как бешеное, загрохотало в груди. Не хватало дыхания.

Я не могла понять, пугает меня такое поведение мужчины или нравится, поскольку не было даже секундочки, чтобы задуматься об этом. Чонгук не отрывался от меня ни на секунду. Просто сгреб в охапку, вжал в свое твердое, как камень, тело и продолжал поедать мой рот, жадно впиваясь в губы.

Не знаю, чем бы это все закончилось, если бы не скрипнула дверь. Возможно, был бы секс, и я бы точно не смогла воспротивиться такому напору, новым ощущениям, чувствам. Все было так… Сильно.

Но нас прервали. Был скрип, и я испугалась этого неожиданного звука среди глухой тишины. Резко отстранилась от мужчины, растерянно оглянулась и увидела в проеме двери Кирилла. Он стоял, застыв на месте, словно статуя, и в его глазах я увидела некое сожаление и вину.

– Что?! – первым подает голос Чонгук, сильнее прижимая меня к себе, не позволяя спрыгнуть с него, убежать.

– Мы закончили тренировки, – отвечает Кирилл, спрятав руки в карманы своих свободных штанов. Он уже был переодет и выглядел свежо. Явно после душа.

– Хорошо. Можете идти домой, – спокойно.

– Прости… Я не хотел вот так врываться… – сразу добавляет Кирилл.

Чонгук кивает:

– До завтра. Как обычно.

Кирилл уходит, а мы с Чонгуком переводим друг на друга взгляд. Неловкий момент, но почему-то хотелось смеяться. И я улыбнулась, стыдливо прикрывая глаза ладонью. Чонгук сразу убрал мою руку и поправил выбившуюся прядку моих волос за ушко. Так нежно…

– Ты очень красивая, – говорит, разглядывая мое лицо.

Я опять отвожу взгляд.

– Спасибо... – благодарю, хотя никогда себя такой не считала.

– Не прячь глаза, – останавливает меня он, вновь возвращая мой взгляд к себе. Его пальцы прикасаются к моей скуле, скользят вниз к подбородку, а дальше прикасаются к губам. Мое тело вздрагивает от этой ласки. Заметно вздрагивает. Я задерживаю дыхание. – Не бойся, – следует хрипло. – Я не обижу тебя…

– Я тебе верю, – признаюсь на выдохе. – Не боюсь. Просто все так неожиданно и странно…

– Тебе нравится? – спрашивает, и я киваю. Он одаривает меня легкой улыбкой. Красивой такой. Завораживающей. А затем отрывает меня от себя, помогая подняться на ноги. Такого я не ожидала, к тому же была слегка дезориентирована, поэтому с трудом устояла на ногах. Чонгук слегка придержал меня, поднимаясь следом, и в этот момент я заметила огромную выпуклость в области ширинки его штанов. Значит не я одна завелась. – Пойдем, у меня для тебя кое-что есть, – говорит, не отпуская мою руку.

Я сомневалась, что это просто некий трюк, чтобы заманить меня в спальню и там взять, поскольку Чонгук был похож на того человека, который получает необходимое «здесь и сейчас». К тому же было очевидно, что со мной он сдерживал себя. Может быть, потому что знал о моей девственности. Это было понятно после его рассказа о предпочтениях Дорохова. Возможно, Чонгук поэтому не напирал. Хотя я видела: это давалось ему с трудом. Обдумывая последствия нашего поцелуя, прихожу к выводам, что хотела продолжения. Я впервые не боялась. Впервые ощущала такие чувства. Впервые была готова проявлять инициативу…