Глава 10

Этим утром я отвёз Лису в школу, как делаю это каждый день. Когда её мать начала к ней лучше относиться из-за нашего разговора, она буквально начала светиться от счастья.Сразу же после школы я вернулся в её район и пошёл прямиком к ней домой. Поднимаясь по ступенькам в подъезде, я ловлю себя на мысли о том, что она ходит здесь каждый день, живёт в этой разрухе, со своей блядской матерью, которая всячески над ней издевается. Представив, что её дружки-алкаши вообще могли с ней сделать за всё это время, у меня сжимаются кулаки. Я в шаге от того, чтобы забрать её отсюда, от этих чёртовых родителей, если бы не её дикое желание оставаться и присматривать за отцом.Возможно, так действительно будет лучше, пока она не достигнет совершеннолетия и не привыкнет ко мне окончательно. У меня будет время развестись с женой и решить какую-то часть вопросов по работе.Поднявшись на нужный этаж, глазами я нахожу номер квартиры и стучу в дверь. Стучу до тех пор, пока мне наконец не открывает её мать — опухшая, разбитая, растрёпанная, в старом застиранном халате, с явно выраженным запахом перегара. И даже без перегара можно понять, что она вчера выпивала.— Доброе утро, — улыбается она, уходя с прохода, чтобы я мог зайти внутрь. — Пожалуйста, приходите. Может, вам сделать чай или кофе?— Нет, я приехал только отдать вам документы на новую квартиру, — повторяю я то, что говорил вчера по телефону. — И обсудить кое-что касательно вашей дочери.— Да, конечно.Она провожает меня в гостиную. Прочистив горло, я сажусь на диван, после чего кидаю папку с документами на небольшой деревянный столик. Это квартира из новостроя, одного из лучших в городе, который строила моя компания. Обеспокоенная, с трудом подавляющая эмоции, она берёт папку и начинает пролистывать бумаги.Замечаю, как трясутся её руки и бегают глаза.— Я хочу, чтобы сегодня вы собрали вещи и уже в ближайшее время переехали в новую квартиру.— Конечно, я так и сделаю. Прямо сейчас начну собирать вещи.— Тогда не будем тянуть. Завтра я пришлю людей, которые помогут вам с переездом и отвезут по нужному адресу.— Завтра?Возможно, сегодня она хотела отметить такое событие?— Да, завтра, — раздражённо отрезаю я. — Я не хочу, чтобы Лиса продолжала жить в этих ужасных условиях.Рассматривая эти обшарпанные стены и чувствуя сочившийся отовсюду спёртый запах, мне претит мысль о том, что Лиса провела здесь всю свою жизнь. Рядом с ужасной матерью и её друзьями-алкашами, о намерениях которых понятно даже дураку. Я бы мог задушить их всех собственными руками, если бы они притронулись к ней.Блять, эти мысли действительно убивают меня.— Что мне сказать Лисе? — резко спрашивает она. Не думал, что она поинтересуется о том, что сказать ей.— Мне плевать, что вы ей скажете. Придумайте, что хотите, — я встаю с дивана, ненамеренный больше здесь оставаться. — И больше, чтобы ноги её здесь не было.— Я её не трону, — лебезит она, прижимая папку к груди. — Когда вы её заберёте?— Когда ей исполнится восемнадцать лет. До тех пор я хочу, чтобы вы о ней заботились. Про то, как с ней обращаться, я уже сказал. И не дай бог хоть один волос упадёт с её головы.Не дожидаясь её ответа, я снимаю с себя пиджак и выхожу из гостиной в направлении выхода. Проходя мимо кухни, краем глаза замечаю фигуру в кресле, в инвалидном кресле.Насколько я понимаю, это отец Лисы.Скорее всего, он мог слышать, что происходило в соседней комнате, дверь была незакрыта.В любом случае, мне насрать на то, что он слышал. Жена заставит его молчать, мне не стоит волноваться о его бесхребетной натуре. Возможно, я смогу смириться с искренней любовью Лисы к отцу, но для меня этот человек не больше, чем кусок дерьма. Когда ей исполнится восемнадцать и я смогу взять её в жёны, я не собираюсь больше терпеть это блядское отношение к ней.Она будет моей, и не будет больше ничего, что сможет опечалить её.Проходя по коридору, я замечаю ещё одну комнату, дверь в которую так же открыта. Не выдерживая никаких норм приличия, я останавливаюсь и делаю несколько шагов в направлении этой комнаты.Потому что я понимаю, что это комната Лисы. Её мать становится рядом со мной, когда видит, что я рассматриваю помещение.Тёмно-зелёные обшарпанные обои, небольшой стол посередине и маленькая незастеленная кровать. На одной из верхних полочек стоит её детская фотография с родителями.Ничего не сказав, я разворачиваюсь и иду к входной двери.В какой момент своей жизни я стал помешан на этой девушке? Но я абсолютно точно знал, что единственное моё желание — это сделать всё возможное, чтобы она была счастливой.Когда она рядом и позволяет заботиться о себе, я чувствую себя более чем живым.***На следующий день я отправил людей из своей бригады, чтобы они помогли семье Лисы с переездом. Мне бы хотелось, чтобы она знала, что я как-то причастен к изменениям, которые сейчас происходят в её жизни. Она слишком стеснительная, слишком не привыкшая к внимаю. Она с трудом приняла от меня телефон, покупка которая для меня не имеет никакого значения. Для меня даже покупка квартиры не имеет значения.С утра Лиса прислала мне короткое сообщение, в котором рассказала о переезде и написала свой новый адрес вплоть до номера подъезда. Это было забавно читать. Я пообещал ей, что приеду завтра, как только разберусь с работой.Наверное, мне нужно отступить до тех пор, пока не наступит момент её совершеннолетия. Иначе я продолжу себя чувствовать грёбанным педофилом, особенно потому, что не могу ничего сделать с желанием быть рядом с ней.Выходя из офиса позже обычного, я направляюсь к лифту и нажимаю на кнопку первого этажа. Проходя мимо вечно улыбающейся мне секретарши, я выхожу на улицу и мой взгляд падает на одного из моих охранников.Он был ненамного ниже меня, давно работал в моей компании, почти с самого её основания.Я подхожу к нему и жму руку.—Чон Чонгук, я чем-то могу помочь?— Да, можешь. Мне нужно будет, чтобы какое-то время ты поработал личным водителем.— У вас? — отрезает он.— Нет, я скажу тебе всё, что нужно. Позже.От одной только мысли о том, что другой мужчина будет возить её, наблюдать за ней, я просто схожу с ума. Но мне нужно, чтобы она была под присмотром, и для этого нужен человек, которого я знаю лично долгое время, и которой будет бояться облажаться.Я не могу оставлять её без присмотра, когда буду уезжать в другой город по работе.От этого я сойду с ума ещё больше.***Вернувшись домой, я захлопываю за собой дверь и в движении скидываю с себя пиджак. Моей жены внизу нет, я поднимаюсь на второй этаж, в спальню, чтобы принять душ.Открыв дверь, я вижу лежащую на кровати, полуобнажённую жену. Она крутит в руке телефон, игриво улыбаясь.— А я уже собиралась тебе звонить. Ты сегодня вернулся позже обычного.Смотря на неё, я не чувствую ничего, кроме эрекции в штанах, как и всегда. Она всегда вызывала во мне желание трахаться, как и любая привлекательная женщина. Но даже сейчас, с поднятым членом в трусах, я не могу заставить себя прикоснуться к ней.Хотя меня не нужно заставлять кого-то трахнуть.— Мне нужно в душ.— Я тебя подожду.— Ложись спать, — рычу я, снимая с себя жилет и расстёгивая рубашку.— В каком смысле? — недоумённо спрашивает она, прикрывая тело одеялом. Её ошарашенный взгляд даёт понять, что она явно не ожидала моей холодной реакции на своё горячее тело.— Мне нужно будет поговорить с тобой позже, — произношу я, закрывая за собой дверь. Алина не глупая, она понимает, о чём я хочу поговорить с ней.До появления Лисы в моей жизни я не задумывался о разводе, потому что банально мне это было не нужно. Я всегда мог прийти домой и трахнуть свою жену. Я так же мог трахнуть любую женщину, которую захочу. Я не был верным мужем, потому что никогда не испытывал к ней чувств.Думая о Лисе, я не могу даже прикоснуться к ней. И не могу представить, как делаю это с Лисой. Она слишком юна и больше походит на подростка своей открытой душой и миниатюрной фигуркой.Подросток, в которого влюбился взрослый мужчина, вроде меня. Это действительно не то, во что я мог поверить, но так оно и было.После душа я возвращаюсь в спальню и кладу телефон на тумбочку, прежде чем лечь в постель. Алина наблюдает за мной, но ничего не говорит. Я буду благодарен, если она будет молчать.Но у неё явно своё видение происходящего: она тянется рукой к моему члену, поглаживая его через боксёры. Это злит меня ещё больше, поэтому я сажусь на край кровати, опуская ноги на пол.— Если ты не поняла с первого раза, я повторю снова: я не настроен тебя трахать сегодня.Я встаю на ноги и выхожу из спальни, надев на себя домашние штаны. Иду в направлении балкона, чтобы перекурить и успокоиться.Если бы я увидел её, то это подействовало бы лучше. Она успокаивала меня одним своим присутствием и видом.Простояв на улице минут пятнадцать, я возвращаюсь в дом. Больше моя жена не донимала меня. Я знал, что она не спит, но она упорно притворялась спящей.Я заснул с мыслями о Лисе, как делал это каждый чёртов день после нашей встречи.***Утром я наконец позволяю себе приехать к ней и полюбовться её счастливым лицом. Это то, что делало счастливым и меня.Я ждал её в машине во дворе, на парковке. Издалека я увидел, как она идут в моём направлении и вышел.Лиса подходит ко мне неуверенным шагом, и вся пребывающая внутри меня злость в один миг испаряется. Она останавливается возле меня, когда я дотрагиваюсь большим пальцем до её щеки и нежно провожу по ней.— Привет, — улыбается она. Я не могу распознать её настроение, потому что улыбка выглядит неуверенной и зажатой. До боли смешно, сколько я пережил в своей жизни — строя бизнес, с каким огромным количеством людей работая, я не могу распознать настроение шестнадцатилетней девушки, стоящей передо мной.— Привет, принцесса. Кажется, ты не особо рада переезду?— Я рада, просто... — какое-то время она смотрит на меня снизу вверх, а затем резко опускает взгляд.— В чём дело?Она присаживается на лавочку, стоящую в двух-трёх метрах от нас. Я иду за ней, затем присаживаясь рядом, на корточки.— Чонгук, мне почему-то кажется, что это ты всё устроил, — её голос звучит робко, словно она боится высказать своё мнение. Ухмыльнувшись, я кладу ладони ей на колени.— Что именно я устроил?— Этот переезд.Меня немного удивляет ход её мыслей.— Почему я должен это устраивать? И с чего ты это вообще взяла?Ощущение, что её нежные зелёные глаза заглядывают мне в душу. Я никогда не чувствовал себя настолько уязвимым, хотя за свои двадцать восемь лет в этом чёртовом бизнесе были случаи, когда к моей голове приставляли пистолет, когда я дрался до полусмерти.— Потому что всё изменилось, когда ты появился.Глупо с моей стороны обещать ей изменений, а после делать вид, что я никоим образом к этому не причастен. Мне не хочется, чтобы она знала, что мать её продала в прямом смысле. Да, я не хочу, чтобы в будущем она общалась с ней, но сейчас это только ещё больше уничтожит её хрупкую психику.— Это ведь хорошо, что всё изменилось?— Мама сказала, что взяла кредит. Но мне кажется, она никогда бы так не сделала. Ей легче жить так, как она жила, зная, что она никому ничего не должна.В вопросе своей матери она кажется очень знающей. И это понятно, какой бы та ни была — она её мать, с которой Лиса прожила почти семнадцать лет.— Возможно, она изменила свою жизненную позицию.— Чонгук, если это ты, то не нужно было этого делать, пожалуйста.Абсолютно никакого счастья в её глазах, только печаль и стеснительность. И уязвимость, которую я не хочу видеть в ней, когда я рядом.— Я не хочу чувствовать себя обязанной.— Ты не должна так себя чувствовать.Мне надоедает этот детский бред, но при этом я восхищаюсь её чистым, неизвращённым видением мира. Моя жена никогда не чувствовала себя обязанной, ни одна женщина не чувствовала себя обязанной, хотя ни к кому из них я не испытывал ничего даже отдалённо похожего, что испытываю к ней.—Лиса, — мои руки смыкаются вокруг её крошечных рук. Она умиляет меня своим видом, выдирает из меня всю жёсткость, злость и безразличие. — Я не устану повторять, что моя прямая обязанность сделать тебя счастливой. Я знаю, что ты не доверяешь мне сейчас.Это логично, человек не может довериться чужому человеку, если его родные люди ведут себя по отношению к нему как последние твари.Я мужчина на двенадцать лет старше неё, который лезет в её жизнь.— Я понимаю, что тебе нужно время. Я дам его тебе.Я подожду до тех пор, пока ты не сможешь принимать самостоятельные решения. Но это ожидание не помешает мне наслаждаться её присутствием и иногда проводить с ней время.— Скажи, это правда ты помог нам с переездом?— Принцесса, я тебя прошу, не думай об этом. Просто позволь мне позаботиться о тебе, это сделает меня счастливым.Она улыбнулся таким образом, что на её щеках появились милые ямочки. Надеюсь, что она не будет больше поднимать эту тему. Она действительно поняла, что я к этому причастен, но я не буду заострять на этом внимание.Я продолжил любоваться её улыбкой.Блять, я не мог дождаться, когда смогу видеть её каждый день — в своём доме, в своей постели, а не только в своих мыслях, из которых она и без того не вылезает.— Тебе не нравится, если я пишу тебе на телефон сообщения?— Конечно, нравится. Ты можешь писать мне в любое время.— Просто вчера ты мне не ответил, — с грустью сообщает она.— Вчера? — строго произношу я.Она прислала мне короткое сообщение, на которое я ответил.— Да, я прислала тебе сообщение вечером. Пожелала спокойной ночи. Мне не стоит так делать, — такое ощущение, что она подытожила это у себя в голове. Каким-то образом она выросла очень скромной и воспитанной девушкой. И это удивительно.Мне хочется, чтобы она открылась мне.— Я жду любое сообщение от тебя. Прости, наверное, я не заметил вчера его.Хотя я мог поклясться, что ничего не было.Кажется, я понимаю в чём дело, но разберусь с этим позже.— Ничего, я всё понимаю.— На самом деле, я хотел поговорить с тобой кое о чём.— О чём? — она сразу же занервничала, её щёки залились красным оттенком. Я успокаивающе погладил её по ладоням, потому что почувствовал ещё и дрожь.— Скоро мне нужно будет уехать. В другой город.— Надолго?— На несколько дней. И я бы хотел, чтобы в то время, пока меня не будет, тебя отвозил и привозил в школу мой водитель.Она нахмурила брови, явно озадаченная моей просьбой.— Я не знаю... Я не уверена...— Мне так будет спокойнее. Это мой подчинённый, который просто будет отвозить тебя в школу и обратно.Конечно, я приставлю его наблюдать за ней, потому что не могу быть уверенным в её матери. А если она снова окажется на улице, я просто взорву нахрен весь этот дом.— Хорошо, если тебе так будет спокойнее... — вымученно сказала она, но мне этого было достаточно.Мы просидели в таком положении ещё какое-то время, но мне нужно было на работу.— Мне тоже пора, — с грустью сказала она, проводя указательным пальцем по моей щетине. Возможно, она сделала это от желания и неосознанно, потому что её лицо снова залилось красным оттенком. Но я положил свою руку на её, тем самым прижав её ладонь к своей щеке. — Я помогу папе разобрать его вещи.— Хорошо, тогда беги. Не буду тебя задерживать.Когда она скрылась в подъезде, я сел в машину. Встреча с ней заставляет меня на какое-то время войти в нирвану. Даже в такую холодную погоду я мог почувствовать запах её тела, ванильного геля для душа, который до сих пор дразнил и манил меня. Не знаю, как я переживу эти полтора года, дожидаясь её совершеннолетия.В любом случае, эта принцесса стоит того, чтобы ждать.