Глава 9

С минуту мы сидим молча, а мать Полины почти не шевелится. Только когда видит, как я достаю пачку сигарет из кармана, просит одну.— Зачем я здесь? — рассеяно спрашивает женщина, когда я арикуриваю ей.— Вы считаете, что вы нормальная мать? — спрашиваю я в лоб, не подбирая слов.Женщина сильно удивляется, вскилывая брови, но даже после такого держит себя в руках.— Что эта тварь мелкая вам уже обо мне рассказала?— Послушайте, я не собираюсь призывать вас к совести или читать нотации.Она выглядит довольно уставшей или даже можно сказать «помятой». Волосы собраны в низкий хвост, приглажены. Синяки под глазами, переходящие в мешки. Но при этом она красивая женщина — Лиса действительно очень похожа на неё.Не могу поверить, что если бы я не вмешался в их жизнь, то улыбка с лица этой маленькой беззащитной девочки навсегда сошла бы.— Если бы будете отвечать на мои вопросы, диалог явно пойдет быстрее, — требовательно говорю я, из-за чего она даже еле заметно вздрагивает.Ещё немного помедлив, она всё-таки отвечает:— Нормальная я мать, хорошая. Если бы вы всю жизнь работали столько же, сколько и я — так же срывались бы.— Поверьте, я работаю всю свою жизнь, но сейчас мы говорим не об этом. Мы не так давно с ней познакомились и я, честно сказать, недоволен тем, в каких условиях ей приходится жить.— В каких таких «условиях»? — она пытается дерзить, но из-за страха слабо получается.— В постоянном страхе перед матерью, которая может выгнать ребенка на ночь из дома.Здесь она замолчала, но я продолжил.— Давайте уже перейдем к делу. Я хочу забрать Лису. И за это я готова заплатить вам столько, что вам не придется больше работать до конца своей жизни.Глаза женщины округлились. Она явно удивлена — а может даже шокирована, потому что лицо её в миг приобрело красный оттенок.— Отдать Лису? — наконец выдавила из себя она, чуть ли не хватаясь за голову.Видно, что она находится в бешенной растерянности, словно не верит своим ушам — сводит брови на переносице, взгляд ни разу не задерживает на мне более, чем на несколько секунд — всё бегает по салону машины, как испуганный таракан.— Я не понимаю... Вы мне заплатите?Человек, который ничего не чувствует, который в принципе не достоин жизни на земле — она размышляет о моём предложении. Я собирался услышать хотя бы несколько вопросов — кто я такой? Откуда я знаю шестнадцатилетнюю девочку? Где она? Всё ли с ней в порядке? Почему её ночью не было дома? Хотя может ли это интересовать человека, который сам систематически выгонял её куда-то бродить до ночи в холод и дождь? Мне противно смотреть на это мерзкое существо. Оно вызывает во мне отвращение. Отвращение я прячу под маской спокойствия и безразличия, словно в обычный солнечный денёк покупаю квас в магазине.— Я не просто вам заплачу. Помимо денег, я решу все ваши проблемы. Вы переведите в другую, прост квартиру. У вашего мужа будут сиделки. Я официально вас трудоуструю, но вам даже не придется вставать с кровати.— И... Что мне нужно будет сделать?— Для начала — не смейте её трогать. Ни при каких обстоятельствах. Если на её теле появится хоть одна царапина, то я превращу вашу жизнь в кошмар.— Хорошо, — покорно отвечает она.— Прямо сейчас отдайте мне все её документы. Пусть спокойно живёт и доучивается в школе. А когда Лиса будет готова, я заберу её к себе.— А... — начинает она, немного замявшись. — Когда я получу деньги?Я разочаровался в собственных ожиданиях. Наивно с моей стороны было полагать, что человек, лишённый какой-либо эмпатии к своей безвинной дочери, сейчас вдруг превратится в образцово-показательного родителя — и хотя бы поинтересуется, что с ней будет дальше. Слишком глупо, слишком.— Прямо сейчас. Деньги здесь, на заднем сиденье.На мгновение мне показалось, что она задумался и даже откажет. Её тело выдавало нервозность — правое плечо время от времени дёргалось, как и нижняя губа. В глазах я видел (или просто пытался увидеть) множество сомнений, которые перекрывали отличный результат нашей словесной сделки. Краснота на лице проявлялась всё больше и больше. Несмотря на то, что в здесь довольно холодно, она уже проводит тремя пальцами по лбу, чтобы стереть пот.Повисла тишина. Мерзкая тишина, за которой кроется история «купли-продажи» шестнадцатилетней девочки.— А мы сможем с ней видеться?— Нет, — коротко отвечаю я.Она будет только моей.— И не думаю, что это вам нужно будет.— Я... — снова неловко начинает женщина, опустив взгляд вниз. — Я сейчас приду. С документами.— Хорошо.Иногда я искренне сожалению, что в нашем мире за деньги можно купить всё — даже человеческую жизнь. Любые мои чувства притупляются, мысли разбегаются, как муравьи на кухне при включённом свете. Наверное, на меня лёг груз. Груз мерзкого осознания — что всю свою жизнь она прожила с матерью, которая способна продать её незнакомому взрослому мужчине. Мужчине, которого она впервые видит.Бедная моя девочка. Сейчас у тебя всё будет хорошо.***— Привет, — радостно здоровается она, садясь на свое почетное пассажирское место.— Привет, принцесса. Чего такая счастливая?— Ничего, просто рада, что дома все было хорошо, — чуть смущаясь, говорит она.— Это отлично. Вот, кстати, твоя справка, — я передаю ей смятый клочок бумаги. — Впишешь свою фамилию и поставишь дату, какая тебе нужна.—Чонгук, а можно попросить тебя это написать? — неуверенно говорит Лиса. — Вдруг моя учительница узнает мой почерк.— Какая ты продуманная. Конечно, давай я всё напишу, когда подъедем.Но по истечению минут двадцати мы стояли не возле школьного двора, а на парковке ресторана, в котором я часто обедаю или ужинаю.— Чонгук, а почему мы здесь? — недоуменно спрашивает Лиса. — Я ведь опоздаю в школу.— Малыш, сегодня можем забыть о школе. Ты сегодня завтракала?— Подожди, как это забыть о школе? — она настолько волнуется и переживает, что в миг щеки заливает красным оттенком.Совсем запуганная бедняжка.Я выхожу из машины и открываю ей дверь, становясь возле нее.— Вдруг учительница маме позвонит...— Принцесса, я тебе обещал, что решу любые твои вопросы. Поэтому ни о чем не волнуйся, пожалуйста. Давай сначала позавтракем, а потом я отвезу тебя в школу, если ты настолько переживаешь. Договорились? — спрашиваю, подавая ей руку, чтобы она вылезла из машины.— Ладно... Просто боюсь...— Не бойся, — твердо перебиваю её я, поглаживая рукой её шелковые волосы.Ещё немного — и я просто сдохну, полностью от нее одурманенный. Полностью потерявший контроль. Мне хочется смотреть на нее сутками. Хочется подарить целый мир.Моя рука заставляет её лицо приподняться — сам же я немного наклоняюсь, чтобы мы хоть как-то с нею сравнялись.— Чонгук, — шепчет она.— Со мной ты можешь не бояться ничего, принцесса. Я уже говорил и скажу ещё много раз.Еле сдерживаясь, я целую Лису, не позволяя ей ни отойти, ни отвергнуть меня. Она пытается повернуть голову, но спустя несколько соглашается на мою инициативу.Я — твой мужчина. И я никому не позволю причинить тебе боль.