Шестнадцатая глава

2011 годДЭВИАЛЬ- Сегодня удивительная погода!Мой друг слегка кивает головой.Мы сидим на небольшой скамье ржаво-шоколадного цвета на черных ножках. Действительно, после знойной недели пасмурный прохладный денек кажется мне настоящим спасением, даже слегка прохладно в джинсовке-мешке с оранжевым капюшоном и черных длинных штанах.Пока Эдвард молчит, я отвлекаюсь и погружаюсь в атмосферу сквера. Сзади нас - длинное шоссе с оживленным движением. Утреннее пение птиц разбавляют шум трамвая, гул быстрых машин - дорогих и не очень - и в конце концов разговоры немногочисленных людей. Лишь туда-сюда проходят торопливые дамы в пиджаках и шляпках, высокие мужчины с собаками, пролетают стайками голуби.Конец апреля, 25 число, а ощущение, будто уже наступило лето. Деревья вокруг покрылись негустой зеленой листвой, воздух свежий и прохладный, но не морозный, как в прошлом апреле. Стоит запах сырости после утреннего дождя, который закончился два часа назад.- Видишь тот магазин? - Эдвард указывает на двухэтажку, - Я раньше часто ходил туда, там работала милая девушка, вроде... Мэри. Да, точно, Мэри. Потом закрыли, и все.***Домой я вернусь поздно вечером, как всегда. Бредусь по длинной узкой тропинке, которая уводит с основной дороги вглубь леса. Капли дождя тяжелые и крупные, какими не были довольно давно, всего от нескольких таких капель волосы и одежды становятся похожими на половую тряпку. Останавливаюсь, прислушиваюсь к собственному обрывистому дыханию. К шелесту листьев громадных деревьев - тонких неровных сосен с пышной шевелюрой, дубов с неровными корнями, невинных промокших берез. Листва намокла и стала темно-зеленой, небо затянули глубокие серые, почти черные тучи, и вдалеке послышался гром.Заплакать? Уже нет смысла. Настолько страшно и больно, что слезы нервно курят в сторонке. Слезы - вода, подобно дождю, что падает на плечи.Да, я отключу Хрусталлион. Дерек, Робби, Майкл - все они умрут, но если не они, то тогда умрет целая планета.Прокручиваю в голове заголовок новости, что сегодня попался мне в программе по телевизору: «Ученые прилагают все усилия для разморожения ледников».Хрусталлион... Твоя главная задача - размораживать и замораживать что угодно. С твоей помощью можно проникнуть в сознание других людей, просмотреть воспоминания, забраться в самые потайные уголки сознания... Тебя ждало бы блестящее будущее, если бы люди не переставали быть людьми.- Дэви!Слышу голос - рефлекторно достаю нож из кармана. Маленький, но острый. В глаза мне смотрит Эдвард, которого, как и меня, словно облили водой из ведра.- Я видел, как ты свернул с дороги. Убери нож. Пошли домой, скоро гроза начнется.- Если гроза не убьет меня, то тогда я сам себя убью, - кладу нож обратно в карман. - Я отключу Хрусталлион раз и навсегда. Нет, все, правда, я решил. Так продолжаться не может, Майкл просто игнорирует меня! Его ученые уже начали разморозку ледников. А знаешь, что будет потом? Какая у них цель? Лучше тебе не знать.- Дэви, не вмешивайся в это, я тебя прошу...- Я не могу сказать им, что отключу Хрусталлион, они точно что-то придумают. Извлеки его прямо сейчас.Он смотрит на меня с каплей надежды и качает головой.- Я не хочу, чтобы ты умирал, Эдвард. Извлеки Хрусталлион, но чип не трогай. Друг касается двумя пальцами виска, делает пару движений, и маленькая пластинка уже в его руках.Большими шагами он подходит ко мне и крепко обнимает, как брат брата, будто на прощание.- Я тоже извлеку свой, а что потом делать буду - не знаю.- Я против того, что ты планируешь, но мой дядя готов держать тебя у себя в Мексике.- Нет! - забираю Хрусталлион Эдварда и прячу в карман, к ножу. - Я не буду скрываться, я с честью дам отпор Майклу и недовольному населению. Моя жизнь - моя семья, мне все равно, кто и что думает. Но я никому не позволю использовать мои изобретения в собственных корыстных целях.***ЭЛЕОНОРА

- Я забыла это чувство. Когда ты перед сном крутишь тонну мыслей только об одном человеке, листаешь его фотографии, словно боишься забыть, как он выглядит. Дотрагиваешься до края одеяла и представляешь, что это он, и говоришь шепотом, будто он услышит. Думаешь, как ты легла бы, будь этот человек рядом прямо сейчас, о чем бы вы болтали в темноте. Может, строили бы планы на будущее, или обсуждали бы приятное прошлое? Например, знакомство, первую встречу. Эти жгучие эмоции, возможно, противоречивые и контрастные, если сравнивать с состоянием на текущий момент. Может, он бы просто говорил о прошедшем дне, рассказывал бы какую-то глупую историю, которая приключилась в метро по дороге домой. Я забыла чувство тоски по человеку, чувство привязанности к нему. Не знаю, что тому виной - обстоятельства вокруг или же резкие внутренние изменения. И я забыла... Сонное туманное утро, пение ранних птиц, приятная прохлада и кровать, откуда так не хочется уходить. Потому что любимый человек спит, и смотреть, на его закрытые глаза, удовлетворенное и, о боже, этим же богом хранимое спокойное выражение лица. Я забыла.Вика обнимает меня, и я чувствую ее переживания. - Ты никогда не говоришь мне о своих чувствах. Ты для меня самая родная, будто сестра... Никто тебя не заменит, никто. После родов такое бывает...- Нет-нет, я родила год назад. А Диана уже давно спит в другой комнате. Просто Дэвиаль изменился, и... Почему-то мне не жаль? Не знаю. Не грустно, не больно, восприняла как данное еще тогда, когда он избавился от Хрусталлиона.- Слушай, - она гладит мои плечи и смотрит очень тревожно, будто за моей спиной стоит сама смерть с косой, - с твоим Дэвиалем и правда что-то не так. Я вчера послушала его разговор... Точнее, конец разговора с каким-то мужчиной. Я толком ничего не поняла, набор слов, но что-то про Диану. И тон был не очень хорошим.- Ты намекаешь на что-то?- Я... Я не знаю, на что намекать, я не знаю толком, что и думать! Но, пожалуйста, не доверяй ему.- Все-таки не будем забывать, что он мой муж, какими бы не стали наши отношения.- Эля, - она уже сжимает мои плечи, - Просто послушай меня. Следи за ним, за каждым его шагом. Я боюсь, Диане угрожает опасность.После слов подруги мне не спится всю ночь. Утро я встречаю около кроватки дочки, в груди что-то постоянно екает. Один только взгляд Вики заставил меня поверить ей, пусть и не подать вида. Она по факту ничего не объяснила мне, говорила образами, очень размыто и без конкретики. С улицы пахнет свежим дождем.- Доброе утро, - торопливо заходит Дэвиаль. - У меня срочная встреча, вернусь к вечеру.- Ладно.Говорю спокойно, ведь это в нашей семье давно норма. Семье... А семья ли это?Все утро уборщицы трудятся над чистотой и порядком в доме, пару раз домработница заносит мне в комнату кофе с молоком.- Какая ты у меня спокойная, - глажу маленькую Диану. - Повезло же мне с тобой!Малышка смотрит на меня невнятно, во взгляде нет интереса, но ручки крепко сжимают мой указательный палец. Она знает: рядом мама. Слезы наворачиваются на глаза.- Ты единственное, что у меня осталось, солнышко. Твои глазки, ручки, сердечко твое... Ты мое сокровище. Пожалуйста, не оставляй меня, я верю тебе как никому другому. Я люблю тебя.К вечеру ветер нагоняет непогоду, которую я не видела уже много лет. Уже давно стемнело, гроза и гром взяли обороты, ливень, как сумасшедший, гремит по крыше и окнам, а я все смотрю вдаль на огонек. Он то пропадает за качающимися деревьями и стеной дождя, то снова появляется. Дэвиаль не придет, я знаю.- Укладывать Диану спать? - тихо спрашивает Нессер, а я киваю. - Вы останетесь здесь на всю ночь?И я снова киваю, на этот раз вздыхая.- Я не хочу подвергать Вас опасности, вдруг упадет дерево и разобьет окно... Нет, я не прощу себе это.- Нессер, все хорошо. Я просто хочу побыть одна.- Хотя бы закройте окно... Пожалуйста.- Если что-то случится, значит, так надо. Такова моя судьба.Нессер стоит в дверях и, кажется, хочет мне помочь, но не знает, как.- На стол накрывать?- Не нужно. Он не придет.- Вы так уверены в этом?- Да.- Может, стоить накрыть? Вдруг он вернется ночью или к утру, когда все будут спать?- А это уже не моя проблема. Знаешь, я не могу так дальше жить, - недалеко от огонька сверкает молния, а через несколько секунд раздается гром, - Я хочу вернуться домой.- Но... Вы же и так дома.- Нет, я про свой дом, где сейчас живет Вика. Давай завтра поедем к ней?Нессер молчит.- То есть Вы хотите взять меня с собой?- Да, тебя и Диану. Можно прямо сейчас...- Элеонора, там нелетная погода, не торопитесь с решениями. Подумайте о Диане.- Тогда с утра собери наши вещи, и мы уедем отсюда.- Да, я Вас услышал... - говорит с грустью.- Ты не хочешь уезжать отсюда? Что тебя держит здесь? Не понимаю.- Ох, меня здесь держите только Вы... Позвольте задать столь дерзкий вопрос, почему Вы резко приняли решение переехать? Что-то... Случилось?- Случился Дэвиаль.***- В последнее время непогодится. Как будто погода чувствует Ваше настроение, - Нессер сегодня заменяет мне водителя.На коленях сопит Диана. За окном мелькают деревья. Тихо капает дождь. Там, где всегда сидел Дэвиаль, лежат две большие серые сумки.- Я люблю такую погоду, считаю ее самой лучшей. Думается хорошо, дышится хорошо. Одни плюсы, - глажу дочь и говорю шепотом. - Ты ничего не знаешь про Дэвиаля? Вика просто сказала... Не знаю, набор каких-то слов. Будто он хочет навредить мне и моей дочери, мол, Диане угрожает опасность.- По крайней мере мне он ничего такого не говорил. Я заметил, что в ваших отношениях все не так гладко, может, из-за этого он стал таким молчаливым?- Я знаю Дэви не первый год. Точно что-то случилось, или я себя уже накручиваю. Честно, просто не знаю, что думать!- Хотя... Знаете, пару раз я заставал его в весьма странном виде. Однажды ночью, когда я шел на кухню, я услышал странные звуки из его кабинета. Даже и не знаю, как их воспроизвести... Словно кто-то пытался подключить электричество и бросал нервные комментарии. Я остановился, но Вы не подумайте, не подслушивал. А где-то через неделю мне довелось увидеть его в окне, прямо во дворе. Дэвиаль разговаривал с незнакомым мне мужчиной, постоянно оглядывался по сторонам и что-то ему передал...- Что именно он передал?- Не смог разглядеть... Кажется, белый конвертик, такой толстенький и широкий, с синей печатью.Кладу голову на стекло автомобиля и закрываю глаза. Мой голос сливается со спокойным однотонным шумом дождя.- Это было пять дней назад?- Кхм... - задумывается на несколько секунд. - Верно, ровно пять дней назад, с этого утра как раз началась непогода.- Ну конечно. В этом конверте были фотографии Дианы, я оставила ему их. Дэви сказал, что будет всегда носить их под сердцем. Зачем он отдал их какому-то человеку? Кто это вообще был такой? Сможешь описать?- Высокий, в сером плаще и широкой черной шляпе. Лицо совсем не разглядел, но... Помню только глубокие морщины на лбу.- В нем есть что-то примечательное? Родинка, что угодно!- Извините, я без очков не разглядел. Но этому мужчине Дэвиаль осторожно передал конверт и сразу зашел в дом.Сквозь сердце пронзают длинную спицу. Да, наш брак трещит по швам, мы теперь просто имитируем семью, но...Бросаю взгляд на сумки.«В честь королевы Дианы?».Вновь закрываю глаза, но теперь уже наполненные ледяными слезами.- Что же остановило его, Нессер? Что я из королевской семьи, м? Чего он так испугался?Но Нессер молчит, лишь пожимает плечами и с грустью смотрит на мокрую дорогу.- Есть вариант, что он достал фото из конверта и положил туда что-то другое? Я не знаю... Например, деньги?- Возможно, кто его знает. Теперь это не имеет значения, я просто хочу уберечь Диану. На сердце не спокойно... Я не сказала ему о том, что мы уедем.Дворники устало протирают переднее стекло от капель дождя, и мои глаза без интереса наблюдают за их движениями. Влево-вправо, влево-вправо.Сквозь стену ливня, который со временем лишь усиливается, становится едва различим силуэт родного дома. Будто вчера я была там в последний раз: волшебный солнечный день, пылинки-плясуньи, солнечные зайчики на стенах и кошка, которую сейчас везут в другой машине. Около высокого темного забора стоит Вика, укрытая рубашкой, и машет нам рукой. Машина паркуется во дворе, я быстрым движением накрываю Диану дождевиком и вылезаю на улицу.- Я помогу с вещами, а вы идите в дом! - Вика вместе с Нессером уже вытаскивают огромные сумки из салона.Двери открыты. До порога я буквально бегу, а как только оказываюсь под карнизом, останавливаю шаг. Делаю один, потом второй. Диана открывает глазки, но не плачет - смахивает дождевик на пол.- Мой ангел, - целую ее в лоб. - Смотри, это наш новый дом. Тебе нравится?Диана жмется ко мне. Только проснулась, еще не успела прийти в себя... А я ее тут с новосельем поздравляю.- Ну и чумоданы у тебя! - двери хлопают, две сумки плюхаются на пол. - Диана, детка!Я поворачиваюсь лицом к подруге.- Прости меня...- За что?! - она подходит и крепко обнимает нас с дочкой. - Я очень скучала и всегда вам рада, наш дом - это и ваш дом тоже! Джоулин пока отсыпается после командировки, а вы живо греться. Я заварю чай с мятой, - смотрит на сумки, около которых стоит Нессер. - Располагайся, ну же! Каррентина, иди помоги!Сию же минуту по главной лестнице спешно спускается юная девушка в легком платье. Смотря на нее, так и хочется сказать: «Моя милая Каррентина!»- Доброе утро, Элеонора. Чем я могу быть полезна?- Присмотри, пожалуйста, за Дианочкой, - передаю ей малышку прямо в руки.- Прелесть моя, наконец-то вы приехали, а то все мы да мы к вам!Девочка улыбается, когда видит лицо Каррентины.- Идите в спальню, мы с Элей побудем на кухне. И постарайтесь нас не беспокоить.- Нессер, сумки разложи в зале, пожалуйста.Вика берет меня за руку и отводит на кухню, будто я здесь впервые.- Решила все-таки послушаться моего совета?- Вика... О чем ты вообще говоришь? Я думала, что никогда не вернусь сюда, но, как видишь, я почти приползла к тебе на коленях. Потому что не знаю, что делать и думать.За родным столом, где раньше проходили все мои завтраки и обеды, приятные беседы и разговоры до поздна... За столом я рассказываю подруге все, что на душе. Открываю рот, и слова сами текут рекой.Вика варит чай с мятой, как когда-то варила моя бабушка. Не перебивает меня, но периодически смотрит с глубокой тоской.- Оставайтесь у нас, дальше что-нибудь придумаем. Если вы будете тут жить, мы только рады! Правда, очень рады! Я люблю тебя больше жизни. А теперь я люблю вторую тебя - Диану. И ради вас я готова на все.И так пролетает день, за ним еще один. Это странное чувство, словно бесконечные сутки все никак не могут закончиться, и дождливое утро длится бесконечно.- Эля!Но сегодня... Сегодня началось иначе. Что-то должно случиться: усилился ливень, Диана никак не может успокоится, плачет и плачет. Джоулин ушел из дома раньше обычного.- Эля!Я вскакиваю с кресла и испуганно смотрю на подругу. Она стоит в дверях, рука с телефоном трясется.- Дэвиаль... Господи, он...Что-то внутри сжимается, а у Вики дрожит горло, сбивают друг друга слезы.- Говори, что случилось?- Он в больнице, Эля, Дэви совершил попытку... - облизывает губы и разводит руками, как сумасшедшие в фильмах, - Самоубийства...Молчу. С минуту кажется, что сейчас упаду - глаза закатываются, голова тяжелеет и наклоняется назад в поисках опоры, кислород резко приливает в мозг. Спотыкаюсь о собственные ноги и чуть не падаю. Даже не замечаю, как Вика подбегает и ловит меня.- Машину заводи срочно, поехали, - говорю и толком не понимаю, как слова выходят изо рта.- Вместе поедем к нему, за Дианой присмотрят дома. Успокойся! Не думай о плохом! Давай, вот так... - взяла меня под руку и повела по коридору. - Нессер!По зову он сразу выбегает к главной лестнице.- О бо... Что стряслось?!- За Дианой присмотри, мы уезжаем. Не твое дело, что случилось!- Нессер... Вика, тебе тяжело, отпусти... Пытаюсь идти сама, но подруга не пускает. В голове что-то бьет молоточком, из-за чего глаза покрываются пленкой.- Нессер, все будет хорошо.Я способна только на это. Я прихожу в сознание уже в машине, мы мчимся по дороге. Вика за рулем и пока не знает, что я открыла глаза - вероятно, я все-таки упала в обморок от шока. Попытка самоубийства. Помнится, я читала газеты на веранде своего дома, и эта газета пестрела заголовками «Совершил попытку самоубийства». Эти слова были всюду, а под ними - статья о том или ином человеке, история из его жизни, которая чуть было не закончилась трагично. Листая каналы по телевизору, я натыкалась на сводку новостей, что зачитывал каменный ведущий: «Попытка самоубийства». А лента в социальных сетях? Я видела эти слова везде, но когда ты сталкиваешься с ними в реальной жизни, становится не так интересно.- Эля, ты как? Не переживай, скоро уже приедем. Тебе лучше? Прости, не стоило так в лоб говорить тебе об этом, вот я дура... Черт, но как иначе-то? Ты же должна знать...Беру Вику за руку, и мне становится так тепло.- Ты всегда рядом, ты никогда не бросала меня. Моя безумная любовь с тобой... Не оставляй меня, пожалуйста.И глаза наполняются слезами. И руку мою она сжимает все крепче.- Что с ним случилось?- Эля, я... Я толком ничего не знаю, мне позвонила Клара из больницы и сказала, что видела Дэвиаля, а потом сообщила... То, что я и сказала тебе.Круто иметь связи в хорошей больнице. Вика самый лучший врач и самый лучший друг, каких я только встречала.- Сейчас приедем и разберемся, ты поспи. Главное, что он жив, и все, - смотрит на меня с вуалью грусти. - Ты не виновата ни в чем, ты мать, ты делаешь правильный выбор в пользу себя и дочери. Ни в коем случае ни копайся в себе. Сделанного не воротишь, так? И не смотри на меня так, пожалуйста, у меня сердце разрывается на части. Диана в надежных руках, вы в безопасности, я здесь.Закрываю глаза. Нужно побыть одной. Отстраниться.Дэвиаль ни разу не позвонил мне, он даже не приехал в этот дом. Может, попытка самоубийства - это лишь громкие слова, прячущие за собой более страшную истину? Или Клара что-то не так поняла и спутала, а Дэвиаль на самом деле умер или почти не причинил себя вреда. Или даже вовсе не появлялся в этой больнице! Да, есть такая вероятность, в любом случае не желаю ему смерти. А ведь Вика права: мне следует поспать или хотя бы просто отдохнуть. Нет сил даже чтобы сказать ей: «Да, ты права, спасибо», губы словно прилипли друг к другу.Когда мы выходим из салона, моросит дождь. Кардиган потяжелел, так как промок насквозь, платье начало прилегать к телу. Вот она, наша больница на фоне оживленных огней Канады, гула машин и разговоров прохожих.- Пошли, - берет меня за руку.Яркий белый больничный свет слепит меня.- Здравствуйте, располагайтесь в нашей клинике. Вы в экстренное отделение? - спрашивает милая девушка, молоденькая-молоденькая, с белыми волосами по поясницу и тонкими руками. - Виктория, добрый день, что-то случилось?- Нам нужна Клара Костэр, где ее сейчас можно найти? - Она экстренно принимала больного, вероятно, во втором отделении 114 кабинете.- Спасибо, Роузи!- Всегда рада помочь, обращайтесь.Мы идем прямо по коридору. Людей мало, некоторые сидят возле дверей на нервах и ждут чего-то, ждут кого-то. На лицах одних - боль, грусть, разочарование, других - тяжесть ожидания, третьих - интерес и внимательность. Улыбаются только мимо пролетающие врачи в белых халатах, да и то лишь здороваясь с Викой.«Клиника Health Order - выбор здорового человека. Качество проверено временем! Более тридцати лет мы спасаем жизни людей и помогаем им начать жить новой, здоровой жизнью благодаря усовершенствованному глубинному изучению ассортимента....». Дальше книга жалоб и предложений, сертификаты и удостоверения.- Дэвиаль здесь?- Да, состояние тяжелое, находится под постоянным присмотром.Около двери нужного нам кабинета стоит медсестра со смуглой кожей и пышными черными кудрями - Клара Корнэр. Невероятно умными глазами она пробегается по бумагам в руках, а потом по мне - смотрит как-то оценивающе и спрашивает:- Вы его жена?- Да, я хочу увидеть его.- Боюсь, сейчас нельзя, - говорит ровно и отстраненно. - Можно будет чуть позже.- Почему нельзя? Я имею право увидеть своего мужа, я зачем сюда приезжала тогда?- Девушка, я прошу простить, но...- Ты знаешь, кто я?! Я Элеонора Хардин! Если сейчас же не впустишь меня, у тебя будут серьезные проблемы: с работой можешь смело попрощаться.Медсестра перекидывается взглядами с Викой и громко дышит.- Я буду стоять здесь, если что случится - немедленно зовите.Подруга отходит в сторону. Дверь открывается и закрывается только тогда, когда я прохожу в кабинет.Комната небольшая и, я бы сказала, темная, но не совсем - из освещения лишь небольшой ночник на полке возле койки. Одно окно закрыто серыми жалюзи, во втором виднеется мокрая улица. Вид выходит на огромные деревья, которые закрывают собой оживленную дорогу, полную огней. Часики на стене мирно тикают в такт пульсу, который отображается на мониторе кривыми зелеными полосками.На койке, укрытый, лежит мой муж, отец моей единственной дочери и человек, с которым я провела последние несколько лет. Робкими движениями подхожу к его слабому на вид телу с сиреневыми отеками на лице и сразу замечаю туго обмотанную левую руку. Возможно, хотел вскрыть вены в ванной, поскользнулся и упал прямо лицом об бортики... Предположение сразу всплывает в голове, будто так и было на самом деле. Встаю рядом - он дышит, чувствует мой приход и открывает глаза. Но молчит. И я.- Дэвиаль... Вот так мы и встретились, в больничной палате. Меня отказались пускать к тебе, но я настояла и, как видишь, я стою прямо перед тобой... Я несколько раз теряла сознание после того, как все узнала. Зачем ты совершил попытку самоубийства? Просто ответь мне всего лишь на один этот вопрос, я должна знать, обязана...Он смотрит на меня с огромной жалостью и тяжестью, но молчит, хоть слезы и текут рекой по его щекам. Оттого и я начинаю плакать.- Хотя не отвечай, нет, молчи... Я сама все понимаю. Хрусталлион пришлось отключить, убить тем самым знакомых, потерять карьеру и семью - ты же лишился всего, понимаешь?А Дэви все молчит... Молчит, а мне так трудно подобрать слова.- Но ты и меня тоже пойми, я не могу так дальше жить, надо что-то менять. Ты понимаешь? Понимаешь? Ты подписался на что-то... Что-то опасное, мы видели тебя с каким-то мужчиной... Диане угрожает опасность? Мне нужна правда, это все, что я сейчас прошу от тебя.Выжидаю ответ и закрываю рот рукой - плач буквально разрывает горло на части. Дэви начинает задыхаться и жмуриться, и я хватаю его за руку.- Просто скажи, что ты наделал? Я хочу обезопасить дочь, нашу с тобой дочь!Его взгляд замирает. Рот еле открывается.- Дианы больше... Нет.Бросаю его холодную руку на белое одеяло. Пульс становится ровным - по монитору бежит прямая красная полоса. Дверь тут же распахивается.- Элеонора?Медсестра все видит и до нее доходит. Мечется глазами и подбегает к койке, что-то очень громко кричит и кого-то зовет, а я опускаюсь на пол около стены. В ушах монотонный гул, перед глазами мутно, но я вижу, как вбегают два врача в белых халатах, все начинают громко говорить и быстро ходить. Ко мне подбегает Вика, берет под руку и тоже что-то говорит, только тихо, и горько плачет. Повторяет «Не бойся». Поцелуй ее холодных губ я еще долго чувствую на своих волосах. В себя я прихожу постепенно, сидя на скамейке на первом этаже, недалеко от выхода. Для меня открыли окно и принесли горячий латте, после чего мысли пришли в норму и я попросила Вику отвезти меня домой. «Дианы нет», - подруга не смогла объяснить мне эту фразу, пусть и предупреждала, что моей дочери угрожает опасность. Может, его попытка самоубийства была лишь отвлекающим маневром, способом выманить нас из дома? Но эта попытка оказалась последней идеей в жизни Дэвиаля - он скончался прямо на моих глазах. Мой муж. Мой человек. Его смерть замяли, скрыли, зачислили в разряд пропавших без вести. Всю дорогу я не нахожу себе места, Вика тоже - ведет молча, вся дрожит.Дома я с порога зову Диану, но ко мне выбегает только Нессер. В слезах. Мое сердце прямо сейчас готово сказать: «Стоп, с меня довольно».- Где Диана?! Где она?!- Элеонора, мы... И только потом Вика объяснила мне, что произошло на самом деле. Нессер и Каррентина в страхе не проронили ни одного дельного слова.- Я сразу поняла, что что-то тут не так. Эдвард кое-что рассказал мне... Дэвиаль ввязался в опасную игру, когда отключил Хрусталлион. Он сошел с ума и согласился отдать Диану взамен на... Прости, я не знаю всех подробностей, он стирал почти все следы, знаю лишь, что Дэвиалю обещали золотые горы. Что-то типо укрытия от СМИ и властей. Он согласился и за твоей спиной провернул огромные дела... Прости, Эля, я тебя люблю и должна была это сделать... Я попросила мою сестру Джулию забрать Диану к себе. Ты не будешь знать, где она. Она очень далеко, в безопасности, тебе нельзя с ней видеться. За ней должны были приехать и невесть что сделать...Сердце не выдерживает этого. Остальное как во сне. Во сне, полном слез, криков и страданий.