Глава 69: Маг-Нежить 5

«Однажды Предназначенный оросит зелень дождём света. Он страстен, как новорождённый, но мудр, как старик. Он молод, но очень стар. Он станет королём Нежити и приведёт Нежить к славе.

Диджиа открыл рот и выплюнул пророческие слова.

Холодные костлявые пальцы скользнули по нефритовым щекам Бай Лисиня и наконец коснулись его лба.

Молодой человек, который так привлекал всеобщее внимание, был таким же хрупким, как маленькая осинка перед ним. Ему даже не нужно было напрягаться, потому что ураганный ветер мог легко сломать ствол маленького дерева.

Другая рука скелета высунулась из-под широкого одеяния и легла на тонкую и хрупкую шею Бай Лисинь.

Если бы он применил силу, жизнь другого человека оборвалась бы, и пророчество было бы нарушено.

Пламя в голове зверя медленно сменило цвет с красного на тёмный, зловещий синий. Пальцы Диджи на шее слегка сжались, и как раз в тот момент, когда они должны были оставить след на шее, Диджа взглянула в обсидиановые глаза молодого человека.

В этих глазах были ясность, доверие, бесконечная жизненная сила и мужество, но не было страха.

Доверять? Этот молодой человек доверился бы ему?

Это было нелепо; он был готов убить его.

Костлявые пальцы расслабились, и он убрал запястье. Огонь, символизирующий его глаза, тоже сменился с синего на красный.

“ Ты не боишься? Я только что пытался убить тебя.

Бай Лисинь коснулся своей шеи, которая всё ещё была прохладной от прикосновения Дицзя. «Я знаю, но я уверен, что ты не хочешь меня убивать».

— Ха-ха, — Дицзя развеселился и убрал пальцы, которые лежали на лбу Бай Лисинь. Он сел прямо на ступеньки, и его глаза оказались на одном уровне с глазами Бай Лисинь. — Ты первый человек, который не боится меня и говорит так уверенно. Скажи мне, почему я не должен тебя убивать?

Бай Лисинь: «Очевидно, что я — единственный ученик, которого ты нашёл после столь долгого ожидания. Как ты можешь меня убить?»

Диджия на мгновение потеряла дар речи.

Он долго смотрел на Бай Лисиня, прежде чем сказать: «Ты знаешь, почему я хочу тебя убить?»

Бай Лисинь: «Я не знаю. На самом деле, мне тоже любопытно. Почему бы вам не рассказать мне, учитель?»

Слово «хозяин» всплыло в его сознании, словно котёнок, скребущий когтями по сердцу.

В глазах Дицзя несколько раз вспыхнул красный огонёк, и он отвернулся. Он слегка кашлянул, а затем поспешно заговорил: «Пророчество не завершено; есть ещё вторая часть».

«Он станет существом, равным богам, и его бесконечно долгая и страстная жизнь будет посвящена нежити».

«В расе Нежити произойдут перемены, как только он станет королём. Полукровки появятся из ниоткуда и положат конец этому континенту. Он имеет в виду конец».

Проговорив всё пророчество, Дицзя посмотрел на хрупкую Бай Лисинь, стоявшую перед ним, и сказал: «Вот оно, пророчество во всей красе. Появление королевы — это не надежда, а конец».

«Континент Сиби будет полностью уничтожен появлением полукровок».

Бай Лисинь пристально посмотрела в горящие глаза Дицзя, словно пытаясь что-то в них разглядеть: «Насколько достоверны эти пророчества?»

Дицзя: «Бард оставил миру дюжину пророчеств, и все они без исключения сбылись, а это последнее. Причина, по которой оно последнее, заключается в том, что после исполнения пророчества континента Сиби больше не будет».

Бай Лисинь: «Нежить — одна из обитателей континента, и поскольку континент погибнет из-за этого пророчества, разве они тоже не хотят, чтобы это произошло? Пока королева не утвердилась, проклятие можно снять, верно?»

— Хе-хе, — тихо усмехнулась Дицзя, словно насмехаясь над наивностью Бай Лисиня.

Его взгляд скользнул по Бай Лисинь с головы до пят и остановился на талии Бай Лисинь.

Плетёный пояс священнического одеяния обвивал его талию, подчёркивая изящную линию бёдер.

Сердце Диджии пропустило удар, и его тело вытянулось.

К тому времени, как он пришёл в себя, он уже обнимал Бай Лисинь за талию и нёс её на руках.

Он сам поднялся по ступеням и сел на трон наверху.

В этот момент Бай Лисинь, сидевшая на коленях у Дицзя, смотрела на него невинными глазами.

Когда они посмотрели друг другу в глаза, Диджис увидел своё отражение в прекрасных чёрных глазах собеседника.

Глаза молодого человека были прекрасны и сияли, как звёзды. Это было не просто отражение света, а скорее особенность, таившаяся в глубине глаз молодого человека.

Теперь глаза молодого человека были заполнены его отражением.

Ужасающая голова зверя, жёсткий, холодный скелет и два зловещих пламени.

Тепло чужого тела вскоре согрело его холодное тело. Молодой человек, стоявший перед ним, был подобен обсидиановому солнцу в небе, такому же красивому и тёплому.

Он же был просто трупом, олицетворяющим разложение и смерть.

Дицзя вздохнул и отвел глаза от Бай Ликсина.

“Ты должен был слышать о проклятии Нежити?”

Он не стал объяснять, почему ранее потерял концентрацию, да и не хотел этого делать.

Бай Лисинь послушно сидела на коленях у Дицзя. Широкая грудь мужчины была похожа на небольшой холм; она заслоняла свет над головой и отбрасывала тень на его тело.

Толстые чёрные одеяния окутывали всё тело Диджи, и хотя он лишь мельком увидел её во время вихря, он смутно различил то, чего не должно быть у нежити.

Бай Лисинь: “Я слышал об этом”.

Дицзя: «Для других рас конец — это трагедия, но для нежити конец — это облегчение. Проклятие нежити — бессмертие. У нежити нет органов, необходимых для размножения, поэтому вся нежить появляется из смерти и просто трансформируется».

«Они должны были умереть, и их души должны были упокоиться. Но из-за проклятия души нежити заперты в своих разлагающихся телах. Они будут наблюдать, как их тела постепенно превращаются из плоти в искривлённые белые кости, будут наблюдать, как они разлагаются, как их грызут змеи, насекомые и крысы. Они будут наблюдать, как их разлагают микроорганизмы, и ничего не смогут с этим поделать, пока не превратятся в белые скелеты».

«Бессмертие постепенно снизит их интеллект и мышление, и в конце концов вся нежить превратится в холодное оружие без мыслей».

— Значит, «конец» для других рас — это вымирание, но для нежити это облегчение.

Даже без глаз пламя Диджи казалось необычайно глубоким и мудрым.

«Я пытался остановить распространение пророчества, но ничего не вышло». Он посмотрел на Бай Лисинь, которую держал на руках: «Сможешь ли ты нести груз стольких жизней?»

— Вместо того, чтобы позволить всем Неживым быть похороненными вместе с тобой, было бы лучше разрушить пророчество в корне. Вот почему я пытался убить тебя.

Бай Лисинь моргнул: “Тогда почему ты сдался позже?”

Дицзя тихо усмехнулась, на этот раз с ноткой самоуничижения.

— Да, почему? Может, как ты и сказал, ты тот ученик, которого я ждал «тысячу лет», не так ли?

«Ты — начало, но жизнь на континенте Сиби — это жизнь, и ты — тоже».

— Раз я решил не убивать тебя, я не стану делать этого снова. Я остановлю пророчество другими способами. С этого момента ты — единственный ученик Диджи, и пророчество не имеет к тебе никакого отношения.

Он осторожно поднял Бай Лисиня и положил его на землю перед собой.

Затем Дицзя подпер голову рукой и принял прежнюю небрежную и высокомерную позу: «Ну же, давай». Раз ты использовал лёгкий дождь, значит, ты научился и другой магии, покажи мне».

*Фраза, которую говорят, чтобы успокоить человека, как бы неприятно ему ни было.

S419M: [Я сообщаю Господу Богу, что он украл реплики: «Придите все, придите» — очевидно, это то, что должен сказать ему Господь-хозяин. Он снова разделился!]

Система побега открыла рот, но в её тоне слышалось некоторое сомнение: [Почему они всегда борются за других? Я не понимаю. Формы жизни — эгоистичные существа, и в конечном счёте они должны преследовать свои интересы. Зачем Дицзя думать обо всём континенте? И почему игрок Бай Лисинь делает это в каждой копии?]

S419M закатил глаза: [Кто вам сказал, что все формы жизни эгоистичны? Да, жизнь эгоистична, но эгоизм — это ещё не всё, что есть в жизни. Семья, дружба, любовь — эта смесь эмоций может заставить забыть о страхе смерти.]

[Во время землетрясения мать без колебаний защитит своего ребёнка, держа его на руках. Во время наводнения пожилой человек из последних сил поднимет ребёнка на ствол дерева, позволив потоку унести его. Жизнь так же мала, как и могущественна.]

[Вы говорите о нескольких случаях, верно?] Система побега возразила: [Должно быть, их обучали очень нестандартно.]

S419M напрямую передал несколько изображений в систему эвакуации: [Вовсе нет, это самые обычные люди, ясно?]

Система побега была несколько потрясена и начала сомневаться в себе: [Почему я вижу только людей со злыми намерениями по отношению друг к другу?]

Вмешался голос Бай Лисинь: [Человечество не должно быть ни абсолютно чёрным, ни абсолютно белым. Дело не в том, что мы видим только добро, а вы — только зло. Дело в том, что игра намеренно направляет людей, бесконечно усиливая злобу, скрытую в их сердцах.]

[Это не обычный мир, и когда у меня появится возможность забрать тебя отсюда, я смогу показать тебе настоящий мир.]

Система побега: [Есть ли мир вне игры?]

S419M: [Конечно, есть, мы отправимся туда вместе, когда придёт время, а.]

Система эвакуации издала несколько электрических статических звуков, а затем замолчала.

S419M спросил Бай Лисиня: [Что с ним случилось?]

Бай Лисинь: [Ему потребуется много времени, чтобы перестроить своё мировоззрение. Теперь у него есть самосознание и способность рассуждать, дайте ему время, чтобы принять это.]

S419M: [Хорошо, повелитель. Кстати, если ты хочешь разрушить пророчество, почему бы тебе не напасть на нежить напрямую?]

[Откуда вы знаете, что этого не было сделано? Нежить бессмертна; нападать на них бесполезно, так как вы не можете их убить.]

S419M: [Вы правы.]

Во время разговора между ним и двумя системами Бай Лисинь подошёл к центру ковра под лестницей.

Сначала он призвал магические элементы вокруг себя, и вскоре магические элементы начали ритмично летать вокруг него.

На этот раз он не стал делать резких движений и серьёзно принялся зачитывать несколько самых простых заклинаний из книги магии.

Огненный шар, водяной шар, световой шар, тёмный шар, воздушный шар, земной шар, громовой шар… всё это по очереди появлялось в его руках.

Пока он читал заклинание, шарики в его руке таяли, как мороженое, а затем легко превращались в следующий элемент.

Дицзя приподнял голову, не сводя глаз с Бай Лисиня.

Магические манипуляции другого человека были сильными, переходы между заклинаниями были плавными, и он чередовал семь заклинаний; трудно было представить, что он новичок в магии.

Огонь в глазах Дицзя медленно сменился с красного на золотой, а тело Бай Лисиня перед ним превратилось в скопление бесчисленных вен.

Он использовал магию перспективы, так что эти вены были не чем иным, как магическими венами Бай Лисиня.

Вены по всему его телу были золотыми, а в центре груди горел золотисто-красный огненный шар с мерцающими фотонными вспышками, которые казались горячее и ярче солнца в небе.

Это была магическая энергия Бай Ликсина.

Лицо Диджи не дрогнуло, но внутри он был не очень спокоен.

Он никогда раньше не видел такой мощной энергии, и не будет преувеличением сказать, что она была подобна обсидиановому солнцу в небе; она действительно так горела.

Дицзя убрал свою магию, понаблюдав за ней некоторое время, и Бай Лисинь закончил демонстрировать семь элементов.

Высокая фигура встала и подошла к Бай Лисинь.

Перед Бай Лисинем появилась телепортационная формация, и в его руки упала книга.

Бай Лисинь внимательно рассмотрела её и поняла, что это была Книга магии среднего уровня.

Пролистывая книгу, он не заметил, как облако чёрной ци вылетело из пальцев Дицзя и растворилось в коже Бай Лисиня.

Эта чёрная ци быстро окутала магическую энергию Бай Лисинь, блокируя ослепительный свет внутри.

Через несколько мгновений после того, как его окутала чёрная ци, за закрытой дверью раздался громкий резкий стук.

Дицзя лишь взглянула на него и сказала Бай Лисиню: «Подойди и встань рядом со мной».

Дицзя сел на трон, а Бай Лисинь встал рядом с ним, и Дицзя сказал: «Входи».

—

Опасный и устрашающий монстр, как и злые боги, описанные в книге, уверенно восседал на троне. Но удивительным было то, что, помимо самого ужасного злого бога в мире, был кто-то настолько прекрасный.

Рядом с эцилом расцвела яркая огненно-красная роза, словно красота и чудовище танцевали вместе.

Это был жуткий образ, словно красавица на грани смерти в каждом кадре.

Это была картина, которую увидел Бессмертный король, когда вошел.

За ним стояли еще четверо немертвых охранников.

Бай Лисинь молча стояла рядом с Дицзя, глядя вперёд и не обращая на него внимания.

Бессмертный Король должен был быть самым могущественным существом из расы нежити, но Бай Лисинь заметил, что Бессмертный Король, похоже, очень боялся Дицзя.

Не только Бессмертный Король, но и четверо стражников позади него стояли по стойке смирно и выглядели очень настороженно.

Они пришли не для того, чтобы увидеть верховного жреца своей страны, а скорее для того, чтобы вести переговоры с врагом.

Бессмертный Король остановился в четырёх или пяти метрах от Дицзя. Он пристально посмотрел на чудовище перед собой: «Дорогой верховный жрец, я пришёл забрать свою королеву».

Взгляд Бессмертного Короля остановился на Бай Лисине, стоявшем рядом с троном.

Пульсирующее пламя уже выдало его настойчивость.

Человек из пророчества, тот, кто положит конец, действительно явился.

Дицзя не встал и не проявил к королю никакой учтивости. Он сидел на троне и смотрел на короля, стоявшего внизу на помосте. «Ваше Величество, Великий Бессмертный Король, здесь нет королевы для вас».

Король Бессмертных поднял руку и указал на Бай Лисиня: «Это он. Он — предсказанная королева, которая придёт с дождём света. Кстати, я вчера видел его в коридоре в этом самом наряде. Кажется, нам действительно суждено быть вместе».

Голос Дицзя был низким, но тон его был холодным: «Я повторяю, здесь нет королевы, только мой ученик. Он уже стал моим учеником до того, как вы встретили его вчера, и именно я дал ему этот наряд. Если мы говорим о судьбе, то у меня и моего ученика больше судьбы».

Бессмертный король был ошеломлен.

Он удивлённо посмотрел на Дицзя, и в его голосе зазвучали гневные нотки: «Не заходи слишком далеко, верховный жрец. Ты забыл о нашем соглашении? Ты сказал, что больше не будешь вмешиваться в пророчества, и теперь, когда появился Предназначенный, как ты можешь отказаться от своего слова?»

— Сначала ты должен доказать, что он — Предназначенный, — лениво произнесла Дицзя, не обращая внимания на гнев Бессмертного Короля. — Я только что подтвердила Его Величеству, что его предыдущие действия на тренировочном поле были лишь имитацией. Он не соответствует описанию из пророчества, у него нет вечной жизни, а его магическая энергия мала, как у утёнка.

— Ваше Величество, вы можете проверить это, если не верите мне.

Огонь в глазах Бессмертного Короля стал золотистым: «Я посмотрю!»

Кто кого боится? Я не верю, что он не боится!

Должно быть, это опять эта старая тварь мне лжет.

Пламя в его глазах стало золотистым, и перед ним тут же появились переплетённые вены в теле молодого человека. Ядро, символизирующее магическую силу, было размером с высушенный грецкий орех. Он мог раздавить его лёгким нажатием пальцев.

Это было так слабо.

Неужели он не тот, кто нужен? Неужели то, что он только что сделал, было простым совпадением?

Бессмертный Король нерешительно перевёл взгляд с Бай Лисинь на Дицзя и наконец проглотил свой гнев: «Да, это я только что побеспокоил вас. Я прошу верховного жреца простить меня за то, что я был неразумен».

Дицзя убрал руку, которой поддерживал голову, и сказал: «Всё в порядке. Что-нибудь ещё, Ваше Величество Бессмертный Король?»

Его слова выражали пренебрежение, и Бессмертный Король был готов умереть от разочарования. Он стиснул зубы и сказал: «Нет, тогда я уйду первым».

После того как Бессмертный Король ушёл, Бай Лисинь, всё ещё стоявший рядом с Дицзя, сказал: «Бессмертный Король и его свита, кажется, очень боятся тебя».

Дицзя слегка рассмеялся, и в его голосе послышалась холодность: «Если бы тебя кто-то убивал десятки раз, ты бы тоже испугался, увидев его».

Бай Лисинь опустил глаза.

Дицзя, почему ты не спросила меня, почему я их убил?

Бай Лисинь: «Чтобы снять проклятие, остановить пророчество, должна быть причина. Не может быть, чтобы тебе нравилось убивать, верно?»

Дицзя на мгновение напрягся, а затем махнул рукой: «У меня есть дела, которые требуют моего присутствия на некоторое время. Ты можешь остаться здесь и пока практиковаться в магии, но тебе нельзя уходить, пока я не вернусь».

Бай Лисинь с некоторым сомнением огляделась по сторонам.

Зал был пуст, но из-за наложенного заклинания он боялся его разрушить.

Дицзя, очевидно, знал, о чём думает Бай Лисинь, и, взмахнув широкими чёрными рукавами, сказал: «Этот дворец зачарован магией восстановления. Любой ущерб будет быстро устранён, так что не волнуйся. В задней части дворца есть кухня и кабинет. На кухне есть фрукты и еда, а в кабинете — книги, так что ешь, когда проголодаешься».

Он на мгновение задумался и потёр подбородок пальцами: «Насколько я помню, людям всё ещё нужно отдыхать. Если вы хотите спать, идите в мою спальню и отдохните. Вам придётся самой догадаться, где она находится».

Бай Лисинь прервал Дицзя: «У меня очень важный вопрос. До меня к тебе приходило много людей, ты знаешь, где они оказались?»

Дицзя напряжённо задумалась: «Я не знаю. Я никогда не обращала особого внимания на такие пустяки, и я долго спала и только недавно проснулась. Но были люди, которые пришли учиться давным-давно. Они все должны были благополучно вернуться к людям».

Бай Лисинь снова спросил: «А что будет, если люди съедят здесь слишком много вашей еды?»

На этот раз Дицзя недолго размышляла: «Насколько я знаю, предметы, обработанные проклятыми, тоже будут нести на себе отпечаток проклятия».

Он помолчал две секунды, а потом сказал: «Если ты съешь слишком много, то тоже станешь проклятым».

Так что он был прав, они действительно превратились бы в нежить.

Тогда Чжоу Гуан и остальные, внезапно умершие в конце, должны быть среди нежити.

Бай Ликсин, “Можно ли воскресить нежить?”

— Ха-ха, — Дицзя рассмеялся, как будто услышал шутку, — в этом мире есть исцеляющие заклинания, заклинания телепортации и всевозможные виды магии, но нет магии воскрешения. Если бы магия воскрешения действительно существовала, то не было бы так много нежити. О чём ты каждый день думаешь своим маленьким мозгом? Подожди, пока я вернусь и расскажу, что там происходит.

Прежде чем Бай Лисинь успела задать дополнительные вопросы, тело Дицзя окутал вихрь, и она мгновенно исчезла.

Он посмотрел на место, где исчезла Дицзя, и спросил: [Какую магию использовала Дицзя? Это не было похоже на телепортационное заклинание.]

Система побега: [Согласно предоставленной информации, он использовал самостоятельно изобретённую магию телепортации. В то время как телепортационный массив может телепортировать что-либо только в определённое место, эта магия может телепортировать в любое место. Более того, при использовании обычной магической формации для телепортации сначала должен появиться вихрь. Если бы это было в бою, то, увидев вихрь, противник подготовился бы заранее. Но эта магия телепортации активируется мгновенно и, можно сказать, является хорошей защитой.]

Бай Лисинь: [О, так вот в чём дело. Это сложная магия телепортации?]

Система побега: [Эта магия телепортации — собственное изобретение Диджи, и он единственный на всём континенте, кто знает, как это делать. Дело не в том, сложно это или нет, просто другие просто не знают этого заклинания.]

Бай Лисинь уже собирался заговорить, когда в его голове прозвучало уведомление о приватном чате.

Он открыл его и обнаружил сообщение от Ся Чи.

Ся Чи: [Брат! Ты в порядке? Если ты в порядке, просто «пискни» и дай нам знать, что ты не в порядке!]

Бай Ликсин: (Писк.)

Ся Чи: [.....]

Я собирался что-то сказать, но вдруг понял, что не могу заставить себя это сделать.

Ся Чи молчал около десяти секунд, прежде чем отправить ещё одно сообщение: [Этот верховный жрец ничего тебе не сделал, верно, брат? Ты… всё будет хорошо. Пока есть надежда, есть и будущее. Даже если мы столкнёмся с чем-то плохим, мы всё равно должны радоваться жизни.]

Бай Лисинь нахмурился: "Что ты пытаешься сказать?"

Ся Чи: [Э-э, просто… поведение верховного жреца было похоже на похищение невесты. Я беспокоюсь, что тебя держат в плену как его…]

Бай Лисин: [....]

Ся Чи: [Хе-хе, это я слишком много думаю, не так ли?]

Бай Лисин: [..... ]

Похоже, он был отчасти прав. Шестое чувство Ся Чи и его восприятие неизвестного заставляют Бай Лисинь каждый раз удивляться.

Бай Лисинь не стал особо углубляться в этот вопрос, а просто рассказал Ся Чи о пророчестве.

Ся Чи: [Полукровки? Брат, тебе всё ещё нечего сказать?! Ты человек, а Бессмертный Король — из расы нежити. Разве ребёнок, рождённый от человека и нежити, не полукровка? Брат, где ты? Я иду спасать тебя!]

Бай Лисинь: [Да ладно, не переживай так сильно. Рождение ребёнка — это уже слишком.]

Ся Чи: [Хм, так что значит "полукровка"?]

Бай Лисинь: [Я не знаю, но это точно не то, о чём вы думаете. Не думайте слишком много о том, что не вписывается в рамки. Я в порядке, а вам троим следует быть осторожнее.]

Ся Чи: [Брат, мне нужно кое-что тебе сказать. После твоего ухода маги-скелеты исцелили Вэнь Цзыцина, а затем рассказали всем, что ты «королева». Вэнь Цзыцин распустил о тебе слухи. Он сказал, что ты действительно пришла сюда подготовленной и что ты, должно быть, смогла найти какое-то скрытое задание благодаря своему статусу «королевы», поэтому ты намеренно использовала Дождь Света, чтобы сделать пророчество. Теперь оставшиеся пять игроков на стороне Вэнь Цзыцина, и они настроены очень враждебно по отношению к нам.]

Бай Лисинь слегка нахмурился: [Ся Чи, если Вэнь Цзыцин попытается что-то предпринять, скажи ему, что у тебя есть не только вторая половина пророчества, но и подсказки о редких предметах. Прежде чем я вернусь, вам троим лучше держаться вместе и не оставаться наедине.]

Ся Чи: [Хорошо, брат, я понимаю. Мы будем осторожны. Кроме того, у нас много оружия, так что мы сможем защитить себя без проблем.]

Бай Ликсин: [Хорошо.]

—

В длинном коридоре раздавались торопливые шаги бессмертного короля. Каждый его шаг сопровождался щелчком, с которым его сапоги касались пола.

Этот юноша определённо был человеком пророчества. Даже если бы первосвященник захотел остановить его, он должен был забрать этого юношу и дать ему родиться!