37

Анна завтракает во дворике за круглым столиком, когда с утренней пробежки возвращается Роган и предлагает ей отправиться на прогулку. Анна согласно кивает.

– Я только и жду, когда ты проведёшь экскурсию по нашему острову. Я хочу увидеть всё.

– Тогда возьмём немного еды и отправимся в путь, – с этими словами он скрывается в доме. Анна приканчивает бутерброд, допивает чай и убирает со стола.

Эреон принимает душ, переодевается в серую футболку и чёрные штаны, спускается на кухню и собирает в корзинку немного еды и покрывало. В его планах не возвращаться до вечера.

– Анна!

Девушка выбегает к нему в майке и шортах, на голове шляпа. Роган довольно усмехается.

Они выходят из дома и по тропинке поднимаются на поляну, где вертолёт их высадил. Здесь они останавливаются и осматриваются, Роган выбирает западное направление и берёт Анну за руку. Они входят в лес пальм, цветочных Рододендронов, и вечнозелёных кустарников. Воздух в лесу густой, насыщенный с лёгким запахом древесины, влажной земли, гнилых листьев и нежный, едва уловимый аромат цветов. Их не проложенный путь, медленно поднимается, дыхание Анны, то и дело сбивается. Заслышав пение райской птички, столь прекрасного и необычного звучания, Анна останавливается и прислушаться. Но Роган её поторапливает. Несколько раз на их пути попадаются банановые и кокосовые пальмы.

– Эреон, а это что за дерево? На нём тоже что-то есть. Похоже на зелёную дыню.

– Это хлебное дерево.

– Хлебное?

– Они калорийные. Но эти плоды ещё слишком маленькие. Идём дальше.

Вскоре они начинают пробираться через густые дебри папоротника. Деревья становятся выше, пальмы попадаются все реже. Анна поднимает голову и любуется высоким искривлённым деревом с жёлтыми и красными цветками.

– А это что такое?

– Понятие не имею. Знаю, что рядом растёт гуава лимонная.

Анна подходит ближе и трогает зелёные круглые плоды.

– Созревая, она становится жёлтой. Довольно вкусные. Внутри они розовые.

– Кажется, в холодильнике я видела что-то подобное.

– Идём, не будем задерживаться.

Через километр им приходится подняться на небольшую возвышенность. Воздух нагревается, дышать становится всё труднее, из-за сильной влажности одежда начинает прилипать к телу. Девушка всё чаще снимает шляпку и обдувает ей лицо. После затяжного пути вверх им приходится спускаться по пологому склону. Анна крепко держится за руку Эреона. Поскользнувшись, она чудом избегает падения, её подхватывает муж и жмёт к груди. Он уводит её всё дальше, всё глубже в лес, в неизвестность и Анна, доверившись ему, шагает следом. Ещё километр, казалось бы, непроходимого леса и они натыкаются на широкий ручей. Анна прислушивается.

– Где-то шумит водопад?

Роган очаровательно улыбается.

– Пойдём, посмотрим.

Пройдя вдоль ручья метров двести, они останавливаются у обрыва, с него вода низвергается шумным потоком, встречаясь внизу с обточенными плоскими камушками.

– Ты знал, что на острове есть водопад?

– Только ради него я купил этот остров.

Им пришлось сделать небольшой крюк, ради безопасного спуска с холма, а после обойти пруд и вновь прийти к водопаду. Анна, радуясь точно ребёнок, сбрасывает с ног обувь и ступает в прохладную воду, погрузившись по колено, она с улыбкой оглядывается на Рогана. Он расстилает на зелёной полянке покрывало и достаёт бутылку минеральной воды.

Эреон делает глоток и откидывается на спину. Анна переводит глаза на водопад и снова переключается на Рогана. Недолго думая, она избавляется от одежды, распускает волосы и неспешно идёт к струям низвергающейся воды высотой около четырёх метров.

Роган приподнимается на руке и, взглянув один раз на девушку, уже не может отвести глаза. Он встаёт и подходит ближе к воде. Эреон пожирает глазами её стройное тело, задерживает взгляд на аппетитной попке и, не моргая, следит, как она заходит под воду. Она как мираж в дымке водяного пара, его маленькая богиня, неумело, но всё же действенно разжигающая его воображение. И как он может отказаться от того, что ему так смело предлагают? Всего один её кокетливый взгляд в его сторону и Роган снимает футболку.

Анна прикрывает руками грудь, когда чувствует за спиной Рогана. Дрожь волнения прокатывается по телу, шум воды лишает их голоса, но разве им нужны лишние слова. Роган опускает руки на её бёдра и медленно вверх по ягодицам, талии и спине он поднимается к плечам и сжимает. Анна опускает руки и поворачивается к мужчине. Чёрные волосы облепили его лоб, тёмные глаза смотрят так сладко и томительно, что у Анны замирает сердце. Она поднимает руки и проводит ладонями по его твёрдой груди. Анна жмётся к нему, обнимает за шею и на носочках тянется к губам. Девушка закрывает глаза и ловит его поцелуй. Вода попадает в рот, следом горячий язык, губы сливаются в едином голодном порыве, как и жарко сплетённые тела.

Роган обхватывает одной рукой её талию, а второй плечо, он поворачивается спиной к водопаду. Анна покорно выгибается в его руках и закидывает ногу ему за спину. Эреон склоняется и целует грудь, сначала нежно, а после всё жаднее и больнее. Анна подрагивая, в нетерпении обхватывает рукой его член и направляет в себя. Ей до боли жаждется ощутить его в себе. Она почти рвётся завладеть своей долей чувственного удовольствия и его неторопливость доводит её до бешенства. Анна вонзает ногти в его ягодицы, он выпрямляется и грубо притягивает к себе. Суровый взгляд Рогана обжигает, Анна вздрагивает и уже боится, что сейчас он её оттолкнёт. Но вот он берет её под колено, зажимает ногу мышцами руки и обнимает за талию, пальцами второй руки он обхватывает её шею сзади. Анна едва касается каменистого дна, он так крепко удерживает её всего одной рукой, что ей ничто не мешает провести ладошкой по всей его длине. Роган кусает её за колено, Анна с протяжным стоном принимает в себя его распирающую толщину. Роган неторопливо заполняет её собой и на одно мгновение задерживается, чтобы проследить за её реакцией. За тем как она выгибается, тесно жмётся нижней частью тела к нему и вздрагивает в эйфории. Струи воды не дают ей открыть глаза, он склоняет голову к её лицу и засасывает нижнюю губу. Он начинает с мягких и глубоких толчков и по мере возрастания напряжения их движения навстречу друг другу становятся грубее, сильнее, пока он не поворачивает её спиной к себе. Роган вновь подхватывает её под колено, Анна с визгом, боясь упасть, обхватывает рукой его шею и чувствует как под новым углом, его член входит глубже, затрагивая такие чувствительные точки, о существовании которых она до этого не подозревала. За закрытыми глазами мир перестаёт существовать, остаётся только безмятежный полёт, глубокие погружения, скользящие толчки назад и короткие вспышки оргазма, перехватывающие дыхание. Напряжение, как твёрдый шарик, кажется, ещё чуть-чуть, ещё немного и взорвётся и для этого нужно одно прикосновение или более сильный удар. Анна надсадно кричит, стук сердца бьётся в том же ритме, что и его член глубоко в ней. Она до боли кусает себя за губу, и вся сжимается, когда его пальцы подбираются к набухшему бугорку. Он сдавливает её клитор между двумя пальцами и через шум водопада слышит громкий крик. Не в силах больше сдерживать себя, Роган в три мощных удара членом в её быстро сокращающемся лоне подводит их к секунде, когда горячие волны содрагают всё тело до кончиков пальцев.

Роган, осторожно не выпуская жену из рук, оседает с ней в воду. Она ещё долго вздрагивает в его объятиях. Но вот Анна трогает его за щеку и откидывает голову.

– Ещё никогда мне так не было хорошо.

После обмена пылкими поцелуями они выходят из воды и опускаются на покрывало. К этому времени солнце поднялось в зенит и сейчас его тёплые лучи согревают их мокрые тела. Анна счастливо улыбается, не открывая глаз, она знает, что сейчас он смотрит на неё. Его большая ладонь накрывает её грудь, он нежно сжимает, наклоняется, обхватывает губами сосок и засасывает в рот.

– Я люблю тебя, – произносит она с жаром. Он поднимает голову и заглядывает в её зелёные глаза, глядевшие на него с обожанием и трепетом. Его сердце сжимается то ли от боли и невысказанных чувств, которых он боится, то ли от страха, потерять Анну. Роган ласково улыбается и целует жену.

– И я люблю тебя, моя колдунья.

Её глаза загораются. Неужели он смог произнести эти слова. Ещё никогда она не была так счастлива, услышать эти короткие три слова и пусть весь мир подождёт и к чёрту все проблемы, главное, сейчас они вместе душой и телом. Роган целует Анну до боли, он упивается её губами, и сладким телом, единственной в мире женщиной, что искренне любит его.

***

Спустя две недели постельных игр, Анна, наконец, добирается досвадебных подарков. Первым делом, она раскрывает подарок Евы. Им оказался детский альбом в мягкой обложке. Она показывает его мужу, что сидит за столиком и раскладывает пасьянс.

– Как тебе?

– Это подарок Евы?

– Ага.

– Гм, она намекала на то, что неплохо было бы нам родить дочь, невесту для Раймона.

Анна хохочет.

– Смотря, как ты будешь стараться делать эту девочку.

Роган бросает на жену взгляд из-под бровей и усмехается.

– Когда у тебя были месячные.

– Уже и не вспомнить, – загадочно улыбается Анна.

– Это как понимать?

Она пожимает плечами и открывает подарок от Райана и Патриции. Внутри настольная игра с карточками для двоих.

– Смотри, что подарил Райан и Патриция.

Роган прищуривается.

– Ты не ответила на мой вопрос.

– Я, правда, не помню. И никогда не запоминаю число месяца. И с чего ты взял, что я забеременею в этом месяце? Что если это случится в следующем или вообще не в этом году. В прошлый раз я ведь не зачала.

– А ты вспомни, сколько раз я был с тобой.

– Давай лучше поиграем, – она подползает к столу. Роган собирает карты в колоду, они многое ему поведали в этот раз, выпали как хорошие, так и плохие. Они подсказывали ему тяжёлую дорогу и сложный выбор, от которого зависит его будущее. Что это может быть? Роган надеется, что это никак не коснётся его жены.

– Что ж, давай посмотрим, что за игру нам подкинули.

Анна выкладывает на стол две стопки синих и красных карточек, игральные кости и зачитывает правила.

– А тут всё просто, бросаешь кости, кому выпало больше, берёт карточку и зачитывает вопрос партнёру. Будьте искренними, откровенными и честными. Хм...

– Ты первая, – улыбается Роган и смотрит на коробку с синим мужским знаком и красным женским.

Анна бросает кости, выпадает четыре, у Рогана шесть.

– Так, посмотрим, на какой вопрос ты сейчас мне дашь ответ, – он берёт карточку и пробегает глазами по вопросу. Смех рвётся наружу, но он себя сдерживает.

– Ну что там?

– Твоя самая изощрённая фантазия?

– Что? – изгибает она брови. – Это такой вопрос?

– Сама прочти, – поворачивает он карточку, она прищуривается и перечитывает вопрос.

– С ума сойти можно, – Анна запускает пальцы в волосы.

– Давай отвечай будь честной и откровенной. Какая же твоя самая грязная фантазия? Мне самому стало интересно.

– О господи, с тобой у меня нет грязных фантазий, они все испаряются.

– Я требую искренности, Анна.

Девушка прикусывает губу.

– Секс вчетвером.

Кулак Рогана опускается на стол.

– Сука и кого же ты представляла на роль трёх мужиков? Не тех ли чёрных членов из Макао?

– О нет, что ты. Я клонировала тебя.

– Врёшь, сучка. Я тебе покажу, секс вчетвером, – Роган бросает кости, ему выпадает пять, Анне восемь. Она берёт синюю карточку и смеётся.

– Всё ты попал. Твой самый постыдный секрет?

– Это какая-то дьявольская игра, – ворчит Роган. – И одноразовая. Я прикончу Райана.

– Я жду твоего признания.

– Тебе не стоит знать всех моих секретов, я творил ужасные дела.

– И чего ты больше всего стыдишься?

Роган опускает голову и тасует в руках карты. Минуту он задумчиво перебирает их в руках.

– Это было давно. Ещё когда я был пацаном четырнадцатилетним. В школе я числился, как прогульщик, ученитель массовых драк, в общем, ещё той занозой. И как-то после уроков, меня вызывает к себе директриса. Ей на то время было тридцать лет, не помню её лица, но хорошо запомнил огромные сиськи. Рубашка едва сходилась на ней, отчего пространство между пуговицами расходилось. Ужасный вид. Частенько я попадал к ней на ковёр. Однажды я разбил стекло в школьном коридоре, тогда она сломала длинную указку, врезав мне по спине. Хотела наказать и не рассчитала удар. Я лишь посмеялся над её усилиями, но было больно. Так вот, я снова за драку угодил к ней в кабинет. И что же она сделала... стащила с меня штаны и отсосала.

– О господи.

– Ага, вот я так же подумал. До того случая я пальцем не коснулся ни одной девушки. Мне было не до этого. И представь моё отвращение к этой тётке, которую я презирал. От шока я пошевелиться не мог, вцепился в стол и чувствовал себя отвратительно. Помню, меня чуть не стошнило. Но она не отпускала, пока я не закончил. Мне было до того стыдно, что в этом я не только никому не мог признаться, но даже боялся вновь попасть ей на глаза.

– Это ужасно. Но ты сам виноват, зачем её злил.

Роган усмехается.

– Да она просто неровно ко мне дышала.

Анна прикусывает губу, ловя его плотоядный взгляд исподлобья. По телу ползут мурашки, лицо начинает пылать. Анна бросает кости, следом за ней Роган. Она снова выигрывает и берёт дрожащими пальцами карточку. Она сглатывает и зачитывает вопрос:

– Вы лжёте? Где вы солгали своей партнёрше и скрыли это? Какая хорошая игра...

– Жуткая, такие вопросы могут довести не до гробовой доски, а до развода.

– Ты мне солгал?

Роган нервно смеётся.

– Я не разбрасываюсь словами, моя дорогая. Лгать любимой женщине, это лгать самому себе.

– Хочешь сказать, ты никогда мне не лгал, давай колись.

– Я могу не сказать, скрыть, но не лгать, вот врагам без проблем, вешаю им лапшу на уши, но тебе никогда. Правда, Анна, зачем. А вот ты, это уже большой вопрос.

– Ага, опять я.

– Ну признайся, ты хотела...

– Чего? – прячет она глаза.

– Чтобы наш первый поцелуй имел продолжение. Ты ведь хотела большего.

– Неет, что ты. Я была в ужасе, ты меня пугал. Наоборот, я не хотела попадаться тебе на глаза.

– Неужели, я такой страшный? – смеётся Роган.

– Ты на меня так смотрел, точно хотел сожрать.

– Я и сейчас не против впиться в тебя, – он бросает кости, Анна следом. Роган выигрывает и зачитывает вопрос: – Ты мне изменяла?

– Это что такой вопрос?

– Да конечно. Вы изменяли своему партнёру, будучи знакомой с ним?

– Нет.

– Правда? – изгибает он бровь. – А как же Арно? Хочешь сказать, он не пытался заявить на тебя свои права? Или тот прыщавый уродец? Я видел, как он держал руку на твоей талии. Ты позволяла ему лапать себя, так может, и под юбку позволила залезть?

– Нет. Может Арно и пытался заигрывать со мной, поэтому я сняла деньги, чтобы купить квартиру.

– Ах вот оно что. Значит, всё-таки он пытался тебя соблазнить.

– Но он хороший друг, извинился и я его простила, так что всё в порядке. Я тебе не изменяла, а вот ты...

– Я не трахался с Моникой, когда ты взошла на яхту. Все мои мысли были только о тебе. Я всегда желал только тебя.

– А как насчёт Евы? Она тебе нравится?

– А в чём дело?

– Она мне рассказала, как ты её похитил и заигрывал с ней. Это правда?

– Мне нравится твоя ревность, она кружит мне голову и возбуждает.

Его сладострастный взгляд обжигает. Анна встаёт, подходит к мужу и расстёгивает пуговицы на сарафане.

– Думаю, тебя стоит наказать, мой дорогой муж.

Роган довольно улыбается и наблюдает за тем, как Анна раздевается. Она сбрасывает к ногам сарафан и предстаёт перед ним в обнажённом виде. Роган облизывает губы. Анна садится на журнальный столик, отклоняется назад и раздвигает ноги.

– И что же ты хочешь? – встаёт он на колени у её ног.

– Ты будешь ласкать меня языком, пока я не закончу.

– С удовольствием, – он проводит ладонями по внутренней стороне бёдер, мягко давит на её колени и наклоняется. Прикосновение его горячего языка бросает в жар, закатывая глаза, Анна вцепляется пальцами в его волосы. Его губы смыкаются вокруг маленького чувствительного бугорка, он дразнит её нежными посасываниями, от которых мысли спутываются в клубок. Она уплывает в нирвану чувств, он не отпускает её ни на секунду, даруя блаженные ощущения. Он дотягивается руками до её груди и крепко сжимает. Её громкие стоны удовольствия действуют на него лучше любого афродизиака. Она дрожит, раскачивается, вскрикивает от восторга и царапает его плечи, чувствительный клитор набухает, он давит на него языком и слышит, как её дыхание участилось, и она вся сжалась. Наслаждение накрывает с головой, она приподнимается и держит его за голову, пока вспышка оргазма не отпускает её.

Роган освобождается от шорт, обхватывает жену руками и перекладывает её на диван. Он берёт её под колени, разводит ноги в стороны и толкается в неё членом. Её тело сопротивляется вторжению. Он рычит сквозь стиснутые зубы, ещё толчок и он заполняет её пустоту. Задыхаясь, от пронзающей толщены его члена, Анна хватается за спинку дивана над головой. Горло прорезает крик. Он переворачивает её на живот и будто нарочно двигается у самого входа. Его пальцы принимаются кружить вокруг ануса. Анна в панике ползёт на диван. Роган берёт её за руку и тянет на себя. Волосы падают на лицо, он заставляет её прогнуться в пояснице. Роган медлит. Анна беспомощно хнычет, требуя его двигаться. Он что-то шепчет на испанском, толкается раз, второй, третий, быстрее, глубже, сильнее. Толчки переходят в мощные, пронзительные, молниеносные удары. Анна теряет им счёт и не понимает, то ли она толкается ему навстречу, то ли он словно безумный наездник несёт её вперёд. Её голова обессиленно повисает, шлепкам вторят её надсадные крики и его урчащие стоны. Это похоже на сумасшествие. Анна жмурится, во рту пересохло. Он не ослабляет натиска.

– Ты меня убиваешь, – выкрикивает она и пытается выпрямиться. Он обхватывает её руками под грудью, сковывая движения, выходит и толкается в задний проход.

– Я хочу тебя сюда.

– Нет, – Анна через боль тянется вверх и вертит задом, не давая ему войти. Он толкает её на пол. Девушке чудом удаётся перевернуться на спину, отбиваясь от его рук точно разъярённая тигрица, она бьёт его ладошкой по лицу и вскрикивает. Его глаза угрожающе сощуриваются. Она охает от испуга и тянется к нему с поцелуями, он болезненно дёргает её за волосы, его поцелуй смешивается с покусываниями.

Анна тянет руку вниз и направляет в себя его член, он вонзается до упора и быстрыми глубокими толчками подводит их к пику апогея. Анна рыдает от наслаждения и тесно жмётся к его телу.

И как она раньше жила без этого сильного, большого мужчины? Без этой яростной близости? И как будет жить, если он уедет и не вернётся?