Глава 81 Чжао Миньминь

Как и живые трупы в Пещере водного занавеса, эти тоже обладали собственным разумом. Увидев перед собой большую группу лежащих соотечественников, трупы не рискнули двинуться к нам, а дружно отступили назад.

Когда я поменял магазин, у задней двери было уже пусто; там не осталось ничего, кроме лежащей мумии.

В этот момент ко мне подбежали Сюн Ваньи и Симэнь Лянь. Они с облегчением вздохнули, увидев, что с нами все в порядке. С точки зрения «братства» они сильнее толстяка будут.

— Толстяк Сунь, разве ты только что не сказал, что здесь безопасно? — Сюн Ваньи проверил, все ли мумии были полностью мертвы, прежде чем спросить толстяка.

Толстяк Сунь немного пришел в себя после испуга, успокоил нервы и только потом нашелся, что ответить:

— Эй, я тебе что, говорил, что тут безопасно? Я спросил: «Тут безопасно?!»

С этими словами толстяк пнул ногой голову лежавшей перед ним иссушенной мумии.

— Вот видишь, они сами тебе ответили.

В этот момент вошли У Жэньди и Ян Сяо.

— Они могут затихнуть на какое-то время, а потом снова вылезти. Давайте двигаться дальше, — оглядев все вокруг, сказал лао Ян. Затем он посмотрел на меня и толстяка:

— Вы двое идите впереди и дальше.

Возможно, сила пистолета только что превзошла все мои ожидания от Толстяка Суня. С оружием в руке он окреп духом и осмелился пройти через заднюю дверь. Пока я удивлялся его внезапному приливу храбрости, Дашэн обернулся и крикнул мне:

— Лацзы, почему ты все еще в замешательстве? Иди вперед. Не мне говорить это, двигай!

Мысль, только что возникшая у меня, тут же испарилась, а толстяк остался тем, кем был, ничуть не изменившись.

Эта дорога — почти копия коридора за той темной комнатой в Пещере водного занавеса. Она ведь ведет к подземной реке, не в канализацию, верно?

Я продолжал двигаться вперед без каких-либо неожиданностей. Толстяк за мной все время ворчал:

— Лацзы, куда мы отсюда выберемся? Это же не подземная река, правда? Если это действительно подземная река, мне стоит задуматься, не сплю ли я.

— Ну что ж, тебе это снится, — я не мог ничего с собой поделать, повернул голову и ответил ему, — Это будет твой великий день, когда ты выйдешь отсюда, сама Ма Ии будет ждать тебя в постели. Поздравляю!

— Не говори ерунды, — мгновенно покраснел толстяк, — Не мне говорить это, но как я мог в нее влюбиться?

Я собирался подразнить его еще немного, как вдруг меня осенило: — Я не видел Ма Ии там...

Толстяк Сунь кивнул мне и сказал:

— Ее там нет. Когда вы с У Жэньди еще не вышли, мне сказали, что твоих двух одноклассниц, Сюй Мяомяо и Бай Аньци, тоже там нет. Плюс Шао Ии и та учительница по имени Чжао Миньминь. Больше половины твоего класса могут быть здесь.

Чжао Миньминь? Все было так ужасно, что я совсем забыл об учительнице Чжао. Только после того, как Дашэн напомнил мне об этом, я вспомнил. Тао Сянкун — ее парень, разве она не знала обо всем этом? Она же только что изрыгнула ядовитую кровь предка-шамана в лицо Ян Сяо. Виноват Тао Сянкун, или она с ним заодно?

Пока я размышлял, мое сердце вдруг сжалось, и я почувствовал, что кто-то наблюдает за мной издалека. Взглянув туда, откуда шел этот взгляд, я увидел в конце коридора растрепанную женщину в белом, которая смотрела на меня.

Посмотрев на нее, я вздрогнул. Это была учительница Чжао Миньминь, которая несколько дней преподавала мне математику.

Учительница Чжао совершила невероятный жест: опустилась на колени и несколько раз поклонилась мне. Как раз когда я погрузился в раздумья, меня вдруг охватило головокружение, и я упал безвольной куклой.

Толстяк Сунь отреагировал незамедлительно. Как только я упал, он помог мне подняться и настойчиво спросил:

— Лацзы, что с тобой?

В этот момент я не мог говорить, сознание оставалось ясным, но я не мог контролировать свой голос и тело. Толстяк немного опешил, но продолжал звать меня по имени. Я напряг все силы и указал на Чжао Миньминь в белом. Дашэн тут же понял и, не говоря ни слова, поднял пистолет в указанном мной направлении.

— Лацзы, ты что-нибудь видел? Я попал? — спросил меня толстяк, вставив магазин.

Мой разум был ясен, но подобен луже грязи. Если бы не поддержка Дашэна, я бы давно упал на землю. Я не мог говорить, поэтому мог лишь указать туда, куда ему выстрелить, и слегка качнуть головой. Толстяк Сунь держал пистолет, в котором оставался последний магазин, и больше не осмеливался стрелять. Лицо Сунь Панцзы покрылось потом.

— Лацзы, скажи мне, я попал или нет?

Осмотрев меня и все еще не услышав ответа, он опустил руку. Поняв, что ситуация опасная, толстяк крикнул:

— Директор У, Ян Сяо! Скорее идите сюда, кажется, что-то не так с Лацзы.

В сопровождении лучей фонариков вошли У Жэньди и Ян Сяо. Увидев меня, лао Ян нисколько не удивился. Он раздвинул мне веки и проверил пульс, а затем повернулся и снова спросил толстяка:

— Что только что произошло?

Я почувствовал, как все мое тело начало напрягаться, даже глазам стало трудно двигаться. Толстяк Сунь взглянул на меня и сказал:

— Кажется, здесь кто-то был. Я выстрелил в него несколько раз, но, похоже, не попал. Когда я обернулся, Лацзы уже был в таком состоянии. Разве я только что не сказал, что с ним что-то стряслось?

Взглянув на меня еще раз, Ян Сяо сказал:

— Душа Шэнь Ла была связана кем-то.

Услышав это, Ми Жунхэн опешил. Он уставился на меня и спросил:

— Техника связывания душ? Это что, Техника Связывания Душ? Это одна из техник «Смерти при жизни» в секте Призрачного даосизма?

— Да, — Ян Сяо согласился, не став развивать тему. Похоже, он немного стеснялся техник секты.

Толстяку не важно было, какая это техника — связывания души или призраков, он обратился к Ян Сяо:

— Все дело в секте Призрачного даосизма. Ты — предок-основатель, это ведь не должно быть для тебя чем-то сложным, верно?

— Дашэн, — прошептал Ми Жунхэн, потянув толстяка за воротник сзади, — Связывание душ не настолько простая техника, как ты думаешь. Человек под действием этой техники не может полагаться на помощь извне, чтобы проснуться. Если силой разорвать духовное связывание Лацзы, это повредит его душе. Чтобы проснуться, ему придется полагаться на собственную силу.

— Что же нам тогда делать? Ждать, когда Лацзы сам проснется? — Толстяк Сунь остался не очень доволен объяснением Ми Жунхэна.

Ян Сяо прищурился, глядя на меня, размышляя, как помочь мне вернуться. В этот момент У Жэньди наклонился и сказал:

— Ян Сяо, одолжи мне ту вещь, что я только что тебе вернул.

— Что? А, вы об этом, — Ян Сяо, помедлив мгновение, сразу понял, что У Жэньди имеет в виду.

После этих слов Ян Сяо достал из кармана бутылочку с трупной жидкостью.

Что он хочет сделать? Мои глаза были так широко раскрыты, что чуть не выскочили из орбит. Исходя из моего понимания того, кто такой У Жэньди, у меня возникло зловещее предчувствие.

И конечно же, он передал толстяку бутылочку со словами:

— Толстяк, пожалуйста, вылей часть этого «лекарства» в рот Шэнь Ла.

Толстяк Сунь взял ее и осознал, что склизкая, дурно пахнущая жидкость вызывает сомнения. Поколебавшись некоторое время, он все же решился спросить У Жэньди:

— Директор У, что, черт возьми, это такое? Не мне говорить это, но разве это «лекарство» заслуживает доверия?

— Ты не веришь мне и в лекарство? — подняв взгляд, спросил У Жэньди.

Толстяк Сунь неловко улыбнулся, не в силах выдержать невидимое давление со стороны директора У.

— Кто бы не поверил? Не мне говорить это, директор У, если еще есть такие бутылочки, пожалуйста, дайте мне несколько штук.

— Не говори глупостей, — фыркнул он в ответ, — поторопись и дай это Шэнь Ла.

Толстяк согласился и открыл бутылку. Прежде чем поднести ее ко мне, он уже не мог выносить вонь.

— Этот лекарственный запах действительно уникален. Лацзы, хорошее лекарство горькое на вкус. Просто выпей его.

Говоря это, он начал подносить ее к моему рту. Это что, горькая пилюля? Это явно дурно пахнущий эликсир! Трупная жидкость уже вот-вот коснется моих губ. Я бы лучше умер, чем если бы мне пришлось влить ее себе в желудок! Внезапно я не удержался и громко закричал:

— Уберите эту вонь!

Теперь я мог говорить! Я только что осознал это и попытался снова пошевелить конечностями. Встал с земли; чувство головокружения и слабости, которое только что испытывал, полностью исчезло. Ладно, я вернулся в то состояние, в котором был до того, как увидел Чжао Миньминь.

— Лацзы, ты в порядке? Это лекарство действительно работает! — толстяк снова наклонился ко мне, — Давай, Лацзы, выпей. Понюхав его, ты подпрыгнул, а выпив, ты устранишь корень болезни. Не останется никаких последствий. Давай!

— Не подходи ко мне с этой штукой! — крикнул я. — Это не лекарство, это... — Уже на середине разговора я понял, что что-то не так, и украдкой взглянул на У Жэньди, который холодно смотрел на меня.

— Не лекарство? А что же это? — спросил толстяк.

— Сначала закрой крышку, — сказал я, зажав нос. Наблюдая, как он закрывает бутылку, я добавил: — Просто имею в виду, что оно предназначено для наружного применения, и его нельзя принимать внутрь.

Ян Сяо увидел, что я пришел в себя, и подошел, чтобы забрать бутылочку из рук Дашэна, прежде чем спросить:

— Что ты только что видел?

— В самом начале я увидел, как кто-то мне кланяется, и у меня в голове все застыло. Вот как все получилось.

— А кто это был? — спросил лао Ян.

— Чжао Миньминь, — ответил я, — до этого ее на тебя вырвало.