Глава 49. «Сегодня всё решится»

Р о з а

Кассиан крепко спал. Это было очень необычно для вампира. Даже мой вскрик и резкое пробуждение не нарушили его сон. Я быстро и прерывисто дышала от испуга, мои зрачки расширились. Бросив беглый взгляд на окно, я увидела, что уже светает. Значит, солнце поднимается. А у меня больше нет времени!

Этот момент настал. Вольдемар уже идёт. Он явился мне во сне в своем чудовищном облике. Его длинный плащ развевался под натиском яростного ветра. Он ликовал и злорадно смеялся. А потом схватил меня за горло и с наслаждением произнёс, подчёркивая каждое слово:

— Наконец-то! Я долго этого ждал, девочка моя!

У меня не было сомнений, что он проник в мой разум. Я сама впустила его. Значит, мерзкая предательница Белла всё ему рассказала. На что и был мой расчёт.

Я в последний раз глубоко вздохнула и, наконец, успокоилась. Время идёт, надо действовать. Быстро натянув на себя платье, я достала из тумбочки ножик для писем, который «одолжила» вчера днём в кабинете Владимира и заранее спрятала здесь. Кассиан пошевелился сзади меня.

— Роза, ты уже проснулась? — сонным голосом пробормотал он. Я вздрогнула. Скрепя сердце, я представила, как его голова разрывается изнутри, как кровеносные сосуды лопаются, вызывая оглушающую боль. И направила на Каса поток энергии. Он сморщился и схватился за голову, но моментально отключился.

— Прости, любимый, — прошептала я со слезами на глазах, — это для твоего же блага! — я сделала надрез на его запястье и, едва преодолевая отвращение при виде его крови, заставила себя сделать три хороших глотка. По вкусу кровь была похожа на вино, что меня очень сильно удивило. И она немного горчила. Ранка мгновенно затянулась, не оставив и следа. Я вытерла кровь на подбородке, взяла бутылочку с настоем полыни и шалфея и влила ровно треть в рот Кассиану. Эффект был похож на действие кислоты. Его рот и губы моментально покраснели, а кое-где появились язвочки. Тело Каса судорожно дернулось и застыло. Я в ужасе зажала рот рукой и на мгновение задержала дыхание. Но медлить было нельзя!

Я со всех ног побежала в комнату Маргариты. К моему счастью, она тоже спала. Я поступила с ней так же, как и с Касом — сначала оглушила заклинанием, а потом угостила настоем. Настала очередь Ани и Мишель. Вот на них я решила применить усыпляющее заклинание, которому меня научила Елена. Коснувшись рукой теплого лба Ани, я прошептала: «Утро вечера мудренее, ничего нет сна важнее!». Аня даже не пошевелилась, но стала дышать глубже и медленнее. С Мишель тоже не возникло проблем.

Я сбежала по лестнице на второй этаж и устремилась в комнату Галины. Но её там не оказалось. Тогда я побежала в гостиную и обнаружила её развалившейся на диване перед включенным телевизором с бокалом крови. Заметив меня, она приветливо улыбнулась, приглашающе махнула рукой и сказала:

— Ох, Розочка! Доброе утро, солнышко! Что ты так рано проснулась? Проходи, посиди со мной!

— Извините, Галина Николаевна, но я спешу.

Я направила на неё заклинание. Она испуганно вскрикнула и упала на подушку, разлив кровь на полу. Я напоила её настоем.

Солнце уже поднялось над горизонтом. Утренние лучи освещали прекрасный сад. Поднялся ветерок. Я проверила нож в секретном кармане платья, вышла во двор и медленно пошла между цветочными клумбами. Ноги дрожали, я еле-еле могла делать шаги. Ожидание сводило с ума. Прошло минут пятнадцать или больше, а он всё не появлялся. Я уже начала волноваться, что вампиры скоро проснутся, схватят меня и накажут за то, что я сделала с ними.

Надо мной пролетела стайка щебечущих воробьев и уселась на яблоню в нескольких метрах от меня. Я подошла к соляному кругу, который так хитро оставила на очень удобном для сражения месте. По-турецки уселась в центре него и начала медитировать, чтобы хоть чем-то себя занять. Я слушала шуршание листьев и колыхание веток на деревьях, весёлые переклички птиц. Но вдруг маленькие тельца стали поочередно падать замертво на землю. Деревья замерли. Воцарилась тишина.

Я осмотрелась. Никого. Если он не появится через пару минут, вампиры точно проснутся. И он сможет им навредить. Вчера Маргарита случайно обмолвилась, что дом записан на Аню, и ни один вампир не сможет войти в дом без её приглашения.

Конечно, я могла не тянуть, а прямо сейчас прирезать себя и обратиться в вампира. Вольдемар, где бы он ни был в это время, всё равно умрет. Но нет, я хотела увидеть его смерть собственными глазами! И убедиться в том, что он умирает вместе со мной.

— Какое чудесное утро!

Я вздрогнула и разомкнула веки. Передо мной, зеркально отражая мою позу, сидел Кас. Но его лицо выражало обиду и разочарование.

— Кас... я... — начала сбивчиво бормотать я, но он злобно рассмеялся и молниеносно схватил меня за горло.

— Ты что удумала? — с угрозой прорычал он. — Зачем обезвредила вампиров? Хочешь убить меня? — с его лицом произошли какие-то странные метаморфозы, и вот уже передо мной Вольдемар в облике московского паренька.

Я испугалась и хотела что-то сказать, но сделала ошибку. Едва я открыла рот, как Вольдемар выдавил воздух из моего горла и перекрыл доступ к кислороду. Я вцепилась в его руку, поднявшую меня над землей, и попыталась вскрикнуть. Но издала лишь приглушенный хрип.

Вольдемар с издевкой и удовольствием осматривал меня, его глаза покраснели, и он швырнул меня. Я врезалась спиной прямо в ствол большой яблони. Удар был таким сильным, что у меня хрустнул позвоночник.

— У тебя не получится меня убить! Ты совершенно бессильна против меня, глупая девчонка! — он подлетел ко мне и опустился на корточки.

— Но и я тебе нужна живой, — проскулила я, жадно хватая воздух и пытаясь приподняться. — Из-за Пророчества, — я пристально посмотрела на него. Он сделал задумчивый вид и цокнул языком.

— А знаешь, ты права. Как удобно, что у меня под рукой такой замечательный вампирский домик!

— Ты не сможешь войти.

— Я не приглашен, — он притворно ахнул, театрально прикрыв рот рукой. — Чёрт, ты опять права! Что же мне делать? Как воздействовать на тебя? Не подскажешь, милая?

«Раз уж решила играть с ним, то иди до конца», — сказал мне внутренний голос. Конечно, я пойду до конца. Надо только подпустить его чуть ближе.

— Какое счастье, что моя драгоценная подруга Изабелла приглашена в дом!

У меня перехватило дыхание. Об этом я не подумала.

— Она не убьёт Каса. А на остальных я плевать хотела, — как можно безразличней сказала я, медленно отползая к кругу. Я дрожала, спину с каждым движением пронзала жгучая боль, но я продолжала ползти. К счастью, гибрид принял это на свой счет.

— Ну-ну, не бойся меня! Мне правда, честно тебе говорю, не хочется тебя убивать, — он прижал руку к сердцу, как будто оно у него было! — Ты мне даже нравишься! Даже напоминаешь Хранительницу в её лучшие годы.

— Да, я уже многому научилась у неё, — усмехнулась я, подняла руку и схватила его левую ногу в ментальные тиски. Повернув кисть руки, я услышала хруст кости. Нога Вольдемара подкосилась, и он рухнул на колени. Я принялась за его вторую ногу, яростно крича:

— Это тебе за служанку! Это — за Лёшу и Надю! Это — за моих родителей! — он упал навзничь и вздрагивал каждый раз, когда я ломала ему кости. — Это — за Мирославу! — его тело изогнулось в неестественной позе, он хрипло засмеялся и начал подниматься. Я сосредоточилась на сосудах его глаз и представила, как они рвутся один за одним, снова и снова... Он истошно завопил, закрыл ладонями глаза и снова упал на колени. Из-под его ладоней потекла кровь. Я наконец-то заползла в круг и создала защиту.

— Защита, восстань! От сил зла защити! — я перевалилась на другой бок, ахнув от боли. — А это — за меня! Сдохни, сволочь! — я вытащила ножик из кармана и со всех сил воткнула его себе в живот. В глазах резко потемнело, я вскрикнула и опустилась на землю.

— Не-е-ет! — истошно заорал он и кинулся ко мне. Барьер не пропустил его, и он отскочил, ошпарившись.

— Роза? Роза! — услышала я крик Каса со ступеней особняка.

Вольдемар упал, его кожа начала сереть и иссыхать. Рот приоткрылся, показались зубы волка. Он прижал руки к тому месту, где у него должно было находиться сердце. Я лежала и смотрела на него, пока моя кровь быстро вытекала из раны под левый бок. Биение моего сердца замедлялось, гулко отдаваясь в ушах. По телу разлилось тепло, появилась необыкновенная легкость, и я погрузилась во Тьму...

***

К а с с и а н

Я подбежал к ней. По моим щекам катились слезы. Но я не мог поверить, что она умерла. Это невозможно. Я прижал её тело к себе, не обращая внимания на кровь, запачкавшую её лиловое платье. Руки перестали подчиняться моей воле, и два пальца медленно опустили веки на остекленевшие глаза Розы. Нет, Роза, ты не умрешь. Ты же, вроде, взяла у меня кровь, так? Я чувствовал это сквозь оглушающее заклятье... Ты обратишься!

Я увидел перед собой маму и тётю Галю. Мама села рядом со мной на траву и ошарашено посмотрела сначала на Розу, а потом на другое тело.

— О Боже! Милый... — её лицо исказила гримаса боли и сочувствия. Я лишь слабо помотал головой, не поднимая на неё глаз. — Нужно занести её в дом. Идем, сынок, — тихо пробормотала она и поднялась.

— Не нужно! — сказала внезапно появившаяся Мирослава. — Мне жаль, Кассиан. Она не обратится. Она умерла, — дрожащим голосом сказала она и взяла меня за руку. — Отпусти её... Мне нужно забрать её тело, чтобы подготовить к похоронам...

Её слова просто взбесили меня! Звериная часть взяла надо мной верх, и я зашипел на Хранительницу, хищно оскалившись.

— Кассиан, она не захотела обращаться. Мне жаль. Отпусти её...

Я в растерянности посмотрел на застывшее лицо Розы, ощутил тяжесть её тряпичного тела. Осознание медленно, но неумолимо настигало меня.

— Она пожертвовала собой...

— Да, Кассиан, — кивнула мне Мирослава. А затем она обратилась к моей матери. — Марго, отведи своего сына в дом, а я... займусь Розой.

Мать взяла меня за руку и легонько потянула. Я переложил Розу на траву и застыл на месте. Я этого не вынесу...

Я вырвался из маминых рук и ломанулся в особняк. Взлетев по лестнице на третий этаж, я вбежал в свою комнату и накинулся на Лизу.

— Почему? Почему ты не спасла её? Почему ты не сказала мне? — рявкнул я и прижал её к стене, схватив за горло. Она испуганно таращилась на меня, её губы были плотно сжаты.

— Ты разве не понял? Они были связаны. Поэтому она убила себя, пожерт...

— Заткнись!

Я отшатнулся от неё. В груди что-то давило, разрывая ребра. Я задыхался. Реальность нахлынула на меня всей своей мощью, я упал на колени и разрыдался.

— Кас, ну-ну, Кассиан! Костя! — утешала меня Лиза. — Эй, просто отключи её! Тебе станет легче. Отключи её. Боль уйдет...

Отключить человечность?