Глава 17. Связь

События той ночи стали неожиданностью для обоих.

Янь Цзинь и не подозревал, что внешне спокойный Шэнь Чжисянь внутри был потрясён до глубины души. Так же, как и Шэнь Чжисянь не знал, что, едва его шаги затихли за дверью, Янь Цзинь мгновенно растерял своё смятение и уязвимость.

Он опустил голову и бесстрастно посмотрел на меч, туман в его глазах постепенно рассеялся, и появился слабый намек на красноту.

Ему вновь снились события из прошлой жизни. Чувства бушевали, и в тот миг, когда он открыл глаза, грань между сном и реальностью почти стерлась.

Когда Шэнь Чжисянь вошёл в комнату? Что он делал всё это время? Янь Цзинь не знал. Но, судя по происходящему, тот, вероятно, ничего не заметил. В худшем случае просто подумал, что ему  приснились воспоминания о том, как его обижали.

На тыльной стороне руки всё ещё ощущалась теплота ладони Шэнь Чжисяня. Янь Цзинь резко вскинул руку, вложил меч обратно в ножны и безразлично отбросил его к изголовью.

Меч, столкнувшись с чем-то, издал резкий звук, и Ян Цзин инстинктивно посмотрел в ту сторону. На полу он нашёл маленький нефритовый флакон.

Один из тех, что Шэнь Чжицян обычно использовал для хранения эликсиров, вероятно, он выпал во время недавней суеты и учитель просто забыл его забрать.

Янь Цзинь поднял флакон, слегка встряхнул — внутри было пусто.

Лёгкий запах лекарства доносился из-под неплотно закрытой крышки. Он сжал губы, смутно ощущая, что аромат кажется ему знакомым...

Как будто... он сам недавно его пробовал?

Проведя языком по губам, он уловил слабый привкус.

На мгновение замер, затем медленно снял крышку и поднёс флакон к носу.

Да. Это оно.

Он некоторое время просидел молча, продолжая вдыхать аромат из флакона. Затем он молча закрыл флакон, босыми ногами соскользнул с постели и открыл шкаф, доставая оттуда небольшой свёрток.

Ткань небольшого свёртка казалась почти новой — его так редко доставали, что она сохранилась в первозданном виде. Янь Цзинь развязал узел, положил внутрь пустой нефритовый флакон, вновь затянул и аккуратно убрал обратно в шкаф.

Когда он поднимал свёрток, внутри раздался лёгкий звон — несколько нефритовых флаконов ударились друг о друга.

Звук был чистым и мелодичным.

Ночь прошла так , словно ничего и не случилось.

Учитель и ученик продолжали сохранять видимость прежних, ровных отношений, каждый притворялся, что ничего не знает.

Янь Цзинь, как и прежде, был немногословен. Шэнь Чжисянь не понимал, чего тот добивается, но раз сам не выдавал себя, то и он предпочитал делать вид, будто всё идёт своим чередом. Если правда выйдет наружу, для него это обернётся куда большей проблемой, чем для Янь Цзиня, а потому пока что проще было притворяться.

По крайней мере, до тех пор, пока не удастся решить проблему с болезнью сердца.

Чешуя древнего демона... С того момента, как он вспомнил о ней, в голове уже выстраивался план. Это чешуя -редчайшая и драгоценная вещь, да и дело касалось его жизни, а потому полагаться на других было слишком рискованно — он не мог доверить поиски никому кроме себя .

Но говорить об этом куда легче,  чем сделать. Он понятия не имел, в каком тайном царстве находится чешуя. Единственное, что он знает, это то, что Янь Цзинь сможет войти в это тайное царство в будущем.

Что ж... Протагониста всё-таки придётся держать поближе к себе.

Шэнь Чжисянь вздохнул. Янь Цзиня нужно ублажать и дальше, как минимум до тех пор, пока он не найдёт этот секретный мир и не добудет чешую.

Когда это дело будет завершено, они смогут откровенно поговорить, а о том, к каким выводам они придут... об этом можно будет подумать позже.

— — —

Зима постепенно отступала, становилось теплее. Благодаря стараниям Четвёртого старейшины состояние Шэнь Чжисяня заметно стабилизировалось — приступы случались реже, к тому же он уже мог немного пользоваться духовной силой.

Тем временем в секте Цинъюнь полным ходом шла подготовка к грядущему турниру "Испытания мечом" -проходившему по обычаю каждые пять лет.

— Это не такая уж большая забота, почему бы и не взять её на себя? Иначе глава секты Сун снова  решит, что я отлыниваю... Да и что может случиться, когда рядом есть А-Цзинь.

Янь Цзинь вошёл в комнату как раз в тот момент, когда Шэнь Чжисянь разорвал связь с Четвёртым старейшиной, установленную через специальный талисман. Он успел услышать лишь последние слова и молча остановился в стороне.

Шэнь Чжицян не возражал против того, что Ян Цзин что-то услышал. В последнее время он старался не использовать свою духовную силу, и раз уж есть возможность возложить обязанности на Янь Цзиня, то почему бы и нет?

А потом...

Он прервал размышления и вернулся к разговору:

— Через несколько месяцев начнётся Турнир . Гора, предназначенная для испытаний, уже давно не расчищалась. Как только подготовка будет завершена, тебе придётся отправиться туда со мной.

Янь Цзинь молча кивнул.

Шэнь Чжисянь коротко разъяснил детали.

Турнир  открыт не только для учеников секты, но и для тех, кто желает в неё попасть  из вне.

Победители, занявшие три первых призовых места, получали право войти в "Павильон мечей" и выбрать себе оружие. А  также  у них появлялся шанс  попасть в ученики к старейшинам или даже к главе клана — для многих это означало стремительный подъём наверх.

Неудивительно, что желающих набивалось больше, чем мест для регистрации.

Задачей Шэнь Чжисяня было проверить и подготовить Гору для предстоящего турнира.

В её окрестностях обитало множество духовных существ, не слишком опасных, но вполне способных доставить немало хлопот молодым заклинателям. За прошедшие пять лет там наверняка накопилось слишком много сильных существ, их требовалось устранить и заменить на более подходящих.

Чтобы не провоцировать недоброжелателей, Шэнь Чжисянь скрывал ухудшение своего состояния. Он был не в состоянии  справиться с задачей в одиночку. Потому Янь Цзинь и отправлялся с ним — по сути, именно он выполнял всю работу,только в день зачистки демонов Шэнь Чжицян сам отправился на гору.

　Третий пик на самом деле представляет собой чрезвычайно широкий и непрерывный горный хребет, на котором могут одновременно тренироваться почти тысяча человек, не сталкиваясь друг с другом.

Внутри горы действует специально наложенное  заклинание запечатывания духовной силы. Как только оно активируется, духовная энергия учеников будет подавлена . Говорят, что это испытание предназначено для проверки их способности выживать без использования духовной силы.

«Если слишком долго полагаться на духовную силу, можно запросто забыть основы», — заметил Шэнь Чжицян, выпуская из специального мешка небольших демонов. «Это испытание довольно занятное».

Стоило маленьким монстрам оказаться на свободе, как они тут же бросились врассыпную, каждая тварь искала себе укромное местечко. Вокруг воцарилась суета и шум.

Как только демоны оказались на свободе, они сразу же разбежались в разные стороны, каждый искал подходящее место, создавая вокруг шумное и оживлённое движение. На самом деле, это были довольно обычные существа: громкие утки, большие кролики с двумя выступающими резцами, прыгающие лягушки, ленивые ядовитые змеи, уютно устроившиеся под деревьями, и крикливые дикие голуби — всего было много.

На первый взгляд, они не представляли серьёзной угрозы. Но их размеры были внушительными, а без духовной силы, полагаясь лишь на грубую физическую силу, справиться с ними было бы совсем не просто.

Кроме заклинания запечатывания силы, на горе также действовали ограничивающие и телепортационные заклинания. Первые не позволяли никому тайно проникнуть внутрь или выйти без разрешения, а вторые предназначались спасения— в случае столкновения с опасностью, ученики могли разломать жетон и мгновенно покинуть территорию.

Шэнь Чжисянь обходил массивные узлы, внимательно проверяя их. Он не был мастером высокоуровневых заклинаний, но с подобными, довольно распространёнными, справлялся без труда.

Попутно устраняя мелкие неполадки, он вдруг заметил нечто странное:

- «Почему здесь закопан кусок духовного нефрита? Это не порядок». Он задумался: «Это было обычное защитное заклинание, а с этим нефритом оно полностью потеряет свою силу...»

Обычный барьер мог лишь ограничить вход и выход для слабых заклинателей, но не полностью изолировать их от внешнего мира, он также не мешал работе перемещающего заклинания.

Но дополнительная деталь в виде этого нефрита изменила всё: теперь нельзя было не только выйти, но и передать сигнал вовне. Те, кто окажется внутри, не смогут ни покинуть гору, ни сообщить о беде, а снаружи никто не узнает, что происходит внутри.

Если в таком месте группа учеников, лишённых духовной силы, попадёт в беду — они окажутся в ловушке, из которой не смогут выбраться.

Шэнь Чжисянь нахмурился. Это место обычно открывалось только во время турнира, а в остальное время было считалось запретной для посещения зоной, так как же возникла такая проблема?

　Духовный нефрит был зарыт в землю в очень точном месте, и он, очевидно, не был оставлен там случайно. Это не могло быть делом рук молодых учеников, чья духовная сила была ограничена. Такой метод прямого внесения изменений в исходное заклинание потребовал бы большого количества духовной силы для ее балансировки, чтобы исходное заклинание не разрушилось во время модификации.

　Тот же принцип применим, если необходимо извлечь этот  нефрит.

Шэнь Чжисяня задумался на мгновение и решил попросить Ян Цзина помочь извлечь нефрит. Обернувшись, он увидел, что Ян Цзин стоит неподалеку, с безмятежным выражением лица, что вызвало тревогу  учителя.

Он глубоко вздохнул и спокойно сказал:

— А Цзинь, помоги мне.

Но Янь Цзинь даже не шелохнулся. Он лишь покачал головой и медленно произнёс:

— Учитель... прощайте.

　У Шэнь Чжисяня внезапно возникло зловещее предчувствие. Янь Цзинь слегка поднял руку, зажимая между пальцами сломанный нефрит. Шэнь Чжисянь тут же почувствовал, что духовная сила в его теле заблокирована ​​— Янь Цзинь активировал заклинание!

Вокруг внезапно поднялся густой туман, который за считанные мгновения начал окутывать Шэнь Чжисяня. Он прищурился и смутно разглядел в дымящейся завесе силуэт Ян Цзина, и не раздумывая, бросился к нему.

Столкнувшись с неизвестной опасностью, желание Шэнь Чжисяня выжить возбудилось до крайности. Его натиск был настолько мощным, что даже заставил Янь Цзиня отступить на два шага, прежде чем он смог поймать равновесие..

Схватив его за руку, Шэнь Чжисянь убедился, что тот всё ещё рядом, а затем поспешно обернулся.

 Белёсый туман растянул когтистые лапы перед его глазами, но странным образом обходил то самое место, где стоял Янь Цзинь. Через мгновение их обоих накрыла белая пелена.

— Янь Цзинь!

С характерным толчком активировалось перемещающее заклинание, и Шэнь Чжисянь внезапно осознал всё.  Это правда, что пик обычно был запретной зоной, куда не разрешалось входить и выходить по своему желанию, но несколько дней назад..

Несколько дней назад Ян Цзин по его указанию проводил здесь предварительный осмотр!

Внезапно появившийся духовный нефрит и небольшое  пространство, скрытое густым туманом — все это как-то связано с Янь Цзинем!

Видимое спокойствие последних дней скрывало явный заговор.

Шэнь Чжисянь больше не мог использовать свою духовную силу. Он и Янь Цзинь стояли близко друг к другу, поэтому он чувствовал, как сила Янь Цзиня быстро рассеивается, что, вероятно, означало, что заклинание действовало и на него.

Это немного его успокоило: так Янь Цзинь точно не сможет сбежать.

В густом тумане и при почти тошнотворной тряске Шэнь Чжисянь осторожно и медленно начал скользить рукой вниз, игнорируя сопротивление и борьбу Ян Цзиня, стиснув зубы, он постепенно разжимал его пальцы.

Янь Цзинь попытался вырваться, но он, стиснув зубы, шаг за шагом разжал его пальцы.

А затем, вложив свои между его, сцепил их крепко, не оставляя шанса разъединиться.

Десять пальцев переплелись.

Связь, которую невозможно разорвать.

Шэнь Чжисянь стиснул зубы, его охватило головокружение и лишь одна мысль доставляла ему удовлетворение:

Янь Цзинь, паршивец, на этот раз тебе точно не сбежать!