Всё решится этой ночью

Гермиона, не желая сидеть на месте, вышла с первым отрядом, который возглавляли Люпин и Тонкс. Малфой, наверняка будет в восторге, увидев её на поле битвы, но ожидать от неё нахождения в стороне было бы глупо. Школа уже была заполнена студентами. Старосты вели младшекурсников на эвакуацию, которая так же должна была осуществляться через проход, ведущий к Кабаньей голове. Многие старшекурсники выразили своё желание остаться в школе, чтобы защищать её. Гермиона вошла в большой зал. В центре стояла МакГонагалл и Кингсли. Они руководили эвакуацией, инструктировали учеников и преподавателей. Драко и Блейз стояли рядом с Кингсли, следя за тем, чтобы никто из младшекурсников не затерялся в толпе. Заметив Гермиону, Малфой отделился от друга, направляясь прямиком к девушке.

— А я всё гадал, когда же ты появишься. – пробормотал он, мазнув поцелуем по её волосам.

— Ты же не ждал, что я останусь там?

— Тяжело ожидать это от той, что спасла мою жизнь. – ласково улыбнулся Драко. – Умоляю, будь осторожна.

— И ты. – он кивнул, возвращаясь к Блейзу.

МакГонагалл сменила Малфоя, подходя к бывшей старосте своего факультета. Она чуть дёрнула уголками губ и проговорила:

— Я рада видеть вас, Гермиона.

— И я рада, профессор.

— Но где Поттер и Уизли?

— Рон и Пэнси ушли наверх, они будут держать оборону там. А Гарри... - девушка замялась. – Он выполняет поручение Дамболдора.

— Чтож, я надеюсь, что он знает, что делает. – кивнула женщина.

Гермиона снова поймала взгляд Драко. Тот, уводил за собой около десятка человек. Пожиратели смерти приближались к замку, и он шёл на передовую, чтобы первым принять удар. У Грейнджер сжалось сердце, но думать о плохом ей не хотелось. Война не место для отчаяния. Сейчас нужна была надежда. Гарри Поттер появился в дверях Большого зала, как только Малфой скрылся за поворотом. Он взволнованно оглядел людей вокруг, натыкаясь взглядом на Гермиону. Быстро пересекая пространство между ними, он прошептал:

— Я знаю, где диадема. – Грейнджер вопросительно хлопнула газами. – Она там, где всё спрятано.

— Что? – ахнула Гермиона, понимая, к чему он клонит. – Но...

— Тихо. – он приложил палец к губам, ведя её за собой из Большого зала. – Нужно вывести всех оттуда и как можно скорее.

— Да, но как ты...

— Доверься мне, Гермиона. – он уверенно вёл её за собой.

В замок уже проникли Пожиратели и другие твари, которые присягнули на верность Волан-де-Морту. В коридорах разворачивались настоящие сражения и Гарри с Гермионой время от времени приходилось отбиваться от случайных или намеренных проклятий, летящих в них. В одном из коридоров они столкнулись с Роном и Пэнси. Те о чём-то спорили, но увидев Гарри и Гермиону, умолкли.

— Куда вы? – спросил Рон, глядя на друзей.

— Мы знаем, где крестраж. – выпалил Гарри. – Чаша у вас?

— Нет, она осталась у Малфоя. – ответила Пэнси.

— Хорошо, тогда отправляйтесь к нему и заберите чашу. А мы пока найдём диадему и будем ждать вас там. – Рон и Пэнси синхронно кивнули, ринувшись на поиски Драко.

В коридоре восьмого этажа было тише, чем на других этажах. Гермионе, почему-то показалось это подозрительным. Они снова вошли в Выручай-комнату, где были лишь Джинни, и пожилая волшебница в траченной молью шляпе. Гарри сразу узнал в ней бабушку Невилла.

— А, Поттер, — решительно произнесла она, как будто ожидала его появления. — Расскажите нам, что происходит.

— Остались еще люди в проходе в «Кабанью голову»? – спросил он у миссис Долгопупс.

— Я прошла по нему последняя, — ответила Августа, — и запечатала вход, потому что, мне кажется, сейчас небезопасно оставлять его открытым. Аберфорт покинул свой трактир. Ты видел моего внука?

— Он сражается, — ответил Гарри.

— Разумеется, — гордо сказала старая леди. — Простите, я должна идти к нему на помощь. — и она с поразительной быстротой зашагала к ступенькам.

— Джинни, — сказал Гарри. — прости, но нам придется попросить и тебя выйти. Совсем ненадолго. Потом можешь заходить обратно.

Джинни, судя по всему, страшно обрадовалась, что ее выпускают из укрытия. Не дослушав Гарри, они ринулась к выходу, где только что скрылась бабушка Невилла, оставляя Гарри и Гермиону одних. Они переглянулись и тоже поспешили к выходу. Когда проход в комнату исчез, Гарри  закрыл глаза и стал звать её снова. Вскоре перед ними появилась большая дверь, давая понять, что комната откликнулась на зов Избранного. Едва они переступили порог и закрыли за собой дверь, шум битвы смолк и снова наступила тишина. Они оказались в помещении размером с большой собор и похожем на город. Его башни состояли из предметов, спрятанных здесь тысячами давно покинувших Хогвартс школьников.

— Акцио, диадема! — проговорила Гермиона, но ничего не произошло.

Похоже магия Выручай-комнаты или самого крестража не позволяла воздействовать на него какими-либо манящими или иными чарами, защищая его не только от случайного обнаружения, но и от того, чтобы её просто можно было найти. Гарри двинулся по проходам, лавируя среди груд бутылок, шляп, коробок, стульев, книг, оружия, мётел, бит для квиддича и прочего хлама. Гермиона шла следом, пытаясь придумать способ, которым можно отыскать диадему среди этого хлама. Они углублялись все дальше в лабиринт, рассматривая предметы. Внезапно Гарри остановился так резко, что Гермиона врезалась в его плечо. Он указал куда-то наверх, где Гермиона увидела щербатый каменный бюст волшебника в пыльном обтрепанном парике и чем-то вроде потускневшей старинной короны.

— Это она. – шепнул Гарри

Он вытянул руку, не дойдя еще десяти шагов, как вдруг за его спиной раздался голос:

— Поттер, стой! – Гермиона вздрогнула, оборачиваясь на голос.

Малфой, скрестив руки на груди, с усмешкой смотрел на них. В руках он держал меч Гриффиндора. За его спиной стояли Рон и Пэнси. Драко оглядел меч, поднимая его выше, а затем задумчиво проговорил:

— Что там говорится? Меч может являться лишь истинному Гриффиндорцу? – хохотнул он. – Жаль, что шляпа отправила меня на Слизерин.

— Напишу об этом твоему отцу. То-то он обрадуется. – фыркнула Пэнси.

— Давайте покончим с этим. – проговорила Гермиона, прерывая очередной обмен любезностями.

— Давай Поттер, тащи сюда эту дрянь. – кивнул Малфой, подавая Гермионе чашу.

Гарри снял со статуи диадему и положил её пол. Гермиона поставила рядом чашу и все они переглянулись. Все молчали, не решаясь пошевелиться или что-то сказать. Наконец, Драко произнёс:

— И что нам делать?

— Ну, в прошлый раз я открыл медальон и потом Рон ударил по нему, а сейчас...

— Возможно, стоит просто расколоть чашу и диадему. Клинок сделает своё дело.

— Стойте. – Гермиона задумалась. – Магия крестражей может повести себя как угодно. Быть может, нам нужна защита? – Грейнджер прошептала защитное заклинание и с помощью перстня создала вокруг них сверкающий купол.

— Умница Грейнджер. – улыбнулся Малфой, повернув в руке меч. – И кто будет удостоен великой чести?

— Ну, у кого меч, тот пусть и бьёт. – усмехнулся Гарри, глядя на Малфоя.

То удивлённо вскинул брови, а потом вдруг стал серьёзным, даже слишком. Он сделал вдох, занося клинок над предметами, лежавшими перед ними. Помедлив секунду, он резко опустил лезвие меча, разрубая чашу. Раздался страшный крик, а из чаши поднялся густой чёрно-серый дым, Малфой, не медля, разрубил мячом диадему. Крик усилился, заполняя Выручай-комнату тем самым дымом, он кружился, концентрируясь в защитном куполе, созданным Гермионой, а затем, резкий удар отбросил всех в разные стороны. Гермиона ударилась спиной о книжный шкаф, и несколько книг упали вниз, заваливая девушку. Драко упал рядом, отчего клинок в его руках лязгнул, отскакивая куда-то в сторону. Гарри отбросило правее, и он врезался в груду старых мётел. Рон и Пэнси сбили какой-то стол, угодив в груду котлов, которые со звоном разлетелись по полу. Малфой поднялся первым, помогая подняться Гермионе. Он бегло оглядел её на предмет внешних повреждений. Рон и Пэнси тоже поднялись.

— Где Поттер? – спросил Драко.

Гарри лежал ничком и не двигался. Все замерли, ожидая, что он пошевелиться, как вдруг он резко закричал, хватаясь за голову. Могло показаться, что разрывает его голову изнутри. Рон и Драко тут же бросились к нему, поднимая на ноги. Поттер, неестественно бледный, с очками, съехавшими на бок, тяжело дышал. Он ухватился взглядом за Гермиону и выдавил:

— Он знает. Знает, что мы их уничтожили. – выдавил он.

— Тем лучше. – кивнул Малфой. – Быстрее встретит свой конец.

— Давайте убираться отсюда. – подытожил Рон, помогая Гарри, опиравшемуся на его плечо.

Они стали продвигаться к выходу, нужно было выбираться, чтобы присоединиться к друзьям и всем сторонникам, которые пришли сражаться сегодня с Пожирателями и надеялись на Гарри и его победу этой ночью. Гермиона шла, ведомая Драко, надеясь, что снаружи все идёт куда лучше для них. Как только они вышли из Выручай-комнаты, произошло сразу несколько вещей: шквал заклинаний обрушился на них с разных сторон, кто-то громко закричал в конце коридора, раздался оглушительный взрыв, обрушив части нескольких статуй, укрывая всех слоем пыли. Драко первым ринулся в бой, крикнув на ходу:

— Прикройте Поттера! – Гермиона огляделась, в поисках своей палочки, которая выскользнула из руки, когда раздался взрыв.

В оседающей пыли она рассмотрела Монтегю, в компании с Креббом и Гойлом. Они агрессивно атаковали их, очевидно, не надеясь на провал. Драко расхохотался, увидев нападавших:

— Грэх, неужели ты высунулся из норы! – он отразил три заклятия, летящие в него.

Рон и Гарри ринулись к нему на помощь, вступая в бой со слизеринцами.

— Знаешь, Малфой, я ни разу не поверил в твоё лживое возвращение. Жаль, что Лорд не прикончил тебя тогда! – откликнулся Грехэм, атакуя. – Ты продал свою семью, идеалы чистоты крови и всё, чему нас учили с девства, ради бывшей грязнокровки и Поттера?!

— Твоё скудоумие всегда поражало, Грэх! – Малфой атаковал. – Я выбирал себя и своё будущее, а вот ты продался. Даже тут решил занять моё место? Ты же знаешь, что Лорд хотел , чтобы я убил Дамболдора, но я не стал бы этого делать. Я же не идиот.

— Ты идиот, Малфой, если думаешь, что я отпущу тебя живым отсюда! – режущее заклинание угодило Драко в правое плечо, отчего его палочка тут же выскользнула из руки. – Круцио! – взревел Монтегю.

Гарри и Рон сражались с Креббом и Гойлом. Пэнси лежала без сознания. Взрыв, обрушивший статуи пришёлся с её стороны. Гермиона проверила, жива ли она. К счастью Пэнси дышала. Не сумев найти свою палочку, Грейнджер взяла палочку Пэнси. Малфой корчился от боли на пыльном полу коридора, а Монтегю хохотал, наслаждаясь своим триумфом. Драко не проронил ни звука, даже когда Грехэм повторил заклятие.

— Ты был так смешон, в своих попытках оберегать грязнокровку на том балу. И то, как вы потом пытались защитить её, даже не подозревая, что всё это был спектакль, чтобы ты, и твои тупоголовые дружки не мешали мне исполнить волю Тёмного Лорда. – Монтегю упивался моментом, наслаждаясь происходящим.

Гермиона поднялась. Казалось, никто не обращал на неё внимание. Возможно, Грехэм подумал, что врыв обезвредил её, как и Паркинсон. И это сейчас было только на руку гриффиндорке. Когда Монтегю заметил её, она уже направила на него палочку Пэнси.

— Отойди от него, Грехэм.

— А вот и наша чистокровная сучка. – оскалился парень, встречаясь взглядом с её. – Отлично. Сначала я убью Малфоя, а потом доставлю тебя в Тёмному Лорду и он вознаградит меня, как своего самого преданного слугу.

— Слуга, это всё, чего ты достоин. – прошипела Гермиона, чувствуя, как магия кольца заполняет её, откликаясь на её ярость.

Она прошептала заклинание, заполняя Монтегю тьмой. Такой же, которой несколько дней назад она обезвредила Пожирателей в Малфой-Мэноре. Но теперь всю магию она направила на Грехэма. Он замер, а затем стал метаться, не в силах понять, как ему снять заклятие. Тьму, Гермиона сменила иллюзией. Теперь он упал рядом с Малфоем, корчась от боли. Ему казалось, что он тонет, захлёбываясь в несуществующей воде, заполнявшей его лёгкие. Но Гермиона не собиралась останавливаться. Она слышала, что Гарри и Рон справились со своими соперниками. Гарри звал её, но Гермиона не слушала. Она хотела уничтожить Монтегю. За Дамболдора, за Малфоя, которого тот посмел тронуть. Грейнджер сняла чары, склоняясь над выбившимся из сил Грехэмом. Тот в ужасе отползал от Грейнджер.

—    Моё имя Гермиона Гонтье, я наследница древнего чистокровного рода, которому покровительствует Персефона, жена Аида, Бога поземного царства. Как ты думаешь, греческие боги примут в жертву такое ничтожество, как ты? – говорила она, надвигаясь на слизеринца.

С каждым её словом Монтегю начинал трястись, а из его груди, рук, ног и лице стали прорастать зелёные побеги растений. Гермиона вызывала их магией кольца Персефоны, растения пускали корни внутрь, убивая его изнутри. Внезапно кто-то сжал её руку, в которой она держала палочку Пэнси. Девушка обернулась. Это был Малфой. Он покачал головой, опуская её руку.

—   Не надо, Грейнджер. Не пачкай свои красивые руки. – он нежно достал палочку из её пальцев. – Греческим богам ни к чему этот урод. – он заслонил её собой, направляя в грудь одноклассника свою и проговорил: - Авада Кедавра. – зелёный луч ударил в грудь Монтегю и тот тут же обмяк, глядя пустым взглядом в коридор восьмого этажа.

Все замерли, изумлённо глядя на Малфоя и Гермиону, которую он всё ещё держал за руку. Пэнси уже пришла в себя и опиралась на Рона, придерживающего её за талию. Гарри сделал шаг в сторону, где продолжали стоять Драко и Гермиона, и сглотнул, собираясь что-то сказать:

—   Лучше это сделаю я, чем она. – сухо перебил его слизеринец. – А теперь, нам надо убираться. Обсудим, какой я мерзавец, когда всё закончится. – Поттер не ответил, он лишь хлопнул Драко по плечу и кивнул.