Часть 7

Пиллар устало переступила порог здания, толкнув стеклянные двери. События в Исландире изрядно ее измотали и все чего она на самом деле хотела - это немного отдыха, после случившегося безумия. Вот только внизу ее все еще ждало Мариан. Соннику требовалось отдать ее запасной коннектир и объяснить, как им пользоваться.

К её удивлению, консьержа на месте не было, но ей ничего от него и не требовалось. Все вопросы насчет квартиры и документов она утрясла с ним в прошлый раз. Все-таки здесь жил не кто попало, и он наверняка знал всех обитателей дома в лицо. Еще меньше бы он обрадовался приведи она кого-то вроде Мариана.

Чистенький и хорошо освещенный лифт вывез ее прямиком в ад, раскрывшись в забрызганный кровью коридор ее этажа. У самых дверей, лежало тело женщины средних лет, буквально разрубленное на пополам. Еще дальше по коридору мужчина и его рука, все еще сжимающая оружие незнакомой Пиллар конструкции, находилась чуть поодаль от него самого. Александретти зажала рукой рот, чтобы не закричать. Неужели на других этажах творился тот же ужас? Настоящая резня.

Кровавая баня, среди бела дня, в иллюмнитском квартале, неподалеку от зданий, принадлежащих церкви Света, как такое вообще было возможно?

Она никогда не сталкивалась ни с чем подобным. Почти вся ее работа была мирной. Даже только что в Исландире, честно признаться, сражалось сонник, а их противники, в основном, не были людьми. Желудок женщины снова попросился наружу и к счастью все еще был пуст. Пиллар дрожащими руками достала из сумки пистолет. Для этого ей понадобилось выбросить ее исландирское платье на пол, но беспокоится об этом она будет позже. Двери в некоторые квартиры были выбиты. Ее была на месте, но вот жилище знакомого ей проповедника...

- Ах, отец Карлос, видите сколько ненужной боли и страданий можно избежать, если искренне и от всего сердца исповедаться? - донесся до нее беззаботно шутливый голос. Он показался ей знакомым, но Пиллар никак не могла вспомнить откуда. Было что-то жуткое в этом, мягком, нарочито вежливом тоне. Но отец наверняка был жив. Она не знала, кто был злоумышленник или злоумышленники способные на такое зверство, но если она могла помочь священнику сбежать от них, то ее долгом было сделать это. Стараясь ступать максимально бесшумно Александретти заглянула в дверной проем и не смогла сдержать возглас ужаса. Квартира проповедника находилась в чудовищном беспорядке, перевернутая вверх дном словно в ней пронесся смерч. И в центре этой разрухи словно витрина для демонстрации был выставлен кухонный стол, к которому столовыми приборами пригвоздили окровавленного и страшно изувеченного человека. Ей понадобилось несколько мгновений, чтобы опознать в нем старого знакомого их семьи.

- Отче Карлос? - всхлипнула она и едва живой мужчина зашевелился на столе пытаясь повернуть голову на звук.

- Ба, так вы ждали гостей, святой отец? - зазвучал все тот же голос и в поле ее зрения вошла еще одна фигура. При свете дня так четко и ясно освещающем все происходящее она легко узнала его, хоть и не видела очень давно.

- Сэр Арчибальд? - изумленно пискнула Александретти. Фигура повернулась к ней, и она тотчас же поняла, как ужасно обозналась. Что бы не носило его личину, оно даже не пыталось скрыть свою жуткую природу. На нее смотрела пара глаз неестественного зеленого оттенка, один из которых был не человеческим, а скорее кошачьим или змеиным, окруженным островками зеленоватой чешуи. Безумный, пестрый, почти шутовской наряд теперь весь был покрыт пятнами крови, а левую руку венчали длинные металлические когти. Не было никаких сомнений, что отца Карлоса изувечило это существо. Именно оно так отчаянно напугало ее мать. Женщина медленно попятилась от двери.

- Кто... - произнесло нечто, когда-то бывшее другом ее семьи.

- Пиллар... дитя... беги... - слабо прохрипел отец Карлос и она попыталась последовать его совету, но поскользнулась на луже крови и рухнула прямо там в коридоре, выронив пистолет. Ее последняя надежда защитить себя заскользила прочь по гладкому полу и остановилась, ударившись рукоятью о порог ее собственной квартиры.

- Пиллар..? - спросил монстр, медленно двинувшись к ней. - Дочь Лауры? Я...

Он остановился, сжав руками голову и заметался, издав полный ярости крик. Александретти попыталась подняться на ноги и с ужасом обнаружила, что к ней стремительно ползет мелкая эбеново-черная змея.

- Прочь! - рыкнул мужчина с силой наступив на голову гада и судя по омерзительному, чавкающему хрусту раздавив его. - Прости, Карлос, если бы я только знал, как уничтожить эту тварь ничего подобного не случилось бы. Мне жаль, - тихо произнес он, после чего прямо глянул на Пиллар. Порча словно бы отступила и теперь Александретти узнавала этого человека все больше. Она помнила, что его волосы другого оттенка и глаза были серыми, а не зелеными, но теперь оба были человеческими и смотрели на нее с тревогой и мрачной серьезностью. Исчезла чешуя и жуткие когти.

- Ты должна бежать, Пиллар, - произнес он протянув ей руку, чтобы помочь подняться. - Пока я еще могу контролировать себя, пока не вернулся Зверь. Уходи по пожарной лестнице. Так меньше шансов с ним столкнутся.

Он все ещё сопротивлялся тому кошмару, который сотворил с ним аватар Зла, Арчибальд все еще пытался бороться, изумленно осознала Александретти, принимая помощь. Но эта темная сила заставляла делать его ужасные вещи, столь жестокие и чудовищные, что ее разум просто отказывался их воспринимать. Это было чудом, высшим провидением, что он все еще помнил о них с матерью. Узнал. Смог противится этому. Только его поразительная воля спасла ей жизнь сейчас. И они оставили его, бороться с этим подавляющим безумием, чудовищным проклятьем в одиночку? Почему не освободили из хватки аватара, не попытались найти исцеление.

За это время он уже успел поставить ее на ноги, провести по коридору до дверей лифта.

- А вы, Арчибальд? Вы могли бы пойти со мной... может...

- Я опасен, Пиллар, ты сама все видела. Это лишь вопрос времени, когда остальные части этой твари вновь возьмут верх. Ты пострадаешь, любой, кто окажется рядом, тоже. Если нам доведется встретится вновь, просто беги. Беги и не оглядывайся. В иной раз я могу не очнутся, не совладать с ними. Если бы я только мог уничтожить это богопротивное отродье, частью которого он меня сделал, - произнес он, бессильно ударив кулаком по кнопке вызова.

С лестницы в коридор вошел человек в черной одежде, он был очень высок не ниже двух метров и несмотря на это, удивительно хорошо сложен. Его длинные волосы, цвета воронова крыла, почти касались пола. В чертах лица напоминающих уроженца земной азии ей виделось что-то хищное, а взгляд таких же неестественно зеленых глаз был пронизывающе тяжелым. Проходя мимо квартиры отца Карлоса он достал пистолет и выстрелил даже не глядя в ту сторону, но почему-то Пиллар знала, что этот человек... существо совершенно точно убило несчастного проповедника.

- Ты снова развалился, - произнес он, обращаясь к Арчибальду. Ни угрозы ни упрека, равнодушная констатация факта, прозвучавшая страшнее, чем все, что Александретти до этого слышала. За это время он не отвел от него глаз и не остановился, даже когда прятал оружие.

Лифт открылся, и бывший дознаватель святой инквизиции поспешно затолкал ее внутрь, вслепую нажав кнопку шестого этажа. Прежде чем двери закрылись, Пиллар увидела, как темное чудовище бросилось вперед, играючи оторвало голову пытавшемуся стать у него на пути Арчибальду. Ценой своей жизни он выиграл для нее достаточно времени, чтобы лифт успел закрыться и уехать наверх. Последние несколько мгновений, черноволосый пристально смотрел на нее и Александретти готова была поклясться, что этот момент и его взгляд будут преследовать ее в кошмарах до самых последних дней в жизни.

Мариан лишь чудом не поперхнулось своим, вторым за день, горячим шоколадом, увидев, как здание, в которое недавно вошла Пиллар, покинул Зверь. А ведь оно предупреждало ее, что здесь что-то не так. Ей стоило бы их послушать. Химера держал за волосы голову своего извечного напарника, хотя лицо его выглядело не совсем так, как хранитель его помнило. Обычнее что-ли. Те же морковно-рыжие волосы, но одинаковые глаза, и нет чешуи. Могло бы быть странно, но кто их, эту парочку, знает. Сонник не водило с ними дружбы и никогда не мешалось в их дела. Обычно эти двое отвечали ему той же взаимностью. Тяжёлый взгляд зеленых глаз оборотня тут же уперся в Мариан, на что оно лишь изобразило легкий поклон и сию же минуту перестало быть химере интересно.

Можно было искренне поблагодарить мироздание за то, что как бы ни были сложны отношения Матери с Некромагом, они всегда предпочитали выяснять их лично. Очевидно, считая, что втягивать собственные творения в эти разборки ниже их достоинства.

- Почему ты не убил ее? - внезапно осведомилась голова. Кажется, рыжего звали Безумец. "Кого убил? Пиллар?". Сонник тут же навострило уши. Дергаться сейчас было нельзя, мало ли что подумает Зверь. Он был силен, а Мариан все еще недостаточно восстановило свои силы, чтобы суметь противопоставить ему хоть что-нибудь. На удачу полагаться не стоило, в последнее время эта стерва их разлюбила. "Так что иди по своим делам, Зверь. Этот сонник просто тут стоит, пьет шоколад, любуется костерком, который вы развели на нижних этажах инквизиторского общежития, обычное дело, ничего примечательного".

- Сегодня она не наша цель, - сухо ответил оборотень. - Уступишь им сам?

- Нет, это отродье не должно существовать! - упрямо прорычала голова.

- Рано или поздно тебе придется.

- Сдаться? Как ты?

- Принять свою участь. Это единственная возможность распоряжаться ею.

Оторванная голова ничего ему не ответила, а после дивная парочка и вовсе скрылась из виду.

Мариан тут же бросилось в дом в поисках Пиллар, уповая на то, что дамочка еще жива. К счастью сонника нашлась она легко, перепачканная чужой кровью, Александретти сидела напротив лифта на шестом этаже. Физически она была совершенно цела, скверно, что того же нельзя было сказать о ее психике. Похоже короткое знакомство с Химерами (в том, что виной было именно оно, Мариан не сомневалось), здорово пошатнуло ее рассудок. Лучшее, что оно могло сделать, погрузить Пиллар в сон, переместить в безопасное место и уже там попытаться это как-то исправить. Неплохо было бы поторопится с этим, негоже если СБ, которая сейчас явится тушить пожар, застанет их здесь.