Глава 28.

Чонгук медленно открыл глаза, но тут же закрыл их, из-за резкого света, который резал глаза. Он снова медленно приоткрыл сначала один глаз, а затем второй. Свет уже не так слепил и теперь Чонгук мог видеть белый потолок. Шевелится было тяжело, всё тело как будто было налито свинцом, но Чон всё таки смог повернуть голову влево. Рядом с ним стояла капельница и аппарат, который показывал биение его пульса.

«Значит, я не умер и попал в больницу.»

Взгляд парня проскользнул дальше и он увидел кресло рядом с его кроватью, на котором висел чёрный пиджак.

В этот момент дверь в палату открылась и вошёл мужчина. Чонгуку понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что это его отец. Рукава его рубашки были закатаны до локтя, галстук расслаблен, а в руках он нёс чашку с кофе из автомата. Но как только он взглянул на койку и заметил, что глаза Гука открыты, кофе выпал из его рук, но он даже не обратил на это внимание.

— Чонгук, ты как? — он встал рядом с кроватью, положив свою руку на плечо сына. — Хотя не отвечай. Тебе лучше беречь силы. Тебе недавно сделали операцию и тебе нельзя вставать. Я уехал с совещания, когда мне позвонили. Я так за тебя волновался, ты себе не представляешь. Я думал, что ты снова повредил ногу, когда мне позвонили из больницы, но когда они сказали, что тебя ранили и ты без сознания, я бросил все дела и помчался сюда. Я позвонил самому лучшему врачу в этой больнице и сказал ему, чтобы он спас тебя любой ценой, — мужчина говорил настолько быстро, что Чонгук едва мог разобрать его слова, но чем больше он говорил, тем больше Гук сомневался, что перед ним сидит его отец. Чонгук никогда не видел его таким. Взъерошенные волосы, мятая рубашка. Неужели это его отец? — Чонгук, когда ты был на операции и я не знал, что с тобой, я думал обо всём и я понял каким оцтом был. Я знаю, что никогда не был хорошим отцом для тебя. Я всегда думал лишь о себе и я знаю, что не смогу искупить свою вину. Но я хочу сказать, что знал о каждой твоей победе. Я смотрел все твои соревнования. Я не приезжал, потому что каждый раз, когда хотел поехать, то начинал думать о твоей маме... — на глаза у мужчины выступили слёзы и он поспешно опустил голову, чтобы Чонгук их не заметил.

— Пап, — шатен взял его за руку и Господин Чон поднял удивлённый взгляд на сына. Чонгук сам был в шоке. Он и не помнил, когда брал отца за руку. — Я прощаю тебя. И ты тогда прости меня.

Мужчина ещё несколько секунд был в прострации, прежде чем улыбнуться. Чонгук улыбнулся в ответ, хоть и слабо, но улыбнулся.

— Я пойду найду врача и скажу полиции, что ты очнулся. Они хотят поговорить с тобой. И я позвонил Мине. Она скоро должна приехать, — сказал мужчина и вышел из палаты, снова оставляя Гука одного.

*   *   *

Отец не соврал. Мина и правда скоро приехала. Она влетела в палату вместе с Чимином. Её волосы были растрёпанны, глаза и щеки немного покраснели, а взгляд был абсолютно растерянный.

— Господи, ты живой, — на выдохе произнесла она, когда взглянула на Чонгука. Мина подошла к нему и опустилась на кресло рядом, осмотрев его с ног до головы. Чимин встал рядом с ней.

— Всё не так плохо, — сказал Гук, когда заметил, что глаза девушки на мокром месте.

— Не так плохо?! Твой папа сказал, что если бы неизвестный попал на сантиметр ниже, то ты бы не выжил.

— Но он же не попал.

— Йа! — Мию зло посмотрела на друга, замахнувшись, но Чимин перехватил её руку и опустил вниз. Девушка на секунду прикрыла глаза, вздохнув. — Чонгук, я же говорила тебе быть осторожнее. Я предупреждала тебя, а ты как всегда меня не слушал.

Мина продолжала ворчать, но Чон просто молча слушал. Он знает, что она ворчит, только потому что волнуется. Она всегда так делает, когда не знает, что сказать.

— Прости, — сказал шатен, когда Мина закончила. — Я знаю, что должен был слушать тебя. Я знаю, что ты нервничала и волновалась за меня. Прости.

— Ты такой придурок, — Мина улыбнулась уголком губ, фыркнув.

— Вот под этим я подпишусь, — влез Чимин. — Знаешь, не легко успокаивать плачущую девушку, когда на вас смотрит весь автобус. Так что не смей больше ходить по тёмным переулкам. Второй раз я с этим не справлюсь, — он указал на Мину.

— Хорошо, — Чонгук улыбнулся, кивнув.

* * *

— Пап, ты чего тут делаешь? — спросила Мина, когда вышла из палаты Чонгука и заметила, что в коридоре чуть ли не весь участок.

— Нам нужно снять показания и сделать несколько фотографий ран. Он в порядке? — мужчина указал глазами на дверь палаты.

— Более или менее. Всё не так плохо.

— Это хорошо, — он кивнул и только собирался пойти в палату, как повернулся обратно и посмотрел на дочь. — Совсем забыл сказать, что мы выяснили, что подмешали твоей подруге в стакан.

— И что же? — Мина тут же напрягалась.

— Снотворное. Оно было довольно лёгкое, но если бы подмешали бы большую дозу, то вряд ли бы она очнулась.

— Капитан, нам пора, — сказал кто-то позади и папа Мины кратко кивнул.

— Я пойду. Сказать помощнику, чтобы отвёз тебя?

— Нет, меня проводит друг.

— Хорошо, будь осторожно, — мужчина поцеловал Мину в лоб и пошёл в палату вместе с остальными офицерами.

Он ушёл, дав Мине ответ, но теперь у неё всё больше вопросов, чем было до этого, на которые вряд ли можно найти ответ так быстро.

* * *

Мина шла по мосту над рекой Хан вместе с Чимином. На мосту вспыхивали светящиеся фразы: «Всё в порядке?», «Завтра непременно взойдёт солнце».

Фразы всё загорались, а Мина всё продолжала думать о том, что произошло с Чонгуком. Для него сегодняшний рассвет мог стать последним. А всё потому что он находится рядом с ней. Если бы он не дружил с ней, то мог бы сейчас быть дома, а не в больнице, даже не в состоянии встать без чужой помощи.

— О чём задумалась? — спросил Чимин, немного сжав руку девушки в своей.

Мина посмотрела на него, а потом снова на загорающиеся надписи.

— О Чонгуке, — честно ответила она. — О том, что он в больнице из-за меня.

— Ты не виновата в том, что он там.

— Нет, виновата, — Мию резко остановилась и серьёзно взглянула на Чимина. — Если бы не я, то с ним было всё в порядке. Ты бы два раза не попал в больницу, Хосока бы не обвинили в том, что он не делал, Момо бы не падала в обморок, Чонгук был бы здоров, а Шинхён, Тэхи и Наён были бы живы. Это всё из-за меня и из-за того, что вы все находитесь рядом. Если бы не я, то всё было в порядке со всеми вами.

— Эй, прекрати, — Пак положил свои руки к Мине на плечи, заглядывая к ней в глаза. — Это не из-за тебя, слышишь? Ты не виновата в том, что какой-то псих преследует тебя и калечит всех, кто на тебя просто посмотрит. Это не твоя вина, а вина этого мудака в противогазе, которого скоро найдут.

— Ты правда так думаешь? — Мина посмотрела на него таким взглядом, от которого Чимина сердце начало болеть.

— Да, правда. Иди сюда, — Чимин притянул к себе брюнетку и крепко обнял, поцеловав куда-то в макушку.

Рядом горела надпись: «Я люблю тебя.», а мимо проезжали машины, но для этих двоих время просто остановилось.

*   *   *

Чонгук устало посмотрел на своего отца, который доставал из пакета контейнеры с едой, которую сделала дом. работница.

— Пап, ты же знаешь, что мне нельзя много есть, да?

— Это на несколько дней, — мужчина достал термос и поставил на тумбочку рядом с кроватью.

— А тебе не пора на работу? — Чонгук глянул на часы, которые показывали пол девятого утра.

— Давай ты сначала поешь, а я потом поеду на работу.

— Пап, я потом поем и я недавно лекарства принял. Ещё час нужно подождать.

Мужчина посмотрел на сына, тяжело вздохнув, и Гук улыбнулся уголком губ, сдерживая ухмылку.

— Ты точно поешь? — Господин Чон пригрозил ему пальцем.

— Точно, — заверил его шатен.

— Хорошо, тогда я поеду, но ты мне звони, если что-то случится. Я брошу все дела и приеду. И не забудь поесть.

— Есть, капитан, — Чонгук всё-таки улыбнулся. — Пап, всё в порядке. Езжай.

Мужчина поцеловал сына в мамушку и пошёл на выход, оставляя Чонгука одного.

Как только дверь закрылась, он выдохнул. Он и не думал, что его отец может быть таким заботливым. Даже через чур заботливым. У Гука даже была теория, что в его папу вселился чужой, но она быстро отпала, когда он услышал, как его отец ругался на какого-то из своих рабочих в компании.

Чонгук услышал, что дверь в палату снова открылась и он тяжело вздохнул, на секунду прикрыв глаза.

— Пап, я же сказал... — Чон поднял голову вверх, замолчав. Вместо его отца в дверях стоял кое-кто другой.

Кое-кто, из-за кого Чонгук вообще ушёл из школы вчера.

— Привет, — тихо сказала Момо, шагнув в палату. — Можно?

— Ты уже вошла, — холодно кинул шатен и опустил глаза на экран телефона.

Девушка прошла к креслу и села в него. Она сложила руки на коленях и начал теребить край юбки. Прошла наверное несколько секунд,прежде чем она начала говорить.

— Ты как? Мина мне сказала, что тебе сделали операцию и ты должен скоро поехать домой. Ещё-

— Ты пришла сюда, чтобы свою советь очистить? — перебил её Чонгук, зло посмотрев на Момо. — Если да, то можешь проваливать. Я уже услышал всё, что ты обо мне думаешь вчера.

— Это неправда.

— Что неправда?

— То, что я тогда сказала. Всё, что я сказала - это ложь. Я сказала это Сане, потому что боялась признать, что ты мне нравишься. И не только ей, но и тебе, — Хираи опустила глаза на свои руки. — Мне казалось, что если я сделаю это, то ты потеряешь ко мне интерес. Я думала, что ты находишься рядом, пока я являюсь недоступной. Поэтому я соврала. На счёт всего.

— То есть, ты тогда поцеловалась со мной, потому что я тебе нравлюсь? — Момо в ответ кивнула.

В палате повисло молчание. Момо боялась поднять голову и наткнуться на безразличный взгляд Чонгука. Может вчера она все окончательно испортила и теперь он совсем не хочет её видеть.

«Может вообще не нужно было приходить?» — промелькнуло у неё в голове.

— Я знаю, что являюсь единственным человеком, который видел твои слёзы, — неожиданно начала Гук и блондинка подняла голову, удивлено посмотрев на него. — И я знаю, что ты не любишь показывать свои настоящие эмоции, потому что не хочешь, чтобы люди знали твои уязвимые места, ведь ты королева школы. Но знай, что для меня ты всегда была и будешь королевой. Даже после того как я видел твои слёзы и то, как ты злишься, расстраиваешься. И я никогда не утрачу к тебе интерес.

После слов Чона, на глазах у Момо выступили слезы и она опустила голову, смахивая первую слезу, которая покатилась по щеке.

— Прости, просто... мне никто не говорил такого.

— Вот видишь, как я могу утратить к тебе интерес, когда я столько всего о тебе не знаю? — Чонгук взял ладошку Хираи в свод ладошку, заставляя посмотреть на него. — Ты мне нравилась тогда, будешь нравиться сейчас и потом. И это точно.

* * *

Хосок бежал до остановки, сбивая людей со своего пути и в автобусе чуть ли не повалил на пол какую-то женщину.

На часах практически девять, а он до сих пор не в школе, а всё потому что до двух часов ночи делал домашнее задание и учил биологию.

Хосок сел на самое последнее место в автобусе, протиснувшись к окну, выдохнул. Он сейчас наверняка красный и потный из-за того, что бежал от дома и до самой остановки.

Чон достал телефон из кармана, когда тот завибрировал у него в кармане.

— Что за... — Хосок уставился на сообщение, которое ему пришло.

Когда он понял, что именно ему прислали, телефон практически выпал у него из рук, но Хосок во время словил его, тут же блокируя, чтобы никто рядом не мог увидеть содержание сообщения.

«Если не отвяжешься от Мины, то я сделаю с тобой тоже самое, что и с Чонгуком. Только вот течь ждёт летальный исход, Чон Хосок.»

К сообщению была прикреплена фотография Чонгука. На ней он лежал на земле, его белая футболка была уже красная, глаза закрыты. На фотографии было написано: «ты следующий.»