Я не спятила, поверь

Не знаю, куда себя деть. Влад смотрит то ли как на идиотку, то ли как на душевнобольную. А может и то и другое сразу.

— Скажи мне, — всё же решается заговорить, поскольку дар речи у меня отнимает основательно, да и выражение лица, скорее всего, оставляет желать лучшего, — ты всё ещё принимаешь свои таблетки?

Замечательно. Просто блеск. Теперь у него есть все основания думать, что я выжила из ума.

Да, я принимаю таблетки, но существенно сокращая дозы, чтобы спокойно спать и не просыпаться от собственного крика. Это просто безобидные таблетки. Так ведь? Да?

— Лера! — кричит вдогонку, не успевая понять, куда я так резко срываюсь.

Да я и сама, если честно, не до конца понимаю.

На автомате как-то забегаю в первую попавшуюся комнату, которая оказывается ванной, запираюсь.

Самый оптимальный вариант.

Я не знаю, какого чёрта было ночью. Не знаю, почему теперь судорогами сводит всё тело. Но знаю, что сиюсекундно хочу освободить себя от одежды, что и делаю. А далее, хочу смыть с себя следы того, кто обладал моим телом, ровным счётом, как и душой. Как и мыслями и всеми отсюда вытекающими, заполняющими голову и не дающими дышать спокойно. Ведь я уверена, на все сто уверена, что это был он. Ведь только он смог бы так искусно обойти сигнализацию, а вместе с ней и хозяина дома, оставаясь при этом незамеченным.

Противно.

Быстро залезаю в ванную и включаю душ полным напором. Чёрт, мне сейчас, кажется, даже всё равно, какой температуры вода, обдающая моё тело.

Я лихорадочно натираю каждый его участок, сидя в ванной с поджатыми коленями, да ещё и шатаясь, как ненормальная.

— Я не сошла с ума... — очевидно, раз говорю сама с собой, — я не сошла с ума, — обрывками фрагменты ночи всплывают в голове одна за другой, я морщусь, вспоминая его прикосновения, его действия, его губы... — Я не сошла с ума... — снова, жмурюсь при одном лишь воспоминание, когда мои руки блуждали по его худому, жилистому телу. Вспоминаю его волосы. Чёрт... До меня только сейчас доходит, как же они схожи.

— Лера! — стук в дверь, за ней голос Чери. Не волнуйся, я не вскроюсь, можешь быть спокоен.

— Оставь меня! — проблема в том, что я не хочу его видеть. По крайней мере, сейчас. Слишком уж живо моё суждение об их схожести, мне нужно смыть с себя всю эту гадость вместе с аморальным убеждением того, что каждый раз в Чере я теперь буду видеть его. Того, кого предпочла бы оставить в мёртвых.

Он знает, что я упряма, как баран. Знает, что не открою. А ещё он знает, что если даже и выломает эту дверь, то я обязательно спрячусь от него где-нибудь ещё.

— Пожалуйста... — ещё ровно два стука, я делаю напор тише, дабы мой голос был различим. — Дай мне побыть одной.

Говорю спокойно и даже без повышенного тона. Слушает. Прекращает.

Теперь без потустороннего вмешательства наконец смогу сделать то, что и планировала: натереть себя мочалкой до побагровения кожи, которую с каждым движением хочется буквально содрать. Остаётся только соломинка здравого смысла, не позволяющая так себя вести.

Я возьму себя в руки.

Я справлюсь.

Просто нужно время...

Часа полтора, если быть точной. Именно столько мне понадобилось, дабы привести наконец себя в порядок и выйти из душа абсолютно голой и мокрой.

Тихо, словно кошка, крадусь в свою комнату, накидываю халат. Не знаю, за каким чёртом мною овладело это чувство, но шагать по дому я продолжаю также, словно боюсь кого-то разбудить или вообще быть замеченной.

Заглядываю в комнату Череватого.  Пусто.

Спускаюсь на первый этаж и примечаю его в поле видимости. Сидит себе за столом, копается в своём ноутбуке, сок попивая.

На цыпочках подхожу, он даже не оборачивается. Я уже практически за его спиной, и я вижу статью, которую он так усердно изучает, что забывает о внешних шумах.

Побочные эффекты успокоительных. Влияние психотропных препаратов на психику.

Две вкладки открыты рядом, начинаю тяжелей дышать и наконец привлекаю его внимание. Подскакивает, закрывает ноутбук. Поздно,Чери.

— Что это? — злюсь, не скрывая явного раздражения в голосе, сверлю его обоими глазами.

— Лер...

— Я спросила — что это??? — срываюсь, не хочу слушать оправданий, повышая голос и на мгновение вспоминая, как однажды такой вопрос постиг и меня. С точно такой же интонацией. Чёрт, нет, мне это кажется...

— Давай поговорим, ладно? — о чём? О чём говорить? О том, что я пичкаю себя таблетками, от которых уже крыша едет? А после заставляю всех вокруг поверить в собственные бредни?

— Не о чем разговаривать, — фыркаю, собираюсь уйти, но Чери вылетает из-за дивана, останавливая меня, хватая за руку.

— Да послушай ты! — разворачивает, всё же заставляя выслушать. — Я ведь не враг тебе, слышишь? — слышу, но не понимаю. — Пожалуйста, давай сохраним адекватность и проработаем все версии. Просто соберись с мыслями. Может, это просто сон был? Ну, только очень реалистичный.

Ага, реалистичнее некуда. Вся моя жизнь — сплошной сон, исключая последние два года. Два года мнимого спокойствия, которыми удалось насладиться.

— Оставь меня. — Повторяюсь, выдираю руку и топаю к себе.

А потом на автомате открываю шкаф и достаю спортивный костюм. Ведь нет ничего логичнее, кроме как после душа напялить на себя просторные шмотки и пробежаться вокруг района. Хотя, это именно то, что позволяет перевести дух и успокоиться. Ещё со школы бегать обожала. И какая ирония, что в нужное время убежать так и не смогла...

Накидываю ветровку, шнурую новые, так и не использованные после покупки кроссовки и выхожу на улицу, первым делом поднимая голову к небу, затянутому тучами. Вдыхаю свежий воздух, игнорируя накрапывающий дождь и быстрой ходьбой двигаясь дальше от дома. А после начинаю бежать. Медленно, стараясь дышать ровно и наслаждаясь пустыми улицами. Полумрак и лёгкий туман заставляют верить, что я одна в этом районе, хотя я ровным счётом никого вокруг себя и не вижу. Просто бегу, куда глядят глаза.

Добегаю до пустующей остановки, откуда отходит старый пыльный автобус, делаю круг и начинаю бежать в обратную сторону, постепенно переводя дыхание. Дождь накрапывает уже чуть сильней, отчего мои шаги учащаются, ибо вернуться с ног до головы промокшей не хочется. А заболеть и подавно.

Выбегаю на тропинку, слушая шум листвы высоких деревьев, чьи ветви начинает раскачивать подкрадывающийся ветер. Пробегаю ещё примерно метров двадцать, и на интуитивном уровне оборачиваюсь.

Позади себя я вижу человека, парня, по всей видимости. Он тоже бежит, бежит за мной, но пока где-то вдалеке. На нём серая парка и чёрные спортивные штаны, лица под капюшоном не вижу. Моргаю, даже не единожды, но отворачиваюсь, продолжая бежать. Ещё несколько метров, оборачиваюсь снова и замечаю, как он становится существенно ближе.

Страх. Паранойя. Биение сердца.

Начинаю набирать обороты и бегу быстрее, покуда нагнетающий атмосферу туман не позволяет отчётливо видеть район.

Дыхание начинает сбиваться, ещё совсем чуть-чуть до проезжей части, на которой, как назло, я не вижу ни одной проезжающей машины. Бегу быстрей. Снова оборачиваюсь и вижу, что преследующий ускорил шаг и нагоняет с каждой секундой.

Агония.

Мне уже кажется, что я не вижу даже дорогу. Я просто бегу, покуда выстроенный в голове маршрут в экстренной ситуации срабатывает получше любого навигатора. Я бегу к дому. Ещё совсем немного. Совсем чуть-чуть. Дом уже в поле моей видимости, но вместе с ним я слышу и тот бег, который позади, который нагоняет. Несусь со всех ног, с ужасом осознавая, что боюсь ещё раз обернуться. Кричу во всю глотку.

—Чери! — я уже практически возле дома, я шарю по карманам впопыхах, стараясь найти ключи и уже было мысленно прощаясь с жизнью, когда вспоминаю, что забыла их взять. — Чери!!! — мой крик похож на самый настоящий визг, я подбегаю к порогу, спотыкаюсь, начиная судорожно тарабанить по двери.

Спаси меня...

— Лера? — дверь открывается буквально через две секунды и я практически падаю ему в руки, дрожа от страха. — Что случилось!? — прижимает, снимает с меня капюшон и заключает лицо в ладони. Мало что соображаю.

— Он... — еле вытягиваю дрожащую руку и тыкаю указательным пальцем на тропу вдоль дороги, а потом собираюсь с силами и поворачиваю голову, отводя взгляд туда, куда уже направлены глаза Череватого.

А после так и остаюсь стоять с вытянутой рукой, когда в поле зрения не вижу абсолютно никого.

На дороге по-прежнему ни души, тропа пуста, туман чуть рассеялся и теперь стало видно небольшую часть территории. На которой никого не было.

Никого.

Не было.

Ни рядом с домом, ни на другой стороне улице, ни вдоль дороги, ни даже вдалеке...

Меня настигает полный, нет...просто полнейший, мать его, фейспалм.

Стою как идиотка и тычу в пустоту. Даже боюсь теперь на Влада посмотреть, который наверняка в очередной раз просто убедился, что у меня с головой не всё в порядке.

Но со мной всё хорошо! Я не спятила! Я видела его, блять, собственными глазами! Я слышала шаги! Я не выжила из ума!!!

—Владик... — сглатываю наконец, опуская руку и решаясь посмотреть ему в глаза. — Пожалуйста... — голос снова дрожит, мы всё ещё на пороге, и я всё ещё чувствую себя до жути нелепо. — Я говорю правду, за мной гнались. Ты должен мне поверить. Пожалуйста...

Уже не прошу. Уже молю.

А он всё также приобнимает, заводя в дом и закрывая дверь за нами обоими.

Проводит на кухню, садит за стол. И наливает мой, точнее свой...свой любимый ромашковый чай, которым любит меня отпаивать.

— Держи.

Ставит кружку на стол, проходясь по мне взглядом. Меня всё также трусит, я не могу прийти в норму. Дрожит не только тело, дрожит и всё внутри.

Я отпиваю примерно до половины, мелкими, редкими глотками. И всё это время Чери просто молчит и наблюдает, как я растягиваю эту кружку на добрых полчаса.

— Артём звонил, — он совершенно спокойно начинает, стараясь не отвлекать меня от трапезы. — Ты ведь помнишь его? — помню, конечно, хоть и видела только несколько раз за всё время заочного знакомства. Дожидается моего положительного кивка и продолжает. — Я звонил ему в тот самый день, когда на твой телефон звонок поступил. Просил помощи в том, чтобы разузнать про это.

На мгновение останавливаюсь, уставляясь на него. Если ему что-то удалось узнать, то какого чёрта он медлит?

— Он узнал, кому принадлежал номер? — в моих глазах надежда, даже кружку от себя отставляю, но вот Влад почему-то губы поджимает и отворачивает голову, хоть и ненадолго.

— Узнал. — Тогда какого чёрта ты делаешь из этого целую сцену, вместо того, чтобы сказать и пойти с этим в полицию?

— И? — вопросительно уставляюсь, напрягаюсь даже чуть, но нахожусь в полной готовности снова услышать его имя, которое пускай и пугает, но по крайней мере развеет все сомнения насчёт моей паранойи. — Чери? — он зачем-то медлит, а после возвращает голову в прежнее положение и закусывает губу, смотря на меня до жути странным, будто полным сожаления взглядом.

— Тебе. — Одно слово. Соображаю туго. А после таращусь на него сильнее прежнего. Качает головой. — Номер принадлежал тебе.